Маленький отель на Санторини Набокова Юлия
Я отрываю бумажное полотенце, тру губы и щеки, потом мою их с мылом. Вот это произвела впечатление! Если у Руслана и были какие-то романтические мысли на мой счет, теперь он точно не захочет меня поцеловать. Зачем я только приехала? Сидела бы лучше на Санторини. Эта поездка – полное фиаско.
Но, видимо, лимит моего унижения еще не исчерпан. От моих резких движений застежка лифчика расстегивается. И когда я решаю ее поправить и приподнимаю подол платья до середины спины, сзади звучит встревоженный голос Руслана:
– Ника, ты там? Все в порядке?
Не успеваю я ответить, как раздается стук в дверь. А так как я в спешке не закрыла ее, дверь распахивается внутрь, а сам Руслан влетает за порог и замирает, ошеломленно уставившись на мои красные кружевные стринги. Я, конечно, надевала их с мыслью продемонстрировать ему, но только не в такой унизительной ситуации!
Поймав в зеркале его шокированный взгляд, я запоздало взвизгиваю и одергиваю подол.
– Извини, я не знал, что тут не заперто, – Руслан, опустив глаза, пятится за порог. – Подожду тебя в зале.
Дверь хлопает, я закрываю ее на задвижку и прислоняюсь спиной. Прав был Кирилл, когда говорил, что я не умею вести себя в приличном обществе! Только я могла так опозориться. Это еще провальней, чем опрокинуть ведерко со льдом во время помолвки и потом уронить кольцо в раковину.
Вижу свое вытянутое лицо в отражении и начинаю нервно хихикать. Хуже быть уже не может! Все, что могло случиться плохого, уже произошло. Я помахала перед лицом Руслана не только красным платьем, но и попой в красных стрингах. Бедный, да на нем лица не было, когда он ввалился сюда!
– А нечего ломиться в туалет к приличным девушкам, – говорю я своему отражению, давясь от смеха.
Нет худа без добра. Теперь, когда я окончательно и бесповоротно опозорилась перед мужчиной моей мечты, можно расслабиться и больше не мечтать о его поцелуях. Ну что ж, быть друзьями – тоже неплохо. Если только Руслан захочет со мной дружить дальше и красные стринги не встанут на пути нашей дружбы.
Вернувшись в зал, я вижу, что наш столик пуст. Сердце падает вниз. Ошибки быть не может – вот же вентилятор сверху, а по соседству расположилась шумная семья греков. Руслан сбежал, не дождавшись меня, а я даже винить его за это не могу. Развернувшись, я несусь к выходу из ресторана и едва сдерживаю слезы. Вот и поужинали!
– Ника! – внезапно окликают меня сзади.
Я оборачиваюсь и вижу, что Руслан сидит за столиком с видом на море и машет мне.
– Я пересел, тут уютнее, – объясняет он, когда я приближаюсь. – Ты не против?
– Нет, конечно, – сажусь за стол и хватаюсь за меню, стесняясь смотреть ему в глаза.
Выходит, он не только не сбежал, но и выбрал более тихий столик вместо того, что стоял на проходе. Это значит, что наше свидание еще не окончательно испорчено и у меня есть шанс?
– Что будешь на ужин? – спрашивает Руслан.
– Не знаю, надо посмотреть.
Пялюсь в строчки меню и не могу прочитать слов – они расплываются перед глазами.
– Ника, – кашляет Руслан.
– А? – Я вскидываю на него глаза.
– Так будет лучше.
Он протягивает руку за моим меню, переворачивает его и возвращает мне. Мои щеки вспыхивают, когда я понимаю, что держала меню вверх ногами и снова выставила себя дурой перед ним. Мне хочется бежать из ресторана прочь, лишь бы он не смотрел на меня с такой насмешливой улыбкой, которая рвет душу.
– Весь вечер хочу тебе сказать, что ты сегодня очаровательно выглядишь, – неожиданно заявляет Руслан.
– Шутишь? – меня пробивает на нервный смех.
– Нет, – с внезапной серьезностью говорит он, и мне становится не до смеха.
От неловкой паузы спасает официант, который подходит принять заказ. Я заказываю жареный сыр саганаки и греческий салат. Руслан берет себе клефтико из баранины.
– Ты не против графина вина? – предлагает он.
Я охотно киваю. Уж лучше напиться – может, не будет так мучительно неловко.
– Ника, ты извини, что ворвался к тебе в кабинку. Это было… – Руслан сконфуженно умолкает.
– Пустяки! – отмахиваюсь я. – Со мной такое каждый день случается!
Мгновение Руслан шокированно смотрит на меня, а затем начинает хохотать. Да так заразительно, что я тоже начинаю смеяться как сумасшедшая – до слез.
Мы останавливаемся, только когда официант приносит графин с белым вином. Но едва он разливает его по бокалам и отходит, одновременно покатываемся со смеху.
– За веселое начало выходных! – поднимает тост Руслан.
Я касаюсь его бокала своим, а внутри все сладко замирает. В его словах мне чудится обещание чего-то большего, чем дружба.
Неловкости между нами больше нет, и мы болтаем обо всем на свете. Руслан спрашивает о моих первых постояльцах, я рассказываю, потом он делится забавной историей, которая случилась сегодня с его туристами на экскурсии. Мы снова смеемся и с аппетитом поглощаем еду, запивая сладким вином.
Когда из колонок доносится зажигательный мотив сиртаки и несколько греков выходят потанцевать под звездным небом, Руслан спрашивает:
– Когда-нибудь танцевала сиртаки?
Я качаю головой, а Руслан вскакивает из-за стола и тянет меня в круг танцующих. Деваться некуда! Я повторяю движения, которые постепенно набирают темп. И вот уже мы с Русланом в компании незнакомых греков и других туристов проносимся в веселом хороводе под ритм самой известной греческой мелодии.
Танцуя под звездным небом, я думаю о том, что давно не чувствовала себя такой свободной. Я всегда мечтала о небе, мечтала видеть его из окна своего кабинета в Москве. Но только оказавшись на Санторини, я ощутила вкус настоящей свободы.
Голова кружится – от быстрого танца, вина и близости Руслана, и, когда он, оплатив счет, предлагает прогуляться по пляжу, я охотно соглашаюсь.
Мы спускаемся на пляж, и я снимаю босоножки, ступая по нагретому за день песку. На пляже тихо и пусто, и мы молча бредем по берегу, наслаждаясь красотой южной ночи.
– Искупаемся? – предлагает Руслан, когда мы отходим подальше от ярко освещенной таверны на берегу и оказываемся в более темной части пляжа.
– Сейчас? – удивляюсь я. – Вообще-то у меня в сумке есть купальник. Если ты отвернешься, я могу переодеться…
– Да что я там не видел? – шутит Руслан, вгоняя меня в краску.
Я вспоминаю, как сверкала перед ним красными стрингами, и меня пробивает нервный смех.
– Действительно! – фыркаю я. – Ты уже видел всё!
Я хохочу как гиена, Руслан разражается гомерическим смехом. Наш дикий хохот разносится над пустынным пляжем, должно быть, пугая туристов в стоящем неподалеку отеле.
Мы смеемся и не можем остановиться. Пляжная сумка падает с моего плеча на песок, из нее вылетает шлепанец, но у меня нет сил их поднять – я сгибаюсь от смеха и вытираю выступившие слезы. У меня уже болит живот, но вместе со смехом из меня выходит все оставшееся смущение и неловкость. Ведь если мы с Русланом можем так весело хохотать, значит, все мои косяки сегодня его не оттолкнули. Значит, у нас все еще есть шанс.
– А давай искупаемся! – со смехом выкрикиваю я и одним движением через шею стягиваю с себя красное платье и бросаю на песок поверх пляжной сумки.
В ту же секунду, когда оно падает между нами, наш смех одновременно обрывается. Мой – от того, что я понимаю, что стою перед Русланом в одном нижнем белье. Руслан давится смешком и резко умолкает, таращась на меня и как будто не веря, что я перед ним разделась.
– Извини, – я неловко наклоняюсь за платьем. – Это была плохая идея.
Но не успеваю поднести одежду к груди, чтобы прикрыться, как Руслан выхватывает ее у меня из рук.
– Это отличная идея, – говорит он севшим голосом и не отрывает от меня глаз.
А затем швыряет платье на песок и одним движением стягивает с себя футболку. Я возбужденно сглатываю, глядя на его белеющие в темноте плечи, грудь и живот. Загар «маечка» в исполнении Руслана – самое соблазнительное зрелище на свете.
Щелкает пряжка ремня, и джинсы падают к ногам Руслана. Они у него такие же белые, как живот. Ниже, на белые трусы, я стараюсь не смотреть, но все равно замечаю, как сильно они выпирают спереди. Ночное купание в море заводит не только меня, но и его.
– Идешь? – тихо зовет Руслан и манит меня в воду.
Я завороженно следую за ним, чувствуя, как теплая волна накатывает на мои ноги, и шаг за шагом вхожу в воду, пока она не скрывает меня по плечи.
Оказавшись в море лицом друг к другу, мы замираем. Над нами раскинулось звездное небо, которое отражается в воде, а все звуки с берега как будто стихли.
– Я никогда не купалась ночью в море, – признаюсь я и облизываю соленые губы, на которые брызнуло волной.
– А я никогда не целовался с девушкой в море, – Руслан притягивает меня к себе за талию и жарко впивается в мои губы.
Наш первый поцелуй – со вкусом моря и соли. Я запрокидываю голову и успеваю увидеть над собой звездное небо с яркими южными звездами и сияющие ярче звезд глаза Руслана. А затем он прикрывает ресницы, продолжая целовать меня нежно и страстно одновременно. И я тоже закрываю глаза, чтобы сосредоточиться на этом упоительном ощущении и насладиться нашим первым поцелуем сполна.
Увлекшись, мы не замечаем подкравшуюся волну, и она окатывает нас с головой. Мы выныриваем, отфыркиваясь, и снова хохочем.
– Я думала, ты никогда меня не поцелуешь, – признаюсь я.
– Шутишь? – Руслан со смехом притягивает меня к себе в воде. – Я мечтал об этом с первой встречи.
– С какой? Когда я встретила тебя растрепанная, с тряпкой и со спреем для стекол? – недоверчиво хихикаю я. – Наверное, ты тогда принял меня за уборщицу.
– Ты была очень красивая. Настолько красивая, что я украдкой сфоткал тебя на телефон.
– Правда? – удивляюсь я. – Когда?
– Пока делал вид, что снимаю видео с отелем. Честно говоря, оно мне было не нужно, я просто хотел сфотографировать тебя на память.
– Покажешь? – прошу я, до конца не веря его словам. Выходит, все это время, пока я гадала, нравлюсь ли я ему, он мечтал обо мне?
– Потом, – Руслан снова меня целует, а я закидываю ноги ему на бедра, и он держит меня, мягко покачивая на волнах. Его руки гладят мои обнаженные ягодицы и касаются тонкой полоски стрингов.
Я бы занялась с ним любовью прямо там, в воде. Тем более, что я чувствую, как сильно его желание. Но в тот момент, когда я, распалившись от его поцелуев и потеряв всякий стыд, начинаю тереться об него бедрами, Руслан мягко отстраняет меня и опускает в воде.
– У тебя мурашки, – он поднимает руки с моих бедер к выступающим из воды плечам. – Пора выходить, а то совсем замерзнешь.
Мурашки у меня от него, и мне вовсе не хочется выходить из моря, где мы так сладко целуемся. Даже если бы оно остыло до температуры Ледовитого океана, я бы не заметила этого, пока он бы продолжал меня целовать. Но Руслан подталкивает к берегу, и мне ничего не остается, как подчиниться.
На берегу мне сразу же становится холодно, и я дрожу на ветру. Натягиваю платье прямо на мокрое тело и белье, но это не спасает. Руслан тоже быстро одевается. Пока я одергиваю прилипшую к ногам юбку, он уже застегивает джинсы и напяливает футболку.
– Замерзла?
Он прижимает меня к своей каменной груди, которая буквально пышет жаром. Как и его губы, которые снова жадно целуют меня. Но почти сразу же он отстраняется и тянет меня к отелю, расположенному метрах в двухстах на берегу:
– Идем скорей, сейчас согреешься.
– Это и есть мой отель? – удивленно спрашиваю я, разглядывая светящиеся в темноте окна гиганта, в котором не меньше семи этажей. – А меня пустят туда мокрой?
– Думаю, ты не первая туристка, которую они видят мокрой, – хмыкает Руслан.
– Но первая, кто мокрой заселяется, – шучу я.
Когда мы заходим в ярко освещенный мраморный холл, с нас обоих капает вода. Руслан подходит к стойке регистрации и здоровается по имени с девушкой, которая отвечает ему лучезарной улыбкой, как старому знакомому. Наверняка Руслан тут часто бывает, когда забирает туристов в аэропорт и на экскурсии. На меня сотрудница бросает быстрый взгляд, сверяя с фото в моем паспорте, и выдает ключи от номера, с улыбкой желая приятного вечера.
Руслан проводит меня к лифту, а когда двери закрываются и мы остаемся вдвоем, снова жарко целует. А у меня сердце сладко замирает в груди, когда я представляю, насколько приятным может быть продолжение вечера.
Мы находим нужный номер, я открываю его магнитным ключом и вхожу первой, придерживая дверь:
– Зайдешь? Ты можешь принять душ и обсохнуть.
Руслан мокрый, с его волос капает вода. Мгновение он медлит на пороге. Ведь мы оба понимаем, что я приглашаю его в номер не за этим. Он бросает взгляд куда-то мне за спину. Обернувшись, я вижу большую двухспальную кровать, и в голове вспыхивают кадры Камасутры, которую мы можем на ней воплотить.
– Лучше я пойду, – доносится до меня хриплый голос Руслана. – Завтра рано вставать на экскурсию.
Обернувшись, я вижу, как он делает шаг в коридор. Теперь нас разделяет порог, и капает с Руслана уже на коврик снаружи. По его черным от желания глазам я понимаю, что решение далось ему нелегко. Я безумно хочу его, но понимаю, что мы слишком торопим события. К тому же нас завтра и правда ждет совместная экскурсия, и вряд ли Руслану удастся сосредоточиться на работе, если всю ночь мы проведем, занимаясь любовью.
– В восемь автобус подъедет ко входу в отель, – говорит Руслан. – Не опаздывай!
Ни за что не опоздаю! К счастью, мне хватает ума не выпалить это вслух, и я ограничиваюсь томной улыбкой, закрывая за ним дверь. А потом сразу же достаю из сумки телефон и проверяю время. На часах ровно полночь. До нашей встречи осталось восемь часов, но я уже скучаю!
Глава 32
Утро начинается с кофе и круассанов. Я с удовольствием завтракаю в ресторане отеля и спускаюсь вниз. Красное платье не высохло за ночь, так что мои планы не потеряться на фоне других туристок провалились. Впрочем, не стоит отвлекать Руслана от его работы, напоминая о вчерашнем. В шортах и майке я выгляжу мило и сексуально, хотя мои ноги не такие загорелые, по сравнению с отпускницами. Все же я не одна из них и в Греции работаю, а не отдыхаю.
Большой туристический автобус с логотипом турфирмы останавливается у входа в отель. Руслан выходит наружу, а я тороплюсь к нему. Мне очень хочется его поцеловать, но я понимаю, что это будет неуместно на глазах у туристов, которые пялятся в окна. Однако Руслан, не стесняясь, целует меня в щеку.
– Доброе утро! – сияет он.
– Доброе утро, – возвращаю ему улыбку.
– Как спалось?
Его вопрос вгоняет меня в краску. Если бы он только знал, какие жаркие сны с его участием мне снились на большой двуспальной кровати! Я смущенно отвечаю, что хорошо, а Руслан машет кому-то:
– Девушки, сюда!
Обернувшись, я вижу двух юных красоток – в белом и желтом платьях. Руслан проверяет их ваучеры и пропускает в автобус. Мы поднимаемся за ними.
Девушки хотят занять два свободные места в первом ряду, но Руслан их останавливает:
– Это место для гида.
А когда они проходят дальше, Руслан сажает туда меня:
– Прошу!
Я опускаюсь в мягкое кресло у окна, прямо напротив лобового стекла. Отсюда открывается самый эффектный вид. Автобус трогается с места, но Руслан остается стоять в проходе и начинает экскурсию.
– Ну что ж, все в сборе! Меня зовут Руслан, и сегодня я буду вашим гидом на обзорной экскурсии по острову Крит. Нашего водителя зовут Орион, давайте поприветствуем Ориона бурными аплодисментами!
Звучат вялые хлопки, туристы еще толком не проснулись и не понимают, почему они должны хлопать водителю.
– Орион провезет нас по восточной и западной части Крита, так же мы побываем на юге и увидим почти весь Крит за один день, – бодро продолжает Руслан. – В ходе нашей экскурсии мы посетим монастырь и прогуляемся по традиционной греческой горной деревушке. Проедем через долину Мессара с ее виноградниками, из которых делают критское вино. Сделаем остановку на винодельне для дегустации вин…
Автобус одобрительно гудит, Руслан смеется и продолжает:
– А также вы искупаетесь в более спокойном и теплом Ливийском море, которое омывает другой берег Крита, и побываете на пляже Матала, знаменитом своими пещерами. И завершим мы наш день прогулкой по одному из самых красивых городов Крита – Ретимно. Ну а пока давайте я расскажу вам об острове Крит…
Руслан увлеченно говорит, пересыпая свою речь интересными фактами и шутками, так что его хочется слушать. Туристы постепенно просыпаются. Из салона доносятся одобрительные смешки и комментарии – атмосфера дружелюбная и приятная, как будто собрались не чужие люди, а добрые приятели.
Я слушаю Руслана и смотрю в окно. Первое, что бросается в глаза, – на Крите много зелени и деревьев. Я уже отвыкла от них в Ие, а тут за окнами автобуса проносятся оливковые рощи, виноградники, пальмы, кипарисы.
Водитель притормаживает, чтобы пропустить стадо овец, и туристы вытаскивают телефоны, торопясь сделать эффектные кадры. А я бросаю взгляд на Руслана и замечаю, что он смотрит на меня. Кажется, главный человек для него на экскурсии – это я.
Автобус трогается дальше, Руслан продолжает рассказ, а я наблюдаю за ним со стороны – он действительно хороший гид и обаятельный рассказчик, туристы смотрят ему в рот и задают вопросы, а он охотно и терпеливо на них отвечает. Это со мной наедине он может пошутить над туристами и рассказать забавные случаи с ними. На работе он ведет себя любезно и дружески, пытаясь донести до людей интересные факты о Греции, а не просто провести экскурсию для галочки.
Первым мы посещаем монастырь, расположенный высоко в горах. Стены выкрашены в теплый песочно-бежевый цвет, от них отражается солнце, а небо в горах кажется гораздо ближе, чем на побережье.
Руслан останавливается в тени, чтобы рассказать про историю монастыря, и его тут же обступает толпа поклонниц, а я оказываюсь в последних рядах. И хотя рост у меня выше среднего, смотреть на Руслана из-за чужих шляпок и панамок не очень хочется, поэтому я отхожу от нашей группы к краю террасы, с которой видно море вдалеке.
Глядя на синие небеса, я вспоминаю своих родных – маму, отца, бабушку. Благодаря им я сегодня стою здесь. Если бы мама не написала отцу, если бы он не включил меня в завещание, если бы я не унаследовала отель бабушки, меня бы здесь сейчас не было. Стояла бы сейчас в очереди к кофейному автомату в «Москва-сити» и считала бы, что мне сказочно повезло в жизни!
Руслан уже закончил рассказ, но еще отвечает на вопросы нескольких женщин. Большинство туристов расходится по территории, чтобы сделать красивые кадры. А к пышно цветущей бело-розовой бугенвиллее выстраивается целая очередь из желающих сфотографироваться. Она высотой с два этажа и раз в десять больше той, что растет на террасе у бабушки.
– Сфотографировать тебя? – Руслан подходит ко мне.
Я качаю головой. Зачем? У меня нет блога, где бы я выкладывала свои фоточки для подписчиков и собирала лайки. Нет родных, которым могла бы послать фото из отпуска.
– Тогда можно я сниму тебя на память? – неожиданно просит Руслан. – А то у меня есть только твоя фотка, сделанная украдкой.
– Ты обещал ее показать! – оживляюсь я. – Если не шутишь.
– Какие тут могут быть шутки? – Руслан напускает на себя серьезный вид. – Ты украла мое сердце с самой первой встречи.
Он находит фотографию на телефоне и показывает мне. Я стою в профиль на фоне отеля. Волосы треплет ветер, и с такого ракурса мой греческий нос, доставшийся по наследству от папы и бабушки, кажется еще больше, чем обычно.
– Ужас! Мой нос просто огромный! – восклицаю я. – Немедленно сотри эту фотку!
– У тебя самый прелестный нос! – Руслан наклоняется и целует меня в кончик носа, и я жмурюсь от удовольствия и нежности.
– Я ведь думала, что совсем тебе не нравлюсь, – признаюсь я. – Ты не проявлял ко мне ни малейшего интереса.
– Шутишь? – смеется Руслан. – Я влюбился как мальчишка и был уверен, что ты все поняла с первого дня. И потом, когда я стал при каждом случае заглядывать к тебе в отель. Это ты не проявляла ко мне никакого интереса.
– Да ты сам сказал, что я для тебя только друг! – возмущенно напоминаю я.
– Когда это было? – удивляется Руслан.
– В тот день, когда ты красил стены в отеле, а потом мы ужинали на берегу.
– Ааа, – припоминает он, – ты же тогда хотела мне заплатить за работу. Вот я и ляпнул, чтобы ты не приставала ко мне с деньгами. Думаешь, стал бы я красить тебе стены, если бы ты мне не нравилась?
Вот уж правда! И как я не догадалась раньше? Я сконфуженно улыбаюсь:
– Между прочим, я мечтала, что ты меня тогда поцелуешь. Когда мы поднимались вверх по ступеням в Ию, а над нами было звездное небо. Такой романтичный был момент.
– Я тогда чуть тебя не поцеловал, – признается Руслан. – И потом на следующий день, когда мы стояли в облаке.
Я вспоминаю его улыбку Чеширского кота, которая первой выплыла из тумана, и то, как сильно мне хотелось его тогда поцеловать.
– Я тоже тогда этого хотела! Что же мы столько времени зря потеряли? – с досадой ворчу я.
– Наверстаем! – весело обещает Руслан.
Очередь к бугенвиллее наконец рассеивается, и Руслан подталкивает меня туда.
– Давай! Сниму тебя на память.
Я позирую ему на фоне цветущего облака, а к Руслану подходит одна из женщин с нашей экскурсии, с ярко-рыжими волосами и в зеленом балахоне.
– Хотите, сфотографирую вас вместе? – предлагает она.
Руслан охотно сует ей свой телефон и встает рядом со мной, обнимая за плечи.
Женщина делает несколько кадров и, возвращая ему телефон, с любопытством косится на меня:
– А это ваша девушка?
– Это моя невеста, – заявляет Руслан, заставляя меня покраснеть.
У рыжей жадно вспыхивают глаза, и она отходит к своим подругам, чтобы поделиться горячей сплетней.
– Зачем ты соврал? – укоряю я.
– Я? – поражается Руслан. – Да у нас даже свадьба неделю назад была!
– Понарошку!
– Ну, белое платье ведь было. И фотки в доказательство есть!
Руслан снова шутит, а мне и возразить нечего. Только губы сами собой расплываются в глупой улыбке – потому что Руслан открыто представляет меня своей невестой и не стесняется пересудов туристов. Вон уже возле той рыжей женщины собралась целая компания, и они шушукаются, поглядывая на нас.
– Так, пора в автобус! – Руслан хлопает в ладоши, созывая свою группу, а я вздрагиваю от его громкого командного голоса. – Проходим, не задерживаемся, сейчас мы едем на дегустацию вина!
Слово «дегустация» действует не хуже заклинания – туристы припускают к автобусу со всех ног.
Мы заходим последними. От направленных на меня любопытных взглядов я вжимаю голову в плечи и плюхаюсь на сиденье в первом ряду. А Руслан остается стоять в проходе, берет в руки микрофон и продолжает экскурсию. Кажется, его шепотки о нас нисколько не смущают.
После небольшого переезда мы оказываем в винодельне, где молодая красивая гречанка быстро рассказывает, что ее семья занимается производством вина уже на протяжении двух столетий, а затем сразу предлагает приступить к дегустации. Она сама встает за стойку, разливая напитки по пластиковым стаканчикам, а Руслан помогает ей и отвечает на вопросы туристов – какое вино послаще, какое более сухое.
Мне к ним даже не протолкнуться, поэтому я брожу по залу, разглядывая винные бочки, выставленные для антуража, и бутылки на продажу.
– Попробуй это! – Руслан сам находит меня и протягивает пластиковый стаканчик с красным вином.
– А ты? – спрашиваю я, не найдя в его руках второго стаканчика.
– А я на работе. Но ты пей, не стесняйся!
Я пробую вино, которое оказывается в меру сладким и приятным на вкус.
– Ну как? – спрашивает Руслан.
– Мне нравится.
– Тогда давай купим бутылку и выпьем вместе вечером?
Мы возвращаемся к хозяйке, Руслан расплачивается за бутылку вина, и я убираю ее в пляжную сумку. Его опять обступают туристки с просьбой помочь с выбором, а я отхожу в сторону, чтобы не мешать.
Третья остановка – оливковая ферма, расположенная неподалеку в окружении оливковой рощи. Стоя в тени у древней оливы с закрученным стволом и серебристыми листьями, Руслан рассказывает, что греки не могут жить без оливкового масла и называют его жидким золотом.
– Кстати, кто знает, чем маслины отличаются от оливок? – спрашивает Руслан у группы.
– Это разные сорта? – предполагает кто-то.
– Маслины – это спелые оливки, – объясняет Руслан.
К нам подходит пожилой хозяин-грек, радушно приветствует Руслана и нас, а затем проводит в цех и показывает процесс производства масла из оливок. Потом начинается дегустация оливкового масла, которое нужно пробовать, макая в миску свежий ноздреватый хлеб. Помимо традиционного, здесь представлены масла с добавками – лимоном, базиликом, чесноком.
– От вампиров, – шутит Руслан, и уже целиком очарованные им туристы весело смеются.
Мне больше по вкусу масло с базиликом, но я ничего не покупаю – ведь я, в отличие от остальных отпускников, не улетаю скоро домой. Мой дом теперь здесь.
На пляж Матала мы едем довольно долго – на другой берег Крита. После винной дегустации туристы расслабились и задремали, и Руслан делает перерыв в экскурсии, наконец-то присаживаясь рядом со мной и беря за руку.
– Ну как тебе экскурсия? – спрашивает он.
– Я сегодня впервые за последние пару месяцев чувствую себя беззаботной туристкой и по-настоящему отдыхаю от хлопот с отелем. И ты правда классный гид!
Он отмахивается, но я вижу, что мои слова ему приятны.
– Если хочешь, можешь поспать, – он предлагает мне свое плечо, и я с радостью соглашаюсь.
Так приятно прильнуть к нему и помечтать о том, что экскурсия закончится, мы наконец останемся вдвоем и продолжим с того момента, на котором остановились вчера…
– Приехали, – Руслан мягко трогает меня за плечо.
Вскинув голову и сонно хлопая глазами, я вижу, что мы подъезжаем к большому песчаному пляжу между бежевых скал, изрытых пещерами, как сотами.
– Пляж Матала, друзья! – бодро объявляет Руслан в микрофон, вставая в проходе. – Один из самых красивых на Крите. Его еще называют пляжем хиппи, потому что в семидесятые годы сюда приезжало много поклонников этой культуры. Так как хиппи в основном были бедными студентами, в качестве ночлега они облюбовали древние пещеры в скале. Изначально пещеры служили могильниками, но бесстрашных хиппи это нисколько не смущало. Вы можете сами заглянуть в пещеры. У вас сорок минут свободного времени, как раз успеете сфотографироваться и искупаться. Встречаемся у автобуса в час дня. Не опаздывайте!
Туристы живо вскакивают с мест, а мы первыми выходим из автобуса и идем на пляж.
– Ты можешь искупаться, – предлагает мне Руслан.
Я бы с удовольствием поплескалась с ним вместе – день жаркий, и солнце печет сильно.
– А ты? – спрашиваю я.
Руслан качает головой и корчит гримасу:
– Я же на работе! Думаешь, почему у меня загар «маечка»? Туристы купаются, я слежу за временем и подгоняю.
– Тогда давай прогуляемся к пещерам. Хочу на них посмотреть!
Я снимаю босоножки, вставая ногами на песок, но сразу же понимаю, что это плохая идея. Песок раскалился от солнца, и я снова надеваю обувь.
Мы подходим к скале, и я с любопытством разглядываю слоистую структуру и вырытые в ней пещеры.
– Скала сделана из мягкого песчаника, – объясняет мне Руслан. – Ученые не знают, сколько лет пещерам. Говорят, их вырыли еще первобытные люди в качестве жилья. А римляне уже позже использовали под захоронения.
Услышав шаги за спиной, мы оборачиваемся и видим, что к нам приближаются шесть человек из нашей группы.
– Мы тоже хотим послушать, – льстиво говорит рыжая женщина в балахоне, которая фотографировала нас у цветущей бугенвиллеи. – Вы так интересно рассказываете, Руслан!
А сама с любопытством косит на меня взглядом. Руслан вежливо повторяет ей ту же информацию, но затем предлагает туристам самим подняться в пещеры и посмотреть на них изнутри.
Рыжая сплетница сразу же теряет интерес и поворачивает на пляж. Двое из группы идут в пещеры, остальные трое направляются за ней.
Мы с Русланом поднимаемся в другую пещеру, где никого нет. Мне приходится пригнуть голову – пещера низкая и маленькая. Квадратное помещение при входе и вырубленная дальше в скале узкая ниша на уровне метра от пола. Руслану и объяснять не надо – я и так понимаю, что это место для захоронения.
– Не представляю, как хиппи здесь жили, – ёжусь я, мечтая скорее оказаться на ярком солнце.
– Это было бесплатно, – хмыкает Руслан, и мы выходим наружу и спускаемся обратно на пляж. – Осталось полчаса. Может, все-таки искупаешься?
– Ладно, я быстро!
Я чувствую неловкость, снимая майку и шорты под его взглядом. Хотя он уже видел меня вчера в нижнем белье, а сейчас на мне купальник. Но вчера была ночь, а сейчас ярко светит солнце, и я перед Русланом как в блеске софитов.
Сложив вещи на пляжную сумку на песке, я уже хочу бежать к воде, но тут Руслан ловит меня за руку и притягивает к себе. А затем целует – нежно, долго, жарко.
Читать бесплатно другие книги:
