Маленький отель на Санторини Набокова Юлия

Глава 38

К августу бабушкин отель на Санторини полностью работает. Шесть отремонтированных номеров с новой мебелью забронированы на месяц вперед. Почти каждый день заселяются и выезжают туристы. Я с утра до вечера торчу на рецепции – выдаю и забираю ключи, советую, куда съездить и где пообедать, организую трансфер до аэропорта и парома. Также в июле я организовала пять свадеб – все благодаря турфирме Руслана. И еще десять запланированы на август. Теперь, когда отель открыт полностью, я могу разместить не только самих молодоженов, но и их гостей. А для банкета на террасе я закупила необходимую мебель – столы, стулья и зонтики.

Из-за напряженных графиков мы с Русланом видимся редко. Он просит, чтобы его почаще ставили на туры на Санторини, но, как назло, ему выпадают в основном обзорные экскурсии на Крите. Счастье, если Руслану удается съездить на Санторини хотя бы раз в неделю. И то, мы успеваем увидеться только в обеденный перерыв, когда он приводит своих туристов в таверну к Яннису, а сам сбегает ко мне, и мы уединяемся на террасе над морем, чтобы всласть нацеловаться. Дальше поцелуев мы не заходим – не то чтобы мы не хотели, нам просто некогда!

– Вот закончится сезон, тогда заживем! – мечтает Руслан.

На прошлой неделе у него не было ни одной поездки на Санторини, а вчера он получил график на новую неделю – и в нем только экскурсии по Криту. Начинаются они рано, заканчиваются поздно, так что нет никакой возможности в свободное время приехать ко мне. Услышав грустный голос Руслана, я решила, что сама сделаю ему сюрприз.

На завтра у меня как раз нет выездов и заездов, и я вполне могу одним днем скататься на Крит, чтобы повидать его. Я успеваю купить последний билет на паром туда-обратно – что в высокий сезон, когда билеты раскупают за неделю вперед, настоящее везение!

Сама судьба благоволит нам, и я с легким сердцем ступаю на борт парома, мечтая, что уже через пару часов обниму любимого.

В дороге я успеваю почитать и подремать, а в порту Ираклиона ловлю такси. Адрес турфирмы Руслана я заранее списала с сайта. К счастью, она находится неподалеку от причала, и дорога не занимает много времени.

Уже скоро я вхожу в двери с вывеской турфирмы, надеясь, что застану Руслана там.

За стойкой сидит девушка чуть постарше меня в фирменной футболке.

– Добрый день! – жизнерадостно обращаюсь к ней.

Она поднимает голову от телефона, и я вижу в ее серых глазах такую скуку и усталость, как будто она работает тут уже сто лет безо всякого отпуска.

– Чем могу помочь? – кисло спрашивает она, пока я читаю на бейджике ее имя – Маргарита.

– Могу я увидеть Руслана? – Я с любопытством поглядываю в сторону офиса, куда ведет коридор за ее спиной.

– А зачем он вам? – хмурится девушка. – Что, не устроила экскурсия?

– Что вы! Руслан – прекрасный гид. Я по другому вопросу…

Она не спешит проводить меня к Руслану. Вероятно, принимает за одну из влюбленных в него туристок. Поэтому я добавляю:

– Я Вероника, хозяйка отеля на Санторини. Мы с Русланом обсуждали возможность сотрудничества.

Маргарита сверлит меня подозрительным взглядом. Я улыбаюсь, в надежде смягчить ее.

– Руслана нет, – наконец разжимает губы она. – К нему приехала жена, и он взял выходные.

– Жена? – переспрашиваю я, чувствуя, как пол уходит из-под ног, но продолжаю улыбаться, как будто это такая шутка, и сейчас мы вместе над ней посмеемся.

– Из Питера, – добивает меня унылая Маргарита. – Могу я вам еще чем-то помочь?

– Нет, спасибо. До свидания. – Последние силы уходят на то, чтобы сказать эти четыре слова, развернуться и выскочить за дверь.

Я бегу по улице, не разбирая пути и пытаясь осмыслить убийственную новость. Руслан женат. В Питере у него есть жена. Она приехала сюда к нему, и он проводит выходные с ней, а не со мной.

По указателю я сворачиваю на пляж, в надежде успокоиться и побыть наедине с собой. Но это плохая идея в курортный сезон – понимаю я сразу, как ступаю на песок. Повсюду зонтики, яркие купальники, шляпки, надувные круги и матрасы. У воды резвятся дети и строят песчаные замки на берегу. Влюбленные, взявшись за руки, забегают в море, и девушка в белом купальнике весело визжит, когда их окатывает волна. А у меня к горлу подступает ком, когда я вспоминаю, как мы купались вместе с Русланом. Ложь, все была ложь!

Отвернувшись, я бегу прочь с пляжа и оставшееся до парома время коротаю в порту в дешевом кафе с чашкой кофе. День жаркий, и больше подошел бы прохладный фраппе. Но фраппе ассоциируется с Русланом, поэтому я заказываю горячий капучино и размешиваю в нем два пакетика сахара в надежде, что он заглушит горечь измены. Но сладкий кофе не спасает. Мое сердце разбито на миллион осколков.

Почему я опять наступаю на те же грабли? Почему и Стефанос, и Руслан оказались женатыми и обманывали меня? Неужели, переехав на Санторини, я обрекла себя на одиночество?

На следующий день я отмываю от вулканической пыли стены отеля и впервые задумываюсь о будущем. Вряд ли я смогу найти себе пару среди местных жителей, которые знают друг друга с детства и женятся еще молодыми. Яннис среди них – исключение, да я и не вышла бы за такого, как он. Тогда кто мне остается? Только путешественники, которые приезжают на Санторини развлечься, и сотрудники туриндустрии, как Руслан. И те, и другие будут не прочь закрутить со мной курортный роман, а затем вернутся в привычную жизнь – к женщинам, с которыми связывают свое будущее.

Я продолжаю тереть стены и думаю о том, что у моей бабушки с юных лет рядом был муж. Какие бы трудности ни возникали, он ее поддерживал и помогал с отелем. Бабушка страдала от того, что у нее долго не было ребенка. Но что, если у меня вообще не будет семьи – ни детей, ни мужа? А только этот отель…

– Надеюсь, оно того стоило, – звучит за спиной насмешливый голос.

Я резко оборачиваюсь и вижу перед собой мужчину из моего прошлого, которого меньше всего ожидала увидеть здесь.

– Кирилл? – моргаю я, все еще не веря в то, что он мне не мерещится. – Какими судьбами?

Бывший жених, одетый в светлые брюки и синее поло, выглядит как с картинки в модном журнале. А я стою перед ним в выгоревшей майке и шортах, растрепанная и раскрасневшаяся на жаре, с грязной тряпкой в руках.

– Значит, это и есть твой отель, – Кирилл окидывает взглядом фасад, а затем меня – так, будто я стою перед ним голой.

На миг мне кажется, что он приехал со мной помириться, и от этой мысли мне становится не по себе. Ни за что!

– Ну и стоило оно того? – язвительно спрашивает он, кивая на тряпку в моих руках. – Бросить карьеру в «Москва-сити» ради того, чтобы мыть стены, как уборщица?

Да он издевается надо мной, понимаю я и внезапно испытываю облегчение. Он не возвращать меня приехал, а позлорадствовать, но такого удовольствия я ему не доставлю.

– Стоило, – уверенно отвечаю я. – Я тут очень счастлива.

Кирилл открывает рот, чтобы сказать очередную колкость, но тут к нему подбегает стройная блондинка на шпильках в коротком белом платье и повисает у него на локте. Мне бросается в глаза знакомое колечко с бриллиантом на ее руке. Как я и ожидала, новая хозяйка ему нашлась быстро.

– Котик, а я тебя потеряла! – тараторит она. – Я всего лишь на минутку остановилась у сувенирного, а тебя уже нет.

Ее голос кажется мне знакомым, но огромные солнцезащитные очки закрывают пол-лица, к тому же она стоит против солнца, поэтому я неуверенно спрашиваю:

– Аглая?

Моя бывшая коллега, она же специалист по драгоценностям от «Тиффани», поднимает очки на макушку и таращит голубые глаза:

– Ника! Ну надо же, какая встреча! Точно, ты же унаследовала отель в Греции! Я только забыла, где. А вы что, – она настороженно переводит взгляд с Кирилла на меня, – знакомы?

– Нет, – первой отвечаю я. – Познакомишь?

Может, еще удастся намекнуть ей на то, чтобы бежала от Кирилла быстро и куда подальше.

– Мой муж Кирилл, – Аглая сияет так, словно отхватила лучший экземпляр на ярмарке женихов, а я понимаю, что спасать ее уже поздно.

Обручальное кольцо – тонкая золотая полоска под кольцом с бриллиантом – почти незаметно, и я сразу его не увидела.

– Проводите медовый месяц на Санторини? – спрашиваю я, надеясь, что Кирилл не забронировал номер в моем отеле, чтобы досадить мне лишний раз. В такой запаре, когда бронь сыпется каждый день, я могла пропустить его фамилию.

– Нет, у нас круиз на лайнере! – чирикает Аглая. – Каждый день – новый остров! Вечером мы уже поплывем дальше…

Мы с ней полные противоположности внешне: я высокая брюнетка, Аглая – миниатюрная блондинка. Интересно, по какому критерию Кирилл ее выбрал? Неужели потому, что она тоже сирота и у нее нет родных, которые могли бы за нее вступиться?

Аглая еще что-то тараторит – как в былые времена, когда она пересказывала сплетни в офисе. Она приехала в Москву из маленького городка и мечтала выйти замуж за богатого. Похоже, Кирилл успешно притворился мужчиной ее мечты, а она еще не успела узнать его с другой стороны.

– Как там наши? – перебиваю ее я. – Как Елена Борисовна?

– А, не знаю! – Аглая равнодушно машет рукой. – Я уволилась. Кирилл зарабатывает достаточно, чтобы мне не надо было работать.

Я бросаю взгляд на Кирилла и вижу, что в его глазах мелькает торжество. Ему не удалось посадить в клетку меня, но глупая Аглая охотно согласилась на предложенную ей роль. Пока Кирилл кажется ей принцем из сказки, который избавил ее от унылой офисной работы и отвез в свадебное путешествие на шикарном лайнере. Но скоро она прозреет и поймет, что оказалась без средств к существованию и вынуждена играть по правилам мужа.

– Кстати, – добавляет она, – мы познакомились на работе в «Москва-сити», когда ждали лифт.

Даже сценарий знакомства тот же, что и со мной.

– Идем, дорогая, – Кирилл нетерпеливо обрывает ее на полуслове и тянет за собой.

Аглая машет рукой на прощание, ослепив меня сверкнувшим на солнце бриллиантом, который когда-то носила я сама. Но я нисколько не жалею о том, что вернула кольцо и расторгла помолвку. Встреча с Кириллом окончательно убедила меня в том, что я сделала правильный выбор, уехав на Санторини.

Закончив отмывать фасад, я довольно оглядываю сияющие белизной стены и захожу внутрь. Мужчины уходят, а отель остается. И теперь он – мое место силы, каким был Акрополь для отца. И даже больше – он мой дом.

Глава 39

Через два дня Руслан появляется на пороге моего отеля и, как ни в чем не бывало, тянется меня поцеловать. Я пулей отскакиваю от него и складываю руки на груди.

– Как поживает твоя жена? – спрашиваю я, с трудом сдерживая гнев.

– Жена? – Руслан не выглядит виноватым, лишь удивленным.

– Не отрицай, что она у тебя есть! – восклицаю я. – Я знаю, что она приехала к тебе из Питера.

– Кто тебе сказал?

– Я была в офисе на Крите, хотела увидеть тебя. И милая девушка на рецепции сообщила мне об этом.

– А девушку на рецепции случайно звали не Маргарита? – уточняет он, вместо того чтобы попытаться оправдаться.

– Да какая разница! – взрываюсь я. – Хоть Афродита! Или Пенелопа. Это не меняет того, что ты женат!

– Не меняет, – соглашается он. – Все в офисе в курсе, что я женат. И все знают, что этот брак фиктивный.

Руслан делает паузу, а я недоверчиво фыркаю. Как же, заливай!

– Но только Маргарита ненавидит меня настолько, чтобы умолчать об этом и захотеть нас поссорить, – продолжает Руслан. – Это она была тем скучным гидом, с которой я ездил на обзорную экскурсию по Криту. После того раза на нее было много жалоб, и ее сняли с поездок, оставив работать в офисе и отвечать на звонки… Кстати, ты сказала ей, кто ты?

– Сказала, что я хозяйка отеля на Санторини, и что? – с вызовом спрашиваю я.

– Это все объясняет, – кивает он. – Все в офисе сплетничают о том, что я влюбился в русскую хозяйку отеля на Санторини, и знают, что тебя зовут Вероника.

Я хмуро смотрю на него:

– Если твой брак фиктивный, почему ты мне о нем не рассказывал?

– Потому что я и сам о нем забываю. Штамп в паспорте для меня ничего не значит. А для Лизы это было важно, чтобы она могла остаться работать в Питере. Мы познакомились в банке, на моей прошлой работе. Лиза с Украины, и ей было нужно получить прописку и вид на жительство. Она хотела заплатить какому-то пенсионеру за фиктивный брак. Мы с ней дружили, и я предложил ей расписаться, чтобы она могла решить свою проблему.

Пока все звучит довольно правдоподобно, но я до конца не могу поверить ему.

– Зачем же она сейчас приехала на Крит? – спрашиваю я.

– Лиза приехала в отпуск со своим парнем. Они любят друг друга и хотят пожениться, но для начала ей нужно развестись со мной. Поэтому им придется подождать, пока закончится туристический сезон, и в октябре я смогу вернуться в Питер, чтобы оформить развод.

Я все еще злюсь на него, но мне так сильно хочется ему верить, что я с трудом сдерживаюсь, чтобы не броситься ему на шею и не поцеловать.

А Руслан больше не сдерживается. Он подходит ко мне и страстно притягивает к себе, обняв за талию, так что наши глаза оказываются близко-близко, как и губы. Я слышу ровный стук его сердца на уровне моего – которое вот-вот вырвется из груди.

– Я бы никогда не обманул тебя, Ника, – серьезно говорит Руслан. – Никогда.

Я верю ему безоглядно и, когда он наклоняется ко мне, порывисто тянусь к нему, приближая наш поцелуй. Я ведь уже думала, что больше никогда не буду его целовать. Поэтому этот поцелуй получается еще нежнее, желаннее и слаще.

– Ну что, я прощен? – Руслан с улыбкой смотрит на меня, а я смущенно опускаю ресницы и тереблю белую пуговицу на его футболке поло.

– Ты сказал, что все в офисе знают о нас. Откуда?

– После обзорной экскурсии по Криту, на которой ты была, кто-то из туристов проболтался о нас другому гиду на следующей экскурсии.

Не удивлюсь, если вездесущая рыжая Оксана! Я же тогда назвала ей свое имя и рассказала про отель на Санторини. Но еще больше претензий у меня к другой особе.

– Ну и ведьма эта Маргарита! – ворчу я, вспоминая ее кислую мину. По ее вине я такое пережила! Врагу не пожелаешь!

– Больше никогда во мне не сомневайся, – Руслан обнимает меня. – Я люблю тебя, Ника. Полюбил с первого взгляда, как увидел.

Мы не можем оторваться друг от друга. Наши поцелуи и ласки становятся все смелее, Руслан сажает меня на стойку рецепции, а я обвиваю его ногами.

– Отключи телефон, – требую я. – Чтобы никаких туристов и звонков из офиса!

Руслан, посмеиваясь, выполняет мое требование. И тут срабатывает мой телефон на стойке – на него приходит оповещение о бронировании. Я тянусь за ним, но не успеваю – теперь уже Руслан отбирает у меня смартфон.

– Я только быстренько посмотрю, – умоляю я.

– Никаких быстренько или выброшу в море! – грозит Руслан.

– Тиран! – ворчу я, но тут он нежно целует меня в шею, и я забываю обо всех бронированиях и туристах.

Но они сами напоминают о себе – стуком в дверь с улицы. У всех гостей отеля есть ключ от лестницы, на которую они могут попасть прямо с улицы и спуститься к себе в номера. Но иногда они промахиваются дверью или забывают ключ и ломятся на рецепцию.

– Извини, – я с неохотой выскальзываю из жарких объятий Руслана, поправляю футболку и юбку и отпираю дверь.

На пороге стоят мои жизнерадостно улыбающиеся постояльцы – молодожены из Рима, которые накануне отметили в отеле свадьбу.

– Ну и жара! – заявляют они. – Здесь всегда так в августе?

– Не знаю, – смеюсь я, пропуская их внутрь и на лестницу, – это мой первый август на Санторини.

Как только дверь за ними захлопывается, я чувствую нетерпеливые губы Руслана на шее.

– Не здесь, – бормочу я, млея от его ласки. – Идем ко мне.

Внутри дома-пещеры нас встречают полумрак и прохлада. Я нетерпеливо подталкиваю Руслана к спальне, по пути сдирая с него футболку, а он смеется, шутит, какая я горячая штучка, и раздевает меня. Дорога любви к кровати выстлана нашими вещами. Но как только последние одежды спадают и мы оказываемся обнаженными лицом друг к другу, шутки и смех заканчиваются. Сейчас все всерьез.

Я касаюсь руками неравномерного загара Руслана, провожу пальцем по плечу, очерчивая границу между белой и шоколадной кожей. А Руслан скользит ладонями по моим плечам и спускается к груди – повторяя контуры купальника. Я не загорала и не купалась с тех пор, как мы вместе провели день на пляже на Крите.

А потом мы ныряем в прохладную постель – как в море, и я растворяюсь в ласках Руслана – поначалу нежных и осторожных, а затем все более страстных и неистовых, как накатывающие на берег волны. Выше, больше, сильнее – и вот уже мы оба взмываем на гребень цунами, которое уносит нас к облакам, а затем швыряет обратно на землю – обессилевших от любви, но как будто рожденных заново. Уже не половинками, а единым целым.

Глава 40

В постели мы проводим остаток дня, всю ночь и засыпаем только к рассвету, а просыпаемся ближе к полудню.

Я варю нам кофе, и мы перемещаемся на террасу наверху – на случай, если меня будут искать постояльцы. А пока на террасе, у пышно цветущей бабушкиной бугенвиллеи, мы одни и можем насладиться романтическим завтраком после ночи любви, которая наконец-то случилась.

– В октябре, когда закончится сезон, поедем в Питер, – планирует наше будущее Руслан.

– Не хочешь остаться со мной на Санторини? – предлагаю я. – Туристы уедут, отель будет полностью наш.

– Мне нужно развестись с Лизой. Чтобы потом жениться на тебе.

– Это что, предложение? – насмешливо уточняю я.

– Ну кто так делает предложение? – Руслан качает головой. – Сначала разведусь, а уже потом сделаю по всем правилам. Поженимся в Питере, а потом, если хочешь, повторим церемонию на Санторини.

– У меня уже есть свадебные фотки с тобой, – смеюсь я, вспоминая нашу рекламную фотосессию.

– Это не считается, – возражает Руслан. – Это было не по-настоящему. Какую свадьбу ты хочешь?

– Тихую и романтичную, только для нас двоих. Родных у меня все равно нет. Если только ты захочешь позвать на банкет своих?

– Ну нет, – он со смехом мотает головой. – Скромная церемония меня вполне устроит.

Какое-то время мы просто глазеем на небо и на море и наслаждаемся тишиной и покоем.

– Я так счастлива здесь с тобой, – шепчу я Руслану, – что мне больше ничего не нужно.

Он тянется ко мне, чтобы поцеловать, но резкий стук в дверь рецепции заставляет нас вздрогнуть и отпрянуть друг от друга.

– Кого-то ждешь? – спрашивает Руслан.

– Нет, но это могут быть туристы.

Приходится разорвать наши объятия и бежать открывать.

Распахнув дверь, я с удивлением вижу на пороге целую толпу. Впереди стоит низенькая седая гречанка в темно-синем платье и платке, а ее окружают греки всех возрастов, чем-то похожие друг на друга, как родственники. Похоже, они пришли в гости и ошиблись адресом.

– Вероника? – громко вопрошает старушка, с любопытством меня рассматривая.

Я растерянно киваю, недоумевая, зачем им понадобилась.

– Матерь божья! – восклицает она по-гречески. – Как похожа на Афину!

Ее морщинистое лицо озаряет солнечная улыбка, которая кажется мне смутно знакомой.

– Деточка моя! – Она заключает меня в объятия. Ее пышная грудь прижимается к моей талии, а лицо оказывается как раз на уровне моей груди. – А худенькая какая! – Она ощупывает мою спину и задирает на меня голову. – И высокая! В Панайотиса!

– Вы знали моего дедушку? – взволнованно спрашиваю я.

– Знала ли я Панайотиса! – громко восклицает старушка. – Да я его кузина! И твоя двоюродная бабушка! Зови меня бабушка Эвридики. А это мои дети и внуки, – она кивает на окружающих ее людей, и до меня доходит, что они все – мои родственники.

– Проходите, – я сторонюсь, приглашая их внутрь.

Первой порог переступает бабушка Эвридики, а за ней входят все остальные. Небольшое помещение рецепции моментально заполняется людьми и голосами. Меня обступают со всех сторон, подходят обниматься, с улыбкой называют свои имена. Их так много, что я даже не пытаюсь запомнить.

– Откуда же вы взялись? – ошарашенно спрашиваю я, разглядывая целую толпу своей греческой родни.

– С Крита, – объясняет бабушка Эвридики. – Может, слышала, что у Панайотиса была тетя Пенелопа оттуда?

– Бабушка Афина и дедушка Панайотис ездили к ней на Крит, чтобы провести выходные после свадьбы, – вспоминаю я самую первую запись из ее дневника.

– А я ее дочь! – говорит бабушка Эвридики. – Мы только недавно узнали от знакомых с Санторини, что у Афины объявилась внучка, которая теперь управляет отелем. И сразу приехали, чтобы тебя повидать!

Мой взгляд скользит по улыбающимся загорелым лицам – незнакомым, но родным мне по крови. Передо мной – большая греческая семья, и я пытаюсь осмыслить, что теперь это и моя семья тоже. От счастья перехватывает дыхание. Я думала, что со смертью Афины и Костаса у меня больше не осталось родных. Но я не учла родню со стороны дедушки. А ведь если бы я продала отель и вернулась в Москву, мы бы так никогда и не встретились.

Бабушка Эвридики замечает за спинами родных Руслана и с любопытством спрашивает:

– А кто этот красивый мужчина, Вероника?

– Это Руслан, – я запинаюсь, не зная, как обозначить его статус – парень, любимый, жених?

Тогда он сам отвечает по-гречески:

– Будущий муж!

– Да нас скоро ждет свадьба! – ликует бабушка Эвридики. – Не забудь нас позвать, мы все приедем!

Меня буквально оглушает счастливыми возгласами, и все обступают Руслана, чтобы разглядеть его получше. Руслан бросает на меня панический взгляд, и я приглашаю:

– Проходите на террасу!

Родные моментально заполоняют всю террасу и предлагают сделать фото на память в честь нашего знакомства. Руслан фотографирует нас на фоне белых домиков Ии и цветущей бабушкиной бугенвиллеи. А потом мы с ним отходим в сторону, держась за руки.

– Кажется, скромной церемонией мы не отделаемся, – давясь от смеха, шепчу я. – И нас ждет большая греческая свадьба!

Послесловие от автора

Дорогие читатели!

Я провела на Санторини три прекрасных дня, которые навсегда останутся в моем сердце.

Эта книга навеяна моими путешествиями на Санторини, Крит и в Афины, разговорами с местными жителями, экскурсиями и прогулками по другим островам Греции.

История Ники и ее греческой семьи – целиком вымышленная. Хотя, описывая маленький отель на Санторини, я держала перед глазами фото реального отеля в Ие.

Образ русской Ирины, вышедшей замуж за грека и переехавшей в Грецию, – собирательный. В своих путешествиях по Греции я не раз встречала русских женщин, работающих в отелях и туриндустрии. Когда их спрашивали, как так получилось, что они вышли замуж за грека, все они рассказывали, что влюбились в Грецию, а уже потом – в мужа, потому что он был частью Греции.

У гида Руслана есть реальный прототип – такой же красивый, обаятельный и увлеченный своей профессией. Правда, в жизни у него другое имя, и он работает на другом греческом острове. Но туристки точно так же не дают ему прохода на экскурсиях.

Надеюсь, мне удалось поделиться с вами атмосферой солнечной и гостеприимной Греции, и, читая книгу, вы хотя бы на время перенеслись туда и отдохнули душой.