От тебя бегу к тебе Брындза Роберт
- Ты действительно так считаешь? - спросил Джейми.
- Да. По всем параметрам. Веселый, красивый, классный в постели, ты всегда хорошо со мной обращался.
- Тогда почему же ты не захотела выйти за меня замуж? - опешил Джейми.
Теперь мы уже мчались по автостраде к Девону. Деревья по обе стороны дороги со свистом проносились мимо.
- Джейми, давай не будем сейчас говорить об этом. Есть более важные вещи, о которых следует подумать... И все это было так давно.
- Но это навсегда осталось со мной, - сказал Джейми. - Я знаю, что это звучит излишне драматично и эгоистично.
- Нет: не звучит - сказала я и, протянув руку коснулась его руки. - Будь у меня сейчас выбор; я бы, наверное, вышла за тебя не задумываясь.
Я усмехнулась, но Джейми остался серьезным. Я убрала свою руку
- Джейми! Я говорю это, накопив довольно жизненного опыта. А ты представляешь, что бы было, если бы мы тогда действительно поженились? Мне было всего девятнадцать. И я не имела о жизни ни малейшего представления...
Наше молчание взорвал телефонный звонок. Джейми пошарил рукой в своем кармане и достал мобильник. В груди у меня закололо при мысли о том, что, возможно, мы опоздали. Но мама Джейми просто решила узнать, где мы находимся.
- Нам еще ехать примерно час, - сказала я, увидев над машиной указатель на Окхэмптон, и прибавила газа. Мотор недовольно зароптал.
Завершив разговор с мамой, Джейми уставился в окно и больше не проронил ни слова. Дождь кончился, и в тучах на горизонте появилась золотисто-белая брешь - солнце настойчиво пыталось пробиться сквозь ненастье.
Мне показалось неуместным и дальше говорить на ту тему что я затронула. И остаток пути мы проехали в тишине. Погода улучшилась, и когда я остановилась у больницы, нас согрело своим теплом вечернее солнце.
Я нашла место для парковки и предложила Джейми пойти в больницу не дожидаясь, пока я разберусь со счетчиком. Он хлопнул дверцей и побежал ко входу. Я схватила свою сумочку и выудила из нее кошелек. Потом засунула в аппарат столько монеток, сколько он согласился проглотить, и прилепила билет к окошку. Заходящее солнце было невероятно красивым - оно уже клонилось к холмам, отбрасывавшим длинные тени. Просто в голове не укладывалось, что в это время кто-то может умирать. А в следующий миг зазвонил мой телефон. Это была бабушка.
- Натали, дорокая, - прошептала она. - Вы там как?
- Мы только что подъехали к больнице, - сказала я. - Джейми уже вошел внутрь...
- А ты где?
- На парковке.
- Тебе тоже следует пойти в больницу Поддержать его...
В телефоне послышался приглушенный звук играющего пианино.
- А ты где? - спросила я.
- Помнишь Кирона и Стива с верхнего этажа, которые помогли мне добраться до квартиры после операции? Они пригласили меня на вечеринку.
- И что это за вечеринка?
- Не волнуйся, никакой кожи. Это музыкальный вечер. У них в гостиной стоит рояль, и их друг Сесил очень красиво играет на нем. А я сейчас в ванной. В их аптечке полно «Виагры»...
Мой телефон запищал. Это было сообщение от Джейми с просьбой подойти в 4 палату на первом этаже.
- Ступай, Натали, - велела бабуля. - И держи меня в курсе.
- А ты будь поосмотрительней, - сказала я.
- О, я - взрослая девочка, - фыркнула она. - Еще один бокальчик, и я пойду домой.
Я заперла машину и дошла до главного входа. В жаркий день в больницах витает особый запах - тепла, стерильных бинтов и болезни. Я разыскала 4 палату: дверь оказалась закрыта, и надо было позвонить, чтобы в нее пустили. Я нажала на кнопку звонка и вперила взгляд в маленькое стеклянное окошко, но там никого не было.
Я подождала несколько минут, а потом увидела маму и отца Джейми. Они вышли из палаты в коридор с пластиковыми стаканчиками в руках. Они сели на скамью, и я увидела печаль на их лицах. Мама Джейми, Кассандра, за последние пятнадцать лет постарела мало. Она перекрасила свои темно-каштановые волосы в пепельный цвет, и ей это было к лицу. А вот отец Джейми, Боб, состарился сильно; его волосы заметно поредели, а лицо обрюзгло. Они заметили, что я смотрю в стекло, и поднялись, улыбаясь, а потом подошли к двери и отворили ее.
- Ох, Натали! - воскликнула Кассандра. - Как же я рада тебя видеть. И спасибо тебе за то, что по первой просьбе согласилась привезти сюда Джейми.
- Ты выглядишь прекрасно, Нат, - сказал Боб.
- Мне нужно идти. Я здесь проездом, - ответила я.
- Глупости! - сказал Боб. - Все это просто... - Он посмотрел на Кассандру. - В общем, сейчас это уже просто вопрос времени...
- Пожалуйста, останься, - попросила Кассандра, взяв меня за руку. - Дело такое... придется ждать... Джейми сейчас в палате вместе со своим братом. Ты помнишь Питера? Туда разрешают заходить одновременно только двум посетителям, поэтому мы вышли... - Ее голос задрожал и затих.
Я присела с ними на несколько минут. Мой взгляд упал на женщину, лежавшую в отдельной палате напротив. Дверь была открыта, и до нас доносилось ритмичное шипение ее респиратора.
- Я слышала, ты в Лондоне преуспела? - нарушила наше молчание Кассандра.
- Да. Я возглавляю театр через дорогу от здания, которое арендует Джейми.
- И как вам соседство? - поинтересовался Боб.
- О, было забавно встретиться снова, вот так оказаться в двух шагах друг от друга, - солгала я.
Я хотела еще что-то сказать, но из палаты вышел Питер. Он выглядел грустным, но подошел и обнял меня.
- Может быть, и ты туда зайдешь? - мягко спросила меня Кассандра. - Ты всегда нравилась маме...
Я не смогла сказать «нет». Они ведь жертвовали ради меня частицей того драгоценного времени, которое у них осталось на общение с родным человеком...
- Я заскочу только на минутку. - сказала я. - Ой, простите, это прозвучало как-то неправильно... Я...
- Натали! Ты приехала. Ты привезла Джейми. Ты не сказала ничего плохого, -утешила меня Кассандра.
Я улыбнулась и направилась к двери. Тихо постучав, я вошла в палату.
Она была голой и белой. Лучи заходящего солнца пробивались сквозь жалюзи, отбрасывая лестницу света на голубое одеяло, накрывавшее бабушку Джейми. Я попыталась вспомнить ее настоящее имя, но не смогла. Мы всегда звали ее просто бабушкой. Ее тельце под одеялом показалось мне невероятно маленьким и щуплым. Лицо избороздили морщины, но оно было умиротворенным и добрым -как и раньше. Старость не испортила ее. Я всмотрелась в ее лицо - каждая морщинка была оставлена жизнью, прожитой полноценно - с веселым смехом и изрядной порцией переживаний, что выпадают на долю любому человеку. Ее седые волосы - мягкие и длинные - разметались на подушке. Когда я увидела ее закрытые глаза, мне на мгновение показалось, что я опоздала... Но сидевший у ее постели Джейми, взглянув на меня, нежно взял бабушку за руку. Я молча присела на стул напротив, по другую сторону кровати.
- Возьми ее за руку, - тихо сказал мне Джейми. - Так она понимает, что не одна.
Я взяла ее руку: она была теплой и мягкой. А подушечки пальцев такие гладкие! Она открыла глаза и улыбнулась.
- Привет, - поздоровалась я.
- Натали привезла меня сюда сегодня, из Лондона, - сказал Джейми.
Губы его бабушки слегка пошевелились. Джейми наклонился, и она что-то ему прошептала. Джейми рассмеялся.
- Что такое? - спросила я.
- Она хочет, чтобы мы взялись за руки...
Я снова посмотрела на бабушку, а она улыбнулась и слегка наклонила голову. Джейми протянул мне руку, и я ее взяла, замкнув круг. Бабушка попыталась сказать еще что-то, но с ее губ сорвался только дребезжащий звук, и она закашлялась. Она закрыла глаза, и мы молча смотрели на нее несколько секунд.
- Ей больно? - прошептала я.
- Не знаю, - пожал плечами Джейми.
Мы еще несколько минут понаблюдали за ней, прислушиваясь к ее шумному дыханию. Потом она выдохнула и перестала дышать... После жуткой паузы бабушка сделала новый вдох, ее рот широко раскрылся. Затем опять выдохнула, и на этот раз пауза перед вдохом продлилась еще дольше.
- Что нам делать? - растерялся Джейми.
- Пойду позову кого-нибудь, - сказала я, бросаясь к двери и открывая ее.
Когда Кассандра, Боб и Питер увидели мое лицо, они поспешно бросились в палату. Я почувствовала, что Джейми стоит рядом со мной, когда он взял меня за руку. Бабушка продолжала дышать, но паузы между вдохами и выдохами увеличивались все больше.
- Врач сказал, что морфин поможет ей расслабиться, - тихо сказала Кассандра. А потом наклонилась и погладила мягкие бабушкины волосы. - Все хорошо, мамочка. Ты идешь, идешь и скоро встретишь папу... Он тебя ждет...
Я хотела уйти, но Джейми сжал мою руку. Его бабушка сделала еще один слабый вдох, выдох... Мы только стояли и наблюдали за ней.
Кассандра и Боб начали тихо читать «Отче наш»; мы все взялись за руки и встали в круг. Пока мы произносили слова молитвы, бабушка становилась все белей и белей. Она была бледна, еще когда я только увидела ее, но теперь все краски словно разом растворились и исчезли.
А в следующий миг она ушла.
Мы замерли, не в силах оторвать глаз от усопшей.
- Ее больше с нами нет, - сказала Кассандра, разрывая круг и вытирая слезу тыльной стороной руки.
-Давайте я схожу позову врача, - предложила я. Вся дрожа, я выскользнула в коридор и махнула проходившей мимо медсестре.
Пока врачи и медсестры молча хлопотали в палате, я решила уехать. Джейми спустился со мной в приемное отделение, где было пугающе пусто. У дверей мы остановились.
- Я сожалею, Джейми, - сказала я, обнимая его. - Я очень-очень сожалею...
- Спасибо, - отозвался он.
На мгновение я положила подбородок на его плечо и ощутила запах его волос - такой же теплый и насыщенный, каким он мне запомнился. Мы отстранились друг от друга, и Джейми слабо улыбнулся. Я вышла из больницы и тут же обернулась.
- Джейми, я только хотела сказать, что сожалею обо всем... И сожалею очень сильно. Конечно, сейчас не время для таких разговоров. Ты только знай: я буду рядом, если я тебе понадоблюсь, - сказала я.
Мы несколько секунд смотрели друг другу в глаза, а потом я почувствовала на себе его сильные руки. Джейми притянул меня к себе и поцеловал. Я поколебалась и поцеловала его в ответ. Его лицо было мокрым от слез, и он поцеловал меня сильнее, мое лицо в свои руки. Я скользнула рукой под его футболку и ощутила тепло его кожи... И тут он отстранился.
- Извини... Я не могу. Это неправильно. Извини, Нат, мне нужно идти, спасибо тебе за все, - произнес Джейми.
И я осталась стоять на месте, задыхаясь от поцелуев и наблюдая за тем, как он уходит...
Было уже темно, когда я вышла из больницы и направилась к своей машине. Стрекотали сверчки, а вокруг желтых уличных фонарей кружились мотыльки. Зазвонил мой телефон, это была мама. Она поинтересовалась, как дела, и я расплакалась.
- По-моему, ты не сможешь вести машину в таком состоянии. Не садись за руль, - сказала мамуля. - Тебе не стоит возвращаться в Лондон. Луше поехать домой. Подожди нас у больницы. Я приеду с отцом, и кто-нибудь из нас поведет твою машину.
Нажав отбой, я положила голову на машину и зарыдала. Я никогда раньше не видела, как умирает человек.
Семья
Мама с папой приехали за мной к больнице, и мы отправились на ферму колонной, сзади ехал папа за рулем моей машины. Ночь выдалась очень теплой, и небо было чистым. Полная луна светила так ярко, что мы могли бы запросто ехать без фар.
- Мама, ты веришь в Бога? - спросила я.
- Что за дурацкий вопрос, - пробормотала мамуля.
Мы подъехали к пустынному перекрестку и остановились перед светофором, на котором горел красный свет. Папа сзади нам посигналил. Мама опустила свое стекло и высунула голову.
- НЕТ! Я НЕ НАРУШАЮ ЗАКОН, МАРТИН! - крикнула она ему.
Он снова посигналил и рыкнул движком. Мама помотала головой.
- И все-таки? - спросила я.
- Что все-таки? - переспросила она.
На светофоре зажегся зеленый, и мы поехали дальше.
- Ты веришь в Бога?
- А почему ты спрашиваешь?
- Когда умерла бабушка Джейми, мы прочитали молитву, «Отче наш». И это заставило меня задуматься о том, куда она ушла...
- Конечно же, мы верим в Бога.
- И ты полагаешь, что есть только один Бог?
-Да, - сказала мама.
- А как ты думаешь, какой Он?
- Я думаю, что Он - милый человек, который любит людей... гм... Он за шесть дней сотворил Землю и наслаждается заслуженным отдыхом в воскресенье, -ответила мамуля.
- Ты говоришь так, словно оцениваешь его как одного из участников «Свидания вслепую», - заметила я.
Мы подъехали к ферме, и мама свернула на подъездную аллею, папа следовал за нами. Подъехав к дому, она остановилась и заглушила мотор.
- Натали, ты испытала сильное потрясение при виде того, как бабушка Джейми... отходила. Почему бы нам не открыть бутылочку хорошего вина и перекусить чем-нибудь? А потом ты отдохнешь.
Я кивнула.
- И если хочешь знать, я всегда проговариваю короткую молитву, каждый вечер, пока кипячу молоко для какао. Это глупо, я понимаю, но я молюсь за Микки и Дейва, чтобы они сбросили вес, я молюсь, чтобы с отцом ничего не случилось, когда он управляет трактором. И я молюсь за тебя, там, в Лондоне. Я молюсь, чтобы ты нашла себе хорошего мужа.
- А еще о чем-нибудь ты молишься? - спросила я.
- Конечно, я буду теперь молиться и за бабушку Джейми. - Она похлопала меня по руке и взвизгнула при виде отца, появившегося у ее окна. Мама опустила стекло.
- Сегодня ведь пятница, - заметил папа. - Кто любит рыбу с жареной картошкой?
- О да, Мартин! Я бы с удовольствием прикончила сейчас кусочек хека! -воскликнула мамуля.
- Вот она - твоя истинная религия, - улыбнулась я. - Рыба с жареной картошкой вечером в пятницу.
Вечер прошел оживленно. В лавке, где продается готовая еда, папа встретил Микки и Дейва, поэтому на ферму они вернулись с Даунтоном, Эбби, Декстером и Хаус. Весь стол оказался заставлен едой - картошкой, превосходным рыбным филе в легком кляре, гороховым пюре, маринованными яйцами.
Похоже, все семейство Микки придавало еде большое значение: уплетая свои порции, все они оставались глухи и немы. Мне есть совсем не хотелось, и я налегала на вино. А в конце ужина раздался голос Даунтона:
- Мамочка, можно мы поиграем в «Медвежат на лестнице»?
- Да, мамочка, можно? Пожалуйста! - спросила Эбби, сверкая голубыми глазками.
Декстер и Хаус возбужденно запрыгали:
- Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста...
Микки посмотрела на маму, та кивнула.
- Только медленно и осторожно, у вас полные животики! - наказала Микки.
С радостными криками дети выбежали из кухни.
- Это что - компьютерная игра такая? «Медвежата на лестнице»? -поинтересовалась я.
- Нет, - ответил Дейв. - Они просто съезжают по ступенькам вниз на заднице.
Папа пошел проверить живность, а мама начала убирать со стола тарелки.
Я вкратце рассказала ей, Микки и Дейву о бабушке Джейми. Правда, я опустила сцену с поцелуями, которая теперь и мне самой казалась несколько странной. Пока я не закончила свой рассказ, все хранили молчание. А потом Микки, протянув руку и схватив недоеденный ломтик картофеля, сказала:
- Жизнь не следует воспринимать как должное.
Мама ударила ее по руке.
- Кстати говоря, ты позвонила по телефону из листовки «Худеющего мира», которую я тебе дала? - спросила она.
- Ну, хватит уже, мама! - сказала Микки.
- Но кто-то же должен это сказать. Я не хочу, чтобы ты закончила так же, как все те люди массой в двести стоунов, которых постоянно показывают по телевизору. И я не хочу оказаться на реалити-шоу, где ко мне подойдет какой-нибудь америкашка и обвинит в том, что я была плохой матерью и позволила тебе превратиться в толстуху, способную на веревке сдвинуть с места трактор.
- Микки - красотка, - промямлил Дейв, запихивая в рот картошку. - И холестерин с давлением у нее в норме.
- У нас осталось от праздничной лотереи несколько баночек с коктейлями «Слим-фаст», - сказала мама.
- Вы отдавали коктейли «Слим-фаст» на сельский праздник? - спросила я.
Микки кивнула.
- Билет стоил целый фунт, Нат. В магазине World shop можно купить три банки «Слим-фаста» за 97 пенсов.
- А ты что делаешь, Натали, для того чтобы оставаться стройной? -полюбопытствовала мамуля.
Я залпом допила вино: Микки вперила в меня немигающий взгляд.
- Я живу одна и частенько ленюсь себе готовить, - сказала я.
- Тебе это не подходит, Микки, - заявила мама. - Тебе постоянно приходится готовить. Сколько ты уже весишь?
- Ради бога, мама, перестань! - воскликнула Микки.
- Разве можно быть счастливой с таким весом? - продолжила изводить ее мама.
- Штука в том, что я действительно счастлива. У меня замечательные дети. И прекрасный муж, который любит меня такой, какая я есть!
Дейв пошевелил бровями, показывая нам, как сильно он любит Микки.
- Но подумай, насколько улучшится твоя жизнь, если ты скинешь шесть стоунов! - не сдавалась мама.
- Моя жизнь останется такой же, какой и была. Только я буду весить на шесть стоунов меньше... и стану несчастной, - парировала Микки.
Мама запыхтела:
- Сдаюсь... А что у тебя, Натали?
- А что у меня? - поинтересовалась я.
- Тебе нужен мужчина. И мы надеемся, что он у тебя появится! Что там с этим Бенджамином?
- Ничего, - сказала я.
Мама повернулась к посудомоечной машине. Я наклонилась к Микки и Дейву и прошептала:
- Я застукала его с девушкой-администратором, и теперь она ждет от него двойню!
Микки и Дейв скорчили рожи.
- А что с этим Райаном Харрисоном? Он был очень мил! Что у тебя с ним? -продолжила допрос мамуля.
- Он на десять лет младше меня, и я - его босс, - сказала я.
- Вы с ним того... Ну, ты понимаешь, о чем я? - моргнула мне Микки.
Я кивнула.
- Он такой подтянутый и мускулистый, - прошептала Микки.
- Вот те раз! А я разве нет? - сказал Дейв.
- Над чем вы там все смеетесь? - спросила мама, возвращаясь к столу, чтобы протереть его тряпкой.
- Я сказала, что хотела бы поехать в Голливуд, - ответила Микки.
- Тебе эта поездка встанет в копеечку, девочка моя. Тебе придется бронировать в самолете два места, - съязвила мамуля.
Микки запихала горстку картофеля себе в рот.
- Натали, а, может быть, тебе поехать на похороны бабушки Джейми? -воскликнула мамуля так, словно кладбище было лучшим местом для налаживания отношений. - Ты знаешь, когда они состоятся?
- Мама, ты просто невозможна. А что, если я не хочу выходить замуж? Можно и одной жить вполне счастливо. И я на самом деле так и собираюсь сделать. Я намерена отныне воздерживаться от связей с мужчинами! - сказала я.
- Вот те на! - обомлел Дейв.
- Она же не говорит, что собирается стать лесбиянкой, - ударила его по руке Микки.
- Прекратите говорить о лесбиянках, окно открыто! - одернула нас мама, бросаясь к окну, чтобы его закрыть. Но только она это сделала, как в стекло постучал папа. От неожиданности мама подскочила и вскрикнула.
- Наш папа во главе лесбийского дозора. - пошутила Микки.
Я рассмеялась, а папа громко стукнул по стеклу
- Все ко мне! Рианна родила! - скомандовал он.
Детей вернули с лестницы, и мы все вместе прошли к загону Рианны. Мама торопливо нацепила на себя наряд повитухи, состоявший из ободка для волос, чтобы убрать челку, старой футболки из парка аттракционов «Элтон Тауэрс» и пары желтых резиновых перчаток. Но все это не понадобилось. Под длинными ногами Рианны елозил крошечный пушистый детеныш, пытаясь присосаться к материнскому вымени.
- Я думал, что она отелится через пару недель, - почесал затылок папуля. -Похоже, она родила его сегодня вечером.
- Ламы очень быстро отеляются, - сказала мама. - В отличие от бедной Микки. Как долго ты мучилась с Даунтоном и Эбби?
- Достаточно долго, - ответила Микки.
- Я помню! Ты поступила в родильное отделение в понедельник и вернулась оттуда только в четверг ночью! - сказала мама. - Ламам рожать проще. И они не прибавляют сильно в весе, вынашивая детеныша.
- Значит, мне надо было родиться ламой, - ухмыльнулась Микки.
- Это мальчик или девочка? - спросила я.
- Девочка, - произнес папа с такой же гордостью на лице, с какой мы объявляли о детях Микки.
Рианна опустила нос к своей малышке и что-то тихонько ей прогудела. Это было так умиротворяющее и мило.
- Как мы ее назовем? - озадачился папа.
Стоявшие в благоговейном трепете дети взметнули в воздух руки: как на уроке в школе.
- У нас есть одно потрясное имя, - сказал Даунтон, сверкнув глазами из-под маленькой копны своих темных волос. - Как там оно? - обратился он за помощью к сестре.
- Лама Дель Рей[78], - горделиво произнесла Эбби.
Мы прыснули со смеху.
- Это самое лучшее имя, - сказала я. - Вам придется назвать ее Ламой Дель Рей.
- Подумать только, Нат! Ты ни разу не приехала, когда рождались мои дети, но ты здесь, когда родилась лама, - сказала Микки.
- Микки, можно мне с тобой поговорить? - спросила я.
Мы отошли в сторонку от родни, воркующей над Ламой Дель Рей в загоне. Микки откинула свои волосы назад, явно готовясь к бою.
- Прости меня, - сказала я.
- За что? - удивленно спросила Микки.
- За то, что я была дерьмовой сестрой, за то, что свалила отсюда в Лондон и не наведывалась к вам столько лет... - Я взяла Микки за руку. - Мы ведь теперь даже не знаем друг друга по-настоящему, да?
Глаза Микки наполнились слезами:
- Я скучала по тебе, мне так тебя не хватало...
- Я тоже скучаю по тебе. Я была такой глупой, я только сейчас это поняла. И я так сожалею о том, что не приезжала к вам и не видела, как растут ваши дети.
- Им еще расти и расти... этим маленьким шумным сорванцам, - усмехнулась Микки. - Приезжай, поживи у нас, пожалуйста... После того, как мы посмотрим твой новый спектакль.
- Вы собираетесь приехать и посмотреть пьесу? - переспросила я.
- Да, если ты пообещаешь потом приехать сюда и пожить вместе с нами... -ответила Микки с кривой ухмылкой.
- Договорились, - сказала я.
И Микки заключила меня в объятия. Я тоже обняла ее, но моих рук было недостаточно, чтобы охватить ее всю.
- Гм, - хмыкнула Микки. - Похоже, мне надо чуток похудеть. Только не говори об этом маме, а то она меня замучает своими советами!
Я заночевала на ферме, в своей старой спальне в мансарде. Лежа в кровати, я в окно видела ночное небо. Оно было чистым, и звезды ярко блестели. Каким длинным и необычным выдался день. Я помирилась с сестрой и, возможно, заключила что-то вроде мировой с Джейми, но я была там, когда его бабушка умерла.
А потом все перевернулось с ног на голову, и я провела самый веселый, самый замечательный вечер со своей семьей, который закончился рождением Ламы Дель Рей.
Между началом и концом дня, казалось, пролетела вечность. Я встала утром разбитая и опустошенная, с ощущением неумолимо надвигающегося краха. А сейчас я чувствовала себя совершенно другой. Я осознала, что моя жизнь была насыщенной и интересной. У меня было дело, которое я любила. У меня были друзья и семья. У меня были племянники и племянницы, и крестники в лице детей Микки и Шэрон. А в моей квартире жила классная постоялица - бабушка. И, возможно, если в моем направлении прилетит немного волшебной пыльцы фей, постановка «Макбета» станет настоящим событием в мире театра.
И только я начала погружаться в сон, как запищал мой «БлэкБерри». Мне совсем не хотелось вставать. Но я поняла, что не засну, пока в углу комнаты мигает красный огонек, призывающий меня прочитать сообщение. Я вылезла из постели и схватила телефон с кучи одежды, которую я бросила на стуле. Это было сообщение от Джейми:
Читать бесплатно другие книги:
