Последняя клятва Ли Мелинда

Едва кивнув, Кайла вынырнула из-под рук Бри и убежала на кухню. Вечер выдался трудным. Они все нуждались в передышке. Но составление коллажа оказало на них очищающее воздействие, словно снизошел наконец катарсис. Повернувшись к ватману, Бри еще раз окинула фотографии взглядом. Как много счастливых и радостных моментов они запечатлели! Быть может, ей стоило сосредоточиться на них, а не на поиске убийцы Эрин?

Увы, Бри так поступить не могла.

Когда-то она пообещала заботиться о своей младшей сестре, оберегать и защищать ее. Но у нее не вышло сдержать обещание. И самое меньшее, что она могла сделать теперь, – это добиться справедливого возмездия для убийцы. Когда он будет схвачен, Бри сможет двигаться дальше.

Она прошла в кабинет и села в кресло Эрин. Во время обхода церкви с миссис Петерсон Бри не покидало ощущение, что она упускает что-то важное. Но что именно – она осознать не могла. Пройдет время, и ее мозг сам это вычленит из огромного пласта информации. Так уже бывало не раз: порой наилучшие решения осеняли Бри в тот момент, когда она не думала о проблеме. Открыв ноутбук, Бри перепечатала записи, сделанные в ходе беседы. Потом отперла нижний ящик стола, достала распечатки телефонных звонков и финансовых отчетов и занялась их просмотром. Через час у Бри разыгралась нещадная головная боль, а ни одной зацепки так и не появилось.

Она пододвинула к себе распечатку телефонных звонков. Поступал ли на номер сестры вызов с одноразового телефона в день ее смерти? Бри провела пальцем по списку. Увы, в тот день, когда погибла Эрин, никаких звонков с того телефона не было. И Эрин тоже не набирала тот номер.

Но в шесть вечера Эрин все же кто-то позвонил. Номер показался Бри знакомым. Сверившись со списком известных контактов сестры, Бри убедилась: она не ошиблась. Звонок поступил с телефона Стефани. Быстро пролистав свой блокнот, Бри пробежала глазами заметки, сделанные после беседы с лучшей подругой Эрин. Но Стефани сказала, что последний раз разговаривала с ней около четырех вечера, когда Эрин собиралась с работы домой. Выходит, это не так!

Бри набрала Стеф, но вызов переключился на сервер голосовой почты. Бри оставила ей сообщение.

Возможно, нестыковке в показаниях Стефани было простое, поверхностное объяснение. Может, она позвонила ее сестре по такому незначительному поводу, что потом напрочь позабыла об этом. Нет и еще раз нет! В день убийства человека любая мелочь имела значение!

А если Стеф солгала?

Она была лучшей подругой Эрин. Они работали вместе на протяжении многих лет. Стеф искренне плакала, когда они с Мэттом расспрашивали ее. А еще ее тошнило, а рядом находился чрезмерно заботливый муж, выводящий из себя своими советами и наставлениями. Возможно, все это выбило Стеф из колеи.

Бри забарабанила пальцами по промокашке.

У Стефани не было причин ей лгать.

Хватит! У тебя в голове уже полная каша!

Планирование погребальной церемонии вконец опустошило Бри. Она убрала бумаги в ящик стола, заперла его и побрела на соблазнительный запах домашней еды, доносившийся из кухни.

Курица с пармезаном и фокачча удались Дане на славу. Люк умял две порции за пятнадцать минут. После ужина они посмотрели семейную кинохронику. А потом Бри уложила Кайлу в постель, убрала пистолеты в сейф с биометрическим замком и задвинула его под кровать, где уже лежал сейф с дробовиком Эрин. «Раз я собираюсь здесь остаться, надо подыскать для них более подходящее место», – решила Бри. И выдвинула ящик прикроватной тумбочки. Ее сейф поместится свободно, но книги сестры придется вынуть.

Бри обвела глазами комнату. Независимо от того, останется ли она в этом доме с детьми или их заберет к себе Крейг, но перебрать и рассортировать личные вещи Эрин необходимо. Что-то из них возьмет себе Бри, что-то из маминых вещей, наверняка, захотят оставить у себя Люк и Кайла. Остальные можно будет передать в какой-нибудь благотворительный фонд для помощи нуждающимся.

Эти мысли окончательно добили Бри. Истощенная и физически, и морально, она долго стояла под горячим душем. И лишь почувствовав некоторое облегчение, надела фланелевую пижаму и толстовку. Откуда ни возьмись появился Вейдер. Запрыгнув на кровать, кот растянулся посреди постели. Бри прилегла рядом и погладила его бочок. Вейдер довольно заурчал. Бри снова провела по его шерстке рукой, а потом еще раз. Схватив лапами человеческую руку, кот легонько куснул ее.

– Помню, помню, – прошептала ему Бри. – Я могу лишь дважды погладить тебя по брюшку. Прости, мой хороший. Не знаю, о чем я думала.

Поднеся руку к глазам, Бри осмотрела кожу. След от кошачьих зубов остался, но кожу Вейдер не прокусил. Кот перевернулся на другой бок, притворно игнорируя хозяйку, но, стоило ей шевельнуться, как его хвост вильнул, а одно ухо вздернулось.

Бри взглянула на экран мобильника. Девять вечера. Пора проверить конюшню. Бри поплелась вниз по лестнице.

На кухне все еще сидела Дана. Подруга читала книгу, попивая из бокала красное вино.

– Хлебнешь немного? – предложила она Бри.

– Нет, спасибо. Я только проверю конюшню и сразу лягу спать, – сунув босые ноги в сапоги, Бри подхватила пальто и вышла на улицу.

Днем заметно потеплело, и снег начал таять; кое-где даже обнажились лоскутки травы. Если оттепель продлится, коней можно будет выводить на пастбище, – подумала Бри. И сделала зарубку в памяти: надо будет поправить проволоку на изгороди, за которую она зацепилась, преследуя незнакомца, вторгшегося в дом несколько ночей назад.

Она проверила подстилки и долила воды в ведра. Бунтарь принялся жевать сено. Бри остановилась и погладила коня по лбу, но вместо того, чтобы расслабиться, тот нервно вскинул голову.

– Что такое, мой мальчик? Я понимаю – тебе надоело томиться взаперти, но пока снег не сошел, выпускать вас наружу опасно. Ты же не хочешь сломать себе ногу, поскользнувшись? Наберись терпения! Еще пару дней постоит такая погода, и выгон станет безопасным.

Конь лягнул дверцу стойла.

Скрипнул чей-то ботинок, и Бри резко развернулась.

На пороге конюшни стоял Крейг. Шагнув вперед, он вытащил руки из карманов своей синей парки:

– Что ты делала сегодня в моей церкви?

– Что? – встретилась глазами с незваным гостем Бри. – Это я должна тебя спросить: что ты здесь делаешь? Это частная собственность. И ты не имеешь права разгуливать тут, когда тебе вздумается!

Крейг уже устроил ей однажды засаду. Ей следует вести себя с ним более воинственно!

– Я буду делать то, что я хочу, – Крейг выступил на свет; его лицо было суровым и напряженным, а глаза – холодными, как снег снаружи. – Я задал тебе вопрос.

– Да, задал, – окинула его изучающим взглядом Бри. Похоже, Крейг начал терять хладнокровие. Их с Мэттом визит в церковь он воспринял как угрозу!

– Я знаю, что это была ты!

Бри склонила голову набок.

– Миссис Петерсон подробно описала мне странных посетителей. Это была ты!

Бри не стала отрицать:

– Церковь – общественное здание, и войти в нее может любой.

Крейг подступил ближе:

– Послушай меня внимательно! Держись подальше от общины Грейс!

– С какой стати? – наклонилась к нему Бри. – Чего ты боишься?

– Ничего я не боюсь! – фыркнул Крейг. – Но я тебя знаю! Ты всегда недолюбливала меня. И ты сделаешь все, лишь бы испортить мне жизнь.

– Крейг, скажу тебе прямо: меня твоя жизнь не волнует! Мне вообще на тебя наплевать, – Бри смерила его взглядом; Крейг все еще не контролировал себя. Удастся ли ей спровоцировать его и заставить сказать больше, чем он хотел? – Ты говорил, что приход выделил тебе дом с тремя спальнями, а на самом деле ты живешь в квартирке над церковным гаражом. Но ты же понимаешь, что детям нужны отдельные комнаты?

– Это потому что я – холостяк. Церковь выделяет своим служителям жилье по их потребностям. Как только я оформлю опеку, у меня появится право на лучшие жилищные условия, и мне выделят больший по площади дом, – почти прорычал Крейг, оскалив свои ровные белые зубы. – Клянусь тебе: если я из-за тебя потеряю работу, ты никогда больше не увидишь ни Кайлу, ни Люка!

– Это ты убил Эрин? – бросила ему прямо в лицо Бри.

– Ч-что? – пробормотал Крейг.

– Что слышал! – Бри подошла к нему ближе: – Ты убил Эрин?

– Нет, – откинул голову назад Крейг. – Почему тебе пришла в голову такая мысль?

– Потому что я тоже тебя знаю.

Нацепив на лицо оскорбленное выражение, Крейг задрал подбородок:

– Я уже не тот человек, каким был прежде.

– Ты пришел ко мне с угрозами и развеял все мои сомнения: ты такой же, каким был.

Щеки Крейга залил багрянец. Подняв руку, он ткнул в Бри пальцем:

– Держись подальше от общины!

– А то что?

– Ты пожалеешь.

– Ты опять мне угрожаешь? – спросила Бри. Эх, будь у нее с собой мобильник, она бы записала их разговор на диктофон! Но она оставила телефон в доме.

– Да, – окинул ее взглядом с головы до ног Крейг. Под расстегнутым пальто Бри виднелась пижама. Крейг подошел к ней совсем близко, обдал ее своим дыханием с прикусом кофе. – Ты без оружия!

– А оно мне нужно?

– Похоже, не мешает тебя поучить вежливости! Не боишься оставаться наедине с мужчиной, которому грубишь?

– С тобой, что ли? – фыркнула Бри. – Нет, не боюсь.

Крейг нахмурился, его глаза забегали, решимость поколебалась. Пытаясь придать себе грозный вид, он стиснул зубы и проскрипел:

– А, может быть, зря…

Бри не составило бы труда завалить Крейга наземь. Но, пожалуй, было бы лучше, если бы он ее ударил. Тогда бы Бри смогла подать на него в суд иск, обвинив в нападении.

– Хочешь избить меня так, как ты избивал Эрин?

Губы Крейга скривились. Бри ожидала, что он начнет это отрицать, но он не стал.

– Знаешь, что мне больше всего нравится в нынешней работе? – спросил Крейг. – То, что я могу внушать женщинам необходимость повиноваться своим мужьям. Хорошая жена знает свое место.

– При чем тут Эрин? Ах, подожди! Ты же никогда не был женат.

– Кто-то должен научить тебя почтению! – взревел Крейг.

Новый приступ ярости сузил его глаза; рука сжалась в кулак, корпус подался вперед. Слегка. Но Бри изучала язык тела подозреваемых тринадцать лет! И на девяносто процентов была уверена: Крейг собирается замахнуться на нее.

Она переместила вес на подушечки стоп.

– Эй, красавчик! – окликнула его с порога Дана. – Тебя сюда кто-то звал?

Крейг крутанулся вокруг оси:

– Ты кто такая?

– Я та, кто не собирается плясать под твою дудку! – ответила Дана. – Думаю, Бри тоже.

Из-за вмешательства подруги Бри испытала смешанные чувства. С одной стороны, Дана, должно быть, услышала обрывки их резкого разговора и решила, что Крейг ей угрожает. С другой стороны, Крейг не стал бы ударять Бри при свидетеле.

Крейг шагнул к Дане:

– Слушай ты, сука! Мы еще не закончили наш разговор. А он сугубо личный!

Чересчур самонадеянный? Дана прослужила патрульной и детективом несколько десятков лет. И начала пробиваться наверх в департаменте еще до того, как карьерный рост в полиции стал для женщины в порядке вещей. И Бри, и все остальные сослуживицы ее поколения своим более гладким продвижением по службе были обязаны именно таким женщинам, как Дана. И уж с типами, подобными Крейгу, ей не составляло труда справиться.

– Не пристало священнику так изъясняться! – усмехнулась она. И, вытащив из кобуры свой «Глок», нацелила его в лицо Крейгу: – Убирайся! Немедленно! Ты вторгся на частную территорию. А то в твоей красивой башке будет зиять большая-пребольшая дыра!

Крейг скосил глаза на дуло пистолета, и его лицо побелело. Подняв обе руки вверх, он попятился назад, бормоча:

– Вы не посмеете меня убить!

– Ты угрожал Бри. Ты проник в частное владение. В случае угрозы в мой адрес я имею полное право на самооборону.

– В суде этому никто не поверит, – отступил еще на шаг Крейг. – Ваше слово против моего! А я – священнослужитель.

– Забавно… Ты, правда, думаешь остаться в живых и обратиться в суд? – вздохнула Дана. – Если я тебя пристрелю, ты будешь давать показания лишь Святому Петру у врат рая! И что-то мне подсказывает, что он не поведется на ту чушь, что польется из твоего лживого рта! – подавшись в сторону, Дана наклонила голову к выходу: – Смотри, не получи пинка по заднице от двери, когда будешь выбегать!

– Это просто возмутительно! – попытался разыграть из себя «обиженку» Крейг, одновременно ретируясь к выходу боком, не поворачиваясь к ним спиной. Но едва он оказался за порогом, и Бри услышала, как шаги его стали учащаться, а потом перешли в бег. Встав в дверном проеме, она проводила Крейга взглядом. Как и в прошлый раз, он припарковался посередине подъездной аллеи. Только когда свет задних фар померк и дорога снова погрузилась в темноту, Бри перевела глаза на подругу:

– Пожалуй, кроме новой охранной системы в доме надо будет установить еще датчики движения на подъездной аллее и сигнализацию в конюшне, – подвела она итог.

– Я завтра же позвоню в охранную компанию! Ты как? В порядке? – спросила Дана. – Я знаю, ты сама могла надрать ему задницу, но тебе не следовало этого делать. У тебя и так проблем хватает.

– На самом деле, я пыталась спровоцировать Крейга. Чтобы он накинулся на меня с кулаками и я смогла бы обвинить его в нападении, – призналась Бри. – Но я рада, что ты вмешалась. Не знаю, чем бы это обернулось в битве за опекунство. Его слово против моего, а Крейг бывает весьма красноречив и убедителен.

Дана убрала пистолет в кобуру и обвила рукой Бри за плечи:

– Как бы там ни было, я рада, что заметила его в кухонное окно и спасла тебя от синяка под глазом.

– Ха! Крейг ударил бы меня туда, где следов бы не осталось. Ты действительно услышала, как он мне угрожал?

– Я услышала, как он сказал, что ты пожалеешь и что кто-то должен научить тебя почтению, – сказала Дана.

– А как он угрожал навсегда разлучить меня с детьми, если я еще хоть раз появляюсь в его приходе, ты слышала?

– Нет. Прости!

Подруги заперли конюшню и направились к дому. Пока они пересекали заднюю лужайку, Бри пересказала Дане разговор с Крейгом:

– Может быть, его стремление забрать детей продиктовано желанием улучшить свои жилищные условия? Вкупе с социальным пособием, положенным детям в связи с потерей кормильца, Крейг существенно повысит свой доход благодаря опекунству.

– Не думаю, что священники много получают, если только они – не владельцы мегацеркви, – сказала Дана. – Им ведь не позволяется заниматься бизнесом ради материальной выгоды. Но твоя вверсия кажется правдоподобной. Вполне себе мотивчик!

На кухне Бри сбросила сапоги и пальто:

– Версия – еще не доказательство. А кроме нее у меня на Крейга ничего нет.

Дана сняла туфли.

Уже расхотевшая спать Бри заходила по кухне взад-вперед.

Дана взяла свой бокал из-под вина и поставила его в раковину:

– Я заварю нам чай.

– А я пока схожу за своими записями, – Бри прошла в кабинет, отперла ящик стола и достала папки. Вернувшись на кухню, она уселась за стол и принялась перебирать бумаги: – Я должна еще раз все просмотреть. Я что-то упускаю.

– Давай вместе! Может, тебе нужен чей-то свежий взгляд, – предложила Дана.

Поставив две чашки с чаем на стол, она опустилась на стул и в готовности протянула руку за бумагами.

Бри очень скрупулезно записала все встречи, беседы и допросы (за исключением вопиюще незаконных, конечно). Пробегая глазами страницы, Дана попутно задавала ей вопросы.

– Кто-то шантажировал Эрин, – сказала Бри.

– Согласна, – потерла глаза Дана. – Давай-ка отметим эти даты на календаре. Может, мы так выявим какую-то закономерность.

– У меня идея! – Бри сходила в кабинет и принесла оттуда табель-календарь.

Дана вписала все звонки и транзакции в два параллельные списка, а Бри отметила их даты на календаре. И все встало на места. Увы, Бри вовремя не уцепилась за подсказку, невольно данную ей миссис Петерсон.

– Итак, что мы имеем. Эрин была убита в прошлый вторник, – Бри перевернула страницу и открыла календарь на октябре. – В этот вторник утром, – указала она на помеченную в нем дату, – на ее мобильник поступил звонок с одноразового телефона. И вечером того же дня Эрин сняла со своего банковского счета четыре тысячи долларов.

Бри проверила две более ранние транзакции по снятию крупных сумм.

– Они тоже производились по вторникам. Я еще не записала беседу с секретаршей прихода, но точно помню, у кого вторник выходной.

Дана откинулась на спинку стула:

– У Крейга?

– Бинго!

Они сосредоточились на поиске связи меду снятием денег и звонками с одноразового телефона и упустили очевидную закономерность.

– Все, что у тебя на него есть, это косвенные доказательства, – вздохнула Дана.

– Бывало, что дела выигрывали и на одних косвенных уликах.

Дана приподняла брови:

– Только при условии, что их очень много!

– Это лучше, чем ничего, как было до этого момента, – Бри заметила смс-ку от Мэтта. – Мэтт прислал мне сообщение, пока я находилась в конюшне, – она нажала на кнопку воспроизведения.

Из микрофона на телефоне послышался голос Мэтта:

– Крейг у вас. Я еду.

Бри сразу же перезвонила Мэтту:

– Вам не нужно приезжать. Он уже ушел.

– Все в порядке? – уточнил Мэтт, и в его голосе на фоне характерного гула мотора Бри уловила разочарование.

– Да, мы с Даной с ним справились.

– Что произошло?

– Крейг закатил тут истерику. Он прознал про то, что мы были в церкви, и его это сильно расстроило, – Бри сообщила Мэтту о взаимосвязи между выходными Крейга и снятием Эрин наличных со счета: – Тодду следует вызвать его на допрос.

– А то! – присвистнул Мэтт. – Это окончательно выведет Крейга из себя.

– В этом и заключается план.

Глава двадцать седьмая

На следующее утро Бри вышла из стойла Ковбоя и бросила скребницу в корзину с другими принадлежностями для ухода за лошадьми.

– Тыковке скучно, – забравшись на стул-стремянку, Кайла принялась чистить своему пони спину. Тыковка стоял, низко свесив голову и поставив одно заднее копыто на мысок. Он дремал.

– Ты уверена, что это Тыковке скучно? – усевшись на тюк соломы, Бри взяла с полки кружку из нержавейки.

Кайла провела щеткой по заднему боку пони, и в воздух взметнулось облачко пыли.

– Я не каталась на нем всю неделю, – Кайла слезла со стула-стремянки и отставила его в сторону, чтобы почистить пони ноги. Но пони покрывала густая и косматая зимняя «шубка», он походил в ней на медведя. И только полноценное купание могло сделать его действительно чистым, а до такого купания было еще ой, как далеко! Впрочем, Тыковку это, судя по всему, совершенно не волновало.

– Надеюсь, что сегодня нам удастся вывести коней на выгон, – направилась к выходу Бри. – Пойду, посмотрю, не осталось ли где льда.

Снег почти весь растаял. Участок у ворот еще был сырым, но трава почти просохла. Бри нырнула обратно в конюшню. Допив кофе, она поставила кружку обратно на полку.

– Сперва починю изгородь, и тогда можно будет выпустить коней на несколько часов.

– И я смогу покататься на Тыковке?

– Конечно.

– Ура! – ласково погладив пони, Кайла юркнула в закуток с амуницией.

Бри оставила сообщение Тодду о ночном визите Крейга. Но заместитель шерифа пока еще не перезвонил ей. Бри решила сама позвонить в участок. Ответивший на вызов помощник шерифа сказал, что Харви еще не приходил. Стефани тоже не перезвонила. А Бри не хотела ничего предпринимать, не переговорив с ними. Других зацепок у нее не было.

Ладно, – сказала она себе, – сегодня воскресенье. И можно посвятить его общению с детьми и написанию панегирика. А завтра – на свежую голову и с новыми силами – она продолжит свое расследование.

Завтра… Завтра будет уже шесть дней, как не стало Эрин.

Волна печали вновь накатила на Бри, и она не стала ей сопротивляться. А потом вышла из конюшни и направилась в гараж. Отыскав там небольшой моток проволоки, ящик с инструментами и кожаные перчатки, Бри по хлюпающей под ногами земле пошагала к поломанной секции изгороди. Удалив разорванную проволоку, она изучила смежные секции ограждения и постаралась закрепить кусок новой проволоки как можно прочнее. Бри не была мастерицей на все руки, но вроде бы все получилось: проволока не оторвалась, когда Бри за нее потянула.

Удовлетворенная своей работой, Бри отнесла инструменты обратно в гараж. Приоткрыв дверь дома, она позвала Люка. Мальчик появился через секунду.

– Кайла собирается покататься на Тыковке, – сказала ему Бри. – Нужно проверять седло и уздечку?

Бри не седлала лошадей с детства, и правила общения родителей с детьми ей тоже были неведомы. Она действовала по наитию, а оно ей подсказывало: лучше перестраховаться. Тыковка был послушным пони. Но безопасную езду во многом обеспечивало добротное конское снаряжение. Оно должно быть удобным, надежным и исправным – эти три правила Бри хорошо запомнила с малых лет.

– Обычно Кайле помогала мама. Я вам покажу, – Люк схватил куртку и сапоги.

Они бок о бок пересекли двор. Кайла вывела Тыковку из конюшни. Упряжь упитанного пони составляли английское седло и уздечка. А голову Кайлы защищал шлем.

Люк проверил пряжки уздечки и подтянул подпругу. Кайла вскарабкалась в седло. Проехав один раз по кругу на скотном дворе, девочка направила пони к островку луговой травы, тянувшейся вдоль выгона. Пони перешел на медленную трусцу, не обращая внимания на грязь, пытавшуюся засосать его копыта. Кайла не возражала. И пока она каталась на своем любимце по лугу, на ее щеках проступил здоровый детский румянец.

Бри прислонилась к дереву. Мысль о том, что Тыковку придется продать, разрывала ей сердце. Если Крейг отнимет у нее детей, Бри придется изыскать способ, чтобы оставить коней. Дети не должны пострадать из-за еще одной утраты! Из тягостных раздумий Бри вывел голос Люка:

– Я видел, как Крейг ночью выходил из конюшни, – произнес он, заглянув Бри в глаза.

Вот те раз!

– А я как раз размышляла, как тебе сказать о том, что он здесь был, – не стала отпираться Бри и кивком головы указала на Кайлу: – Она вообще знает, кто он такой?

– Нет, – засунул голые руки в карманы своей куртки Люк. – Я сам его еле узнал. Зачем он приезжал?

Бри вздохнула:

– Он хочет оформить опеку над тобой и Кайлой.

– Что??? – глаза Люка широко распахнулись. – Зачем?

Бри замялась, подыскивая слова, но потом решила – лучше быть с ребятами во всем честной.

– Я не знаю, зачем ему это надо. Извини, что сразу не рассказала тебе. Я не знаю, что о нем думать.

В глазах Люка блеснул гнев:

– Ты собираешься позволить ему нас забрать?

– А как бы ты хотел, чтобы я поступила?

Люк скрестил руки на груди:

– Я к нему не поеду.

– Ты хочешь, чтобы я оспорила его право на опекунство? – уточнила Бри. – Я к этому готова. И переехать сюда жить я тоже готова. Но я не знаю, как будет лучше для вас, и боюсь сделать хуже.

– Я слышал вашу беседу с Даной – мама желала, чтобы нашим опекуном стали вы!

– Да, это так. Но Крейг – ваш биологический отец. И, по правде говоря, я не знаю, какое решение вынесет суд.

– Они не могут заставить меня жить с ним! – глаза Люка увлажнились слезами.

– Что ж, буду с тобой предельно откровенна. Тебе почти шестнадцать. Суд, скорее всего, учтет твое желание.

– А Кайла? Что будет с ней? – стрельнул глазами на сестренку Люк.

– Она еще маленькая. Решение будет приниматься без ее участия.

Люк прикусил губу.

– А что ты помнишь о том времени, когда ты жил здесь вместе с мамой и Крейгом? – Бри постаралась, как можно аккуратнее, сформулировать вопрос. Ей хотелось узнать только впечатления мальчика, а не наводить его на плохие мысли.

– Помню, что он много кричал. Он был очень груб с мамой, и я его боялся, – Люк крепко сжал челюсти: – Но теперь я его не боюсь! Будь я тогда взрослее и сильнее, я бы не позволил ему третировать маму!

– Тебе было всего восемь лет, – Бри кивнула на Кайлу и пони: – Столько, сколько сейчас твоей сестре. Ты не должен себя винить.

Это Крейг был повинен в том, что вел себя как форменный мерзавец. Но доля вины была и на Эрин. Она терпела эмоциональное насилие со стороны Крейга и его откровенное, бесстыдное паразитирование за ее счет. Терпела до тех пор, пока он не начал распускать руки. Бри и припомнить не могла, сколько раз Эрин прощала его и принимала назад после бурных, театральных «уходов».

– Я не допущу, чтобы Кайла оказалась у него, – процедил Люк.

– Ты – хороший брат!

– А куда бы он нас забрал? – поинтересовался Люк, не сводя взгляда с сестры.

– Крейг живет сейчас в Олбани. Он – священник.

– Серьезно? – вскинул удивленные глаза Люк.

– Он уверяет, что изменился, – нейтральным тоном ответила Бри. Ей не стоило говорить ребятам об отце плохое. Кто знает, чем все закончится? Вдруг Крейг победит? И детям придется с ним жить… Зачем еще больше ухудшать ситуацию?

Люк решительно помотал головой:

– Нет! Я ему не верю! Он всегда врал и маме, и мне.

– Если ты хочешь видеть опекуном меня, я найму лучшего адвоката и буду бороться с Крейгом до конца.

– Да, именно этого я и хочу.

– Тогда решено! – воскликнула Бри. – Но я должна рассказать все и Кайле. Мне бы не хотелось, что она узнала об этом от постороннего.

Люк согласно кивнул:

– Только подождите, пока пройдут похороны. Кайла сейчас слишком взвинчена.

– Пожалуй, ты прав. Я так и сделаю. Но мне бы хотелось, чтобы ты тоже присутствовал при моем разговоре с Кайлой. Чтобы это не выглядело так, будто я пытаюсь ее отвадить от отца.

– Ладно, – согласился Люк. – Только я не буду ей врать.

– Правильно. Врать не хорошо, – сказал Бри.

Страницы: «« « ... 1415161718192021 » »»