Лунные хроники. Белоснежка Мейер Марисса
Когда в руках у нее треснула седьмая тарелка, Зима с глубокой грустью отошла от раковины. Почему у нее никогда ничего не выходит? Даже такое простое дело она смогла превратить в стихийное бедствие. Она упала на колени и заплакала, платье промокло от пены и крови. Вдруг ее накрыла чья-то тень, и она подняла глаза. В дверях стояла мачеха, а за ее спиной простиралось синее-синее небо и бескрайние поля. В руке она держала гребень, украшенный драгоценностями; она была красива, но ее улыбка казалась злой.
– Они любят тебя, – сказала Левана, как будто продолжая начатый когда-то разговор, и вошла на кухню. Подол ее королевского платья скользнул по мыльной воде, разлитой на полу. – Они защищают тебя. А чем ты это заслужила?
– Да, они любят меня, – согласилась Зима, хотя и не знала, о ком говорит мачеха. Жители Луны? Зола и ее союзники? Ясин?
– И все они дорого заплатили за эту любовь. – Встав за спиной у Зимы, Левана принялась расчесывать гребнем ее кудри. Нежно, почти как мать. Зиме захотелось разрыдаться, так она соскучилась по маме. Но ей было слишком страшно, ведь Левана никогда не говорила с ней так ласково. Королева продолжала: – Они узнают, что ты слабая. Узнают о твоих недостатках. И тогда поймут, что ты никогда не заслуживала любви.
Острая боль пронзила голову Зимы, когда один из зубчиков гребня вонзился в кожу. Она вскрикнула, в голове запульсировала боль. Но вдруг раздалось рычание. На пороге, оскалив клыки и расставив лапы, стоял Рю, приготовившись к прыжку. Левана перестала ее расчесывать.
– А тебе что нужно? Она предала тебя. Позволила гвардейцу убить тебя, чтобы самой остаться в живых!
Рю подкрался ближе, его желтые глаза вспыхнули. Левана выронила гребень.
– Ты зверь, убийца, хищник! Что ты знаешь о любви и преданности?
Рю затих и опустил голову, как будто его наказали. Зима впустила его в свое сердце. Она знала, что он скучал по ней. Он хотел бегать за палочками, а не слушать жестокие слова королевы. Зима потрогала свою голову в том месте, где жгло сильнее всего. Ее волосы намокли. Она взглянула на упавший гребень и увидела, что мыльная пена стала кровавой.
– Ошибаешься, – она повернулась королеве. – Это ты убийца, ты хищница. И ничего не знаешь о любви и преданности. – Она протянула руку к Рю, который обнюхал ее, а потом положил теплую голову к ней на колени. – Это не просто зверь. Это мой друг.
* * *
Зима открыла глаза. Маленький домик исчез, и теперь ее окружали облезлые стены, старая мебель и оконные занавески, покрытые реголитовой пылью. Ее веки затрепетали, когда, борясь с головной болью, она попыталась прогнать тяжелый сон. Зима до сих пор чувствовала запах крови, а голова пульсировала в том месте, где ее поранил гребень. Нет, там, где она стукнулась об угол стола. Пока она была без сознания, кто-то отнес ее на диван…
– Привет, чокнутая.
Зима откинула волосы с лица и нащупала на голове повязку из полотенца. Она увидела Скарлет, которая сидела на стуле, развернув его спинкой вперед. Она снова надела свою красную кофту с капюшоном. Большинство пятен отстирались, но кофта все равно выглядела потрепанной. Как и сама Скарлет. Ее глаза покраснели, а лицо покрывали пунцовые пятна. Обычная злость сменилась горечью и усталостью.
– Ико рассказала нам, что случилось, – сказала она ровным голосом. – Жаль, что меня здесь не оказалось, но хорошо, что была она.
Зима поднялась. Ико сидела на полу, скрестив ноги, и выдергивала волокна искусственной кожи вокруг дыры в своей груди. Торн стоял, привалившись спиной к входной двери. На нем была форма лунного гвардейца, и Зима посмотрела на него дважды, желая убедиться, что это он. Она прислушалась, но других звуков в доме не было. Ей стало страшно:
– А где остальные?
– На нас напали, – ответил Торн. – Они схватили Волка и Золу и… убили Маху.
Скарлет еще крепче обхватила спинку стула.
– Мы не можем здесь оставаться. Мы перенесли тела гвардейца и мага в дальнюю спальню, но, уверена, что за ними кто-нибудь явится.
– Гвардеец, который помог нам, – подала голос Ико, – велел мне спрятать Ее Высочество. Наверняка он имел в виду, что мы должны увезти ее из этого сектора. Но куда нам идти? Я изучила карту Луны: самые безопасные места находятся под землей. Там мы будем подальше от людей, да и камеры слежения в туннелях и шахтах встречаются гораздо реже. Но и это нельзя назвать отличным решением…
– Отличного решения нет, – сказала Зима, прижимая к себе комковатую диванную подушку. – Королева найдет меня везде, куда бы я ни отправилась. Она находит меня даже в моих снах.
– Не одну тебя терзают ночные кошмары, – пробормотал Торн. – Но есть шанс, что через четыре дня в Артемизию нагрянет рассерженная толпа и потребует смены режима. Тогда ведь Зола сможет выжить?..
Они переглянулись, но без особого оптимизма.
– Официальные казни устраивают во дворце, – сказала Зима. – Туда их и отвезли.
– Почему они не убили ее прямо здесь? – спросила Скарлет. – Зачем все эти сложности?
Торн покачал головой.
– Левана хочет казнить ее так, чтобы все поняли – бунтовать бессмысленно.
– Думаешь, она собирается показывать казнь в прямом эфире? В каждом секторе? – спросила Ико.
– Уверена так и будет, – подтвердила Зима. – Королева любит устраивать публичные казни. Это отличный способ сломить волю тех, которые начал мечтать о революции.
Торн потер лоб.
– Значит, она скоро ее убьет. Сегодня ночью или, может быть, завтра. Что может быть лучше казни в день свадьбы?..
Зима подтянула колени к груди и крепко обхватила их руками. День начинался так обнадеживающе… Видеообращение Золы заставило людей откликнуться на ее призыв, но теперь все кончено. Левана осталась на троне, а Селена скоро умрет и Ясин тоже. Если он еще жив…
– Прекратите!
Голос Торна звучал твердо, и Зима подняла голову. Скарлет и Ико тоже смотрели на него.
– Не смейте падать духом. У нас нет на это времени.
– А разве ты не пал духом? – спросила Зима.
– Таких слов нет в моем словаре, – Торн отошел от двери. – Ико, мы ведь ворвались в то караульное помещение и передали сообщение Золы по всей Луне?
– Да, капитан.
– Скарлет, спас ли я тебя и Волка, когда весь Париж оказался в осаде?
Скарлет вопросительно подняла бровь:
– Вообще-то я считала, что Зола…
– Да, я это сделал. – Торн указал на Ико. – Спас ли я тебя и Золу из тюремной камеры и увез на борту «Рэмпиона»?
– Ну, в то время я не была…
– Черт, Ико, просто ответь на вопрос.
Скарлет побарабанила пальцами.
– А зачем?
– Сейчас объясню. Первое: ищем способ пробраться в Артемизию. Второе: находим Кресс, спасаем Золу и Волка. Третье: свергаем Левану и, да помогут нам небеса, коронуем Золу, и она отвалит нам кучу денег из королевских сундуков, и мы уйдем на покой – живыми и богатыми. Теперь понятно?
Зима захлопала в ладоши:
– Блестящая речь. Столько здравомыслия и отваги!
– И удивительно мало реальной стратегии, – сказала Скарлет.
– О, я рада, что вы тоже это заметили! – воскликнула Ико. – Я беспокоилась, что мой процессор дал сбой. – Она пощупала свой затылок.
– Над этой частью я еще работаю, – проворчал Торн. – А сейчас нужно выбираться из этого сектора. Я буду лучше соображать, когда не придется беспокоиться о магах, которые повсюду тут шныряют. Кроме того, если мы собираемся идти по магнитному туннелю, путь до Артемизии предстоит неблизкий.
– Одна брешь в этом на-самом-деле-никаком-не-плане, – сказала Скарлет, указывая на Зиму, – мы не можем вернуть ее туда. Принцессу необходимо спрятать.
Зима сняла полотенце с головы. На нем оказалось небольшое пятно крови. Она подумала, прекратится ли когда-нибудь ее головная боль…
– Ты права. Я спущусь под землю, как предлагала Ико.
– Ты же не крот, – заметила Скарлет. – Нельзя просто сидеть под землей. Куда ты пойдешь? Что будешь делать? Есть ли там внизу люди? Надо ли брать с собой припасы? А что если…
– Рю тоже был в моем сне, – Зима сложила полотенце на коленях. – Он пытался защитить меня от королевы. Думаю, он простил меня за то, что случилось.
Скарлет фыркнула.
– Ты вообще слушаешь? Ты понимаешь слова? Золы и Волка нет. Левана их схватила. Она будет их пытать, а потом казнит и… – всхлипнув, Скарлет уронила голову, ее плечи начали вздрагивать. – Никого не волнуют твои глупые сны и глупые видения. Их нет.
Скарлет утерла нос рукой. Она не казалась хорошенькой, когда плакала, и Зиме это нравилось. Подойдя к ней, принцесса положила руку на плечо Скарлет, и та не стала ее стряхивать.
– Понимаю, – сказала Зима, – для меня большой риск возвращаться в Артемизию, но это не значит, что я не могу помочь Селене и своему народу. У меня тоже есть на-самом-деле-никакой-не-план.
Скарлет посмотрела на нее покрасневшими от слез глазами.
– Даже боюсь спрашивать.
– Торн и Ико отправятся в Артемизию и попытаются вызволить Селену и Волка, а также спасти Кресс и Ясина, а мы с тобой спустимся под землб и поднимем восстание.
– О, мы спустимся под землю и соберем армию, да? – Скарлет шмыгнула носом и махнула рукой. – Почему я вообще с тобой разговариваю? Ты не можешь помочь. Ты – сама беспомощность.
– Я серьезно. Там, под землей – убийцы, звери, хищники, жаждущие свободы. Ты знаешь это, Скарлет. Одного ты уже освободила. – Зима встала, держась рукой о стену, и обошла вокруг стола.
Скарлет закатила глаза, но тут заговорила Ико.
– Казармы! – сообразила она. – Левана держит своих солдат в казармах под землей.
Торн переводил взгляд с Ико на Зиму.
– Ее солдаты? Вы имеете в виду, ее мутанты-оборотни? Да вы с ума сошли!
Зима хихикнула.
– Может и так, – сказала она, погладив Торна по щеке. – Во всяком случае, мне все время об этом говорят.
Глава 44
– Королева в бешенстве, – сказал Ясин, пристегивая кобуру пистолета и нож к поясу. – Она молчит и пытается сделать вид, будто ничего не происходит, чтобы не сеять панику. Но что-то изменилось.
Кресс сидела на кровати, скрестив ноги и прижимая портскрин к груди. Соблазн отправить сообщение Торну и остальным усиливался с каждым часом. Она умирала от любопытства, а разлука заставляла ее нервничать и чувствовать себя одинокой. Но она не станет рисковать и посылать сообщение, которое можно отследить. Не подвергнет их – да и себя тоже – еще большей опасности. И все же быть оторванной от всех казалось сущей пыткой.
– Не знаешь, обращение королевы еще показывают? – спросила она.
Ясин пожал плечами и, проверив патроны и предохранитель, сунул пистолет в кобуру.
– Я знаю, королева записала его без подготовки. Думаю, она и императора заставила участвовать, но в Артемизии ничего не показывали, и я не знаю, о чем она говорила. Это могла быть просто ерунда вроде объявления о свадьбе. – Кресс облизнула губы. – Если бы я смогла попасть еще раз в центр безопасности, то узнала бы…
– Нет.
Кресс посмотрела на Ясина, который нацелил указательный палец прямо ей в нос.
– Хватит с нас риска. Ты остаешься здесь. – Отвернувшись, он поправил броню и теперь выглядел как преданный слуга королевы. – Сегодня вечером длинная смена – я буду на посту во время свадьбы и праздничного банкета. Почти вся стража будет там, так что здесь должно быть тихо.
Кресс вздохнула. Одно время она находила успокоение в тишине и одиночестве. Она ведь привыкла к этому на борту спутника. Но сейчас она чувствовала себя пленницей.
– Пока, – пробормотала она и добавила, как будто в шутку: – Принеси мне кусочек торта.
Ясин остановился, взявшись за ручку двери. Его лицо смягчилось.
– Постараюсь.
Он открыл дверь и оцепенел. Кресс вздрогнула. Прямо за дверью стоял гвардеец; он поднял руку, видимо, собираясь постучать. Он переводил взгляд с Ясина на Кресс. Опомнившись, Ясин скрестил руки на груди и привалился к дверному косяку, заслоняя ее собой.
– Что тебе нужно?
– Кто это? – спросил гвардеец.
– Не твое дело.
– Да брось, – гвардеец отпихнул Ясина и протиснулся в комнату.
Кресс вжалась спиной в стену, стиснув портскрин так сильно, что пластик протестующе заскрипел.
– У любого гвардейца может быть любовница, но только не у тебя!
Кресс смотрела на незнакомца и вдруг услышала щелчок предохранителя. Гвардеец замер, стоя спиной к Ясину. Он поднял руки над головой, на его лице было удивление.
– А кто сказал, что она любовница? – зарычал Ясин.
Кресс смотрела на незнакомого смуглого гвардейца с копной кудрявых волос. Она не помнила его среди тех, кто участвовал в засаде в доках, но наверняка утверждать ничего не могла.
– Не такого приема я ожидал, – промолвил он.
Ясин ткнул пистолетом ему в спину.
– Не люблю, когда суют нос в мои дела. – Его лицо было таким спокойным, что это пугало Кресс почти так же, как присутствие незнакомца. – Кинни, не так ли?
– Верно.
– Я так и не поблагодарил тебя за спасение на суде.
– Не стоит благодарности.
– Забери у него оружие.
Кресс не сразу сообразила, что Ясин обращается к ней. Она вздохнула и слезла с кровати. Кинни не шевельнулся, когда она взяла его пистолет и нож и, отойдя, с облегчением бросила оружие на пол.
– Я не хочу тебя убивать, – сказал Ясин, – но ты должен убедить меня не делать этого.
Кинни нахмурился и снова посмотрел на Кресс. На его лице было любопытство, а не страх, что было бы вполне объяснимо.
– Я спас тебе жизнь.
– Об этом мы уже говорили.
– А как насчет того, что на твой выстрел примчатся другие гвардейцы?
– Большинство уже на посту. Так что я рискну.
Кресс казалось, что Кинни улыбнулся, но он уже повернулся лицом к Ясину.
– А как насчет того, что я спас жизнь принцессе Зиме?
Глаза Ясина сузились.
– Ты, наверное, слышал о мятежах во внешних секторах? Я только что вернулся из рейда в сектор РШ-9. Когда мы обыскивали дом одной сторонницы мятежников, то я, к своему удивлению, нашел там не на кого-нибудь, а саму принцессу! Я, как и все, считал ее мертвой. – Он покачал головой. – Должно быть, это тяжело, когда все думают, что ты убил ее из ревности… Признаюсь, я тоже поверил. Мне самому хотелось тебя убить за это, да и не только мне.
Лицо Ясина дрогнуло.
– Прости, я в тебе ошибался. – Кинни опустил руки и сунул большие пальцы за ремень. Ясин не двигался. – Знаю, ты любил ее.
Когда молчание стало невыносимым, Кресс спросила:
– Так… она жива?
Кинни бросил на нее быстрый взгляд и кивнул.
– Я велел ей спрятаться. Насколько мне известно, все остальные считают, что она мертва.
– Она в порядке? – спросил Ясин хриплым голосом.
Кинни усмехнулся.
– Я бы сказал, что она выглядела намного лучше, чем просто в порядке, но тогда ты, наверное, застрелишь меня.
Нахмурившись, Ясин опустил пистолет, но не убрал его.
– Значит, ты видел ее. Но это не значит, что ты спас ей жизнь.
– Со мной был Джеррико. Думаю, он знал о приказе королевы. Он собирался убить Зиму и привезти сюда ее тело. Поэтому я застрелил его. – Он старался говорить беспечно, но Кресс услышала, как дрогнул его голос.
– Ты убил его? – переспросил Ясин.
– Да.
Они долго стояли лицом к лицу, потом Ясин произнес:
– Всегда его терпеть не мог.
– Я тоже.
Ясин начал постепенно расслабляться, хотя на его лице все еще читалось некоторое подозрение.
– Спасибо, что рассказал мне. Я… я беспокоился за нее.
– Но я здесь не поэтому. Я пришел предупредить тебя. Мы видели королевский челнок, которого там не должно было быть. Могу поспорить, он приведет их к тебе. Если уж я вычислил это, то и она вычислит. Королева, может, и думает пока, что Зима мертва, но скоро она узнает правду. – Кинни помолчал. – Кого она угрожала убить, если ты не сделаешь этого?
– Никого, – сглотнул Ясин.
– Ну да, конечно, – Кинни взглянул на свое оружие, лежащее рядом с Кресс, но не сделал попытки взять его. – Однажды она приказала убить мою младшую сестру, а все потому, что я не сумел выследить горничную, которая украла у королевы серьги.
Глаза Кресс расширились, но Ясин не выглядел удивленным.
– Ладно, кто бы это ни был, – продолжил Кинни, посмотрев на Кресс, – вас обоих убьют, если ты не уберешься отсюда, пока Левана не узнала про твою ложь. – Он повернулся к Кресс. – Могу я забрать свое оружие? Через пять минут я должен заступить на дежурство.
После минутного колебания Ясин кивнул и убрал свой пистолет. Он все еще хмурился, глядя, как Кинни собирает свое оружие.
– Почему ты опять… рискуешь собой ради меня?
– Зима хотела бы этого. – Кинни подошел к двери, стараясь не задеть Ясина. – Принцесса Зима уговорила королеву, и мою сестру не убили, а взяли в горничные. Я очень обязан Ее Высочеству. – Он кивнул в сторону Кресс. – Кто бы ты ни была, я никогда тебя не видел.
Ясин не попытался остановить его и Кинни вышел за дверь. Сердце Кресс все еще отчаянно колотилось.
– Я рада, что ты не убил его, – прошептала она.
– Я и не собирался. – Взгляд Ясина скользнул по комнате, словно он что-то прикидывал в уме. – Дождемся, когда крыло полностью опустеет, а потом уйдем.
Кресс в возбуждении сжала портскрин. Она была рада, но в то же время боялась покидать комнату, которая стала ей и тюрьмой и убежищем.
– Ясин, значит, Левана все-таки угрожала кого-то убить, если ты не убьешь Зиму?
– Конечно, угрожала. Только так она и действует.
Сердце Кресс сжалось от боли за него, за Зиму, и за тех, кого она даже не знала.
– А кого?
Ясин отвернулся и начал рыться в каком-то ящике.
– Никого, – сказал он. – Никого важного.
Глава 45
– Неужели у них нет каких-нибудь новостных каналов на этой треклятой горе? – ворчал Кай, скользя пальцами по голографу – лунной версии вездесущего нетскрина.
– Здесь ведь диктатура, Ваше Величество, – Торин, скрестив руки, смотрел в окно на озеро, сверкающее внизу. – Даже если бы здесь и передавали новости, думаете, им стоило бы верить?
Не обращая на его слова внимания, Кай продолжал водить пальцем по экрану голографа. Утром он отправил королеве сообщение о том, что свадьбу придется отложить, если до начала церемонии ему не позволят встретиться со своим советником – Торин знал все о клятвах и обычаях, которые должны скрепить свадьбу, которая положит начало политическому союзу. К его удивлению, Левана согласилась.
Каю полегчало, когда он снова увидел Торина и убедился, что тот жив и здоров. Но радость встречи омрачалась растущей тревогой и разочарованием. Сети вещания королевы стали очередным поводом для жалоб. По ним передавали только бессмысленную и бесполезную болтовню.
– Я хочу знать, что происходит вокруг, – сказал Кай, выключая голограф. – Я знаю, это уже началось. Я знаю, Зола что-то сделала.
Торин пожал плечами, словно извиняясь.
– Мне известно не больше, чем вам, Ваше Величество.
– Знаю. Я и не жду от тебя новостей. Просто я расстроен, что меня тут заперли, когда она… когда все они там! – он встал рядом с Торином у окна и взъерошил волосы. – Как могут люди жить здесь, совсем отрезанные от остальной страны? Они даже не знают, что происходит в других секторах. Разве это не должно сводить их с ума?
– Думаю, что нет, – ответил Торин. – Взгляни на роскошь, в которой они буквально утопают благодаря рабочим из внешних секторов. Думаете, эти люди захотят, чтобы их уверенность в том, что они живут в раю, опровергли факты о том, что вся остальная страна погрязла в нищете?
Кай нахмурился. Он и сам это знал и сожалел о своем наивном вопросе. Но он не мог этого понять. Он до сих пор помнил тот день, когда Наинси показала ему цифры – сколько бедняков и бездомных было в Содружестве в тот год, когда ему исполнилось тринадцать лет. Наинси говорила, что показатели неплохие. И хотя они стали увеличиваться после того, как началась эпидемия летумозиса, они все еще оставались ниже тех, десятилетиями держались после Четвертой мировой войны. И все равно Кай неделю не мог уснуть, думая о людях, которым негде спать и нечего есть в то время, как сам он живет в богатстве, окруженный постоянной заботой. Он даже подал отцу прошение отдать часть дворца самым бедным гражданам и предлагал предоставить половину своих личных комнат, если это поможет. Отец обещал прочесть его прошение, но Кай сомневался, что он отнесся к нему всерьез. Сейчас он догадывался, как по-детски звучало его предложение, но все еще не понимал, как можно не стремиться улучшить жизнь своего народа, и не понимал, почему придворные Леваны не испытывают сострадания к людям, благодаря которым живут как в раю.
– Вы неплохо выглядите. На лице почти не осталось следов, – заметил Торин. – Уверен, на свадебных фото ничего не будет видно.
Кай не сразу его понял.
– Ах да, верно. – Он потрогал щеку, куда его ударил Волк. Сейчас больно было только тогда, когда он нажимал на место ушиба. В его покоях не было зеркал, и, не видя своего отражения, он совсем забыл об этом.
– Думаю, эта уловка нам не помогла, – пробормотал он, сунув руки в карманы.
– Тем не менее это была достойная попытка, – сказал Торин. – Кстати, вы видели доклад американских военных, который мы получили сегодня утром?
Кай повернулся к нему.
– Конечно нет! Она забрала мой портскрин…
Торин сочувственно кивнул.
– Точно. Я отдам вам свой.
– Благодарю. Что за доклад?
– Выяснилось, что на орбите обнаружен брошенный корабль вашего друга. Они вернули его в Республику и начали расследование, искали улики, которые приведут их к твоим похитителям. И, конечно, нашли.
Кай потер лоб.
– Они знали, что это случится, но Торн все равно не обрадуется…
– Это был краденый корабль. Независимо от того, на чьей сейчас стороне человек, который его украл, он вор и дезертир. И мне трудно сожалеть о его потере.
Кай не смог сдержать усмешку.
– Не буду спорить. Но когда мы снова увидим Торна, я сам сообщу ему новости о его корабле. – Он пробежал взглядом по краю озера там, где вода сливалась с куполом. Казалось, там заканчивается весь мир. Цивилизация заключена внутри безупречной капсулы, сияющей и прозрачной, и за ее пределами нет ничего, кроме каменной пустыни. Увидев на горизонте край другого купола, он подумал: интересно, что это за сектор?
Он тщательно подбирал слова: когда увидим Торна, а не если. Только так он мог думать о своих друзьях и союзниках. Только так мог думать о Золе, если собирался выдержать все это. Ему хотелось знать, где она сейчас, далеко ли отсюда? В безопасности ли она?
Раздался стук в дверь, и Кай вздрогнул от неожиданности, на смену которой тут же пришел страх.
– Вот и началось, – пробормотал он. – Входите.
Но это оказался всего лишь один из его личных охранников, которые дежурили у дверей. В руках он держал ящик, завернутый в цветной бархат.
– Простите, что прерываю вас. Доставили свадебный подарок от Ее Королевского Величества. Мы проверили его на наличие взрывчатых и химических веществ и полагаем, что опасности нет. – С этими словами он протянул пакет Каю.
– Хочешь сказать, она решила не взрывать меня до церемонии? – спросил Кай, принимая из его рук ящик. – Надо же, какое разочарование…
Было видно, что гвардейцу хочется засмеяться, но он сдержался. Еще раз поклонившись, он вышел в коридор. Кай быстро развернул подарок: какое бы новое мучение Левана ни придумала для него, он желал поскорее с этим разделаться.
Кай смертельно побледнел. Внутри на белой бархатной подушечке лежал палец. На суставе виднелось смазочное масло, торчали обрывки проводков.
– Зола у нее. – Кай передал коробку Торину и, потрясенный, отошел к окну. Этот подарок стал ответом на многие его вопросы. Теперь он понял – Торин был прав. Иногда лучше оставаться в неведении.
* * *
Давно уже Левана не была так довольна. Ее назойливая племянница сидела в тюрьме, а скоро ее и вовсе не станет. Падчерица, которая надоела ей ничуть не меньше, мертва, и больше не придется выслушивать ее бормотание и потакать глупым желаниям. Через несколько часов она выйдет замуж за императора Восточного Содружества, а затем ее коронуют и она станет императрицей. Вся Земля скоро окажется в ее власти. Ресурсы. Угодья. Место для ее людей, где они смогут наслаждаться красотой и роскошью, к которым земляне привыкли настолько, что даже не замечают. Она представила себе, как сто лет спустя историки будут рассказывать потомкам о том, как Лунная королева завоевала голубую планету и положила начало новой эре. Как началась эра, когда к власти пришли те, кто был ее по-настоящему достоин.
Левана не чувствовала тяжести драгоценных камней, которыми был расшит ее наряд. Она едва замечала слуг, сновавших вокруг и поправлявших подол свадебного платья. Левана и так знала, что она красива. Она была самой красивой королевой, какая только была на Луне, и Кайто несказанно повезло с невестой. Наконец она отпустила слуг и улыбнулась сама себе.
– Потрясающе, моя королева.
Он обернулась и увидела в дверях Эймери.
– Что-то ты слишком вольничаешь, если позволяешь себе входить ко мне без приглашения, – сказала Левана, добавив яда в свой голос. – Я готовлюсь к свадебной церемонии. Что тебе нужно?
– Я не хотел вас отвлекать… Ведь я понимаю, какое это важное событие для всех нас. Просто решил успокоить вас насчет нашего особого гостя. Киборга приведут в тронный зал во время праздника, как вы и просили. Все уже устроено.
– Счастлива это слышать. Каким сюрпризом станет ее появление для моего нового супруга. – При этих словах Левана потерла безымянный палец, коснувшись каменного кольца – вечной памяти о первом муже, отце Зимы. Он навсегда останется ее единственной любовью. Давным-давно она поклялась себе, что никогда не снимет это кольцо.
– Есть еще одна новость, которую я должен вам сообщить, – продолжил Эймери, – хотя обстоятельства дела еще выясняются, и мне не хочется огорчать вас перед самой свадьбой.
– Киборг у нас в руках, – произнесла Левана с легкой улыбкой, – поэтому ничто не может меня огорчить.
– Рад это слышать, моя королева. В горнодобывающем секторе мы обнаружили нечто подозрительное. Там находился королевский челнок, и расследование показало, что его зафрахтовал… сэр Ясин Клэй.
– Продолжай, – Левана стала слушать Эймери с особым вниманием.
– У нас есть свидетельства, что челнок покинул Артемизию через сорок семь минут после гибели принцессы Зимы. Сэр Клэй в это время находился здесь, во дворце, и мы не знаем, кто был за штурвалом этого челнока. Но кто бы это ни был, все выглядит очень подозрительно еще и потому, что челнок прилетел в тот же сектор, где находился киборг со своей компанией. – Лицо Эймери оставалось невозмутимым, но в его голосе сквозила обеспокоенность.
– У нас ведь есть видеозапись смерти Зимы, правда?
– Да, моя королева. Однако, как вы помните, в тот день возникли перебои электроэнергии по всему дворцу, что отразилось и на камерах наблюдения. Вы позволите?
Читать бесплатно другие книги:
