Лунные хроники. Белоснежка Мейер Марисса
– Окажи мне услугу.
Зола нахмурилась.
– Передай Кресс, что я говорил серьезно.
Внутренности Золы свернулись в тугой комок.
– Торн!
Капитан встретился глазами с Леваной.
– Ладно, Ваше Величество, уж если она не назовет вас обманщицей, то я назову.
– Я не с тобой разговариваю! – оборвала его Левана, но Торн и ухом не повел.
– Убьете меня – и вам больше нечем будет шантажировать Золу. Она победит. Поэтому давайте обсудим наши варианты. Первый вариант, Вы соглашаетесь с тем, что ваше время на троне истекло, и отпустите нас, а Зола, возможно, проявит милосердие и не станет судить вас, как предательницу. Второй вариант: вы сбросите меня в озеро и…
– Второй вариант.
Глаза Торна расширились, и он почувствовал, как его нога зависла над пустотой. Тщетно пытаясь сохранить равновесие, он яростно размахивал руками: на одном запястье еще белели веревки, а пальцы другой руки сжимали найденный в поместье кухонный нож.
Зола бросила оружие и кинулась к нему.
Торн все-таки сорвался с балкона, но в последний миг уцепился за край. Зола бежала изо всех сил. Никогда еще тронный зал не казался ей таким огромным. Королева с интересом наблюдала за происходящим.
Пальцы Торна соскользнули за секунду до того, как Зола влетела на балкон. И все же она успела схватить его за руку. Раненое плечо отозвалось резкой болью, но Зола держала крепко.
Торн посмотрел на нее – такого ужаса в его глазах она еще никогда не видела.
– Спасибо, – прошептал он. А потом свободной рукой ударил Золу в челюсть. Девушка дернулась и попыталась увернуться, не отпуская друга.
– Прости! Это не я!
– Знаю, – промычала она, упираясь рукой в пол и вытягивая Торна на балкон. Отпускать его Зола не решалась: она понимала, что Левана снова заставит его прыгнуть в озеро.
Слишком занятая спасением друга, она не сразу сообразила, что Торн смог освободиться от пут. Судя по всему, пока Зола препиралась с Леваной, он тихо перепиливал веревки. Значит, упав в озеро, он бы не пошел ко дну. Но теперь…
Торн воткнул нож Золе в бедро. Она закричала от боли.
– Опять не я! – пробормотал он, выдергивая лезвие из раны, и, послушный королевской воле, снова занес нож над Золой, но та выбила оружие у него из рук.
Тогда Торн ударил ее локтем в шею. Перед глазами Золы заплясали черные пятна, горло отказывалось пропускать воздух. Торн торопливо отполз в сторону. На край балкона Левана его больше не гнала.
Зола наконец сумела сделать вдох. Голова у нее кружилась, ноги подкашивались, но она поднялась с пола, готовая снова выручать друга. Или сражаться с ним.
Но щелчок предохранителя заставил ее замереть.
Оказывается, пока Зола приходила в себя, Торн успел добраться дальше, чем она думала, и теперь стоял у главного входа – с ножом в одной руке и с ружьем в другой. И целился ей в голову.
От неожиданности Зола покачнулась и едва не упала. А потом по тронному залу прокатился грохот выстрела. Она сжалась в ожидании боли, но вместо этого услышала громкие ругательства. Ружье, которое должно было ее убить, снова валялось на полу. А Торн с недоумением таращился на свою окровавленную руку.
– Прости! – раздался голос Кресс, которая стояла в дверях. Отдача после выстрела сбила ее с ног, и теперь она пыталась встать на ноги. – Прости, капитан!
Торн снова выругался. Лицо его блестело от пота. Но при виде Кресс капитан забыл о боли и улыбнулся.
– Отличный выстрел!
– Кресс, – прохрипела Зола, – королева! Стреляй королеву!
Всхлипывая, Кресс навела пистолет на Левану, а Зола кинулась к ружью. Торн тоже сорвался с места, но бежал он по направлению к Кресс. Прежде чем Зола успела понять зачем, Торн перехватил нож и здоровой рукой вонзил его Кресс в живот по самую рукоять.
Зола схватила ружье. Кресс выронила пистолет, ее оранжевое платье потемнело от крови. Она подняла глаза на Торна, который все еще держал нож; невозможно было сказать, кто в тот момент испытывал больший ужас.
Повернувшись к трону, Зола выстрелила, но Левана бросилась на пол, и пуля прошила драгоценную обивку. Пока она перезаряжала ружье, королева поднялась и, подобрав пышные юбки, спряталась за троном. Прогремел новый выстрел, и пуля едва не задела ногу Леваны.
– Нет! – ахнула Кресс.
Бок Золы обожгло болью. Она упала на четвереньки, перекатилась, зажимая рану рукой. Торн склонился над Золой с ножом в руке. Кресс повисла на нем, пытаясь остановить, но капитан был слишком силен, а она быстро теряла силы. Платье спереди уже пропиталось кровью.
– Прости, – прошептал Торн. От его обычной уверенности не осталось и следа. – Прости, прости…
Кресс впилась зубами ему в руку, надеясь, что хоть это заставит Торна выпустить нож. Но капитан лишь замычал от боли. Зола схватила ружье, сдавленно рыча, перехватила руку с ножом и ударила Торна ногой в грудь. Капитан отлетел к стене; падая, он ударился спиной о стул, но даже не поморщился. Его движения стали скованными и дерганными. Возможно, рана на бедре давала о себя знать. Или Левана теряла хватку…
Кресс опустилась на колени, прижимая руки к животу. На щеках ее блестели мокрые дорожки.
– Зола…
Зола стояла над ними, сжимая в одной руке ружье, а в другой – окровавленный нож, который ей все-таки удалось отобрать у Торна.
– Звезды…
Зола быстро повернулась к двери. Так и есть: Скарлет и Волк примчались на помощь.
– Нет! – закричала она. – Бегите отсюда! Быстрее!
Скарлет с недоумением нахмурилась.
– Что?..
Еще больше оружия. Еще больше друзей, которых Левана отнимет у нее и превратит во врагов. Стиснув зубы, Зола попыталась нащупать их импульсы.
Слишком поздно. Левана добралась до Скарлет. А Волка больше нельзя было контролировать.
Глава 90
Зола нашла глазами королеву: та пристально следила за новоприбывшими, высунувшись из-за резного подлокотника. Потом Левана перевела взгляд на пистолет Кресс, который лежал, всеми забытый, у самых дверей.
Скарлет приглушенно вскрикнула и послушно рванулась за оружием.
Скользя по гладкому мраморному полу, Зола попыталась ее опередить. Слишком много врагов, слишком много оружия – у нее просто не хватит рук. Поэтому Зола не стала подбирать пистолет, а отпихнула его ногой так, что он улетел к помосту для зрителей. В следующий миг Скарлет навалилась на нее всем телом, вцепилась в волосы и рванула назад что было сил, чуть не свернув шею. Не выпуская ружье из рук, та кое-как извернулась и врезала Скарлет титановым кулаком в висок.
Сработало: Скарлет разжала пальцы и рухнула на пол.
На чувство вины у Золы времени не было – зал сотряс мощный рев. Волк готовился вступить в бой. Он мчался к Золе; она переводила взгляд с ружья на нож, с отчаянием осознавая, что с одними кулаками против нового Волка ей не выстоять.
Морщась от заливавшего глаза пота, она подняла руже. Но Волк, вопреки ожиданиям, бежал вовсе не к ней. Перескочив через Золу, он упал на колени возле Скарлет и бережно прижал ее к себе. Волк, неуправляемый зверь королевы. Несмотря ни на что, он остался собой. Золу уже подташнивало от боли и слабости. С трудом сглотнув, она встала, покачнулась и снова осела на мраморные плиты.
– Волк, – запинаясь, пробормотала она. – Пожалуйста, помоги Кресс… и Торну… Пожалуйста.
Волк поднял голову, его глаза горели зеленым огнем. Он обернулся и посмотрел на Кресс: белая как мел, девушка лежала, прижимая руки к животу. Торн сидел, скорчившись, на обломках стула. По лицу капитана было видно, что он отчаянно хочет подойти к Кресс, но и боится, что тело вновь предаст его.
Наконец Волк кивнул.
Радуясь, что теперь кто-то позаботится о раненых друзьях, Зола снова попыталась встать. На сей раз ей это удалось, и она заковыляла к трону. Обойдя помост, она увидела Левану. Королева сидела на коленях, опершись левой рукой о спинку трона и пряча правую в складках роскошного платья. Изысканный наряд для коронации, волнами лежавший вокруг Леваны, составлял разительный контраст с ее уродливым лицом. Судя по всему, королева решила не тратить силы на иллюзии.
Зола неожиданно разозлилась на себя за то, что мысленно называла королеву уродливой. Когда-то давно она стала жертвой, точно так же, как и Зола. А сколько людей называли уродливыми, отвратительными и неестественными ее металлические конечности?
Нет. Левана была чудовищем, но не потому что уродливым было ее лицо, спрятанное под маской чар. Истинное уродство таилось гораздо глубже.
Сморгнув капли пота с ресниц, Зола подняла ружье и направила его в сердце королевы.
В тот же миг рука Леваны вынырнула из складок платья, и Зола увидела пистолет, который сама отшвырнула к помосту. Пальцы королевы дрожали, словно пистолет был невероятно тяжелым. Зола видела, что Левана не привыкла держать в руках оружие. Конечно, ведь до сих пор всю грязную работу за нее исполняли верные слуги.
Левана стиснула зубы, и Зола почувствовала, как напряглись мышцы ее правой руки. Связки натянулись, сухожилия свело судорогой.
Нахмурившись, она посмотрела на ружье. Указательный палец лежал на спусковом крючке.
Зола попыталась надавить.
Мысленно закричала. Потом взмолилась.
Ну же, ну!
Давай!
Рука тряслась, ружье ходило ходуном. Дыхание вырывалось из груди короткими хрипами. Она ощущала твердость спускового крючка под подушечкой пальца.
Но не могла на него нажать.
Страх постепенно покидал глаза королевы. Губы ее дернулись в торжествующей улыбке, но напряженная складка между бровей портила впечатление. Леване требовалось немало сил на то, чтобы держать под контролем руку Золы.
Облизнув уже не алые губы, она прошептала:
– О, ты тоже устала.
Зола ощетинилась, через ее тело словно пробежал разряд тока. Сосредоточившись на трясущейся руке королевы, она накинула на нее ментальную петлю. Глаза Леваны удивленно расширились. Мокрые от пота волосы липли к обезображенной ожогами щеке. Она посмотрела на руку, предавшую ее впервые за долгое – очень долгое – время.
Зола заставила руку королевы согнуться и направить пистолет вверх. С огромным трудом она отвоевывала сантиметр за сантиметром.
Лицо Леваны вспыхнуло, складка между бровей стала глубже. Рука Золы тоже пришла в движение, и вскоре она почувствовала, как металл ствола холодит висок. Теперь она стала зеркальным отражением Леваны.
Оставался только один вопрос: кто выстрелит первым?
– Вот так все и должно было случиться в ту ночь на балу, – прошептала Левана. – Так оно и случится.
На лице ее появилась безумная улыбка. Королева не отрывала глаз от того места, где ствол ружья давил на мокрую от пота кожу Золы.
Зола прекрасно помнила события той ночи. Этот кошмар она забудет нескоро. Левана вынудила ее приставить к виску пистолет Ясина. От верной гибели Золу спас лишь кибер-мозг, пробившийся сквозь чары королевы.
Но теперь он ей на помощь не придет.
– Прощай, племянница.
Зола не могла вернуть себе контроль над рукой, но все ее тело противилось вмешательству Леваны. Нет, это еще не конец. Она не позволит королеве нажать на крючок.
Палец дернулся, не зная, кому из хозяев повиноваться. От него сейчас зависела ее жизнь.
Остатки энергии Зола тратила на то, чтобы контролировать королеву. Воздух между ними буквально искрил от биоэлектричества. Битва шла в полном молчании, которое нарушало только тяжелое дыхание соперниц. Чуть отступив, они снова атаковали друг друга. Только Золе начинало казаться, что она сдвинула палец Леваны, как ее собственный начинал сильнее давить на спусковой крючок. По внутренней стороне локтя, щекоча кожу, сбегала капля пота. Прядь волос прилипла к губам. Ноздри втягивали резкий запах железа. Каждое ощущение отвлекало, мешая сосредоточиться. С каждой секундой она становилась слабее.
Но и Левана держалась из последних сил. Ее лицо тоже исказилось от напряжения и блестело от пота. Она тоже задыхалась, как вдруг…
В голове Золы что-то резко щелкнуло.
Она ахнула, и рука с ружьем бессильно повисла вдоль тела. Мышцы горели огнем, но снова повиновались ей. От усталости и потери крови кружилась голова.
Левана раздосадованно всхлипнула, плечи ее опустились.
– Хорошо. Я сдаюсь.
Она произнесла эти слова так тихо, что Зола сперва не поверила своим ушам. Хотя она по-прежнему контролировала руку королевы, прижимавшую пистолет к виску, Левана, казалось, забыла о его существовании. Кончики ее губ бессильно обвисли, а тело будто усохло и сжалось на фоне роскошного платья.
– Я отдаю тебе корону, страну и трон. Бери все. Только… только позволь мне быть собой. Позволь мне снова стать красивой. Пожалуйста.
Зола смотрела на Левану, на ее шрамы, тусклые спутанные волосы, закрытый рубцом глаз. Дрожащие губы и сгорбленные плечи. У королевы не было сил даже на чары. Она слишком ослабела, чтобы сражаться.
Внезапно Зола ощутила острый укол жалости. Несчастная жестокая женщина до сих пор так и не поняла, каково это – быть по-настоящему красивой или по-настоящему любимой. И вряд ли когда-нибудь поймет.
– Я принимаю твою капитуляцию, – сказала Зола, с трудом ворочая языком. Она позволила Леване опустить руку, продолжая удерживать палец на спусковом крючке.
Затем сунула за пояс нож и протянула вперед раскрытую ладонь; Левана помедлила, но потом отдала ей пистолет.
Но в следующий миг она выхватила нож из-за пояса Золы и всадить его прямо ей в сердце.
Золе показалось, что из нее разом вытянули весь воздух. Ее словно пронзило молнией. Она начала падать назад. Лицо королевы исказилось от ярости. Она схватила рукоять ножа обеими руками и провернула лезвие в ране. Золу захлестнула волна боли; мир поплыл и подернулся рябью.
Только животный инстинкт самосохранения заставил ее поднять ружье и нажать, наконец, на спусковой крючок.
Выстрел отшвырнул Левану к трону. Зола не заметила, куда попала пуля, но увидела кровавые брызги на резной спинке.
Перед глазами замелькали яркие звезды, со всех сторон ее обступила тьма, горячая и липкая. Звезды. Зола не сразу поняла, что они ей не кажутся. Кто-то нарисовал созвездия на сводчатом потолке тронного зала. Над ее головой раскинулась целая галактика.
Сквозь глубокое молчание космоса до нее доносились приглушенные звуки. Чей-то крик. Рев разозленного зверя. Топот. Дверь, ударившаяся о стену.
Кто-то зовет ее по имени. Звуки эхом отдаются в голове, легкие по-прежнему отказываются впускать воздух. Тело содрогается, на языке проступает медный вкус крови. Темный силуэт наклоняется над Золой. Карие глаза, наполненные страхом. Спутанные черные волосы. Губы, о которых мечтает каждая девочка в Содружестве.
Кай смотрел на рану, на нож, торчащий из ее груди. Кажется, он снова позвал ее, потом повернулся и крикнул что-то через плечо, но его голос звучал, словно из-под воды.
А Зола уплывала далеко, далеко, далеко…
Глава 91
– Говорю тебе, все со мной в порядке, – в который раз устало повторила Скарлет. – Последние месяцы выдались непростыми, вот и все.
– В порядке? – взвизгнула Эмили, единственная подруга, которая была у Скарлет в Рьё. Судя по тому, как расплывались на экране ее глаза и светлые кудряшки, она прижимала портскрин чуть ли не к носу. – О тебе несколько недель ничего не было слышно! Ты пропала, когда оборотни напали в первый раз, потом началась война, я наткнулась в твоем доме на самых разыскиваемых преступников планеты, а потом – тишина! Я думала, ты мертва. А теперь ты, как ни в чем не бывало, связываешься со мной и просишь подкинуть удобрений на грядки?!
– Эмили, все действительно в порядке. Смотри, я очень даже жива.
– Это я вижу! Но, Скарлет, тебя тут по всем новостям показывают! Все только о тебе и говорят. О том, что наша малышка Скарли очутилась в центре лунной революции. В городе тебя называют героиней! Жиль собирается повесить в таверне табличку о том, что сама Скарлет Бенуа залезала тут на барную стойку и кричала на посетителей. – Эмили наклонила голову, пытаясь рассмотреть, что там за спиной у Скарлет. – Ты где сейчас?
– Я… – Скарлет окинула взглядом окружавшую ее роскошь. Апартаменты королевского дворца даже близко не напоминали скромный домик на ферме, и она ненавидела их всей душой. – Я еще на Луне.
– На Луне?! Покажи! А там сейчас безопасно?
– Эм, пожалуйста, перестань кричать. – Скарлет потерла висок.
– Не говори мне «перестань кричать», мадемуазель У-Меня-Нет-Времени-Сообщить-Подруге-Что-Я-Жива!
– Меня держали в клетке! – воскликнула Скарлет, пытаясь остановить этот поток возмущений.
Эмили ахнула.
– В клетке! Они тебя мучили? Это синяк под глазом, или мой портскрин опять барахлит? – Эмили протерла экран рукавом.
– Послушай, я обещаю, что все тебе расскажу, когда вернусь домой. Только, пожалуйста, скажи, что ты присматриваешь за фермой и мне есть, куда возвращаться!
Эмили сердито уставилась на подругу. Скарлет искренне обрадовалась, увидев ее. Жизнерадостная красотка Эмили была невероятно далека от Луны, революции и всего, что выпало на долю Скарлет после исчезновения бабушки. И ее голос напомнил о доме.
– Конечно, я присматриваю за фермой. – Судя по тону, слова Скарлет оскорбили Эмили до глубины души. – Ты же попросила. А мне хотелось верить, что ты жива, хотя остальные твердили, что надеяться глупо. Я и сама под конец стала сомневаться… Как же я рада, что ты не умерла!
– А уж я-то как рада, – хмыкнула Скарлет.
– С животными все хорошо, плата за андроидов поступает вовремя… Ты, кажется, закинула на счет денег с запасом.
Скарлет коротко улыбнулась, вспоминая, что над счетами в свое время немножко поколдовала Кресс.
– Скар? – вдруг посерьезнела Эмили.
Скарлет вопросительно подняла брови:
– Ты нашла бабушку?
Скарлет думала, ее сердце уже обросло броней, чтобы не сжиматься от боли в такие моменты. Но воспоминания никуда не делись – и по-прежнему ранили. Невозможно забыть о тюремных камерах под оперным театром. Об искалеченном теле бабушки. О том, как Рэн вцепился ей в глотку, а Скарлетт стояла и смотрела, не в силах ему помешать.
Поэтому – и только поэтому – она боялась возвращения в родной дом. Без бабушки, пекущей хлеб на кухне, без ее грязных сапог в прихожей, ферма будет уже не та.
– Она умерла, – глухо ответила Скарлет. – Погибла во время первой атаки на Париж.
Лицо Эмили исказилось так, словно она собиралась заплакать.
– Мне так жаль…
Какое-то время подруги молчали, понимая, что больше тут ничего и не скажешь.
Потом Скарлет сменила тему:
– Помнишь уличного бойца, который заходил к вам в таверну?
– Зеленоглазого красавчика? – воскликнула Эмили. – Как его можно забыть!
Скарлет рассмеялась.
– Так вот, он оказался лунатиком.
– Нет! – ахнула Эмили.
– И я с ним вроде как встречаюсь.
Изображение на экране затряслось, потому что Эмили прижала руку ко рту.
– Скарлет Бенуа! – воскликнула она. – У тебя уйдет не одна неделя на то, чтобы все мне объяснить.
– Ничего страшного. – Скарлет перекинула волосы через плечо. – Я постараюсь. Ладно, Эмили, мне пора. Я просто хотела сообщить, что со мной все в порядке. Ну и узнать, как там ферма.
– Я всем расскажу, что ты жива. Но когда ты вернешься?
– Пока не знаю, но надеюсь, что скоро. И, Эмили, прошу тебя: не дай Жилю повесить эту табличку!
Эмили пожала плечами:
– Ничего не могу обещать. Ты наша маленькая героиня!
Скарлет отключила портскрин и бросила его на кровать. Взгляд ее невольно обратился к окну, за которым виднелся разоренный двор – и сотни людей, которые пытались привести его в нормальный вид.
Артемизия обладала особым холодным очарованием, но Скарлет соскучилась по свежему воздуху и домашней еде. Она хотела вернуться на Землю.
В дверь постучали. Скарлет обернулась и увидела Волка, который робко заглядывал в комнату. Она улыбнулась, и он рискнул зайти. В руках он держал букет синих цветов, и вид у него был очень виноватый.
– Я подслушивал, – признался он, втягивая голову в плечи.
– Какой прок в сверхчеловеческом слухе, если нельзя время от времени подслушивать? – подмигнула ему Скарлет. – Я не ждала, что ты вернешься так быстро.
Волк сделал еще шаг вперед и остановился. Он слегка хромал – ранение в бедро не прошло бесследно, – но быстро поправлялся. Королевские ученые определенно сделали Волка крепче. Во всяком случае, его тело.
Нахмурившись, Волк посмотрел на цветы и прикусил клыками нижнюю губу. Утром его отпустили в сектор РШ-9; хотя Маху уже похоронили на кладбище в бескрайних лунных пустошах, он хотел в последний раз навестить родной дом и взять что-нибудь, что будет напоминать ему о родителях или младшем брате.
Скарлет хотела поехать с ним, но Волк отказался. И она понимала почему. Иногда нужно побыть одному.
– Нашел что-нибудь? – тихо спросила она.
– Нет. Из моего детства ничего не осталось… а вещей у Махи было немного, ты сама видела. Так что я привез только это.
Стараясь не встречаться с ней взглядом, Волк протянул ей букет. Половина цветов была смята его грубыми руками.
– Когда я была маленькой, то часто собирала для бабушки полевые цветы, – задумчиво произнесла Скарлет. – Она ставила их в банку, а когда они начинали увядать, перекладывала пергаментной бумагой. Наверное, где-то на ферме хранится целый сундук засушенных цветов. – Она провела пальцами по мягким лепесткам. – С этими мы поступим так же. В память о Махе.
Скарлет поставила цветы в стакан с водой, который ей принесли вместе с завтраком. Когда она повернулась, Волк уже отодвинул портскрин и присел на краешек огромной кровати. Скарлет не сомневалась, что дорогое покрывало на ней было вышито руками рабов, и спать под ним ей было неуютно.
Едва присев, Волк начал беспокойно дергать ногой. Скарлет недоуменно посмотрела на друга. Он не выглядел печальным. Он выглядел… встревоженным.
– Что случилось? – спросила она, села рядом и положила руку ему на колено. Волк поднял на девушку зеленые глаза.
– Ты сказала своей подруге, что мы встречаемся.
Скарлет удивленно посмотрела на него, готовая рассмеяться, но Волк выглядел расстроенным.
– Это было проще, чем объяснять ей про альфа-самцов и самок.
Волк посмотрел на свои сжатые кулаки.
– И… ты сказала, что скоро вернешься на ферму.
– Конечно, вернусь. – Скарлет не нравился оборот, который принимал разговор. – Не завтра, разумеется, а когда мы тут со всем разберемся.
Волк снова начал нервно постукивать ногой.
– Волк?
– А ты… – Он почесал за ухом. – Ты все еще хочешь взять меня с собой? Теперь, когда я стал… – Волк судорожно вдохнул. – Я еще нужен тебе?
Казалось, он задал этот вопрос, превозмогая неподдельную боль. К горлу Скарлет подступил комок.
– Волк… – начала она и остановилась. – Зе’эв.
Он снова поднял на нее глаза; портскрин загудел, но Скарлет не обратила на него внимания. Она села к Волку лицом и твердо сказала:
– Нужен.
Волк медленно выдохнул.
– Просто… Я стал другим.
– В самом деле? Я рассчитывала на здоровяка, который будет рубить дрова и не спасует при виде сломанного трактора, и ты определенно подходишь. Мы с бабушкой, конечно, справлялись вдвоем, но теперь мне понадобится помощь.
– Скарлет…
– Зе’эв. – Она обхватила руками голову Волка и заставила повернуться к ней. Скарлет совершенно не пугал его новый облик. С острыми зубами, огромными лапищами, нечеловечески широкими плечами и выступающей челюстью он оставался ее альфой. Этого никто не мог бы изменить. – Ты мой единственный, Зе’эв. И всегда им будешь.
Волк услышал в ее словах эхо своих собственных.
– Да, мне понадобится время, чтобы привыкнуть. А соседские ребятишки первые месяцы будут от тебя шарахаться. – Скарлет убрала с лица рыжий локон, но тот упрямо вернулся на место. – И мы с этим как-нибудь разберемся.
Каменные мышцы Волка наконец расслабились.
– Я тебя люблю, – прошептал он.
Скарлет зарылась пальцами в его волосы.
– Да неужели? – лукаво улыбнулась она.
Портскрин снова загудел. Скарлет поморщилась, отключила его, не глядя, и наклонилась к Зе’эву, уткнувшись носом в его нос. Волк колебался всего мгновение, прежде чем поцеловал ее. И Скарлет с готовностью потянулась навстречу его губам. То был самый нежный поцелуй, на который способен полузверь-получеловек.
Впрочем, когда Волк прервал поцелуй, она заметила хмурую складку у него между бровей.
– Ты правда думаешь, что соседские дети будут меня бояться?
– Само собой, – кивнула Скарлет. – Но я уверена, что в конце концов ты их покоришь.
В глазах Волка мелькнули искорки.
– Я уж постараюсь, – сказал он, и губы его изогнулись в хитрой улыбке. Положив руку на спину девушки, он потянул ее за собой на кровать.
– Скарлет! Скар… ой!
Они замерли. Зарычав от досады, Скарлет приподнялась на локтях. Из-за двери выглядывала Ико. Пробитый корпус андроида был обмотан бинтами – Ико решилась на этот отчаянный шаг, потому что ей осточертели любопытные взгляды, а о ремонте до возвращения на Землю можно было даже не мечтать.
– Прости! Нужно было постучать. Но ты не отвечала на сообщения и… – Ико буквально лучилась от счастья; странно было видеть такие эмоции на лице существа из проводов и искусственных материалов. – Зола очнулась!
Глава 92
Текст на электронном дисплее сетчатки:
Диагностическая проверка завершена. Все системы стабилизированы.
Перезагрузка через 3… 2… 1…
Зола открыла глаза и тут же зажмурилась, ослепленная ярким светом. Она резко поднялась и зашипела от острой боли в груди.
Женщина, которая сидела, склонившись, над ее рукой, удивленно вскрикнула и свалилась со стула на колесиках. Металлический пинцет, звякнув, отлетел в сторону.
Читать бесплатно другие книги:
