Убийство у синего моря Хольст Кристоффер

Глава тридцать пятая

Когда на следующее утро мы с Адамом спустились к завтраку, Рози уже сидела за столиком. Перед ней стояли тарелки (да, именно что тарелки – во множественном числе) с яичницей, беконом, тремя ломтиками хлеба плюс один круассан, четырьмя видами сыра и колбасы и двумя булочками с корицей. И еще два вида сока – грейпфрутовый и апельсиновый.

– Доброе утро, – хором произнесли мы с Адамом, приблизившись к столику.

– С утречком, – откликнулась Рози и убрала очки для чтения обратно в белый футляр. – Когда посреди ночи я проснулась и поняла, что тебя нет, Силла, то у меня появилось два варианта. Первый: что тебя тоже убили…

Адам закатил глаза:

– Мама!

– Прости. Конечно же, я имела в виду, что с тоой произошел несчастный случай. Ведь на вилле «Морская жемчужина» именно так это называют. И второй вариант: что ты отправилась в номер к моему сыну.

Я почувствовала, как румянец заливает мои щеки, но когда мы с Адамом проснулись сегодня утром вместе в одной постели (именно так, вместе в одной постели – прогресс, Силла!), то поняли, что нет особого смысла придумывать что-то о том, где я провела ночь. Захихикав в ответ на слова Рози, я уселась за столик рядом с Адамом.

– И в конце концов ты решила остановиться на втором варианте? – спросила я.

– Да. Он выглядел более логично.

– Вот если бы ты всегда так рассуждала, – заметил Адам.

– Мой дорогой сын, тебе всего тридцать. Мне же – сто пятьдесят. Вот доживешь до моих лет, тогда и станешь выступать со своими предложениями.

Адам весело переглянулся со мной. Проходившая мимо официантка спросила, чего бы мы хотели – кофе или чай. Мы оба выбрали чай. Потом Адам отошел, чтобы взять золотистых поджаристых бутербродов с толстыми ломтиками сыра и джемом (мой заказ), а я положила подбородок на костяшки пальцев и уставилась на Рози.

– Хорошо выспалась? – спросила подруга. – Выглядишь так, словно всю ночь парила в облаках, вроде самолета «Скандинавской авиационной компании».

Я рассмеялась:

– Прости.

– Да ладно, чего уж там. Я рада за тебя. Вы как Росс и Рейчел в «Друзьях». То вместе, то врозь. То вместе, то врозь. А теперь как… снова вместе?

Я улыбнулась до ушей:

– Ага.

– Чудесно. Поздравляю. Дарую вам свое благословение. Но от подробностей избавь – ведь я по-прежнему остаюсь его мамой.

Я кашлянула и, сфокусировав взгляд на чашке чая, которую принесла официантка, сделала большой глоток. Боже, как вкусно.

– Само собой, Рози. Само собой.

– Хорошо.

– А ты, смотрю, читаешь утреннюю газету. Есть что-нибудь интересное?

Рози фыркнула и схватила шелестящее приложение к «Дагенс Нюхетер».

– Здесь? Ха, тут одни котировки. Я же не интересуюсь акциями.

Она наклонилась над столом и заглянула мне прямо в глаза:

– Я слежу за свадьбой, понимаешь ты, Силла. Сегодня большой день. И это заметно – все вокруг пришло в движение. Устроители все утро носятся как ошпаренные, разбрасывая повсюду лепестки цветов, и с таким рвением настраивают акустическую систему, словно сам Майкл Джексон собрался давать здесь концерт…

– Он умер десять лет назад.

– Вот видишь. Еще больше причин плюнуть на акустическую систему. Здесь ожидается грандиозная гулянка, Силла. Возможно, по причине…

И Рози показала на окно. И я увидела. Сказать по правде, после утреннего пробуждения все мои мысли были сосредоточены на том, что я лежу в объятиях Адама. Именно так, в его объятиях. А точнее: В ЕГО БОЛЬШИХ ЧУДЕСНЫХ МУСКУЛИСТЫХ ОБЪЯТИЯХ, thank you very much. Наконец-то! Я была настолько поглощена его телом и самим его присутствием рядом с собой, что даже не обратила внимания на погоду, а между тем снаружи лило как из ведра.

В голове всплыли слова из старой песни Аланис Мориссетт – «It’s like rain on your wedding day»[6]. Да, именно так.

Конечно, ничего такого в этом нет. Многие пары выходят замуж в дождливые дни. Не всегда щебечут птицы и сияет солнце, тем более осенью. И все же в этом ощущается нечто зловещее, особенно в свете того, что случилось в последние дни.

Появился Адам с тарелкой простокваши и богатой клетчаткой гранолой для себя (типичный полицейский) и двумя хрустящими бутербродами с сыром и джемом для меня (ну, слава богу!).

– Большое спасибо.

– Не стоит, – сказал он и подмигнул.

– Я тут думала ночью, – медленно жуя, проговорила Рози.

– Вот как, – отреагировал Адам.

– Да. Когда я поняла, что Силла сбежала к тебе, словно подросток, я еще час или два лежала в постели, прежде чем снова уснула. И все это время думала о Лайле Дамм. Об этой таинственной истории, связанной с ее исчезновением.

– Окей, – кивнул Адам. – И к чему же ты пришла?

– Я подумала, что эти двое…

Несколько гостей из числа приглашенных на свадьбу прошли мимо нашего столика, направляясь к буфету. Рози тут же понизила голос и еще ниже наклонилась над столом, так что ее грудь едва не задела чашку с кофе.

– …что Мадлен и ее сестра-актриса… э…

– Элла, – подсказала я.

– Да, точно, Элла. Так вот, они обе копии Лайлы Дамм. И, очевидно, Мадлен начала копаться в этом деле. Она допустила мысль, что ее родители… как, говорите, их зовут?

– Карин и Роджер, – в свою очередь, подсказал Адам.

– Да, Карин и Роджер. Что они ее ненастоящие родители. Может ли в этом крыться причина того, почему ее сестры нет на этом торжестве?

– Вполне возможно, – допустила я. – Пропустить свадьбу родной сестры – подобное ни в какие ворота не лезет. Если только здесь не замешана какая-нибудь большая семейная ссора. Может, Элла посчитала Мадлен сумасшедшей? Ну, когда та поделилась с сестрой своей теорией?

– Именно! – поддержала меня Рози. – Такое кому угодно может прийти в голову. Помимо этого, есть еще одна причина или, скорее, риск, почему Мадлен права.

– Да, – кивнула я. – Поскольку обе близняшки до невозможности похожи на Лайлу.

– Тогда остается только вопрос, что произошло с самой Лайлой, – с набитым гранолой ртом пробубнил Адам. – Она пропала осенним вечером 1988 года. Совершенно бесследно. По дороге в бар, где она собиралась встретиться с подругами, но куда так и не дошла. После этого ее никто не видел. Единственное, что мы знаем… или, скорее, предполагаем, что она родила детей после своего исчезновения. И, возможно, у нее родились близняшки.

– Элла и Мадлен, – добавила я.

– Точно. Но где? Почему? Было ли ее бегство спланированным? Что, если она родила своих детей в больнице, а потом, оставив их на попечение чужим людям, подалась за границу?

– В 1988 году полиция должна была проверить эту версию, – заметила Рози. – Если она родила детей здесь, в Швеции, то на этот счет должны иметься документы.

– Совершенно верно, мама. Но всему этому есть и другое вероятное объяснение.

Мы с Рози с любопытством воззрились на Адама:

– Какое же?

– Это может быть обычным совпадением. Элла и Мадлен могут быть просто очень похожи на Лайлу Дамм. Многие люди похожи друг на друга.

– Хм…

Судя по всему, Рози была совершенно не удовлетворена подобным объяснением. И тут я поняла, что, по сути, утаила от своей подруги важную информацию, которую раздобыла вчера. Нечто, чем я еще не успела с ней поделиться.

– Рози, я тебе не говорила, но на этом острове находится один человек, которому, возможно, по силам пролить свет на эту тайну.

Рози наморщила лоб, не замечая кусочка салями, прилипшего к уголку ее рта.

– Да ну?! И кто же это?

– Ингрид. Сестра Лайлы Дамм.

– В смысле?

– Она живет здесь, на острове. Прости. Не знаю, почему я тебе сразу не сказала. Мне было известно, что у семьи Дамм был на Буллхольмене летний домик, и вот вчера я решила туда прогуляться. Сейчас им владеет Ингрид. Пользуясь случаем, я задала ей парочку вопросов о Лайле, и она была настолько любезна, что ответила на них. Но чувствуется, что ее до сих пор гнетет исчезновение сестры.

Какое-то время кусочек салями раскачивался туда-сюда, как маятник, свешиваясь изо рта Рози – я смотрела на него, не зная, какая последует реакция. Рассердится ли Рози на меня за то, что я не взяла ее с собой в гости к Ингрид?

– Мне, конечно, следовало тебе сказать, что я ходила к ней, но это было еще до того, как мы поняли про связь между Лайлой и невестой. Я хотела лишь нарыть немного информации для моего репортажа в «Кровавом следе» и наткнулась на источник, где было указано, что в свое время Лайла владела домом. Здесь, на Буллхольмене.

Кусочек салями исчез во рту, и Рози широко мне улыбнулась:

– Малышка Силла, тебе не нужно просить прощения. Я старуха без тормозов, и просто отлично, что кто-то другой время от времени придерживает меня. За исключением тех случаев, когда это делает мой сын. Вот тогда мне это не нравится.

Страдальчески закатив глаза, Адам поднес к губам чашку с кофе.

– Но ведь это обстоятельство делает все еще интереснее… В смысле, что сестра Лайлы живет здесь, на острове. Как думаешь, Мадлен и Давид знают об этом?

Я пожала плечами.

– История становится все более запутанной, – заметила Рози. – Что же на самом деле случилось с этой Лайлой Дамм?

Только я надкусила булочку, как мне в голову пришла одна идея. Перед глазами замелькали газетные заголовки. Наравне с жуткими снимками.

– Черт…

– Что? – тут же подалась вперед Рози.

– Да нет, ничего. Это слишком… безумно.

– Да говори же!

– Я вспомнила один репортаж из «Шанса» тех времен, когда я там работала. Его написала Марга, наш криминальный репортер от бога. Целых три страницы об одной паре из Новой Зеландии. Жуткая история.

– А поподробнее, – настаивала Рози, глядя на меня глазами размером с булочки с корицей, лежащие на ее тарелке.

– Они похитили девушку, – начала рассказывать я. – Беременную девушку. Приковали ее цепью в подвале, помогли родить ребенка. После чего убили, а тело бросили в море.

Рози зажала рот рукой.

– О боже. Но… зачем?

Я пожала плечами.

– Они хотели иметь ребенка.

– Тогда почему не завели своего собственного?

– Не могли, наверное. Это случилось в девяностые. ЭКО еще было в новинку, а на усыновление у них, возможно, не было денег. Или они просто…

Я замолчала и вцепилась зубами в хрустящий бутерброд. Масло, сыр и мармелад смешались в божественную кашу у меня во рту.

Рози наморщила лоб.

– Что просто?

– Оба были сумасшедшими.

Глава тридцать шестая

Часы пробили три, но небеса продолжали изливать потоки дождя на буллхольменские леса. Это был последний день нашего с Рози пребывания на вилле «Морская жемчужина», и мы вовсю наслаждались спа-процедурами внизу – на этот раз никаких камней, обычный классический массаж с маслами. Ужасно приятно и даже необходимо. Пока мы блаженствовали, Адам решил немного поработать в своем номере.

Потом был поздний обед, состоявший из малосольной трески и нежнейшего картофельного пюре. Сытые и довольные, мы сидели за столиком, а перед нами дымились чашки кофе с несколькими ложечками сладкой патоки.

Между тем свадьба была в самом разгаре. Занавес перенесли в дальнюю часть ресторана, где располагались двойные двери, ведущие в роскошный банкетный зал с окнами от пола до потолка. Сейчас там как раз проходила церемония бракосочетания. Мы сидели и с любопытством вслушивались в звуки свадебного марша (пусть даже в фортепьянном, а не в органном исполнении). Были даже слышны отзвуки речи священника. Занавес вот-вот раздвинется, и пара молодоженов выйдет наружу. Официантки предупредили, что у нас в запасе максимум минут десять – после чего уже весь ресторан на этот вечер будет превращен в банкетный зал.

Наш разговор по-прежнему вертелся вокруг загадочного исчезновения Лайлы Дамм. Понизив голоса, мы продолжили.

– Хорошо, – сказал Адам. – Давайте на секунду допустим подобное. Предположим, Лайлу Дамм похитили. Предположим, будучи похищенной, она невесть где родила детей. Могут ли Карин и Роджер действительно оказаться похитителями, совершенно заурядная пара медиков из Тэбю?

– Почему бы и нет? – возразила Рози.

– Просто звучит слишком… невероятно. За годы моей службы в полиции мне ни разу даже близко не приходилось сталкиваться с чем-то подобным.

– Но порой случаются даже невероятные вещи, – возразила Рози. – Когда я работала в полиции, то и не такое встречала.

– Тогда это должно быть невероятным исключением, – не желал сдаваться Адам. – Врач и акушерка, которые похищают совершенно чужую им женщину, чтобы заполучить ее ребенка.

– Необычно, да, но вполне правдоподобно, – заметила я и снова вспомнила про тот репортаж о новозеландской паре.

Рози собралась сделать глоток кофе, но внезапно ее чашка замерла в воздухе.

– А что, если она вовсе не была им чужая? Что, если Лайла Дамм была знакома с этой парой?

– Как такое может быть возможно? – возразила я. – Светская львица и пара медиков из Тэбю?

– Вот именно, что медики!

Рози в возбуждении уставилась на нас, но ни я, ни Адам не поняли, что она имеет в виду.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Возможно, они познакомились с Лайлой на работе. Возможно, Лайла по какой-либо причине посещала Лёвенстрёмскую больницу. Кто знает, где она наблюдалась, пока была беременна?

– Полиция должна была сразу это проверить после ее исчезновения, – сказал Адам.

– Необязательно, – возразила Рози. – Если они не знали, что или кого искать.

Адам кивнул. Достал свой мобильный телефон и принялся искать какой-то номер.

– Что ты делаешь? – спросила я.

– Думаю, не будет ничего плохого, если я позвоню в Лёвенстрёмскую больницу и наведу справки. Проверю, сохранились ли у них в архиве какие-либо данные по Лайле Дамм.

– Разве им можно разглашать подобные сведения? – удивилась я.

– Но ведь я же какой-никакой полицейский.

И, подмигнув мне, Адам поднялся из-за столика и вышел, чтобы сделать звонок. Я улыбнулась себе под нос. Ну, конечно, еще какой полицейский…

В следующую секунду снова заиграл свадебный марш, и половинки занавеса разъехались в стороны. Мы с Рози во все глаза уставились на празднично разодетую публику – человеческий букет из белоснежных шуршащих тканей и черных как смоль костюмов, приправленный отдельными брызгами элегантных приглушенных цветов. Пара новобрачных двинулась сквозь аплодирующую толпу. Давид и Мадлен. Покинув банкетный зал, они миновали зал ресторана и направились в холл виллы «Морская жемчужина», где их ждал большой накрытый стол с шампанским. Мы жадно разглядывали их. Не было никаких сомнений в том, что они красивы, куда красивее, чем большинство людей вокруг. Лайла Дамм тоже была красивой, подумала я.

Когда молодожены проходили мимо, в какой-то момент наши с Мадлен взгляды встретились. Я улыбнулась, чтобы показать, что рада за нее, и она улыбнулась мне в ответ. И все же что-то такое таилось в ее взоре. Скорее всего, тревога, вызванная осознанием своего прошлого. Или отсутствием сестры. Или, быть может, она спрашивала себя, кто мы с Рози такие, что все ходим и ходим за ней по пятам.

Когда пара новобрачных покинула зал и оставшиеся гости последовали за ними, чтобы выпить шампанского, Рози наклонилась ко мне и прошептала на ухо:

– По-твоему, кто мог видеть, что Агнета сильно пьяна?

Я на секунду задумалась.

– Давид или Мадлен? – продолжила Рози. – По мне, так Мадлен.

– Почему ты так решила?

– Гм. Как тебе такая версия. Мадлен взялась разузнать свою историю, поняла, что ее родители натворили что-то ужасное, и рассказала об этом своему психотерапевту. Агнета, скорее всего, пригрозила обратиться в полицию – мозгоправы обязаны сообщать о преступлениях, если те достаточно серьезны. А в данном случае это очень серьезное преступление.

– То есть ты хочешь сказать, что Мадлен убила Агнету, чтобы та не проговорилась об этом кому-то еще?

– Да. Чтобы уберечь себя и Давида от публичной огласки. Очевидно, Агнета снова начала пить, и Мадлен больше не могла на нее положиться.

– Если это мотив, то с таким же успехом может быть виновен и Давид. Он куда более публичная и успешная персона, чем Мадлен. И он тоже ходил к Агнете. Обычно в подобных драмах в роли злодеев оказываются именно мужчины.

– Да, здесь ты права. Неважно, кто именно…

Тут Рози сделала большой глоток кофе из чашки и кивнула на свадебную толпу, которая прямо сейчас смеялась и чокалась дорогим шампанским всего в десятке шагов от нас.

– …но кто-то из них точно виновен.

Адам вернулся за наш столик, и мы рассказали ему о наших подозрениях насчет Мадлен и Давида.

– Хм, – хмыкнул Адам. – Возможно, сегодня нам придется проследить за нашими молодоженами.

– Ну что там? – спросила Рози следом. – Что удалось выяснить?

– В Лёвенстрёмской больнице постараются найти регистрационные журналы за 1988 год. Они не оцифрованы и потому, скорее всего, пылятся где-нибудь в архиве. Они перезвонят через несколько дней.

– Тогда остается только ждать, – подвела итог я.

Или же нет? В памяти всплыл маленький невзрачный домик у моря.

– Как вы думаете, они дают здесь напрокат зонтики?

– А тебе зачем? – поинтересовалась Рози.

– Есть кое-кто еще, кто мог знать, наблюдалась ли Лайла в этой больнице.

Глава тридцать седьмая

На вилле «Морская жемчужина» действительно давали напрокат зонты. Полосатые, сине-белых цветов, с логотипом виллы в виде темно-синей стилизованной волны.

Мы с Рози покинули главное здание и прогулочным шагом направились к домику Ингрид Дамм. Адам сначала хотел, чтобы мы подождали его, а уж после отправились туда все втроем. Но мы с Рози рассудили, что у нас на это нет времени. Поэтому было решено, что Адам останется в отеле и будет наблюдать за Мадлен и Давидом, а мы с Рози тем временем двинем к домику.

Дождь лил на нас словно из гигантского водопровода – такое ощущение, что он никогда не закончится. Но что ни говори, а на дворе – осень. И в каком-то смысле мне это даже нравится. Осень и должна быть такой – сырой, промозглой и штормовой. Чтобы потом плавно перейти в снег и зиму, а после смениться долгим ожиданием переменчивого летнего тепла и зелени.

Ели и сосны вокруг нас тоже выполняли роль зонтиков – вода сбегала по веткам прямо на усыпанную гравием дорожку, отчего земля под нашими ногами раскисла и по ней стало трудно передвигаться.

– Все нормально? – спрашиваю я Рози.

– Ага. Я представляю, что это нечто вроде оздоровительной прогулки.

Мы добираемся до места, где деревья растут реже, и откуда нам открывается вид на Балтийское море. В поле нашего зрения оказывается полоска песчаного пляжа внизу, и при взгляде на него мы с Рози внезапно замираем.

Я чувствую, как ее рука крепко обхватывает мое запястье.

– О боже.

Мы во все глаза смотрим на катер-такси, который только что причалил к острову. Смотрим на белокурую женщину с рюкзаком за плечами, которая выбирается на берег и начинает свое восхождение по скалам, двигаясь в нашу сторону.

Это же Лайла Дамм.

Нет, конечно, это не она. Просто кто-то ужасно на нее похожий. И все же такое чувство, словно мы столкнулись с призраком. Призраком женщины, чье исчезновение уже две недели кряду не дает мне покоя и которая прямо сейчас направляется в нашу сторону.

Ко мне и Рози.

Мое сердце бешено колотится, пока я пытаюсь рассмотреть незнакомку получше. Длинные белокурые волосы выбиваются из-под капюшона дождевика и рассыпаются по узким плечам. Девушка выглядит как самая настоящая фея из сказки.

– Элла, – произносит рядом со мной Рози.

Да, потому что это Элла. Элла Свенссон, потерянная сестра. И теперь она уже почти рядом с нами. Рози отпускает наконец мое запястье, теперь мы просто стоим рядышком и ждем ее. Когда Элла добирается до дороги и замечает нас, она останавливается. И я ее понимаю. Должно быть, мы выглядим жутковато – этакие мымры с зонтиками, безмолвно глазеющие на нее в подкрадывающихся сумерках.

Она, верно, решила, что мы ее фанаты, что мы видели ее по телику и теперь в шоке от ее появления здесь, в этой глуши.

– Здравствуйте? – нерешительно произносит она.

– Здравствуйте, – отзываюсь я. – Вы Элла?

– Да. Мы встречались?

– Э, нет. Но я вас знаю.

Мы подходим друг к другу, и я протягиваю руку для пожатия.

– Меня зовут Силла. Силла Сторм. Я – криминальный репортер. А это моя подруга Рози, полицейский на пенсии.

Элла пожимает нам обеим руки, но вид у нее по-прежнему растерянный.

– Что-то случилось? – спрашивает она.

– Ну, не совсем. Точнее… вы ведь здесь из-за свадьбы сестры, верно?

Она медлит, прежде чем ответить. Как ни крути, а мы для нее совершенно чужие люди.

– Вы знакомы с моей сестрой?

– Нет, но на эти выходные мы остановились на вилле «Морская жемчужина». Отель, где прямо сейчас она выходит замуж.

– Венчание уже началось?

– Да. Собственно, оно уже закончилось. Теперь все пьют шампанское.

Элла кивает. И я понимаю, что не венчание привело ее сюда, на Буллхольмен. Я ненадолго задумываюсь, как бы половчее выразиться, но слова вылетают из моего рта раньше, чем я успеваю их обдумать:

– Элла, вы знаете Лайлу Дамм?

Она тут же вперивает в меня свой взгляд, в ее светлых глазах плещется ледяной страх.

– Вам известно… об этом?

Она знает, думаю я. Она все знает. Она тоже обо всем догадалась.

– Поэтому вы здесь? – спрашиваю я. – Чтобы… поговорить об этом со своей сестрой? О том, что случилось с Лайлой?

– Я ничего не знаю… я просто…

Она смотрит на нас – сначала на меня, потом на Рози.

– Я знаю, что случилось что-то ужасное. Моя сестра пыталась рассказать мне об этом. Несколько лет назад, когда умер отец. Но я не захотела ее слушать. А теперь…

Мы с Рози переглядываемся, словно читая мысли друг друга.

– Силла, у тебя мобильный с собой? – спрашивает Рози.

– Да.

– Хорошо. Я провожу Эллу до виллы «Морская жемчужина», где она сможет пообщаться с Адамом.

– Я же пойду к Ингрид, – заканчиваю я. – После чего мы с ней вместе отправимся на виллу.