Милый дом Коул Тилли
Ромео поймал мое запястье и поцеловал туда, где бился пульс.
– Я никогда себя не прощу, если они причинят боль тебе или нашему маленькому ангелочку, детка.
Я обхватила его лицо, щекоча пальцами местечко возле его ушей.
– Ничего не случится.
Слезы затуманили его прекрасные глаза цвета какао.
– Почему они всегда вмешиваются? Нам же так хорошо. Ты здорова, наш ребенок крепчает, а «Тайд» – явный победитель дивизиона и на пути к Национальному чемпионату. И тут они появляются со своими заговорами и интригами, снова разрушая мою жизнь. Говорю тебе, все подстроено. Они что-то замышляют. Что-то серьезное.
– Они могущественные люди, Ромео. Никто не перенесет вечеринку. Мы должны пойти и выступить единым фронтом. Ты должен быть лидером для своей команды. – Он кивнул в знак согласия и отвел взгляд.
– Ты реально потерял контроль над собой.
Он слизнул каплю крови с губы.
– Тренер знает о ситуации с моими родителями, поэтому предупредил меня. Он попытался изменить место проведения мероприятия, но решение было принято «наверху». Я чертовски напуган.
Я приподняла его костяшки пальцев и прижала ткань к ранам.
– Мне не нравится, когда ты теряешь контроль. Будь выше этого, Ромео. Я не хочу волноваться из-за твоего характера, особенно когда появится малыш.
Его губы изогнулись в дерзкой ухмылке.
– Что?
– Я люблю тебя.
– Это не избавит тебя от нагоняя! Только посмотри, во что ты превратил это место! – сказала я, жестко ткнув пальцем в его пресс, своими выпуклостями напоминающий стиральную доску. Мои внутренности мгновенно сжались, как только я медленно скользнула по тонкой дорожке волос, ведущей на юг.
Ромео придвинулся ближе, прижимаясь ко мне своими мощными бедрами.
– Я хочу трахнуть тебя прямо сейчас, очень.
Я подняла на него тяжелый взгляд своих золотистых глаз.
– Только не здесь. И не раньше, чем ты пообещаешь мне, что такого больше не повторится.
Зрачки Ромео расширились, ярко-коричневую радужку практически не было видно.
– Я на взводе и нуждаюсь в освобождении, которое только ты можешь мне дать.
Прочь игривость.
– Я серьезно, не пропускай мои слова мимо ушей. Наш ребенок не будет расти с папой, который не может держать себя в руках, когда что-то идет не так.
Ромео кротко кивнул, и я поняла, что задела его.
– Ты же понимаешь это, так ведь? – решила убедиться я.
– Понимаю. Я положу этому конец прямо сейчас. Я не буду таким, как мой отец с нашим ангелом. Я тебе обещаю.
Желание вновь вернулось на его лицо. Ромео наклонился ко мне и поцеловал меня в шею, возле уха.
– Мы едем в домик. Я раздену тебя, и ты будешь делать все, что я скажу, до тех пор, пока ни один из нас не сможет стоять. Ты меня поняла?
Моя голова упала ему на плечо.
– Ого! Отлично! Я тебя поняла! – Проще было согласиться, особенно когда он вновь включил свой альфа-режим. Его потребность в контроле четко ощущалась, и мое предательское тело отвечало на каждое строгое слово из его мягких и умелых уст.
Он отстранился с самодовольной ухмылкой, поняв, что добился от меня того, чего хотел. Затем его улыбка исчезла.
– Я позабочусь, чтобы на вечеринке тебе ничего не грозило, детка.
– Я уверена, что так и будет. – Я протянула ему ладонь. Ромео взял ее и сел рядом со мной на скамейку, притянув меня к себе на колени. Он спокойно вдыхал мой запах, пока я наматывала его длинные русые локоны на пальцы. – У меня сейчас дежавю: ты, раненый и истекающий кровью, и я, которая лечит твои раны. Но давай это не войдет у нас в привычку, ладно?
Ромео слабо хмыкнул.
– Этот раз последний, обещаю. Я собираюсь измениться. Больше никаких беспорядков. Слово скаута.
– Ты никогда не был скаутом, Ромео, – хихикнула я.
– Был…
Я в шоке вскинула голову.
– Да ладно?
– Угу… Но меня выгнали за драку.
– И почему я не удивлена? – Я закатила глаза.
Он укусил меня за мочку уха и шутливо зарычал. В этот момент дверь приоткрылась.
Я подняла голову и увидела, как Элли заглянула в маленькую щель. Махнув рукой, я пригласила ее войти. Касс, Лекси, Остин и Джимми-Дон просеменили за ней, закрыв дверь, и сели перед нами на деревянный пол спортзала.
Ромео слышал их тяжелые шаги и явно понимал, что у нас гости. Я снова опустила голову на его плечо и переплела наши пальцы, это прикосновение расслабило нас обоих.
– Ты в порядке, Роум? – тихо спросила Элли, касаясь рукой его ноги.
Он покачал головой.
– Мамочка и папочка надавили на университет, и торжественный ужин теперь пройдет на их плантации через пару дней после чемпионата дивизиона.
– Вот блин! – прошипела Элли, а остальные вздохнули. Все знали, что из себя представляли его родители.
Ромео поцеловал меня в лоб и перевел внимание на Остина и Джимми-Дона.
– Мне нужно, чтобы вы, парни, помогли мне держать их подальше от Мол.
– Так точно, Пуля.
– Можно было не просить. Считай, что сделано.
Ромео встретился со мной взглядом, прося разрешения рассказать о ребенке. И я уступила. Они были его друзьями и должны знать, почему он так плохо воспринял сегодняшнюю новость.
Ромео приобнял мой живот.
– Парни, я так вскипел… потому что мы ждем ребенка.
Я, нервничая, взглянула на Остина и Джимми-Дона и увидела, что на их лицах отразился шок.
– Никто не знает, кроме нас. Срок всего несколько месяцев, но мои родители не знают, и я не хочу, чтобы это изменилось. Ни Мол, ни малышу не нужен лишний стресс.
Остин встал, несколько ошеломленный, и дал Ромео пять.
– Поздравляю, Пуля. И знай, что мы вас поддержим. Вы оба нам очень дороги.
Джимми-Дон сделал то же самое и рассмеялся.
– Пуля, мать твою! Ты превратился из парня, который не заводит отношения и за которым бегают все девчонки, в парня, чья первая настоящая подружка становится предметом зависти всех студенток кампуса, да еще и заделал ей ребенка? Ты убиваешь меня, парень! Убиваешь! – Затем он подхватил меня на руки и закружил.
Я схватилась за живот.
– Джимми-Дон, меня стошнит! Я все еще борюсь с утренней тошнотой, которая, так уж вышло, длится весь чертов день!
Состроив рожицу, он поставил меня на ноги.
– Прости, дорогая! – Джимми-Дон поцеловал мою руку. – Поздравляю с малышом. Ты будешь чертовски сексуальной милфой!
– Спасибо, наверное?..
Руки Ромео обхватили меня сзади.
– Она не просто моя первая настоящая девушка, брат; она – причина, по которой я, мать твою, дышу.
Лекси и Элли ахнули, глядя, как Роум прижимает меня к себе. Касс же сделала вид, что засовывает пальцы себе в горло.
Джимми-Дон снял свою ковбойскую шляпу и начал ей обмахиваться, словно веером, крича: «Ты убиваешь меня, брат! Убиваешь!»
Роум похлопал его по спине, смеясь над его дурачеством.
– Мы уезжаем с ночевкой. Мне нужно убраться подальше от всего этого дерьма. Увидимся завтра.
Ромео взял меня за руку и потянул к двери.
– Ромео, ты без футболки, – выразила недовольство я, бросая взгляд на его фигуру.
Он просто пожал плечами.
– Через сорок минут я в любом случае планирую ходить голышом как минимум двенадцать часов, так в чем смысл?
– Просто отлично. Ты хоть представляешь, сколько там людей? Сколько там девушек?
– Да пофиг. Я твой. Пойдем.
Глава 22
Чемпионат Юго-Восточного дивизиона,
стадион «Джорджия Доум», Джорджия
– Я не смогу это сделать! – взвизгнула я, когда Касс и Элли попытались подтолкнуть меня к нашим местам. Стадион на семьдесят тысяч мест был забит до отказа, и под закрытой крышей стоял оглушительный шум.
Касс схватила меня за плечи, смотря с укором.
– Если ты не поцелуешь Пулю, когда он появится, не только его родители будут жаждать твоей крови. Мы хотим победить «Флориду Гейторс»! Это твой долг перед болельщиками!
Я спрятала лицо в руках, но Элли отдернула их.
– Я потратила сегодня несколько часов на твой образ. Не дай моим трудам пропасть даром!
Мои распущенные волосы были слегка завиты, а макияж выглядел безупречно. Я щеголяла в ковбойских сапогах и в своей «счастливой» майке с фамилией Принс и семеркой, но была совершенно убеждена, что время на подготовку мы потратили впустую, так как страх мешал мне даже двигаться. «Тайд» занимала первое место, но именно матч против «Гейторс» решал, кто отправится на Национальный чемпионат в Калифорнию против «Нотр-Дам» в следующем месяце.
Я выглянула из-за угла и сглотнула, изучая стену одетых в красное болельщиков, а затем посмотрела на большой экран, на котором транслировался путь к успеху команды «Тайд» за время чемпионата. Я не могла не растаять, когда Ромео то угрюмо ругался из-за ошибки, то радостно подпрыгивал на экране.
Потом подняла глаза.
– Бог ты мой! Над нами летают квадрокоптеры! Я не смогу этого сделать. Меня опять стошнит.
Решительно кивнув друг другу, Касс и Элли взяли меня под руки и потянули. Я увидела, как чирлидерши побежали к туннелям своих команд, и догадалась, что скоро объявят ребят.
Мои пятки уперлись в пол, и Элли застонала, сунув руку в карман. Откуда вытащила маленькую записку.
– Учитывая, что как только мы спустились с трапа самолета, ты прикидывалась немой, Роум предвидел твое поведение и дал мне это на крайний случай.
Мерзавец. Как же я обожала его записки.
Я развернула ее и прочитала:
Детка,
Тащи свою задницу на трибуны и перестань переживать.
Для победы мне нужен мой сладкий поцелуй на удачу.
Это не просьба.
Люблю тебя.
Твой Ромео Х
Я вздохнула и спрятала записку в карман, чтобы забрать ее домой к остальным письмам в моей секретной шкатулке. Элли и Касс широко улыбались.
– Отлично сыграно, Ромео, отлично сыграно, – пробормотала я себе под нос.
Я протянула руку как раз в тот момент, когда из динамиков начали звучать первые представления.
– Показывайте дорогу, предательницы!
Они посмеялись над моим нежеланием, снова взяли меня за руки и повели к нашим местам возле самого поля. Поклонники «Тайд» уже были достаточно громкими, но один взгляд на меня – и они определенно сошли с ума.
Я заняла свое место, пытаясь не обращать внимания на громоподобные возгласы на своем пути. Фанаты пребывали в эйфории, а какофония музыки из динамиков только добавляла безумия. Когда пиротехника разорвалась, объявили команду Алабамы, а затем флоридских «Гейторс». Игроки заполнили поле, превратив его в гобелен из алого и бело-синего. Я стала нервно растирать руки.
Я знала, что все внимание будет сосредоточено на Ромео. Как-никак, он занимал верхнюю строчку на драфте, что сопровождалось серьезной шумихой. Последние несколько недель он много где «засветился»: интервью, журналы, телевидение. Я же держалась где-то на задворках, подальше от посторонних глаз.
Я старательно следила за большими экранами – позади команды, сжимая шлем, шел Ромео. Толпа затопала ногами на трибунах, когда он побежал и поприветствовал болельщиков. С нашей стороны принялись скандировать «целуй-целуй-целуй», на что «Гейторс» стали свистать в ответ.
Ромео прорвался сквозь толпу игроков и побежал в мою сторону. Касс наклонилась и ласково похлопала меня по щекам.
– Шоу начинается, мамуля!
Я не могла оторвать взгляда от своего парня, который остановился возле поля и, сверкнув голодной, дерзкой ухмылкой, поманил меня пальцем.
Я поднялась на ватные ноги, стараясь не обращать внимания на вспышки камер и одобрительные возгласы и улюлюканье. Взяв за руку организатора, потопала к Роуму. Как только я оказалась перед ним, некоторое время он наслаждался моей безупречной внешностью.
– Привет, Мол.
– Тебе привет.
– Подаришь мне сладкий поцелуй на удачу?
– Если ты этого хочешь.
– Определенно.
Мы никогда не меняли сценарий, потому что, согласно суевериям Ромео, перед каждой игрой все должно повторяться точь-в-точь. Он приблизился, и как раз перед тем, как его сладкие губы встретились с моими, я прошептала:
– Отличный ход с запиской, засранец!
Он усмехнулся мне в губы и проник языком сквозь барьер моих губ, долго и мучительно их лаская. Я зарылась пальцами в его волосы, а его ладони прижались к моей заднице и приподняли меня. Реальный мир унесся в космос. Толпа, казалось, наслаждалась происходящим. Я застонала любимому в рот, и он оторвался от меня с глухим стоном. Его лоб прижался к моему лбу.
– Я люблю тебя.
Я провела пальцем по его щеке.
– Я тоже тебя люблю.
Опустив меня на землю, Ромео скользнул рукой по моему животу и сглотнул, взглянув в мои слезящиеся глаза.
– Это игра для вас двоих.
Повернувшись, он побежал обратно на поле, а я, как и всегда, на ватных ногах побрела назад, будучи без ума от своего квотербека.
Это было два дня назад.
«Тайд» выиграл чемпионат дивизиона, и теперь настал вечер, которого мы так боялись. Ромео появился на моем балконе днем и больше никуда не уходил. Его уровень беспокойства зашкаливал, а значит, и мой тоже.
На мероприятии установили дресс-код – белый цвет, поэтому я надела белоснежное платье в пол с завышенной талией, чтобы скрыть небольшую выпуклость, и серебряные босоножки на плоской подошве. Ромео был в белом костюме с галстуком основного цвета «Кримсон Тайд».
Он наблюдал со своего места на кровати за моими приготовлениями: как я металась по комнате, укладывала длинные волосы, наносила розовую помаду, надевала длинные серьги.
Покончив со сборами, я подошла к кровати и осторожно оседлала ноги моего парня. Его руки моментально опустились на мою попку. Ромео смотрел на меня с такой любовью, что у меня разрывалось сердце. Его страх же сиял, как яркий предупреждающий маяк на берегу.
– Прекрасно выглядишь, детка. Тебе определенно идет беременность.
Я разгладила его красный галстук.
– Ты тоже очень красивый.
Он вскинул подбородок для поцелуя, и я подчинилась.
Затем с нежностью прижалась к его лбу.
– Ты в порядке?
– Буду, когда закончится этот вечер и мне никогда больше не придется видеть этих людей. Не терпится отправиться с тобой на Рождество в Бирмингем, подальше от родительского яда.
– Помни, это всего лишь один вечер.
– Помню.
Его руки скользнули к подолу моего платья, соблазнительно собирая его на моих бедрах.
– Ромео… – шикнула я.
Глаза Роума сверкнули, и он расстегнул ширинку, чтобы высвободить член, не снимая брюк. Я прикрыла веки, стоило его пальцам сдвинуть мои трусики в сторону и пробежаться по моему горячему местечку между ног. А затем одним быстром толчком он меня заполнил.
– Садись на меня, – натянуто скомандовал он.
Я сместилась так, чтобы мои колени упирались в матрас. Ромео лежал, наблюдая, как я медленно двигала бедрами взад-вперед, создавая глубокий, чувственный ритм.
Еще никогда я не получала полный контроль, никогда. За все время, что мы были вместе, он всегда руководил занятием любовью, поэтому я поддалась ему сейчас.
Я наклонилась вперед и прижала руки к его широкой груди, теряясь в наслаждении.
– Ты чертовски красива, детка, – хриплым голосом прошептал он, а его глаза цвета какао выражали тревогу.
Я прикусила губу и запрокинула голову.
– Ромео…
– Я здесь, Мол. Просто… делай, как ты хочешь. Покажи мне, как сильно ты хочешь меня.
– Я хочу тебя. Больше, чем ты можешь себе представить.
Его пальцы сжали мои обнаженные бедра, а язык скользнул по его губам.
– Почему ты это делаешь? – всхлипнула я.
– Что?
– Я… сверху… почему позволяешь управлять?
– Мне захотелось узнать, каково это – отдать тебе всего себя, полностью. Ты владеешь мной, сердцем и душой. Я хотел показать тебе, как много ты для меня значишь, единственным известным мне способом.
Я приникла к его груди всем телом и облизала его губы, раскачиваясь на нем все сильнее – его великолепные слова подталкивали меня к оргазму.
Дыхание Роума стало прерывистым, а бедра приподнимались к встрече с моими. Сила нашего соединения становилась мощнее с каждой секундой.
– Ромео… Ромео!.. – закричала я, когда мое лоно сжалось и меня накрыл оргазм, взрываясь внутри.
Я взглянула на Ромео – он зажмурил глаза и последним толчком излился внутрь меня. Сжав губы, он расслабил руки и выдохнул. Наши сердца бешено колотились в унисон.
Когда его палец пробежался по моим позвонкам, я улыбнулась в шею парня.
– Я никогда не чувствовал ничего подобного, детка, – прошептал Ромео.
– Это было идеально.
Я поднялась и бросила взгляд на часы, но затем положила голову обратно ему на шею.
– А теперь мы чудовищно опоздали.
– Мне все равно. Пусть хоть обождутся.
– Поднимайся, нам лучше выходить. – Я встала с его бедер и скользнула в ванную, чтобы привести себя в порядок.
Когда я вышла, Роум ждал меня у стены с взъерошенными волосами, что было чертовски сексуально.
– Последний шанс отступить, – с надеждой предложил он.
Я взяла свой серебряный клатч и протянула руку.
– Пойдем, Ромео, пойдем на бал, – поддразнила я его со старым английским шекспировским акцентом.
Он одарил меня неохотной улыбкой, и мы ушли.
Глава 23
– Вау, твои родители превзошли самих себя, – объявила я, когда мы выбрались из «Доджа» к ожидавшему нас парковщику. Большой белый особняк был декорирован рождественскими огнями. Мы переступили порог богато украшенного фойе и стали искать глазами его родителей.
Взявшись за руки, мы вышли во внутренний двор, где такой же роскошный, внушительный белый шатер был до краев заполнен игроками «Тайд» – все в белом. Элегантный струнный квартет играл «Канон ре мажор».
Касс, Лекси и Элли первыми заметили нас в толпе и помахали руками, приглашая к своему столику в дальнем углу. Мимо прошел официант в смокинге и предложил нам бокал шампанского. Ромео, поддразнивая меня, взял один, я же вежливо отказалась и довольствовалась апельсиновым соком. Как же мне хотелось прибегнуть к алкоголю, чтобы заглушить стресс этого вечера!
Мы добрались до моих подруг и поприветствовали команду, когда те проходили мимо. Через несколько минут по обе стороны от меня оказались Остин и Джимми-Дон, которые, судя по всему, со всей серьезностью отнеслись к своей миссии оберегать меня.
Пока я болтала с Касс, Ромео шепнул что-то Элли и указал подбородком за мою спину. Та резко побледнела. Вся наша компания обернулась и увидела, как к нам направлялись родители Ромео с широкими фальшивыми улыбками. За ними тащилась Шелли в обтягивающем белом платье, царственно приветствуя элиту общества Таскалусы, ее заколотые длинные рыжие волосы ниспадали на впечатляющую грудь.
Ромео встал мне за спину и так крепко стиснул мою ладонь, что кровь едва приливала к пальцам.
От его матери, по обыкновению, разило спиртным. Она раскинула руки в сторону сына.
– Роум, мой дорогой! Поздравляю с большой победой. – Она обхватила руками его застывшее тело, поцеловала в щеку и двинулась ко мне, сжав губы – единственный признак того, что она не рада моему присутствию.
– Молли! Какое удовольствие снова видеть тебя! Потрясающе выглядишь! – практически мурлыкала она, стискивая в своих объятиях. – Как ваши дела?
Я молчала. Ей не добиться от меня этой показухи перед гостями.
– Все хорошо, мама, – вежливо ответил Ромео.
Джозеф Принс шагнул вперед и пожал Ромео руку.
– Сын.
– Отец.
Мне мужчина кивнул в знак приветствия.
– Молли.
Я коротко кивнула в ответ.
Воздух вокруг нас наэлектризовался, пока мы неловко стояли, пытаясь сохранить вид цивилизованных людей для окружающих. Я подметила, что Принсы проигнорировали наших друзей, когда все, включая их племянницу, пытались поздороваться. Но судя по выражению лица Элли, ее не очень-то это тронуло.
С сияющей улыбкой Шелли шагнула вперед, чтобы обнять Ромео, но он недоверчиво отступил назад.
– Прекрати это дерьмо, Шелли, – злобно рявкнул он.
Она нахмурилась и отступила к его матери, которая была явно недовольна таким публичным выпадом. Троица повернулась и ушла, не проронив больше ни слова.
– Фу! Вот что означает «неловкость»? – выдала Касс со своего места за столом, нарушив напряженную тишину.
Я отвела Ромео в сторону.
– Малыш, как ты?
Читать бесплатно другие книги:
