Охранитель. Война с Альянсом Назимов Константин
Господин Пергин на меня недоуменно посмотрел, а потом расхохотался. Смеялся долго, даже икать начал. Затем Карл Фридрихович налил себе стакан воды и мелкими глотками, разбрызгивая капли на одежду, стал пить. Немного успокоился и сказал:
– Хватка у вас отменная! Все так, как про вас и рассказывают, но это очень хорошо! Признаюсь, я уже и позабыл, что не собирался строить подводные лодки, но если то, что вы рассказали, правда, то это все в корне меняет! Тем не менее, прежде чем продолжим разговор, я бы хотел взглянуть на чертежи и переговорить с тем же господином Бубновым. Как понимаю, Иван Григорьевич конструирует лодку и будет исполнять надзор за сборкой, как и раньше?
– Да, в том числе и с моими инженерами, – согласился я с его выводами. – Так мы работаем сообща?
– Склоняюсь к этому, – взял себя в руки владелец доков. – Необходимо осмыслить стоимость прожекта, финансирование и срок постройки.
– Разрешите позвонить? – кивнул я на стоящий телефонный аппарат. – Хочу пригласить господина Бубнова, пусть он вам в деталях все расскажет. Про затраты у него интересуйтесь, он же и мне доложит про расходы. Надеюсь, денег Сибири и того, что выделит имперское казначейство, нам хватит.
Господин Пергин усомнился в последнем, в частности, заявил, что пока со счета не снимет наличность или ее не переведет поставщику, то до последнего момента будет сомневаться. Ну, его можно понять, один раз уже кинули, как говорят в моем времени, так он уже во всем ожидает подвоха.
Ивану Григорьевичу объяснил по телефону задачу, правда, пришлось дожидаться около десяти минут, пока барышня-телефонистка соизволит нас соединить. Н-да, в Екатеринбурге со связью дело обстоит лучше, но там-то знают мой голос, может, поэтому мгновенно стараются с абонентом соединить.
– Иван Макарович, позвольте пригласить вас отужинать в моем доме, – на прощанье проговорил Карл Фридрихович. – Начинать такое большое дело и толком не познакомиться – непорядок.
Я взглянул на часы, прикидывая дальнейшие шаги.
– На сегодняшний вечер я планов не строил, – честно признался. – Хотел с дороги отдохнуть, чтобы завтра за дела взяться. В чем-то с вами соглашусь, дело грандиозное и сложное – в частности, вы еще не знаете сроки, в которые необходимо уложиться… – Тут я и сам не уверен, что они реальны. – Хорошо, ваше приглашение принимаю и обещаю прибыть. Во сколько и по какому адресу?
Господин Пергин назначил время в половине восьмого вечера, а адрес записал на листке, чтобы мы могли спросить, как отыскать нужное домовладение. Распрощавшись с Карлом Фридриховичем, я покинул его кабинет. В голове прочно засела мысль, которая не дает покоя. А не порю ли горячку? Субмарины необходимы – спору нет, но деньги можно вкладывать и в выпуск тех же самолетов, подготовку летчиков. На мой взгляд, отладить работу авиазавода, пусть и заново, но имея запас узлов и деталей, не так и сложно.
Господин Бубнов уверял, что из двух недостроенных подводных лодок он быстро соберет корпус для планируемой третьей, тем более что есть все необходимое для ее увеличенных габаритов. Установка оборудования (двигателей, аккумуляторов и торпедных аппаратов) зависит от их наличия. И тем не менее успеть за пару месяцев – нереальный срок. А не окажется ли вся эта гонка напрасной?..
– Василий Петрович, отвезите-ка меня в какой-нибудь ресторан, – попросил своего водителя, а потом уточнил: – Господин Анзор не объявлялся?
– Никак нет, ваше высокопревосходительство! – ответил подпоручик. – Где-то в центре мне попадалась вывеска ресторана, но не уверен, что смогу его отыскать.
– Тогда просто прокатимся, – пожал я плечами, а потом обернулся к сидящему на заднем сиденье поручику: – Сегодня в полвосьмого едем на званый ужин, со мной пойдете вы, Арсений Семенович, и еще двоих офицеров возьмем, на ваше усмотрение.
– Так точно! – ответил тот.
Следовало мне доки проинспектировать, чтобы понять, есть ли все же смысл затевать строительство. Хотя нет, пусть меня господин Бубнов проведет и все покажет. Сам пока вряд ли смогу разобраться.
Ресторан так и не нашли, решил ознакомиться с прессой и накупил газет и журналов. Надо сказать, получилась приличная такая стопка, не чета печатной продукции Екатеринбурга. С одной стороны, хорошо, разнообразие, но с другой – за таким количеством изданий хрен уследишь. И ведь в Сибири начинают появляться все новые и новые издания. Этак придется создавать штат из сотрудников, следящих за писаниной в прессе. А борзописцы совсем уже страх потеряли! Обсуждают визит императрицы в Сибирь и делают какие-то идиотские выводы. Точнее, в первой же статье наткнулся на измышления, что Ольга Николаевна, мол, совсем уже стыд потеряла и ради сохранения трона отправилась на поклон к держащему в жестком кулаке часть империи самозванцу. Бегло просмотрел статейку и зацепился за последний абзац: «Каким образом она сумела договориться – остается тайной за семью печатями. Автор свечку над ними не держал. Уважаемый читатель легко поймет, что господин Чурков славно постарался, так как получил неограниченные возможности, дарованные императрицей. До коих пор так будет продолжаться?»
– Вот же гнида! – буркнул я. – И ведь ни слова о военной помощи на случай нападения Альянса!
Газету смял и себе под ноги швырнул. За ней еще пяток листков такой же желтой прессы последовал. Какие-то сальные шуточки и наглые намеки. И куда местная полиция, жандармерия и контрразведка смотрят? Да тот же Ларионов за такую писанину должен город на уши поставить! Совсем же не так давно допустили до мятежа, а тут явное неуважение к власти, оскорбление и зубоскальство! Ладно бы еще факты приводили, так нет же, все на домыслах и слухах!
Однако, листая остальные газеты, я немного успокоился, в том же «Военном вестнике» уделено много внимания состоянию армии и флота империи, есть и критика, но в основном изложено все с патриотической позиции. Имеются и развлекательные журналы, где о политике нет ни слова, если не считать сплетен, кто с кем спутался из великосветских персон. Императрица если и упоминается, то в качестве мудрой правительницы – наставницы своих подданных. А вот про войну с Альянсом, кроме бравурных речей, толком никто не пишет и не сомневается в сокрушительном поражении неприятеля. Есть даже десяток интервью генералов, правда, подчеркну, что большинство уже в отставке. Такая подача информации никак не поднимет настроение тем, кто способен мыслить объективно и знает настоящее положение дел.
– Иван Макарович, не переживай, газет в Питер-граде с избытком, пытаются завлечь своими громкими заголовками, чтобы покупали, – прокомментировал появившийся в моем номере-люксе Анзор.
– Знаешь, я рассчитывал, что после подавления мятежа за тем, что печатают, стали пристально следить, – поморщился я. – Нет, что власть следует сменить – на это ни словом никто не намекает, что уже обнадеживает. Но времени с тех событий прошло всего ничего, такими темпами уже через полгода газеты опять запестрят статьями, что министры воруют и ничего не делают, а императрица не справляется с управлением страной.
– И тем не менее необходима причина, чтобы закрыть не понравившиеся вашему высокопревосходительству газеты и журналы, – не согласился со мной контрразведчик. – Иван Макарович, ты сам меня наставлял, что с прессой десять раз следует отмерить, а потом один раз кости переломать.
– Про кости речи не шло, – запротестовал я.
– Ой, да не важно! – отмахнулся мой начальник контрразведки. – Основной посыл понятен, и если разобраться, – он кивнул на ворох газет, лежащих на журнальном столике, – то ничего плохого не происходит. Или забыл, что не так давно печатали?
– Ладно, убедил, – кивнул я, а потом поинтересовался: – Что удалось узнать за столь короткое время?
Анзор по своим каналам наводил справки о губернаторе и владельце доков. Из Екатеринбурга своим знакомым звонил и давал задания по моей просьбе. Изначально хотел собрать информацию и только потом встречаться с господами Драчевским и Пергиным. Но так как генерал-майор сам нас отыскал, то и посещение доков я не стал откладывать.
– В общем и целом характеризуются положительно, – задумчиво ответил Анзор. – Господин Драчевский, разумеется, действует исходя и из своих интересов, но в сильном мздоимстве не замечен, из казны, естественно, приворовывает, но в пределах разумного. Наверное, если сравнивать с другими господами на аналогичных должностях, то никак не больше.
– А если провести параллель с нашим градоначальником, господином Марковым? – задаю вопрос, чтобы точно понимать ситуацию.
– Гм, ну, у Михаила Алексеевича чин заметно ниже и возможностей меньше, особенно в последнее время, – задумчиво ответил мой начальник контрразведки. – Иван Макарович, незапятнанным на таком посту можешь только ты находиться, да и то, не имей ты своих предприятий и заводов – неизвестно как бы дело повернулось. Усадьба требует денег, слугам – оплата, званые обеды и ужины – расходы, содержание детей, супруги и любовниц… – принялся перечислять мой друг, но я его перебил:
– Если про меня говоришь, то напомню, что я не женат и детей не имею, как и любовниц!
– Последние-то у тебя были, пусть не несколько сразу и не на постоянной основе, – парировал Анзор. – Подарки хочешь не хочешь, а делать приходилось.
– Не отвлекаемся от темы, – постучал я пальцем по подлокотнику кресла. – Что конкретно про губернатора тебе рассказали?
– Две любовницы, семья, работает на благо города от зари до зари. Обиженных хватает, но большинство горожан довольны правлением, да и делает он действительно много для города. Долги имеет, но небольшие, и погасить их в состоянии. Любит перекинуться в картишки, однако чувствует меру и на кон никогда ничего особо ценного не ставит, готов спасовать, если в своих картах не уверен, – наморщив лоб, явно кого-то цитируя, сказал Анзор.
– Работать с ним можно? – утвердительно спросил я и поделился собственным мнением: – На первый взгляд, Даниил Васильевич оставил приятное впечатление.
– Соглашусь, – кивнул Анзор. – А насчет работы – время покажет. Владелец доков – фанат морского дела, бывший моряк, волевой, основал все с нуля и ни от кого не зависит. Вредных привычек практически нет, семьянин, в карты не играет, любовниц не имеет. Однако долгов у него много, в это большую лепту внес заказ на подводные лодки, который потом отозвали. Господин Пергин на свой страх и риск закупил огромное количество материалов, приборов, рассчитывая ускорить процесс постройки, а деньги получить от казначейства империи. Не срослось, и в данный момент его легко за горло взять, как ты и предполагал, – достаточно выкупить долги, которые нам обойдутся в семьдесят процентов от номинала. Могу дать отмашку, и начнем переговоры: может, и меньше семидесяти процентов сторгуем.
– Не стоит спешить, – задумчиво ответил я и пояснил: – Карл Фридрихович знает свое дело, а наживаться на том, что он доверился гарантийным письмам, которые почему-то отозвали… – осекся и посмотрел на своего друга: – А еще кто-нибудь к долгам господина Пергина интерес проявляет?
– Думаешь, его специально кто-то под разорение подвел? – понял мою мысль Анзор.
– Очень на то похоже, – встал я с кресла и прошелся по комнате. – Отозвать гарантийные письма и не выплачивать причитающиеся ему за проделанную работу деньги – глупость со стороны казначейства. Какой бы чиновник на такой шаг ни пошел, у него должны иметься на то очень веские причины. Средства господину Пергину в любом случае казна возместила бы, да еще и с процентами, но лишь после разбирательства в судах, когда доки уже станут собственностью кого-то другого.
– Если твое утверждение верно, то этот «кто-то» очень высоко сидит, – резюмировал мой начальник контрразведки. – Заняться этим вопросом?
– Проследи, чтобы векселя не ушли на сторону, – попросил я, потом добавил: – Попробуй поискать того из высокопоставленных чинов, кто проявлял интерес к докам, но сильно не упирайся, это сейчас далеко не главное.
– Тогда я пошел, – пружинисто встал с кресла Анзор, взглянул на свои часы и уточнил: – На званом ужине мне находиться обязательно? Могу не успеть.
– Как сочтешь нужным, – пожал я плечами. – Возьму с собой охранителей и господ Терешкина с Бубновым.
– Насчет последних – не советую, – неожиданно заявил Анзор. – Их не приглашали, они могут оказаться лишними.
– Тогда уйдут, – пожал я плечами. – Знаешь, с одной стороны, мы в гостях, и следует придерживаться соответствующих правил, но так как мы делаем общее дело, то пусть здешние хозяева терпят, если какой-то мой шаг им не понравится.
– Никто не посмеет слова поперек сказать, – хмыкнул мой друг. – Честно говоря, я погорячился: вы, ваше высокопревосходительство, даже с цыганами заявиться на ужин можете.
– Иди уже! – с улыбкой отмахнулся я и подошел к телефонному аппарату. – Озадачу-ка я Ларионова нашими подозрениями. Может, он мне что-нибудь разъяснит.
– Мне подождать?
– Покури, десять минут погоды не сделают, – согласился я.
Связаться с Вениамином Николаевичем оказалось не так-то просто. Мой контрразведчик не дождался начала разговора и решил все же разузнать у местных знакомых, что и как. Наконец-то после примерно сорока минут ожидания со мной связалась барышня-телефонистка и заявила, что господин Ларионов согласен со мной переговорить.
– Соедините, – вежливо попросил я, понимая, что на телефонной станции не знают, что статусом я давно выше ротмистра, пусть и руководящего имперской разведкой и контрразведкой.
– Иван Макарович, что-то случилось? – послышался в телефонной трубке настороженный голос Вениамина Николаевича.
– Доброго дня, – поздоровался я.
– Гм, простите, забегался… конечно, доброго здравия, – чуть виновато ответил ротмистр.
– Ничего страшного не произошло, хотел у вас уточнить один момент относительно гарантийных писем казначейства владельцу доков, – сказал я.
– Честно говоря, что-то краем уха слышал, но не более того.
– Дело в том, что это все дурно пахнет. Отозвать выделенные казначейством средства далеко не каждому чиновнику под силу, тем более когда строительство шло полным ходом и закупались материалы. Поразмыслив, склоняюсь к мысли, что кто-то решил доки к рукам прибрать за бесценок. И, Вениамин Николаевич, вы должны понимать – такие решения принимаются очень влиятельными лицами, – заявил я, а потом поспешил добавить: – Бога ради, не подумайте плохого, никого обвинять не собираюсь, в жизни возможно все, в том числе чрезмерное усердие, плохо сказывающееся на деле.
– С такой точки зрения я не рассматривал сложившуюся ситуацию… – озадаченно ответил Ларионов после того, как выслушал меня и пару мгновений помолчал. – Справки наведу и если виновный отыщется, то дам знать. Хорошо?
– Считайте, мы договорились, – удовлетворенно ответил я. – Только есть еще одна просьба.
– Слушаю, – коротко ответил ротмистр.
– Ради подстраховки пусть пара влиятельных газет выпустит статьи, что императрица проявляет интерес к строительству заложенных судов. Для этого она даже распорядилась вызвать из Сибири известных инженеров-конструкторов и возложила обязанность следить за ходом работ на наместника Урала, – медленно произнес я.
– Сделаю, только вас ведь, Иван Макарович, уже давно все и везде величают Хозяином Сибири, – хмыкнул ротмистр. – Кстати, этот чин или титул, точно не уверен в правильности, уже и на соглашении вашем с императрицей указан. Подписи стоят, а значит, и должность вы занимаете такую.
– Без разницы, как и кто меня назовет, – отмахнулся я.
Пару минут еще поговорили, в том числе и о Марте. За владелицу ресторанов, как и за самого ротмистра я порадовался: все у них наладилось и, тьфу-тьфу, движется к алтарю. Правда, вновь Ларионов намекнул, что его невеста ни в какую не желает из Екатеринбурга в Москву перебираться. Пожалуй, в этой проблеме следует им как-то помочь. Самому, что ли, замутить ресторанный бизнес в столице и попросить Марту им поуправлять пару лет? Глядишь, вскоре и детишки у них с ротмистром появятся, и о возвращении в Сибирь уже речи не возникнет. Оставлю такой вариант на крайний случай, но, честно говоря, надоело смотреть, как эти двое друг другу нервы мотают.
Ровно в половине восьмого я с тремя охранителями поднимался по ступенькам крыльца небольшого особняка, в котором ярко освещены окна, а машин во дворе с десяток. Судя по тому, что здесь на дорогах легковых авто вообще мало, господин Пергин устроил не званый ужин, а торжественный прием, на котором, подозреваю, собралось чуть ли не все здешнее высшее общество.
– Господа, ваше высокопревосходительство, – поклонился слуга в ливрее, которая на размер больше. – Вашего появления ждут-с с нетерпением.
– Скажи-ка, любезный, а губернатор с супругой или нет? – задаю вопрос, чтобы убедиться в своих подозрениях. – Не хочется попасть впросак и делать комплименты не по адресу.
– Да, генерал-майор с супругой и дочерью, – ответил мне слуга и распахнул двери: – Прошу-с.
Господин Пергин меня в прихожей встретил, затараторил, что восхищен предстоящим грандиозным и амбициозным проектом.
– Почему такие высокопарные слова? – поинтересовался я.
– Господин Бубнов сам озадачен и удивлен, что многие решения, лежащие на поверхности, никто не воплотил в жизнь. В данный момент уже начато расширение силового каркаса той подводной лодки, что закладывалась изначально, – ответил Карл Фридрихович.
– Оперативно, – поразился я.
– Гм, ваше высокопревосходительство, простите, но есть один тонкий момент, – отвел глаза господин Пергин.
– Финансы, – догадался я. – Не переживайте, у Ивана Григорьевича есть вексель Сибирского банка за моей подписью. Из тех средств рекомендую погасить задолженность перед поставщиками.
– Да-да, господин Бубнов про деньги говорил, но их еще получить надобно, – тяжело вздохнул владелец доков. – Впрочем, надеюсь, завтра утрясем денежные вопросы, а сейчас – прошу, гости заждались! – Он указал на двери, из-за которых слышатся голоса, музыка и звон бокалов.
– У вас прием по какому-то особенному поводу? – задал я вопрос, когда служанка перед нми створки дверей распахнула.
– Э-э-э, Даниил Васильевич просил устроить в вашу честь торжество, – не стал лукавить господин Пергин.
Не люблю оказываться в центре повышенного внимания и выслушивать лестные комплименты, граничащие с подхалимством. С первых же минут мной стали восхищаться и превозносить до небес, словно я какой-то герой. От притворно-слащавых улыбок даже челюсть сводит. Правда, минут через десять, после того как губернатор и владелец дома меня познакомили с собравшимися господами и дамами из высшего общества, наступил долгожданный перекур. Да и то его инициатором выступил господин Драчевский, заявивший, что он просит прощения у всех и дозволения у меня решить пару вопросов.
– Слушаю вас, Даниил Васильевич, – устало произнес я, закуривая.
Мы с губернатором прогуливаемся по небольшому заднему дворику особняка.
– Ваше высокопревосходительство, не сочтите за наглость, но каков ваш официальный статус в городе? – спросил меня губернатор. – Честно говоря, ваше прибытие взбудоражило многих, поползли различные слухи и сплетни. Готов подать в отставку хоть завтра, только скажите.
– С чего бы так? – удивился я, а потом усмехнулся: – Или вы решили, что я претендую на вашу должность? Даниил Васильевич, побойтесь бога, зачем мне вас подсиживать?
– Слухи-с, – чуть облегченно выдохнул мой собеседник и руками развел. – Так повелось, что там, где вы появляетесь, все встает с ног на голову.
– А почему вы подумали, что я хочу занять ваше место? – решил уточнить я, а потом добавил, приложив руку к груди: – Очень любопытно! Иногда сплетни бывают такие, что и в бреду их не представить.
– Мне нашептали, что Хозяину Сибири необходимо закрепиться в центральной России, якобы есть такая договоренность с императрицей, что за помощь империи она должна чем-то пожертвовать. Санкт-Петербург подходит для этой цели как нельзя лучше. По значимости – второй город после столицы. А…
– Бред! – прервал я губернатора, а потом пояснил: – Извините, просто у кого-то очень больное воображение. Даю вам слово, что прибыл сюда ради создания военной техники, и только для этого.
– Спасибо, – улыбнулся господин Драчевский. – Признаюсь, что сам-то не поверил в слухи, но говорят же, что дыма без огня не бывает. Вот и решился на этот разговор, чтобы не препятствовать вам, а самому не оказаться совсем уж неугодным.
Лукавит губернатор, прекрасно знает, что при желании можно на большинство чиновников нарыть горы компромата. Нет, встречаются честные и порядочные, но и у них есть грешки. Кто-то пошел навстречу просителю, другой закрыл глаза на какой-нибудь проступок. Да мало ли случается житейских ситуаций, когда невольно нарушаешь законы?
– Иван Макарович, после нашего с вами разговора в отеле я сразу же занялся поиском места под авиазавод и здание для училища, – проговорил генерал-майор. – Прекрасно осознаю всю важность задуманного вами и не стал откладывать дело в долгий ящик.
– Неужели что-то смогли подыскать? – удивился я.
– Как ни странно, – довольно произнес губернатор. – Одно место оцениваю как крайне перспективное. Оно, правда, на окраине города, там расположены несколько столярных мастерских и стоят два двухэтажных доходных дома. Насколько знаю, владельцы еле сводят концы с концами и давно подыскивают покупателей, но желающих нет.
– Железная дорога? Возможность стоянки самолетов и их взлета? – перечислил я дополнительные требования.
– Дорога рядом, можно проложить ветку для разгрузки-погрузки. А вот насчет взлета воздушных судов – не могу знать, тут уже вы сами должны оценить.
– Хорошо бы нам завтра встретиться и посмотреть, что к чему, – потер я переносицу, а потом уточнил: – Это возможно?
– Во сколько за вами заехать в отель? – спросил Драчевский.
Договорились на восемь утра, необходимо к работе приступать немедля. Довольные друг другом, вернулись на прием. Там меня познакомили с промышленниками, купцами и военными. Не обошли мою персону и дамы, кокетничая напропалую, но с опаской, и намеков на любовные приключения, как ни странно, не получил ни одного. Последнее сильно озадачило, тот же Анзор всегда возмущался, что женский пол на мою персону падок. Вот в чем же дело? Или всему виной разговоры о политике? Честно говоря, устал отвечать на завуалированные вопросы о том, уж не хочу ли распространить свое влияние дальше Сибири…
– Ваше высокопревосходительство, не сочтите за дерзость, но… объявлен белый танец! – подошла ко мне, если не ошибаюсь, княгиня Грашевская Галина Петровна.
Или это графиня и зовут ее Грушевская Галина Павловна?.. Черт, когда нас друг другу представляли – плохо расслышал, а если честно, то и не старался запомнить. Хотя женщина яркая, на вид не больше двадцати пяти, стройна, симпатична, с черными волосами и карими глазами, в которых пляшут озорные огоньки. Хм, неужели решилась на интрижку и сейчас начнет намекать на личную встречу по какому-нибудь поводу?
– Почту за честь вальсировать с такой прелестной дамой, – склонил голову, а потом взял протянутую женскую ладошку.
Кружим по залу, графиня (все же такой у нее титул, вспомнил!) ко мне не прижимается, речей никаких не ведет…
– Скажите, а почему вы на присутствующих дам не обращаете внимания? – неожиданно спросила она.
– С чего вы сделали такой вывод? – вопросом на вопрос ответил я. – Зрение у меня отменное, вы, например, одна из самых красивых на этом приеме.
– Льстите, – скрывая улыбку, ответила графиня.
– Отнюдь, это истинная правда, – заверил я ее.
– И каковы у вас планы на ближайшее время?
– Работа и еще раз работа, – вздохнул я. – Дел столько, что на личную жизнь нет ни минуты.
– Устаете, думаю, сильно. Мне так вас жаль, что готова предоставить свою массажистку для снятия напряжения. Вы не подумайте дурного – Вайлин, так эту женщину зовут, служит у меня давно, ей уже около пятидесяти, а после того, как под ее пальцами побываешь – словно каждая клеточка тела обновляется. Хотите, прямо после приема проедем ко мне?
Забавно: так витиевато еще ни одна дамочка не пыталась меня затащить к себе в постель. А вдруг она и в самом деле массаж подразумевает? Хотя, подозреваю, после того как расслаблюсь, она и соблазнить попытается.
– Боюсь, в ближайшее время не смогу принять ваше предложение, – сделал расстроенное лицо.
– И все же вы подумайте, – обворожительно улыбнулась графиня, когда прозвучали завершающие ноты вальса.
– Непременно, – вежливо ответил я и довел графиню до того места, где она ко мне подошла.
– Если что, у хозяина дома мой адрес спросите, – сделала она мне глазки.
Ответить ничего не успел, рядом оказался чем-то встревоженный Анзор. Признаюсь, в таком состоянии своего начальника контрразведки видел однажды, когда его женщину чуть не похитили. Взбешенный Анзор тогда оказался почти неуправляем и, даже когда немного успокоился, решение свое не изменил, и на распутинцев мы набег устроили.
– Графиня, – приложил руку к груди, – простите, мне с моим подчиненным требуется срочно переговорить. Верно? – посмотрел на Анзора.
– Так точно, ваше высокопревосходительство, – мрачно подтвердил тот.
– Обещайте, что еще пару раз со мной сегодня потанцуете, – капризно надула губки моя недавняя партнерша по вальсу.
– Если получится, – ответил я, заметив, что губернатор, выслушав краткий доклад от запыхавшегося посыльного, подозвал владельца дома и вместе с ним скорым шагом куда-то направился.
Поцеловав ручку графине, я кивнул Анзору в сторону окна, а когда мы отошли, спросил:
– Что случилось?
– На границе с Альянсом идут бои, послы Германии, Австро-Венгрии и Франции вручили императрице ультиматум и объявили о начале военных действий, – мрачно ответил мой друг. – Прости, Иван Макарович, те сведения, что я тебе сообщал, оказались неточными. Война началась сегодня, несколько часов назад.
– Черт! – поморщился я. – Это не локальные стычки, а именно боевые действия?
– К сожалению, – подтвердил Анзор. – Что будем делать?
Честно говоря, как я ни готовился к такому повороту событий, понимая, что он может произойти в любой момент, но заготовленного плана нет. А вот уже начатое предстоит корректировать. Очень многое мы не успели претворить в жизнь, и сейчас лихорадочно соображаю, что необходимо в первую очередь.
– Дамы и господа! – раздался громкий возглас губернатора, и сразу же смолк оркестр. – Минуточку внимания! Сегодня Альянс объявил войну Российской империи! На границе гремят взрывы и свистят пули! Война, дамы и господа! Но враг сильно переоценивает свои силы, и его мы несомненно разобьем, победа будет за нами! А теперь – продолжаем веселиться, и предлагаю поднять тост за победу русского воинства!
Среди гостей показались официанты с подносами, на которых стоят фужеры с шампанским. Послышались патриотические выкрики, звон бокалов, а музыканты заиграли бравурный марш. Н-да, где-то уже гибнут солдаты и офицеры, а здесь продолжается веселье. Ни одного расстроенного или встревоженного лица, даже среди военных!
Глава 17
Деньги на войну
Какие, к чертям собачьим, празднества, когда на пороге беда? Необходимо принимать срочные решения как действовать, а тот же губернатор расслаблен, смеется в окружении дам! Бравый полковник приглашает на танец мою недавнюю партнершу по вальсу, и та с удовольствием соглашается. Господи, да что же это?! Неужели никто не понимает, что беда пришла? Хотя от театра военных действий мы далеко, крики раненых и умирающих не услышим.
– Карл Фридрихович, – подошел я к хозяину дома, – разрешите воспользоваться телефонным аппаратом.
– Пройдемте в мой кабинет, – подумав, ответил тот.
Иду за владельцем доков и пытаюсь осмыслить, какие шаги предпринять в первую очередь. Понятно, что отдам приказ генералу Гастеву выдвигаться в сторону границы. Этот вопрос уже не раз обсуждали, приказы заготовлены. Проблема с самолетами, у нас их не так много, как хотелось бы, и в этом есть часть моей вины, но печальнее дело обстоит с летчиками. Их практически нет! Не успели подготовить! А какая техника у врага, еще неизвестно. В любом случае следует танки с воздуха прикрывать.
– Вот, пожалуйста, – указал господин Пергин на кресло во главе письменного стола, – если потребуется бумага для записей, то возьмите в верхнем ящике.
– Благодарю, – кивнул я.
– Ваше высокопревосходительство, а как скажется начало войны на работе по нашему прожекту? – осторожно спросил Карл Фридрихович.
– Работать необходимо круглосуточно, если не хватает рабочих, то нанимать и не скупиться, – ответил я, а потом добавил, чтобы снять вопросы: – Все в силе, финансирование будет, план на завтра не меняется.
– Большое спасибо!.. – выдохнул владелец дома. – Скажите, что вам еще потребуется? Как понимаю, вы собрались поработать. Может, велеть принести кофе или что-нибудь еще?
– От кофе мы с моим начальником контрразведки не откажемся, – сказал я и посмотрел на стоящего у двери Анзора.
– Это точно, – подтвердил тот.
– Хорошо, тогда отдам распоряжения, и если понадоблюсь, то сообщите слугам, что желаете меня видеть, и они сразу позовут, – сказал Карл Фридрихович и направился на выход.
– А слуг как вызвать? – задал ему вопрос Анзор.
– Нажмите на кнопку, вмонтированную в телефонный аппарат, – ответил владелец дома и пояснил: – В комнате прислуги прозвучит звонок, и к вам придут. Почти во всех комнатах у меня такие приспособления, очень удобно, а трясти колокольчик – пережиток прошлого, при нынешнем-то развитии техники.
Хм, не поспоришь, особенно когда слуг немного, а дом большой.
– Интересное решение, – уважительно покачал головой мой начальник контрразведки.
– Так я пойду? – спросил меня владелец дома.
– Да-да, ступайте, – кивнул я и взял телефонную трубку.
Больше всего напрягает ожидание, пока ждешь ответа от нужного абонента. Барышни-телефонистки еще медлительны, но этому есть объяснение: связать с Екатеринбургом не так-то просто.
Мы с Анзором успели переговорить, выкурить пару папирос, когда перезвонила барышня-телефонистка и соединила с генералом Гастевым.
– Слушаю, – раздался его голос в телефонной трубке.
– Иван Матвеевич, узнали? – поинтересовался я, а потом, не дожидаясь его ответа, продолжил: – Те приказы, которые подготовили на случай объявления войны Альянсом, довести до сведения офицеров, передать предназначенные для прессы материалы и начать переброску наших войск к театру боевых действий.
– Будет выполнено! – ответил Гастев и доложил: – Из Генерального штаба империи уже звонили, шлют депеши, просят помощи. Бои идут тяжелые, у Альянса имеются боевые машины и самолеты.
– Подробностей нет? – мрачно спросил я.
– К сожалению, ничего толком не известно. Войска императрицы несут большие потери, пытаются удержать позиции, однако, судя по панике в столице, обстановка тяжелая, – пояснил генерал.
– Иван Матвеевич, вы там поосторожнее, сломя голову в пекло не лезьте, – попросил я. – Да, еще: координируйте действия с уполномоченными на то офицерами Генерального штаба императрицы. А то, не дай бог, стрелять по своим начнем.
– Ваше высокопревосходительство, не переживайте, – ответил Гастев. – Мы с вами все продумали, буду придерживаться плана.
– Удачи! – сказал я, и на этом телефонная связь разорвалась.
Сделал еще с десяток телефонных звонков, в том числе и на авиазавод в Екатеринбурге. Приказал подготовить три самолета и перегнать их в Санкт-Петербург. Вылет назначил на утро, с промежуточными посадками для дозаправки в городах империи, где уже ведутся работы по подготовке и обустройству летных баз. Попросил ускорить отправку деталей и узлов для сборки штурмовиков и торпедоносцев, по большому счету комплектующие для них идентичны, за исключением небольших конструктивных особенностей. Осознаю, что отправка по железной дороге займет несколько дней, а пока паровоз до Питера состав дотащит, нам необходимо подготовить сборочное предприятие.
– Иван Макарович, какие для меня указания? – поинтересовался Анзор. – Насколько понимаю, с господином Пергиным договоренности достигнуты, и искать рычаги давления на него пока нет необходимости.
– Верно, – кивнул я. – Знаешь, следует набрать людей или вызвать из Сибири, чтобы осуществлять охрану военных объектов. Доки, еще не построенный авиазавод и аэродромы, в том числе и промежуточные. Никак нельзя допустить диверсий и саботажа.
– Диверсий? – прищурился мой начальник контрразведки. – Хм, и почему мне раньше эта идея в голову не пришла?
– Ты про что? – нахмурился я.
– В Германии нашим людям удалось устроиться на заводы по производству оружия, – потер мой друг переносицу, наморщив лоб. – До руководящих должностей им далеко, задача стоит узнать технические характеристики собираемой техники и, если удастся, перерисовать чертежи или их украсть и переправить к нам. Но ведь можно подойти радикально!
– Если только осторожно, – хмыкнул я. – В том числе пусть и не рискуют с чертежами, они уже неактуальны, если только не начнется производство чего-то нового и усовершенствованного.
– Почему неактуальны? – уточнил Анзор, а потом сам же и ответил: – Техника уже на поле боя, она сама свои характеристики в деле покажет.
– Нам останется ее захватить, эвакуировать и разобрать до последнего винтика. Глядишь, какие-нибудь идеи наши конструкторы позаимствуют, – покивал я.
– Иван Макарович, а какое количество людей для охраны наших объектов привлекать? Расходы-то возрастут!
– Сам решай, а деньги в данный момент – не главное, – отмахнулся я.
– Задачу понял, нужен еще один телефонный аппарат, предстоит много звонков, – поднялся с кресла мой начальник контрразведки.
– Подожди, – остановил я его. – Думаю, в Санкт-Петербурге задержимся, следует организовать что-то типа нашего управления, как в Екатеринбурге.
– Сделаю, – кинул Анзор и уточнил: – Сколько телефонных номеров потребуется?
– Штук пять, чтобы с запасом, – ответил я.
Мой друг ушел, а я попытался связаться с императрицей. Увы, не вышло, как заявила барышня-телефонистка:
– Простите, все линии заняты и ждет большая очередь из желающих дозвониться. Вы готовы подождать пять-шесть часов?
– Не готов, – усмехнулся я. – Попробуйте установить связь с Генеральным штабом империи, скажите, что необходимо скоординировать действия с военными силами Сибири. Думаю, там есть какой-нибудь дежурный телефонный номер, если остальные заняты.
– Попытаюсь, – устало ответила телефонистка.
Всю ночь провел у телефонного аппарата. Удалось со многими переговорить, в том числе и с Катериной, которой строго-настрого наказал оставаться в Екатеринбурге и заниматься детишками. А вот с императрицей, Ларионовым и Еремеевым связаться не смог. Впрочем, ничего нового им не скажу, да и не услышу. Хотел поддержать Ольгу Николаевну и заверить, что с Альянсом сумеем совладать, но ничего, еще успею, да и сейчас ее в этом убеждает каждый второй. В России, почти всегда, недооценивают врагов, долго собираются, но потом супостату все же дают по шеям. Сейчас ситуация не очень-то хорошая, армия империи ослаблена после недавней попытки захвата власти эсерами. Неприятно такое говорить, но факт остается фактом: часть офицеров и солдат выступили против действующей власти. Сильных репрессий не последовало, в том числе и по моим доводам, но тем не менее настроение в имперской армии заметно ухудшилось. Это не относится к воинским подразделениям Сибири, у нас-то все неплохо, новую технику встречают на ура.
– Ваше высокопревосходительство, разрешите? – заглянул в свой кабинет Пергин.
– Конечно, входите, Карл Фридрихович, – открыл я портсигар и убедился, что тот пуст. – У вас не найдется папирос? Мои закончились.
– Немудрено, – хмыкнул владелец дома и кивнул на пепельницу, – всю ночь работали. А вот кроме табака и трубки, – он развел руками, – ничего предложить не могу. Не желаете? – Пергин прошел к шкафу с книгами и достал внушительный том, оказавшийся шкатулкой с табачными принадлежностями и флягой. – Тут у меня коньяк, не хотите взбодриться?
– Боюсь, кроме крепкого чая или кофе, остальные напитки, в том числе алкогольные, подействуют как сильное снотворное, – отрицательно махнул я рукой.
– Да, выспаться вам не помешает, – ответил владелец дома. – Иван Макарович, я тут прикинул – и получается, что подводную лодку мы спустим на воду месяцев через пять, при условии, что все пойдет по плану.
Владелец доков на меня посмотрел с торжеством в глазах, рассчитывая на похвалу.
– Карл Фридрихович, дорогой вы мой, так дело не пойдет, – ошарашил я его. – Что вы там за такой срок делать собрались? Материал на корпус есть, большинство приборов в наличии, проблема в двигателях и аккумуляторах, да еще предстоит довести до ума торпедные аппараты. Простите, но через два, в крайнем случае три месяца судно должно пройти испытания и отправиться на боевое дежурство.
– Помилуйте!.. – приложил Пергин руки к груди, смотря на меня выпученными глазами. – Ваше высокопревосходительство, это нереально! Такие темпы строительства чреваты ошибками, и судно может затонуть! Да что там говорить – нам просто не управиться за отведенное вами время!
– Управитесь: я с собой привез своего главного конструктора, он поможет господину Бубнову и пояснит, как работать без простоев и перекуров. Кстати, за пьянку или прогул – увольнение, за брак – штраф, а вот выполнение плана будет премироваться. Надеюсь, рабочим нововведения понравятся, – пояснил владельцу доков, а потом добавил: – Так как мы оба заинтересованы в результате, то на время строительства субмарины на вашем предприятии и законы вводятся военные, которые лично установлю.
– Затраты… – начал было Карл Фридрихович, но я его перебил:
– Не беспокойтесь, дополнительное финансирование, если потребуется, найду.
На этом и порешили, точнее, господин Пергин со мной спорить не посмел, да и ничего бы у него не вышло, доводов-то против привести невозможно.
Место под строительство, точнее, переоборудование авиазавода, предложенное губернатором, меня устроило. Конечно, сделать требуется много всего, но этот вопрос губернатор пообещал лично контролировать, и через пару недель уже можно будет принимать грузовые эшелоны с деталями и узлами самолетов для сборки.
– Так как пока в планах всего один состав, который еще из Екатеринбурга не отправился, то ветку железной дороги построить можно и попозже, – задумчиво глядя на поле, резюмировал я. – Потребуется взлетная полоса, за пару дней необходимо ее подготовить. Чертеж, что и как надобно сделать, выдам сегодня же. Состав, который прибудет из Сибири, разгружать на ближайшей станции и перевезти сюда детали на грузовиках. В юнкерском училище набрать двадцать будущих офицеров, которые захотят стать пилотами. Желательно бы и иметь для них наставников по общим наукам.
– С последним сложнее, – внимательно выслушав меня, заявил господин Драчевский. – В училище каждый наставник на своем месте, лишних нет, и если кто-то перейдет во вновь открываемое заведение, то в первом окажется нехватка. Да и не отпустит офицеров начальник юнкерского училища.
– Второй вариант – набрать учеников пилотов из действующих офицеров, не старше тридцати лет, – высказал я заготовленное предложение и поспешил добавить: – Денежное довольствие останется, за ученичество и каждый час самостоятельного полета будет произведена доплата, но небольшая.
– Младший офицерский состав, думаю, таким предложением сильно заинтересуется. Но опять-таки возникнет недостаток в строевой части, – задумчиво произнес губернатор.
– Двадцать младших офицеров – и проблемы в подразделениях? Вы надо мной смеетесь? Им легко найдут замену из унтерского состава! – не согласился я.
– Сколько времени есть на решение этого вопроса? – осторожно поинтересовался Драчевский.
– Иван Макарович, разрешите на пару слов, – обратился ко мне Анзор, который не так давно приехал и внимательно к окончанию разговора прислушивался.
Я примерно догадывался, что он предложит, так и получилось.
– Ваше высокопревосходительство, а почему не хотите задействовать младших офицеров из Сибири? Думаю, генерал Гастев сумеет выделить более двадцати человек. Мы сразу от этого выиграем, по всем статьям! – сказал Анзор, с удивлением на меня смотря, мол, чего это ему приходится такие простые вещи растолковывать.
– Про соглашение с императрицей не забывай, – вздохнул я. – А Иван Матвеевич и так постоянно армейских выделяет. Уже и до атамана Ожаровского черед дошел, должен пятьдесят своих казаков направить на обучение танковому, самолетному и минометному делу. Кстати, а насчет механиков, тех, кто самолеты чинить и обслуживать будет, – нам все же их придется где-то искать.
Сумел как-то предварительно с губернатором договориться, тот обещал помочь после урегулирования финансовых вопросов. Тот еще жук этот генерал-майор: выкуп строений, расплата по долгам господина Пергина, текущие расходы… Если не отыщутся средства, то и решение отложится, а промедление – смерти подобно.
Читать бесплатно другие книги:
