Целительница Бульба Наталья

ГЛАВА 7

Магическую клятву Игорь дал. И не только он, но и Антон Мещерский.

Без ограничений в виде посягательства на их честь и честь рода не обошлось, но это был как раз тот случай, когда парни четко осознавали, чем грозят необдуманные поступки.

— Теперь направо, — скомандовала я, все четче чувствуя ниточку, которая связывала меня с Яной.

— Ты уверена, что лучше обойтись без полиции? — повернул ко мне голову Тоха.

Именно он сидел за рулем машины. Не Юлиной — его. Но не того крутого кабриолета, а джипа, судя по толщине дверей, бронированного.

— Не уверена, — хмуро ответила я. — Но объяснять им, откуда знаю, где Яна находится, мне не хочется.

— Тох, Саша права, — заметил сидевший на заднем сиденье Игорь. — Представляешь, во что превратится ее жизнь, когда о таком даре станет известно? Твои родичи будут первыми, кто захочет заполучить ее.

— Они и так уже хотят, — огрызнулся Антон, заставив меня улыбнуться. — Целитель, живет во флигеле профессора.

— И ты тут совершенно ни при чем, — ехидно поддел его Игорь. — То-то без твоего Ванечки на пикнике не обошлось.

— При чем, — не стал отпираться Тоха, — но сейчас не тот случай.

— Мальчики, не спорим, — решила побыть миротворцем Юля.

— А мы и не спорим, — успокоил ее Игорь. — Мы просто вырабатываем общую позицию.

Оглянувшись, я показала Игорю большой палец. Чем дальше, тем больше он мне нравился. И вот этим уверенным спокойствием, и умением видеть то, что не бросалось в глаза.

— С позицией это ты точно, — протянул Антон, по моему жесту вновь сворачивая направо. — Но если мы не сменим направление, то занесет нас не в самый гостеприимный район. И чем все может…

Закончить предупреждение ему не дал звонок. На мой телефон.

Глянув на номер, попросила:

— Останови.

Взгляд Тохи был не самым дружелюбным, но задавать глупые вопросы он не стал. Притер машину к обочине.

Выскочив, отошла подальше и только тогда ответила:

— Да, слушаю.

— И куда это тебя понесло? — довольно холодно поинтересовался Андрей.

— Следишь? — вспомнив, что жетон, который он приказал носить не снимая, был еще и маяком, с сарказмом уточнила я.

— Только когда ты покидаешь периметр безопасности, — парировал он. — Что случилось?

Уверять, что все в порядке, я не стала. Да он и не поверил бы. Слишком хорошо меня знал.

— Пропала Яна. Поссорилась с мальчиком, не ночевала дома.

Молчание было недолгим.

— Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь? — все так же отстраненно произнес он.

— Они дали магическую клятву…

— …которую при желании и определенных навыках легко обойти, — продолжил Андрей. — Но то, что додумалась до клятвы, уже хорошо.

— И даже ругать не будешь? — фыркнула я, чувствуя, что гроза, хоть и была совсем рядом, прошла мимо.

— Ты достаточно взрослая, чтобы принимать решения и отвечать за их последствия, — отрезал он, давая понять, что все равно недоволен. — А теперь слушай внимательно, — резко сменил тон Андрей. — Номер и марка машины… Старший наряда — Владимир. Если придется общаться с полицией, вы ни при чем, все вопросы решает он. Своим парням покажешь жетон клуба. Они поймут.

— Андрей, ты кто? — глухо поинтересовалась я, когда до меня дошло, о чем именно он сказал.

Решать вопросы с полицией… Это был тот уровень влияния, о котором даже думать страшно.

Андрей хмыкнул — видеорежим не включил, так что обошлось без выражения лица. Но так даже лучше. Не хотела видеть самодовольного ехидства, которое слышалось в его голосе.

— Главное, что ты должна знать: я — друг твоего отца. И твой дядька, который за тебя перегрызет глотку любому. Ты поняла? — строго спросил он.

— Поняла, — промямлила я и вздохнула.

Мне бы еще что-нибудь сказать, но Андрей отключился, оставив меня со всем, что я уже сделала, и с тем, что только предстояло сделать.

Я постояла еще полминутки — после такого разговора требовалась передышка, потом убрала телефон в карман и решительно вернулась в машину. Беспокойство за Янку никуда не делось, лишь становилось сильнее.

Села, пристегнулась.

— Марка машины… Номер… Цвет… — встретила я взгляд ожидавшего распоряжений Антона.

— Не понял? — сдвинул он брови к переносице.

Не забыв наказ, вытянула из-под рубашки жетон. Чуть развернувшись, чтобы видели все, показала.

Игорь, разглядев его, присвистнул. Антон, хмыкнув, качнул головой. Но я видела, что его, как и Валдаева, это успокоило.

— Из нас только у Трубецкого такой есть, — выезжая с обочины, заметил Тоха. — Класс «А». Доступ ко всем стрельбищам.

— За исключением тех, где тренируют спецподразделения, — поправил его Игорь. — Но все равно круто.

Они явно ждали комментариев, но я только пожала плечом.

Чем меньше подробностей, тем меньше придется врать. А лишний раз врать мне не хотелось.

— У тебя и пистолет имеется? — сообразив, о чем идет речь, проявила любопытство и Юля.

Вместо ответа приподняла штанину джинсов, продемонстрировав закрепленную на голени кобуру с находившимся в ней «ругером».

Это была еще одна причина, по которой Андрей потащил меня в клуб. Членство в нем и сданный экзамен, что подтверждало сделанное в галерее видео, давали право на владение и использование огнестрельного оружия.

Мой возраст и социальный статус, конечно, ограничивали его типы и модели, но линейка все равно оставалась широкой.

Выбор в пользу «ругера» сделал тоже Андрей. Сказал, что воевать за меня будут другие, а для непредвиденного случая в мирной жизни этой игрушки вполне хватит.

Я согласилась. Маленький. Легкий. Компактный. В качестве сюрприза при скрытом ношении он был очень хорош.

— Ну, раз даже пистолет имеется… — иронично протянул Антон, — тогда и пойдем вместе.

Говорить о том, что раз Андрей взялся за дело, то вряд ли наши услуги потребуются и в дальнейшем, я не стала. Просто в очередной раз жестом попросила повернуть направо, понимая, что кое в чем Тоха прав.

Мы все дальше удалялись от центра города. И все чаще нам по пути попадались готовые к сносу дома, что спокойствия никому не добавляло.

* * *

Серый мини-вэн, о котором предупредил Андрей, догнал нас минут через пятнадцать. Вывернул из какой-то подворотни, мигнул фарами и пристроился за нами.

А еще минут через пять меня стало корежить. Сначала усилилось беспокойство, затем обдало жутким страхом, от которого кожа покрылась мурашками, потом резко скрутило, провоцируя позывы рвоты.

Антон сначала испугался, хотел остановиться, но Игорь быстро сообразил, что мы где-то рядом и я перетягиваю на себя все, что испытывала в этот момент Яна.

Лучше бы не говорил. Юля сжалась, стиснула зубы, чтобы не разрыдаться от тревоги за сестру.

О том, что мы у цели, я оповестила криком. «Удар» в лицо, голову мотнуло. Засаднила бровь, «закрылся» глаз…

С трудом вырываясь из чужой боли, указала на стоявший метрах в ста от дороги двухэтажный дом.

То, что давно заброшен, было понятно не только по внешнему виду — пустые оконные проемы, почти полностью лишенный штукатурки кирпич и сорванная с крыши черепица, — но и по зарослям бурьяна вокруг здания.

Тоха бросил машину к обочине. Тормозил резко, если бы не ремень, я бы ударилась головой о переднее стекло.

Но тут уже не до сантиментов. Он видел, что творилось со мной, и должен был понимать — Янке сейчас намного хуже.

Игорь выскочил за ним. Я видела, как оба, доставая оружие, бросились к дому; но были вынуждены остановиться, когда их перехватили бойцы из второй машины.

Разговор получился коротким. Четверо в камуфляже и с короткоствольными автоматами побежали дальше, а Игорь и Тохой остались на месте, лишь отошли за росшие рядом кусты, чтобы не светиться.

В этот момент я как раз и вывалилась из машины. Открыв дверь, упала на колени, потом рухнула на землю и свернулась, пережидая очередной приступ боли. На этот раз «двинули» меня в живот. Жестко двинули, без всякого милосердия.

Юлька была уже рядом. Приподняла мне голову, поднесла ко рту бутылку с водой…

Сделав несколько глотков, я почувствовала себя лучше. Не потому, что лучше стало Яне, просто удалось сосредоточиться и оборвать нашу привязку.

— Ты как? — заметив, что задышала ровнее, с беспокойством спросила Юля.

Когда я предлагала найти Яну, вряд ли она ожидала, что это будет так.

— Уже лучше. — Сев, я подтянула к себе колени.

Слабость еще присутствовала, но фантомные боли уже прошли. И это был хороший признак, потому что, не сумела бы я справиться с привязкой, все могло закончиться плохо и для меня.

— А если они ее… — Юля то и дело бросала взгляды на дом.

О том, что не успели, я не сказала. Сначала раздался одиночный выстрел. Похоже, предупреждающий. Потом короткая очередь. Еще одна…

Мы с Юлей вскочили, хотели уже кинуться к Игорю с Тохой — оба тоже смотрели в ту сторону, но нас перехватил оставшийся у мини-вэна боец.

— Стоять! — рявкнул он и кивнул на мини-вэн. — Быстро в машину!

Юля хотела высказаться, но мне хватило благоразумия не спорить. В отличие от нас, дилетантов, эти точно знали, что делали.

Схватив Юлю за руку, потянула ее за собой. Она едва переставляла ноги, запиналась. Оглядывалась…

— Тоха, там! — вдруг закричала она. Когда Мещерский обернулся, рукой указала на угол дома.

Что она там увидела?

В машину меня закинули. Следом на сиденье плюхнулась Юлька.

— Дурак! — зло процедила она сквозь зубы.

Относилось это к бойцу, для которого мы здесь точно были лишними.

— Это их работа, — устраиваясь удобнее, заметила я. Заставила себя расслабиться.

Все, что могла…

Оставалось надеяться, что обойдется без лишней крови.

Без лишней крови не обошлось.

Серьезно избитая Яна.

Бандитов было шестеро. Двое убитых и двое раненых. Одного, пытавшегося сбежать, взяли Тоха с Игорем.

Когда все закончилось и мы с Игорем оказали Яне первую помощь, к нам подошел старший группы Владимир.

— Значит, так, детки. Сейчас садитесь в машину и быстренько уезжаете. Словно вас здесь и не было.

— Но… — попытался возразить Тоха.

— Я непонятно выразился? — холодно уточнил Владимир. — За помощь, конечно, спасибо, но все прочее оставьте нам. Или так хочется познакомиться с полицией?

Судя по помрачневшему Тохе, не хотелось.

— А как же Яна? — едва не заплакала Юля.

Владимира это нисколько не смягчило. Бросив взгляд на мини-вэн — Яна находилась там, лежала на разложенных сиденьях, посмотрел на часы, надетые поверх камуфляжа:

— У вас шесть минут. Проезжаете дальше, метров через четыреста съезд на грунтовку. По ней два километра, выедете на трассу. Все понятно?

Тоха только кивнул. Взял Юлю за руку.

— Я никуда без нее…

— У них штатный целитель, — как уже сегодня делала, взяла я Юлю за плечи. — И ей ничто не грозит.

Моих слов хватило, чтобы Юля как-то вся обмякла. Ее взгляд затуманился… Упасть она не упала, но пошатнулась. Игорь успел поддержать и так, придерживая, повел к машине. Следом направился и Тоха.

Я задержалась. Всего на несколько секунд.

— Спасибо! — искренне поблагодарила Владимира. — Если бы не вы…

— Тебе спасибо, — без той жесткости, с которой разговаривал до этого, вдруг произнес он. — У этих тварей на счету уже пятеро девчонок. Всех замучили. Сначала измывались, потом убивали.

Я сглотнула. Говорить, что о чем-то подобном подозревала, не стоило. Чувствовала, как с каждой минутой становится все хуже, но чтобы так…

Кивнув еще раз — все слова словно вылетели из головы, направилась к машине.

Игорь уже сидел внутри, Тоха ждал меня. Когда подошла, открыл дверь, помог сесть. С этим он угадал. Ноги подрагивали. И от пережитого. И от того, что могло случиться, но, к счастью, не случилось.

Когда трогались, издалека донесся вой полицейских сирен.

Не шесть минут. Меньше.

До грунтовки действительно оказалось метров четыреста. Потом езда по кочкам. Трасса.

Юля не плакала, но время от времени вздыхала. Тяжело. Горько.

Парни молчали.

Заговорил Тоха, когда уже почти подъехали к дому Соколовых.

— Саш…

— Что? — шевельнулась я. Все это время была в каком-то оцепенении, тело затекло, стало вялым.

— Ты прости за Ваньку. Он хороший, но я не должен был…

— Перестань. — Я заставила себя улыбнуться. — В роду целитель не лишний, да?

— Не лишний, — то ли хмыкнул, то ли усмехнулся он. — Но если бы я знал…

— …что я такая дура, — поспешила я перевести все в шутку.

Попытка оказалась успешной. Юля сдвинулась вперед, дотянувшись, сжала мою руку. Игорь подмигнул в зеркало заднего вида. А Тоха улыбнулся. Не натужно, открыто.

Радовалась победе я рано. Последнее слово Мещерский решил оставить за собой:

— Саш, если тебе нужна будет моя помощь…

— Наша, — тут же поправил его Игорь.

Это было очень приятно, но то, что они предлагали, называлось дружбой. Любая дружба накладывала обязательства, которых мне хотелось бы избежать.

* * *

Время для визитов было позднее, но Трубецкой предпочитал решать проблемы до того, как те возьмут за горло. А тем более эта, требовавшая особого внимания. Достаточно малейшей утечки…

Глава рода Мещерских принял его в кабинете. Встретил на пороге, пожал руку и пригласил присаживаться, указав на кресло у камина.

Трофим Иванович и рад бы посидеть, поговорить о семье, плавно перейдя к делам государственным, но…

Ситуацию горячей делала не Саша — источник у сложившихся обстоятельств был иной, но дочь Игната, словно катализатор, заставляла пылать там, где он этого пожара совершенно не ожидал.

Поэтому вместо принятого в обществе вступления он просто протянул Мещерскому флешку. Когда тот вопросительно приподнял бровь, кивнул.

Запись была сборной. Сначала с дорожных камер, потом тоже с камер, но уже индивидуальных, которыми укомплектовывалась форма всех бойцов дежурных групп стрелкового клуба «Исень».

Впрочем, стрелковым клубом с расширенным функционалом, в который входила и охранная деятельность, он являлся лишь на бумаге. А по факту — еще одна специальная служба, подчинявшаяся непосредственно Тайной коллегии и Трубецкому, как ее куратору.

— Уже видел? — забрав после просмотра флешку, лишь теперь устроился он в том самом кресле у камина.

— Не в таком объеме, — продолжая смотреть на потемневший экран планшета, задумчиво произнес Мещерский. — Нет у меня таких источников.

Трубецкой хмыкнул — глава Мещерских слегка лукавил, — но говорить об этом вслух не стал. Служба безопасности имелась в каждом роду. В контексте выживаемости безопасность трактовалась ими весьма широко.

— С внуком уже разговаривал? — Трубецкой откинулся на спинку кресла.

Расслабляться было рано, но вот продемонстрировать расслабленность…

Оба рода из древних. И тому и другому за тысячу лет. И в том, что касалось богатства и влияния, друг другу не уступали. При таких обстоятельствах конкуренции между ними особой не было. Лишь так, пощекотать нервы.

А вот по возрасту разница в поколение. Старшему Мещерскому за семьдесят. Трубецкому — на двадцать с небольшим меньше.

Его отец и Иван Никодимович приятельствовали.

Он тоже приятельствовал, но с наследником. С главой же вел дела, что накладывало свои рамки на взаимоотношения.

— Отложил на утро. Запись принесли час назад, хотел подумать.

— И не разговаривай, — подался вперед Трубецкой. — И запись уничтожь. И все копии.

— Дело государственной важности или девчонку для своего бережешь? — развернулся Мещерский. Жестко посмотрел из-под густых бровей.

Здоровьем природа Мещерского не обидела. Да и фактурой тоже.

Крепок был глава рода, не по-стариковски крепок. И умом силен, что семье только на пользу. Возраст — он же еще и опыт. И понимание, когда стоит взбрыкнуть, а когда и укоротить норов, чтобы не попасть впросак.

От мыслей веяло грустью. Отец Трубецкого погиб, защищая Тамару и еще не родившегося Сашку.

Не самое приятное воспоминание. И вины за ним нет, но все равно давит.

— Я бы и поберег, но мой уже дважды опростоволосился. А насильно такую под венец не поведешь. Можно и к предкам раньше времени отправиться.

— Это когда он успел? — легко переключившись, с искренним интересом полюбопытствовал Мещерский.

Потом махнул рукой, мол, обожди с ответом. Из шкафчика достал графин с настойкой и пару рюмок. Поставил все на столик. Разлил.

Настойка была малиновой, пахла свежей ягодой.