Детские игры Марсонс Анжела

Глава 92

– Ну, иди же, – сказала Ким, когда они вошли в фойе.

– Что, используешь меня как пушечное мясо? – уточнил Брайант. – Ты же знаешь, что Стейси будет в ярости…

– А тебя Динь-Динь защитит, – парировала Ким, направляясь в кафе.

В действительности ей необходимо было остаться хоть на несколько минут наедине со своими мыслями. У нее появилось ощущение, что она не оставалась наедине с собой вот уже в течение нескольких дней.

А еще Стоун знала, что Брайант не разделяет это ее гложущее чувство, появившееся после того, как она пообщалась с репетиторшей. Этот ее шрам, эта ее настороженность, этот ее намеренный уход от любых вопросов, которые хотя бы отдаленно можно было расценить как личные…

Она постоянно вспоминала какие-то отрывки их разговора. Но в основном думала о самой Льюис. В ней была какая-то отчужденность, скрывающая ту внутреннюю теплоту, которую женщина не хотела демонстрировать. У нее была способность к злой иронии, которая нравилась Ким, и в то же время в ней чувствовалась некая настороженность, полностью скрывающая ее внутренний мир. И какого черта она промышляет репетиторством у детей в столь раннем возрасте?

Инспектор села на самой границе территории кафе, запустила «Гугл» в своем телефоне, набрала имя «Элли Льюис» и стала просматривать сайты, в которых для нее не было ничего интересного.

– Минуточку, – вдруг сказала она вслух.

Головы трех посетителей, сидевших за соседним столиком, повернулись в ее сторону.

Не обращая на них внимания, Стоун еще раз ввела имя. Обычно «Элли» – это уменьшительное от «Элеонор». Когда Ким попробовала это имя, «Гугл» выдал ей более десяти тысяч результатов.

Инспектор начала читать, и у нее буквально волосы встали дыбом.

«Элеонор Льюис закончила педагогический колледж в возрасте двадцати четырех лет. Через год она преподавала английский язык детям в одном из самых отстойных районов Стаффордшира. Однажды вечером, когда она уходила из школы, на нее напали трое учеников; они изнасиловали ее, порезали ей лицо и оставили умирать».

Пока Ким читала статью, ужас, охвативший ее, рос. Нападение, восстановление, суд… Обо всем этом говорилось со множеством отвратительных подробностей.

Неудивительно, что после такого она не смогла вернуться в школу и теперь использовала полученные знания, занимаясь репетиторством. Один на один. В безопасности. А негодяи, которым было по шестнадцать-семнадцать лет, не получили и десятки на всех…

Узнав о том, через что пришлось пройти этой женщине, Ким захотела найти ее и пожать ей руку.

Шрамы на лице были видны любому, но ее больше интересовали шрамы, оставшиеся в душе.

Глава 93

Было уже почти шесть вечера, когда Ким вошла в гостиничный номер, и она готова была поклясться, что с каждым ее возвращением номер становится все меньше и меньше.

В небольшой гостиной находились четверо взрослых людей, окруженных маркерными досками и лэптопами, и помещение теперь напоминало скорее какой-то чулан.

– Ну, что у тебя, Стейс? – спросила инспектор, включая чайник.

– У меня острое желание найти себе другую работу, – проворчала констебль в ответ, и как раз в это время за спиной у нее заработал портативный принтер.

– И чем я могу вам?..

– Прямо сейчас – ничем, босс. У нас здесь своя система, и лишние руки нам просто помешают, – ответила Стейси, протягивая распечатанный листок Тиффани. – Мы занимаемся перекрестным сравнением нашей информации с тем, что есть у Брайанта.

Сержант посмотрел на Ким взглядом, говорившим: «Я здесь просто помогаю классным девчонкам», – и инспектор рассмеялась. Все знали, что Брайант и поиски информации в Сети – вещи малосовместимые.

Стоун уселась в свободное кресло, с трудом борясь с разочарованием. Она была абсолютно уверена, что убийца бродит где-то рядом. После всех поездок, расспросов, поисков и разбирательств Ким считала, что ответ на все вопросы зависит теперь от работы, выполняемой остальными членами команды, и как бы ей ни хотелось услышать имя и получить описание преступника прямо сейчас, она понимала, что ее сотрудники не могут сотворить его из воздуха.

Прислушиваясь к происходящему, инспектор поняла, что процесс сейчас напоминает промывку золотого песка в поисках драгоценного металла. Каждое круговое движение таза смывает частицы грязи и приближает золотоискателей к драгоценным крупинкам, осевшим на дне. Каждая перепроверенная информация сужала круг подозреваемых.

И ее вера в методы Стейси была такова, что она даже не обиделась на то, что ее оставили за бортом.

Ким проверила почту и увидела только одно новое сообщение – оно было от Китса и содержало токсикологические отчеты по всем трем местам преступления. Стоун открыла первый и стала его просматривать. В нем не было ничего неожиданного, за исключением одной ремарки, говорившей о возможности перекрестного загрязнения первого из мест преступления в Хайден-Хилл-парке от полицейской обуви с большим количеством соли на подошвах. Странно, но сейчас это ей ничем не поможет. Позже она попросит Китса перепроверить результаты. Закрыв первый, Ким перешла ко второму отчету.

– Ну что ж, я готова, – произнесла Стейси, откинувшись на спинку стула.

– Начинай. – Стоун закрыла почту и повернулась лицом к констеблю.

– Получается так, что у нас есть семнадцать детей, которые контактировали со всеми тремя жертвами – с Белиндой Эванс, Барри Никсоном и Фредди Комптоном.

– Что ж, давай посмотрим на…

– Не так быстро, босс. Из этих семнадцати детей восемь имеют брата или сестру.

– Отлично, давай…

– Из этих восьмерых…

– Стейс, а ты уверена, что при таком отсеве у тебя останется хоть один ребенок, на которого стоит обратить внимание? – Ким сложила руки на груди.

– Из этих восьми, – продолжила Стейси, – есть трое особо интересных, и мы должны в первую очередь обратить внимание именно на них.

Ким хотела было возразить, но не стала, привыкнув доверять своей коллеге.

– Итак, первым номером у нас идет девочка по имени Карли Бенц. Ее брат Лоренс в свое время был выдающимся шахматистом и встречался со всеми тремя жертвами. Она на четыре года моложе своего брата, умершего от опухоли мозга, когда ему было восемнадцать лет.

– И в чем здесь связь? – спросила Ким, не понимая, почему именно эта история оказалась на первом месте среди трех, выбранных Стейси.

– Сразу после его смерти сестра слетела с катушек. Влипала во все, во что только можно, – воровство, драки, антиобщественное поведение… Но потом – как отрезало. Не могу найти следов с тех пор, как она предстала перед судом в возрасте шестнадцати лет. Ни аккаунтов в соцсетях… ничего. Как будто она просто исчезла. Сейчас ей, должно быть, лет двадцать пять, и она вполне может наказывать свои жертвы за какой-то вымышленный урон, якобы нанесенный ее брату.

– Очень интересно, Стейс, – признала Ким, а Тиффани меж тем записала все это на флип-чарте.

– Дальше будет еще интереснее. Наш следующий претендент – миссис Бет Никсон собственной персоной. Ее на мероприятие привезла бабушка. Об этом мало что известно, кроме того, что в одном из блогов написано о том, что ее брат мешал ей во время финального испытания. Имени не указано, но соревнование было испорчено.

– Черт побери, – произнесла Ким, поняв, что практически все, с кем они встречались, были так или иначе связаны с мероприятиями «Брейнбокс». – Не знаю, что можно раскопать еще более интересного, Стейс.

– Самое интересное я припасла на конец, – констебль приподняла брови. – Последняя родственная связь, которую я смогла разыскать и при которой был контакт со всеми тремя жертвами, все это время была у нас перед самым носом, – наши дорогие Серена и Джаред Уэлмсли, организаторы этого самого мероприятия.

Глава 94

Ким пропустила в коридоре семейную процессию, состоявшую из болтающих и смеющихся родителей и светящегося от радости ребенка с довольно большим стеклянным трофеем в руках.

– Вот что я называю «счастливый малыш», – заметил с улыбкой Брайант.

– Конечно, счастливый, ведь он победил, – ответила Стоун, направляясь к стойке регистрации. До нее доносились восторженные возгласы родителей и детей, разглядывавших наградные сертификаты, подарочные чашки, почетные значки и другие трофеи. Ким заметила Дэмиена Крауча, с гордостью наблюдавшего за тем, как его дочь Матильда демонстрирует всем розетку из розовой ленты, прикрепленную к ее кардигану.

– Похоже на то, что мы пришли к шапочному разбору, – заметил Брайант. – Остался всего один, последний конкурс, и пока никаких инцидентов…

– Только не вздумай нас сглазить, Брайант. Наш убийца где-то здесь, и мы должны обязательно поймать его до окончания мероприятия. И если в его «списке смерти» есть еще кто-то, то он должен быть прямо…

– Вижу, что вы все еще здесь, инспектор? – раздался голос Серены у них за спиной.

Руки женщины были полны различных розеток. Кроме того, она держала в руках планшет и одинокую детскую кроссовку.

– Только не спрашивайте, – предупредила Серена, проследив за взглядом Ким.

– Ну что, почти закончили? – спросил Брайант.

Женщина расплылась в счастливой улыбке, глядя на наконец-то расходящихся детей и их родителей.

– Мероприятие прошло очень удачно, – сказала она, тут же добавив: – Если, конечно, забыть о недавних трагедиях. Но сейчас остался один последний конкурс, и мы попрощаемся на год.

– Отлично, – воскликнула Ким. – Серена, а Барри Никсон привозил когда-нибудь жену на это мероприятие?

– Только в прошлом году. Было очень мило вновь увидеть ее после всех…

– А в этом году вы ее ждали?

– Ну конечно. Как я поняла, они собирались приехать вместе.

– И что, кто-то воспользовался ее бронью? – уточнила Ким, почувствовав, как все внутри у нее сжалось.

– Простите, офицер, но я не знаю, – ответила женщина, отходя. – Гостями у нас занимается Джаред.

– Тогда, может быть, подскажете, где я могу найти вашего брата?

Казалось, Серена искренне удивилась этому вопросу.

– Моего брата, инспектор? Мне очень жаль, но я не видела его вот уже много часов.

Глава 95

– Ты думаешь, что Джаред – это тот, кого мы ищем? – спросил Брайант по пути в большой зал. После того как его мобильный не ответил, Серена посоветовала поискать именно там, прежде чем обращаться в бюро находок.

– Отвечу после того, как он расскажет нам, где находился во время всех убийств. Но что-то подсказывает мне, что нам надо побольше узнать о Бет Никсон. Мы ведь так и не знаем, что заставило ее обратиться в психиатрическую лечебницу. И она должна была приехать сюда вместе с мужем.

– Ты что, командир, думаешь, что она могла убить собственного мужа? – с сомнением спросил сержант. – Мне показалось, что она его сильно любила.

– Правильно, мне тоже так показалось, но ведь это не первый раз, когда мы допрашиваем серийного убийцу, не зная о том, что он убийца. А здесь мы имеем дело с очень умными людьми.

– Правильно. Но как поймать убийцу, который умнее тебя?

– Единственная надежда на то, что он считает себя слишком умным и на этом проколется, – ответила Ким после некоторого размышления.

– Золотые слова, о мудрейшая, – заключил Брайант, когда они подошли к залу.

Бо€льшая его часть была приготовлена для финального конкурса. Два длинных стола стояли друг напротив друга. За каждым из них стояли по три стула. На столах – таблички с именами финалистов, а между столами помещался стол жюри.

Здесь же стояли две треноги для камер, которые должны были заснять мельчайшие детали происходящего, а за ними располагались около ста стульев, на которых сидели зрители, имевшие возможность наблюдать за битвой умников и умниц воочию.

Несколько мест в первом ряду уже заняли ранние пташки. Одна женщина, расчесав волосы дочки, завязала на ее макушке бант в горошек. Ребенок сорвал бант и бросил его на пол.

– Очаровательно, – заметил сержант.

– Но не удивительно, – добавила Ким, оглядываясь. – Ее одевают как ребенка, а вести себя заставляют как взрослую. Не удивительно, что ребенок совсем запутался.

– Хорошо сказано, – согласился Брайант.

Стоун рассматривала группу детей, сидевших в ожидании в дальнем углу.

– Его здесь нет, командир.

– Это я и сама вижу, Брайант, – ответила Ким, почувствовав, как по ее телу пробежала дрожь. – Но мероприятие вот-вот закончится, а он – один из главных организаторов. Так где, черт побери, его может носить?

Глава 96

– Похоже на какое-то бесконечное дежурство, правда? – Тиффани попыталась подавить зевок.

– Да, но нам это нравится, – Стейси улыбнулась.

– А родители и семьи не возражают?

– В основном – да, – нехотя ответила констебль.

В ее случае Девон понимала практически все, кроме одного – она никак не могла понять, почему Стейси не может ответить на вопрос, заданный ей в начале недели. Стейси же за работой пыталась забыть об этом вопросе.

– Нет ничего на свете лучше того момента, когда твоя вторая половинка добирается до тебя. Когда вы оба…

– Тифф, прости, но мне надо закончить раскопки прошлого Бет…

– Но ведь босс сказала, что теперь ее интересуют братья и сестры, так почему ты продолжаешь заниматься женой одной из жертв?

– Шестое чувство, Тифф. И то, что у босса появляются новые идеи, вовсе не значит, что мы должны забывать о лежащих на поверхности подсказках. То, что начато, должно быть закончено.

– Поняла, – девушка закинула руки за голову. – Но мне просто необходимо размяться. Тебе принести что-нибудь?

– Диетическую колу, – ответила Стейси, допивая последние капли из банки и радуясь, что наконец-то останется в одиночестве.

Несмотря на то что она здорово измоталась, ей вовсе не понравилось, когда вместо Бет Никсон ей велели заняться братьями и сестрами детей-гениев. Сама она считала, что шансов здесь нет практически никаких, но босс была убеждена, что таковые имеются.

Однако Стейси еще не закончила с Бет, потому что не получила ответы на все вопросы.

– Итак, Бет Никсон, – вслух произнесла она в пустой комнате, – что же конкретно ты пытаешься от нас спрятать?

Глава 97

Десять минут спустя они вышли из большого зала, который стал наполняться зрителями. Все остальные комнаты были уже освобождены и переданы администрации гостиницы, а Джареда все еще не было видно.

– Послушай, Брайант, мне очень не нравится тот факт, что Джаред Уэлмсли куда-то исчез, потому что знаешь кого еще я не вижу?

Сержант покачал головой.

– Элли Льюис, репетиторшу.

– Может быть, она уже уехала? – Брайант попробовал мыслить логически. – Не знаю, что такого интересного для себя она может найти в этом конкурсе.

– М-м-м, – промычала Ким, направляясь к стойке портье.

Здесь она не стала обращать внимание на очередь из собирающихся уезжать семей. Почему-то инспектор была уверена, что Элли не уедет, пока не посмотрит, как справились с конкурсом ее потенциальные ученики. Но ее коллега вполне может быть прав. Такое тоже случалось.

Брайант подошел вслед за ней, извиняясь направо и налево.

– Прошу прощения, – спросила инспектор, показывая свой значок, – Элеонора Льюис уже выехала?

Женщина за стойкой заколебалась, словно думала, не посоветовать ли Ким встать в очередь. Стоун сунула значок прямо ей под нос. Где, черт побери, Раймонд, когда он нужен?

– Пожалуйста, – добавил Брайант. – Это может быть очень важно.

Сдавшись, женщина набрала что-то в компьютере и покачала головой.

– Пока не выезжала.

– Позвоните ей в номер, – велела инспектор.

Женщина позвонила, послушала гудки в трубке и отрицательно покачала головой.

– Дайте-ка мне ее контактный номер, – Ким потянулась к телефону.

– Простите, но я не могу… – попыталась возразить женщина-портье.

– Брайант, попроси ее еще раз, только вежливо, – Стоун повернулась к сержанту.

Семья у нее за спиной заворчала. Ким повернулась к ним лицом и одарила испепеляющим взглядом. Семейство отвернулось от нее.

– Лиза, – обратился сержант к портье, прочитав имя на ее значке, – нам кажется, что миссис Льюис может находиться в опасности. Если бы мы могли позвонить ей и…

– Вот, – ответила женщина, протягивая розовый листок для заметок.

Покачав головой, Ким достала телефон.

– Могла бы и поблагодарить, – простонал Брайант.

– Я скорее поблагодарю твоих папу с мамой за то, что они научили тебя манерам, – ответила инспектор, вводя номер.

– Тоже справедливо, – признал сержант.

Телефон сразу же переключился на голосовую почту.

– Твою ж мать… – Ким попробовала еще раз.

С тем же результатом.

Тогда она набрала другой номер.

– Стейс, запиши телефон. – Продиктовала номер. – Принадлежит Элли Льюис, частному репетитору. Попытайся дозвониться до нее. У нас не получается.

– Минуточку. Разве не вы говорили, что ей сильно за тридцать?

– Ей тридцать восемь.

– Но тогда в этом нет никакого смысла. Она не могла репетиторствовать здесь, когда Джаред был еще ребенком…

– Сейчас мы не можем найти ни его, ни ее, Стейс. Места расположения всех остальных известны, так что в этом может что-то быть. Просто продолжай звонить и держи меня в курсе.

– Будет сделано, босс, – ответила Стейси и разъединилась.

– А ведь она где-то права, когда…

– Прошу прощения, но я случайно услышала ваш разговор, – прервала Ким женщина из очереди, которая была ею недовольна.

Стоун нахмурилась, но кивком показала ей, что она может продолжать.

– Дело в том, что Элли занимается географией с моим сыном Маркусом. И сегодня у него с ней был урок. Как раз после ланча.

Ким постаралась сдержаться. Женщина пытается помочь, но передвижения Элли пяти-шестичасовой давности ее уже не интересуют.

– Спасибо за…

– Нет, вы меня не поняли. Она перенесла занятие. Изначально оно было назначено на пять часов, но Элли сказала, что встречается со старым другом.

Глава 98

– Мертвые зоны? – Ким опять протолкалась в начало очереди, размахивая своим мобильным, чтобы привлечь внимание Лизы.

Последней пришлось использовать все свое профессиональное умение, чтобы скрыть раздражение.

– У нас нет…

– Глупости, – прервала ее Ким. – Они есть в любом здании.

Инспектор прекрасно знала, что, несмотря на все усилия мобильных операторов, мертвые зоны для связи все еще существовали на неровной местности, в густых лесах или на больших расстояниях. В городах качество связи зависело от других факторов.

– Лиза, где у вас тут самые толстые стены или металлические конструкции? – спросила инспектор. Ведь даже мощная бетонная арматура вполне может помешать телефонному сигналу.

– Прошу вас, скажите ей, и она от вас отстанет, – подал голос сержант.

– Он прав, – согласилась с ним детектив.

– Складские помещения на кухне, через которые можно выйти на служебный двор, – женщина опустила голову, – и раздевалки между спортивным залом и бассейном.

– Благодарю.

Стоун вновь достала телефон. И позвонила еще раз. Все с тем же отрицательным результатом.

– Командир, эти места должны быть где-то близко друг к другу.

– Знаю, Брайант. Но нам придется разделиться. Ты берешь на себя бассейн, а я – кухню.

Сержант кивком подтвердил, что понял ее. Они развернулись и побежали каждый своим путем.

Глава 99

Элли сдержала зевок и откинулась на скамейке, засунув для самоуспокоения руку в карман. Личная тревожная сигнализация была на месте в самом его углу.

Ее удивило текстовое сообщение, полученное не так давно. Вообще, любое сообщение, которое приходило с незнакомого номера, заставляло ее испытывать невольную дрожь. А таинственный текст этого ничуть не уменьшил ее страхи.

«Встретимся и поговорим?» – прочитала она.

Первой ее мыслью была мысль о людях, когда-то напавших на нее. «Я всегда о них думаю», – подумала Элли, машинально дотрагиваясь рукой до лица. Казалось, что она никогда не избавится от этих воспоминаний. Они возникали всякий раз, когда женщина смотрелась в зеркало – чистила зубы, причесывалась, наносила косметику…

А если и забывала хотя бы на несколько минут, то ей начинало казаться, что она читает о них в глазах других людей. И это были не просто мимолетные взгляды на ее шрам. Раз заметив его, люди уже не отрывали от него взгляды и следили за тем, как он двигается, когда она говорит, как будто это живое существо. Элли прекрасно понимала, насколько гламурных моделей раздражало то, что люди смотрят только на их грудь. Если б только ее грудь была чуть больше, она попыталась бы использовать ее, чтобы отвлечь внимание собеседников от шрама…

Элли на мгновение прикрыла глаза, радуясь, что мероприятие наконец закончилось. Необходимость находиться среди такой массы людей эмоционально истощила ее.

В обычной жизни она избегала мест скопления людей и старалась держаться подальше от любопытных глаз и навязчивых взглядов. Нынче это было совсем не сложно. Она на машине выезжала в дома своих клиентов, проводила уроки и на машине же возвращалась домой. А покупки можно делать и онлайн.

Только вот приезжать на это мероприятие становилось все труднее. Ей было тяжело появляться на публике, но приходилось делать это ради клиентов.

И именно поэтому сегодня она здесь.

Итак, первая ее мысль была о людях, когда-то напавших на нее, но Элли прекрасно знала, где они сейчас находятся. Она всегда это знала. Прошло уже шестнадцать лет, а она все еще боится, что они вернутся, чтобы добить ее.

Хотя ее страхи уменьшились ровно на треть, когда пять лет назад одного из ублюдков зарезали в какой-то криминальной разборке. В тот день Элли устроила себе маленький праздник – и не потому, что радовалась его смерти, а потому, что теперь ей надо было волноваться только о двух подонках. И искать, и следить в Интернете надо будет только за двумя.

Самый молодой из них надолго сел после серии жестоких нападений на молодых женщин. Так что пока о нем можно не беспокоиться. А второй женился, у него появились двое детей, и он работает кровельщиком в Сток-Олдермуре[67].

За первым посланием последовало второе, и она немного успокоилась, прочитав:

«Простите, забыл, что у вас нет моего рабочего телефона. У Матильды есть небольшой подарок для вас. Дэмиен».

Послание заканчивалось подмигивающим смайликом, и Элли тоже улыбнулась.

При других обстоятельствах она отказалась бы, но сейчас, когда страхи прошли, Элли вспомнила свой разговор с инспектором полиции. Он ей понравился. Она обрадовалась возможности пообщаться со взрослой женщиной, поделиться с ней своими знаниями и рассказать о своих наблюдениях. Когда детектив ушла, Элли расстроилась. Возможность использовать свои знания для обучения детей на индивидуальной основе удовлетворяла ее только частично – она начинала все чаще задумываться, что, может быть, ей чего-то не хватает. Более тесного общения со взрослыми, например… Кроме того, Матильда – просто прелесть, а ее отец – добрый и внимательный человек…

Звук сломавшейся ветки заставил Элли открыть глаза.

Им понадобилось несколько мгновений, чтобы привыкнуть к наступившей темноте. Но когда она увидела приближающуюся фигуру, у нее челюсть отвалилась от удивления.

Глава 100

Ким быстро шла по коридору вдоль гостиничных номеров в сторону кухни, расположенной в самом дальнем помещении гостиницы. В принципе, в здании было две кухни – одна, маленькая, для посетителей кафе и ресторана, находилась прямо рядом с ними, а на второй, большой, готовили для обслуживания в номерах и больших мероприятий.

Перед собой Ким держала телефон, внимательно наблюдая, как появляется и исчезает индикатор силы сигнала. В том месте, где он исчез почти полностью, она и начала свои поиски.

Запах и стук ножей подсказали ей, что она приближается к мертвой зоне, но ее внимание отвлекло нечто, что Стоун заметила чуть раньше и не успела полностью осознать.

– Осторожнее! – воскликнула она, когда одетый в белое работник кухни с коровьим боком в руках чуть не врезался в нее.

– Вы что, заблудились? – участливо спросил он, как бы извиняясь.

Ким показала удостоверение.

– Скажите, где именно начинается мертвая зона?

Мужчина нахмурился.

– Я про зону покрытия, – пояснила Стоун, поднимая свой телефон.

Мужчина посмотрел дальше по коридору, туда, где виднелась дверь пожарного выхода.

– Она начинается возле вон того огнетушителя на стене, выходит на улицу и продолжается до самой границы цветника.

– Поняла, – ответила Ким и заторопилась дальше.

И когда она миновала огнетушитель, сигнал исчез окончательно.

Никаких комнат здесь не было, так что инспектор распахнула дверь пожарного выхода и вышла на улицу.