Детские игры Марсонс Анжела
– Мы не сделаем ничего подобного. И не будем расстраивать Кэти по пустякам. Может быть, это вообще не он. Они показали тебе фото?
Глаза Бет вновь засветились надеждой. Она отрицательно покачала головой и повернулась к детективам.
– Мы попросим одну из вас провести официальное опознание, – пояснила инспектор. – Однако мы абсолютно уверены, что это ваш муж, миссис Никсон.
Женщина расплакалась.
Ким посмотрела на Брайанта и приподняла одну бровь. Сержант кашлянул.
– До тех пор пока у нас не будет доказательств, что это действительно он, – заявила золовка, – я предпочитаю вам не верить. – Она сняла тонкий кардиган лимонного цвета.
Сержант кашлянул еще раз.
– Он человек слишком здравомыслящий, чтобы позволить вот так просто убить себя. Он очень умен…
Брайант закашлялся так, как будто его легкие наполнились дымом.
Миссис Никсон прекратила рыдать и взглянула на кашляющего детектива.
– Прошу прощения, офицер, но с вами все в порядке? Может быть, принести вам что-нибудь выпить?
– Да, прошу вас, на ваш выбор.
Бет собралась встать.
– Я все сделаю, Бет. Сиди где сидишь, милая, – Ленора похлопала ее по руке.
Брайант посмотрел на Ким и с довольным видом вышел вслед за женщиной из комнаты. Они часто использовали эту тактику: разделяй и узнавай как можно больше.
Но сначала Ким было необходимо прояснить кое-что.
– Миссис Никсон, я хотела бы подчеркнуть, что, как бы вам ни хотелось верить, что ваш супруг жив, мы в его смерти нисколько не сомневаемся. И с нашей стороны позволить вам надеяться на что-то было бы бесчувственно. Мне очень жаль.
Бет Никсон, с трудом сглотнув, кивнула.
– Умом я все понимаю, но сердце ищет малейший предлог, чтобы вам не поверить…
– Я это знаю, но мне действительно надо задать вам несколько вопросов, чтобы мы могли найти негодяя.
– Прошу вас, начинайте. – Бет вытерла нос.
– У вашего мужа были какие-нибудь проблемы – не важно с кем, – о которых вам известно?
– Барри – прекрасный человек, – женщина покачала головой. – Он всем помогает.
– А на работе? – с надеждой в голосе уточнила Ким.
– Да вроде нет. Иногда ему приходится говорить людям неприятные вещи, а мало кому нравится, когда речь идет о ваших собственных детях, да?
– Простите, а чем он зарабатывал на жизнь?
– Барри консультировал детей, особенно в сложных случаях.
И опять дети… Детектив подумала о Белинде Эванс.
– Прошу вас, продолжайте, – попросила она.
– Он работает с детьми, у которых было тяжелое прошлое. Чаще всего это те, кто склонен к насилию. Работает он как частный консультант и очень востребован.
Именно поэтому он отправился в соседний газетный киоск в будний день во время ланча…
Ким никак не могла избавиться от появившегося у нее неприятного чувства. В детстве она встречалась, наверное, с сотней таких Барри, и у каждого из них был свой взгляд на то, как надо с ней обращаться, но у всех у них было нечто общее – они рассматривали ее как личный вызов.
И Стоун нюхом чуяла их отчаяние, когда они понимали, насколько изломана ее психика. Ей задавали целую кучу вопросов, разных вопросов, но все они были нацелены на то, чтобы сбить ее с толку и привести в замешательство. В ход шли куклы, книги, игры, тесты – все что угодно, лишь бы заставить ее раскрыться перед ними.
Тед был не такой. Позволил ей смотреть, как он плавает в маленьком пруду. Давал ей леденцы и позволял сидеть в абсолютном молчании. Она никогда ни перед кем не раскрывалась полностью, но, если б ей надо было выбирать, кому раскрыть душу, это непременно был бы именно он.
– То есть существуют родители, не согласные с мнением вашего мужа? – уточнила Ким. Желание защитить собственное дитя часто заканчивается убийством.
– Ну конечно, – взволнованно ответила Бет, все еще не верящая в произошедшее. – Они не всегда хотят слышать правду, даже если заплатили за нее.
Ким хотела было возразить ей, что речь идет о личном мнении, а вовсе не об истине в последней инстанции, но решила не терять время.
– А был ли кто-то, кто особенно возмущался… выводами вашего мужа?
– За последнее время – нет, – Бет покачала головой. – Последнее время он немного сократил круг своих клиентов и больше времени проводил дома.
Услышав эти слова, Ким восприняла их как сообщение о том, что бизнес постепенно хирел.
– А не могли бы мы получить список последних клиентов вашего мужа?
– Конечно. Я попрошу Ленору. Она занимается его встречами и всей текучкой.
– Миссис Никсон, вы когда-нибудь слышали имя Белинда Эванс?
Женщина задумалась и покачала головой.
– Нет. А должна была?
Ким надеялась на это, основываясь на их общем с Никсоном интересе к детям с изломанными судьбами. Наверняка между ними существует на этой основе какая-то связь. Ведь на первый взгляд ничего больше их связывать не могло.
Ким ощутила тяжелый груз разочарования.
Время неумолимо приближалось к концу очередного рабочего дня. У них на руках появился еще один труп, но они не нашли ничего из того, что могло бы помочь им разыскать убийцу.
– Хорошо, миссис Никсон. Благодарю вас за помощь и…
– Он действительно умер? – прошептала женщина, глядя в сторону камина.
– Боюсь, что да, – ответила Ким, от всей души желая как-то облегчить ее боль.
– В это так трудно поверить… Он так ждал этой своей завтрашней поездки!
Глава 37
– Ну, теперь-то я утру тебе нос, – самодовольно заявил Брайант, пока они шли к машине. – Наша Ленора – неисчерпаемый кладезь информации.
– Что ж, попробуй.
– Наша жертва – детский консультант, – сообщил сержант, залезая в машину.
– Это я уже знаю, – Ким захлопнула за собой пассажирскую дверь.
– А Ленора отвечает за его встречи и занимается текучкой.
– И это мне тоже известно.
– Первая жена умерла от рака три года назад.
– Этого мне не сказали, – призналась детектив.
– Ага, значит, ты все-таки чего-то не знаешь.
– Нет. Просто я посчитала невежливым задавать второй жене слишком много вопросов о первой. Но ты, друг мой, продолжай и наслаждайся своим величием там, где можешь.
– Ленора обожает Бет, которая скрасила жизнь ее брату после долгой болезни первой жены.
– Ну, это нам ни к чему.
– Я просто нагнетаю обстановку, – пояснил сержант.
– Вовсе нет, и если ты рассчитываешь пересказать мне…
– С некоторых пор ты перестала понимать шутки.
– Начнем с того, что я их никогда не понимала, а кроме того, я выяснила, что этот парень собирался куда-то ехать. Готова поспорить, что туда же, куда собиралась Белинда Эванс. Итак, что еще ты выяснил?
– Внушает, – признал Брайант. – А ты знаешь, что Бет когда-то была пациенткой своего мужа?
– Ничего себе… – вырвалось у Ким.
– Вот именно. И вновь они наткнулись друг на друга в «Фейсбуке». Можешь себе это представить? Встретились за чашечкой кофе, чтобы вспомнить былое, и тут как раз на них накатило…
Ну да, оба взрослые люди, но Ким, услышав это, почувствовала на языке какой-то кислотный вкус. И хотя с юридической точки зрения все было нормально, но существуют же какие-то морально-этические принципы?
– Вот что, Брайант, – инспектор посмотрела на часы, – нам надо найти способ работать дольше… – Она замолчала, услышав звук своего телефона. – Сэр? – произнесла в трубку, увидев на дисплее номер телефона старшего детектива-инспектора Вудворда, своего непосредственного начальника.
И услышала приказ немедленно появиться в участке.
– Конечно, сэр, уже еду. Я ведь тоже хотела переговорить с вами.
Глава 38
Пенн сошел с автобуса на две остановки раньше. Он знал, что вполне мог попросить, чтобы патрульная машина отвезла его на станцию, туда, где он оставил свой автомобиль. Но у него были здоровые ноги и мелочь в кармане, так что он посчитал такую просьбу издевательством.
Сложно было поверить в то, что только сегодня утром он оставил здесь свою машину, чтобы пересесть на поезд на пути в суд. Заканчивался один из тех дней, который оказался насыщеннее, чем три обычных.
«Да и он еще не закончился», – подумал сержант, которому все это даже нравилось. То, что последние несколько недель его заставляли работать строго по расписанию, казалось, лишило его последних запасов энергии. А вот Тревису надо закончить дело как можно скорее, и он, в отличие от босса, не читал никаких меморандумов.
К счастью, все они думали одинаково, и ни Дуг, ни Линн не собирались завязывать до того, как будут достигнуты хоть какие-то успехи.
Пенн попросил Дуга порыться в прошлом Ирины Нориевой и выяснить, могли ли слухи о супружеской неверности ее мужа быть достаточной мотивацией для изменения показаний. Хотя он молил Бога, чтобы это было не так. А Линн должна была еще раз просмотреть результаты экспертиз, чтобы убедиться, что они ничего не пропустили. И опять-таки Пенн очень надеялся, что это именно так. Сам он решил вернуться на бензоколонку и попытаться найти несоответствия в показаниях Рики Дрейка. И сошел с автобуса раньше для того, чтобы пройти именно тем маршрутом, о котором говорил Дрейк.
Последний вышел из паба в 10.30, и на улице уже было темно. Сейчас немного светлее, но тем не менее…
Несколько мгновений Пенн постоял перед пабом, осматривая дорогу.
На той стороне, на которой стоял он, располагались несколько таунхаусов, закрытый винный бар, пустошь с мусором где-то посередине, а уже после нее – та забегаловка, в которую направлялся Дрейк. Она располагалась где-то на расстоянии ста – ста двадцати метров, как раз там, где на дороге был островок безопасности.
Сейчас Пенн находился дальше всего от забегаловки и мог отлично ее рассмотреть. И он не был уверен, что закурил бы, находясь от нее на таком расстоянии; а ведь до бензоколонки на противоположной стороне дороги было еще ближе.
Пенн пошел по тротуару, стараясь в точности повторить маршрут Дрейка, о котором тот говорил в своих показаниях. Пройдя тридцать метров, он смог заглянуть в ярко освещенные окна бензоколонки. Но фигуру мистера Капура различил с трудом, да и то потому, что хорошо его знал.
Пенн продолжил свой путь. В течение нескольких секунд один из бензонасосов закрывал ему вид на кассу, а затем она вновь появилась у него перед глазами. Сержант остановился на том самом месте, которое указал Дрейк, когда говорил о том, что он прикурил сигарету. Как раз у фонарного столба перед пустошью.
Пенн нахмурился. Нет, этого не может быть. Он посмотрел на другие фонари, но расстояние между ними говорило о том, что ни один из них не подходит.
Сержант почувствовал, как в животе у него зашевелилось нечто, похожее на тревогу, и он стал прогуливаться перед бензоколонкой. Трижды прошел вдоль нее, останавливаясь на каждом шагу и внимательно присматриваясь.
Вот с этого места Дрейк ясно опознал преступника. Он показал, что сначала взглянул мельком, а потом, приглядевшись, понял, что это Нориев.
Со своего места Пенн ясно видел мистера Капура в ярко освещенном помещении. Видел, как он с кем-то общается и даже как протягивает сдачу. Но из-за витрины с шоколадом, протянувшейся вдоль всего помещения, Пенн никак не мог разглядеть его собеседника.
Показания Рики Дрейка были ложью от начала и до конца.
Глава 39
– Я больше так не могу, сэр, – сказала Ким, входя в кабинет Вуди.
– Я тоже, Стоун, но, мне кажется, мы говорим о двух совершенно разных вещах. Скажите мне, что вас мучает?
– Э-э-э-э… – промямлила Ким, стараясь выиграть время. Она хотела убедиться, что правильно понимает, о чем вообще идет речь, прежде чем в чем-то признаваться.
– Вы позволили Тревису забрать у вас одного из членов команды, и это при том, что у вас на руках два трупа.
Ах, вот в чем дело…
– Надо сказать, сэр, что в момент моей встречи с Тревисом у нас на руках был всего один труп. О втором нам сообщили…
– Прекратите эти ваши игры. Кто, черт побери, дал вам право соглашаться на неофициальную просьбу? Вы обязаны были перенаправить ее мне.
– При всем моем уважении, сэр, Пенн – член моей команды. И он и так был потерян для нас на этой неделе, потому что сидел в суде и бил баклуши. А кроме того, если по-честному, то дело это превратилось в настоящее дерь…
– Но это их дерь… то есть проблема. И не наше дело решать ее за них.
– Речь всего лишь о линии на карте, – процитировала Ким его же собственные слова об административных границах. – Все мы боремся с преступностью.
Старший детектив-инспектор был одним из самых ярых защитников кооперации между различными управлениями из всех, встречавшихся Ким. Он считал, что административные границы существуют только для распределения бюджета и управленческих целей, а так – все они занимаются одним общим делом. Преступники свободно пересекают эти границы, так что процедуры и методы работы должны быть изменены соответствующим образом.
– И знаете, сэр, – продолжила Ким, – я задала себе вопрос: «А что мой босс сделал бы на моем месте? Сказал бы он «нет» недолго думая или же попытался бы скооперироваться с коллегами по ту сторону административной границы и провести настоя…»
– Для начала он обсудил бы это со своим старшим офицером, так что не стоит мутить воду – со мной это не пройдет.
– Я всегда могу позвонить Тревису и сказать, что совершила ошибку. И Пенн вернется…
– Вы же прекрасно знаете, что я отказал бы в этой просьбе… Но сейчас уже ничего не поделаешь, хотя я действительно не понимаю, о чем вы думали, когда принимали столь безрассудное решение.
– Пенн с самого начала занимался этим делом. Он был ответственным за расследование и должен знать, где именно обо… то есть я хочу сказать, облажался. Если он это поймет, то сможет что-то исправить; в противном случае эта ошибка будет сопровождать его на протяжении всей карьеры.
– С этого надо было начинать, – сухо ответил Вуди.
– А в чем, собственно, дело, сэр? – поинтересовалась Ким, понимая, что босс с самого начала должен был знать, что ее мотивы не имели никакого отношения к межуправленческой кооперации. Это было расследование Пенна, а не ее, а она отлично знала, что значит довести до конца начатое тобой дело, хотя и редко распространялась на эту тему. – И вообще, сэр, теперь мне нужно сказать то, ради чего я хотела с вами встретиться. Сэр, снимите ваши ограничения. Даже с Пенном мы не смогли бы раскрыть это дело, работая только с девяти до пяти. И вообще, моя команда теряет смысл жизни. Стейси ищет подработку, Брайант на грани развода… А я, если этого вам недостаточно, занимаюсь уборкой дома.
Она увидела, как на губах Вуди появилось подобие улыбки.
– Ладно, Стоун, можете работать подольше, но только не загоняйте их в гроб.
– Благодарю вас, сэр. – Ким подошла к двери.
– Но не забывайте, Стоун: каждое действие имеет свои последствия, так что будьте готовы ответить за свои.
Инспектор прикрыла дверь за собой. Что, черт побери, он хотел этим сказать?
Глава 40
– Так, ребята, уже пять часов, – сказала Стоун, входя в комнату отдела.
Брайант застонал, а Стейси состроила недовольную гримасу.
– Но, принимая во внимание, что мы лишились Пенна и что у нас на руках два трупа, давайте поработаем еще немного. Согласны?
Двое ее коллег отсалютовали друг другу через комнату.
– Кому-то надо предупредить близких?
– Нет, – ответил Брайант. – Моя предпочитает, чтобы я звонил, когда возвращаюсь пораньше, поскольку это-то и есть самое необычное.
– Нет, – просто повторила Стейси, но Ким заметила тень, пробежавшую по ее лицу. Остается только надеяться, что еще одни отношения не стали жертвой времени, проведенного вместе.
– Однако я должна предупредить, что если кто-то из вас почувствует усталость или если уровень стресса покажется вам слишком…
– Командир, так мы можем приступать к работе? – прервал ее Брайант.
– Тогда просто скажите мне об этом. Договорились?
– Конечно, – согласилась Стейси. – А теперь – у меня есть кое-что на Веронику Эванс, и, как мне кажется, вам это будет интересно.
– Говори, – Ким сложила руки на груди.
– Я об этом разговоре по «Скайпу» с редактором. Он действительно произошел приблизительно в то время, которое она назвала, но закончился в двадцать один пятьдесят два. А это, согласно навигатору, давало ей достаточно времени, чтобы добраться до Хайден-Хилл-парка и вернуться назад до того, как было обнаружено тело ее сестры. Я не совсем уверена, что это может означать с точки зрения появления второго трупа, но…
– Отлично, Стейси. Прекрасная работа, – заключила Ким.
Независимо от того, сколько трупов появилось или появится в расследовании, ей очень хотелось знать подробности отношений двух сестер.
– Итак, – она подошла к доске. – У нас есть Белинда Эванс на качелях и Барри Никсон на классиках, и у обоих на затылке вырезана буква «Х». Мы знаем, что Белинда была профессором детской психологии, а Барри Никсон консультировал в основном семьи с проблемными детьми. Мы также знаем, что Барри собирался принять участие в двухдневном мероприятии под названием «Брейнбокс»[38] или что-то в этом роде, в городе Стаурпорт-он-Северн. Мероприятие начинается завтра. Думаю, можно предположить, что Белинда направлялась туда же. Жена Барри Никсона, которая совершенно случайно оказалась одной из его бывших пациенток…
– Б-р-р-р-р, – громко произнесла Стейси, и Ким поняла, что констебль испытывает те же ощущения, что и она сама несколькими часами раньше.
– Согласна. В любом случае она говорит, что вот уже многие годы Барри не пропускает ни одно из этих мероприятий и уже внес вступительный взнос.
– За что именно?
– Не знаю, но я хотела бы поговорить с организаторами, чтобы понять, что происходит на этих сборищах. Кроме того, я хотела бы побольше знать о самом мужчине, однако не хочу получать эти сведения ни от жены, ни от сестры, которые считают, что он был воплощением Бога на земле.
– Но у него нет начальника, потому что он работал частным образом, – вставил Брайант, – и я не уверен, что у него была масса друзей.
– М-м-м-м, – задумчиво сказала Ким. – Ты думаешь, что прав, Брайант? А вот мне кажется, что я знаю кое-кого, кто может нам помочь…
Глава 41
Пенн набрал в легкие побольше воздуха и распахнул дверь. Ему пришлось придержать ее и пропустить женщину, которая выходила, позвякивая ключами в одной руке и держа кофе в другой.
Кроме двух мальчишек возле витрины с напитками, рассматривавших новую камеру наружного наблюдения, на заправке никого не было.
Ребята обменялись взглядами и удалились. Тинейджеры, еще школьники, – и в то же время у любого из них мог быть нож…
Пенн взял бутылку и подошел к кассе.
– Мистер Пенн, сэр? А что вы здесь делаете?
Он открыл и тут же закрыл рот, увидев, как впереди него втиснулся посетитель с деньгами наготове.
Пенн хорошо помнил себя на его месте. Тогда бак заполнялся ровно на ту сумму, которая была у тебя в кармане. И ты старался ни в коем случае не налить больше, но в то же время точно угадать необходимое количество. И чем точнее ты был, тем лучше.
Видит ли мистер Капур теперь, после смерти сына, потенциального преступника в каждом посетителе? И в какой момент он облегченно выдыхает, понимая, что посетитель не предъявит ему вместо платы нож или что-нибудь похуже? Что он хочет просто заплатить за горючее и продолжить свою ночную поездку?
Пенн подождал, пока молодой человек исчез.
– Это вы вышагивали на той стороне дороги? – спросил Капур, нахмурившись.
Сержант хотел солгать, но вместо этого утвердительно кивнул.
– Мистер Капур, сегодня в суде много чего случилось. И, с нашей точки зрения, это ослабило наши позиции. Я обещал держать вас в курсе – и должен сообщить вам, что в настоящий момент мы пересматриваем дело.
– Не понимаю, – Капур нахмурился. – Григорий Нориев убил моего сына. Вы сами мне об этом сказали. Вы сказали, что арестовали преступника.
Да, он так говорил. Сразу же после того, как пришли результаты теста ДНК, он приехал после работы в дом пострадавшего и рассказал им все новости.
– Футболка с кровью Дева на ней… Она была…
– Была, мистер Капур. Найдена в сарае Нориевых. Но при этом существуют некоторые нестыковки, на которые мы не можем закрыть глаза.
– А этот человек, которого убили? Он что, собирался показать под присягой, что в тот вечер Нориев был дома?
– Тут легко совершить ошибку, – Пенн кивнул. – Основой его показаний было то, что каждый вечер, в десять часов, его сосед зовет в дом собаку. Хотя его показания никак не угрожали результатам расследования.
– Но сам он кому-то угрожал, – просто заметил мистер Капур.
Внутренне Пенн был с ним согласен, но он надеялся, что команда, занимавшаяся смертью Макканна, сможет представить неопровержимые свидетельства того, что смерть последнего никак не связана с делом Капуров. Может быть, Макканн не заплатил карточный долг плохому человеку, а может быть, торговал наркотой и пал жертвой недовольного клиента. Логика подсказывала ему, что в сорок шесть лет человек вряд ли будет связываться как с первым, так и со вторым, но Пенну приходилось хвататься за соломинку.
– Сейчас мы вновь расследуем все подробности, чтобы убедиться…
– Прошу вас, сэр, не надо, – мистер Капур грустно улыбнулся. – С самого первого дня вы относились ко мне с уважением. Мы тогда стояли над телом Дева. – Он перевел взгляд на то место, где когда-то лежал труп его сына. – И уже тогда вы говорили о том, что без записей с камер наружного наблюдения можете не найти убийцу. Но я чувствовал, что вы намерены сделать все от вас зависящее. Вы всегда были со мной честны, поэтому не надо сейчас этих полицейских отговорок.
– Мистер Капур, сейчас мы проверяем все еще раз, чтобы быть уверенными, что арестовали именно нужного человека… – С глубоким вздохом Пенн кивнул.
– Благодарю вас.
– Я догадываюсь, что вы должны сейчас чувствовать…
– Я злюсь на человека, который отнял у меня моего сына. Я злюсь на человека, который лишил мою жену ее первенца. Я злюсь на человека, который заставил моих дочерей почувствовать горе и потерять веру в людей раньше, чем это было необходимо. Полиция постоянно напоминала мне о том, что я должен обеспечить защиту своей собственности, а я не слушал ни вас, ни ваших коллег – и заплатил за это очень высокую цену. Так что мне некого винить, кроме самого себя.
Неожиданно Пенн ощутил приступ тошноты.
– Мистер Капур, я хочу, чтобы вы знали: мы сделаем все возможное, чтобы разобраться в этом деле.
– Я знаю, сэр.
В помещение зашел еще один покупатель.
Кивнув на прощание, Пенн покинул территорию бензоколонки. Сейчас он ощущал себя хуже, чем когда входил на нее.
Глава 42
– А ты уверена, что я тоже могу войти? – уточнил Брайант, останавливая машину.
– А ты что, вампир, который нуждается в отдельном приглашении? – поинтересовалась инспектор.
– Ты знаешь, почему я спрашиваю.
– Знаю, но это не частный визит.
– Отлично. Я люблю этого парня.
Ким закатила глаза. Дома у нее был еще один мужичок, который точно так же радовался, когда его привозили по этому адресу.
– Привет, Тед, – поздоровалась она, когда ее старый консультант открыл дверь.
– Привет, Ким. Я вижу, сегодня ты привезла подкрепление…
Входя в дом, Стоун улыбнулась.
– Он испытывает к тебе настоящие мужские чувства, – объяснила она, проходя мимо Теда.
– Ну что ж, спасибо тебе. Как я понимаю, это официальный визит, – заметил Тед. – Ведь еще не наступил тот шальной час, в который ты обычно появляешься с неофициальными…
Ким согласно кивнула.
– То есть ты не будешь отрицать, – Тед склонил голову набок, – что в последний раз, будучи у меня, ты чуть не оторвала мне голову и унеслась отсюда как смерч?
– Конечно, не буду, – подтвердила инспектор. В этом для них двоих не было ничего нового – она выросла такой.
– Неужели все так и было? – поинтересовался Брайант, пока они стояли в небольшой кухоньке.
– Именно. И произошло это после того, как я сказал, что ей не стоит браться за дело этого имитатора.
– Ах, вот как, – произнес сержант.
– Та наша встреча закончилась не очень хорошо.
– То есть сейчас меня привели как пушечное мясо?
– Конечно, – подтвердила Ким, беря из коробки пирожное с заварным кремом.
– Ну, и где же мы сегодня разместимся, моя дорогая? – спросил Тед, и в глазах у него появился блеск.
Во время последнего визита Ким он обратил ее внимание на то, что когда она не хотела говорить, то выбирала место в саду. Если устраивалась в гостиной, то это значило, что ей нужна помощь. А когда хотела выслушать его мнение, то проходила на кухню. Кроме того, кухня была ближе всего к выходу, и ее было удобнее всего покидать в гневе, если она не соглашалась с этим мнением.
– В гостиной, – предложила Ким. – И я приготовлю кофе, пока вы двое поболтаете.
Тед кивнул и пригласил Брайанта в комнату.
Стоун поставила чайник на плиту и достала из буфета три кружки.
– Милая комнатка, – заметил Брайант, пока она разливала кофе по чашкам. – Так это здесь юная Ким общалась с единственным в мире человеком, которому доверяла?
– Не совсем, – ответил Тед, пока инспектор наливала молоко. – Она вообще очень мало говорила, независимо от того, какое место выбирала в этом доме, но продолжала приходить сюда. Появлялась здесь каждый раз, когда ей назначали встречу, и почти все из них проводила в полном молчании.
Читать бесплатно другие книги:
