Ювелирная работа Градова Ирина

– Это – другой закон: закон природы, закон жизни, если хочешь! Я, конечно, не говорю о крайностях, когда мужик тебе противен…

– Это не мой случай!

– Вот и я о том же. Значит, проблема только в твоем отношении, в нерешительности, в страхе перед будущим и так далее, а с этим ты разберешься – со временем! Так что, давай-ка все же выпьем за вас с Алексом и за то, чтобы решение выйти за него замуж далось тебе легко и не вызвало нервного срыва!

Бокалы весело звякнули, соприкоснувшись пузатыми боками.

* * *

Идя «на ковер» к Сурковой, Лера предполагала, что начальница продолжит ее отчитывать за безрассудство и самодеятельность, однако та не стала этого делать.

– Поздравляю с раскрытием! – бодро проговорила она, предложив Лере сесть. – Вернее, сразу с несколькими.

– Ну да, мы ведь не только выяснили, кто убил Уткину, но и нашли убийцу Фельдмана…

– А еще выяснили, кто его ограбил, спасли человека от неминуемой гибели и задержали убийцу инспектора дорожно-патрульной службы.

– Да, но бриллианты так и не нашли! – вздохнула Лера.

– А это не наша задача, – заметила Суркова. – Мы занимаемся убийствами и свою работу выполнили на двести процентов. Так что, я считаю, нам всем стоит ожидать премии ко дню полиции, который не за горами!

– Хорошо бы! – обрадовалась Лера.

– А еще я хотела сказать, что ценю вашу работу, выходящую за рамки порученного вам дела.

– Вы о чем, Алла Гурьевна?

– Вы думали, я не узнаю?

– Да о чем?!

– Например о том, что задержан профессор университета, где учится Татьяна Рогова, и я так понимаю, что произошло это не без вашего участия.

– Откуда вы?..

– Вы реально думали, что обтяпаете все за моей спиной? Вы проделали хорошую работу, Лера, и я вами горжусь: если бы не убийство Катерины Уткиной, все еще долго оставалось бы шито-крыто, и этот подонок продолжал бы «пользовать» студенток, угрожая плохими оценками или недопуском к сессии!

– Мне показалось, это нужно пресечь, – скромно сказала Лера, в душе страшно довольная похвалой начальницы. – Конечно, посадить его вряд ли удастся, хоть еще несколько студенток согласились рассказать о том, как он принуждал их к сексу…

– Они совершеннолетние, – кивнула Суркова, – а это значит, урод станет утверждать, что все произошло по обоюдному согласию. Доказать принуждение будет крайне трудно, но попробовать можно!

– Я подумала, что он в любом случае потеряет место в университете, и этот шлейф будет тянуться за ним, куда бы он ни попытался устроиться в дальнейшем!

– Согласна! А еще я слышала, что вы выяснили-таки, кто «слил» в сеть видео с Татьяной. Это правда?

– Да, – подтвердила Лера. – Оказалось, это ее бывший парень – так он решил отомстить за обиду, ведь Татьяна Рогова его бросила!

– И как же вы на него вышли?

– Он думал, что очень умный: загружал видео не со своего компьютера, а из молодежного клуба «Пиксель», где есть большой компьютерный зал – наша служба электронной безопасности постаралась!

– Выходит, Катерина этого не делала?

– Нет. Хотя ее и нельзя назвать добропорядочной девушкой, но слово свое она сдержала. Беда в том, что на тех вечеринках она не была единственной, кто снимал непотребства Роговой!

– Что ж, к сожалению, за такое не судят и сроков не дают, – пожала плечами Суркова. – Конечно, эти следственные мероприятия не принесут ощутимых дивидендов лично вам, однако в плане морального удовлетворения свою роль сыграют, верно?

Лера кивнула. Она с интересом разглядывала начальницу: что-то в ней неуловимо, но совершенно определенно изменилось. Может, она влюбилась? Интересно, а в Лере окружающие замечают какие-то перемены?

– Очень красивое кольцо, – словно в ответ на ее невысказанный вопрос, отметила Суркова. – Вас можно поздравить?

– Э-э… нет, Алла Гурьевна, это – подарок сестры и зятя, – быстро ответила Лера, сама не понимая, почему лжет.

– Камень просто удивительный, – добавила начальница, с каким-то странным выражением на лице глядя на свою визави. – Огранка… в общем, мои поздравления вашим родственникам: у них отменный вкус! Но вы что-то не выглядите довольной, Лера, – что стряслось?

– Да нет, ничего, просто…

– Когда так говорят, это значит, что все вовсе не просто!

– Дело в Роговой.

– Которой из трех?

– Самой старшей.

– А что с ней? – удивилась Суркова. – Я наводила справки – завтра она выписывается из больницы, ее здоровью ничто не угрожает…

– В том-то и дело, Алла Гурьевна!

– Ничего не понимаю!

– Понимаете, я обещала найти кота…

– Кого, простите, найти?

– Ну, помните, у Роговой пропал кот, и не какой-то там обычный, а супер-пупер-элитный мейн-кун!

– А вы-то тут при чем? Жаль, конечно, животинку, но…

– Так он же с места убийства пропал, в тот самый день!

– Вот оно что… Но зачем же вы дали Роговой обещание, которое заведомо не могли выполнить? Это ведь кот, а не собака – они не бегают вокруг дома в ожидании хозяина и могут усвистать куда угодно, где есть течная кошка и теплый подвал!

– Я понимаю, Алла Гурьевна, но она попала в больницу, переживала из-за убийства и за судьбу своего питомца и так просила меня помочь, что я…

– Да я понимаю, Лерочка, но что же делать – ничего не попишешь! Роговы могут себе позволить купить своей матери другого мейн-куна, тоже элитного… Хотя, конечно, очень жаль того, первого. Может, он и не пропадет, а? Вдруг его кто-то забрал – все-таки породистый, вы говорите… Давайте надеяться на лучшее, а Роговой скажите, что сделали все возможное, но, к сожалению, ничего не вышло – не думаю, что она всерьез надеялась на то, что ее пропажа отыщется!

* * *

Как обычно, перед визитом к Олегу Куделину, Лера забежала в «Теремок» и купила четыре сытных блина с начинкой. Эксперт встретил ее радостным возгласом:

– Заходи-заходи, кормилица моя, – у меня как раз закончились хинкали!

Две коробки из-под вышеназванного блюда валялись прямо на полу, у переполненной мусорной корзины.

– Носят всякую дребедень, выбирают, что подешевле! – пожаловался Олег. – А вот ты – настоящий друг!

Кудлин схватил самый верхний блин из пакета, развернул обертку, откусил и со смаком прожевал, прикрыв от удовольствия глаза.

– М-м-м… пища богов! – пробормотал он. – Видимо, ты пришла по очень серьезному делу?

– Да как сказать…

– Давай уж, вываливай, раз все равно здесь!

Лера достала сотовый, нашла нужный файл и протянула телефон эксперту.

– Это кто?

– Вот этот, который стоит спиной, Александр Жегарин, а тот, что в анфас – предмет моего интереса.

– И что я должен сделать?

– Узнать, кто это, во-первых. А потом – выяснить все о нем. Сможешь?

– А то! Что-нибудь еще?

– Да. Понимаешь, об этом никто не должен знать.

– Личное? Ого…

– Что значит – «ого»?

– Мы с тобой давно знакомы, но ты впервые обратилась ко мне по личному вопросу! Не волнуйся, все сделаю в лучшем виде!

Лера уже шла к парковке, когда зазвонил телефон. На экране высветился номер Романа Вагнера.

– Помните, вы хотели, чтобы я пригласил вас на чай? – спросил он, не здороваясь.

– На ч… вы серьезно?

– Вполне. У меня есть торт и отличный индийский чай «Ассам». Жду вас в восемь.

Он не спросил, свободна ли она – просто назвал время, в которое ей следует прибыть – удивительная самонадеянность! Всю дорогу до дома Лера размышляла, ехать в гости к Вагнеру или нет – в конце концов, это не по делу, а чисто светский визит, и все же решила согласиться. Она придирчиво выбирала наряд: следовало одеться со вкусом, но не как на свидание… Это ведь не свидание, в самом деле, а всего лишь дружеские посиделки за чашечкой чая! Поэтому она решительно отвергла платье, купленное по случаю юбилея свадьбы сестры, и надела просторные светлые брюки и тонкий кашемировый свитер нежно-голубого цвета, подаренный все той же Элей: осматривая свой гардероб, Лера пришла к выводу, что лучшими вещами в своем гардеробе она обязана исключительно сестре и немного матери! К дому Романа Вагнера она прибыла ровно без пяти восемь, припарковалась и, войдя в роскошный холл красивого здания на Фонтанке, увидела поднявшегося ей навстречу консьержа.

– Вы к Роману Карловичу? – скорее констатировал, нежели поинтересовался он: видимо, Вагнер предупредил мужчину о приходе Леры, а может, он запомнил ее по предыдущим визитам.

– Верно, – кивнула она, ловя себя на том, что все еще чувствует себя не в своей тарелке в столь богатом окружении. Вот ее мать, хоть никогда не жила в таких условиях, уж точно была бы тут как рыба в воде – удивительная способность мимикрировать и казаться тем, чем на самом деле не являешься! Не говоря уже о сестре, которая тоже проживала в замечательном доме в престижном районе Питера, поэтому удивить ее чем-то не представлялось возможным.

Поднявшись на шестой этаж, Лера вышла и наткнулась на открытую дверь – ее ожидали!

– Отлично выглядите, – заметил Роман, когда она вошла в просторный круглый холл. – Никаких джинсов сегодня?

Лера покраснела: она надеялась, что он заметит ее наряд, но не хотела, чтобы он сделал это вслух, решив, что она принарядилась специально для него. Сам он выглядел отлично, как всегда: в очередной раз Лера поразилась тому, как этот человек умудряется быть чертовски привлекательным в любое время суток и в любой одежде. Надо сказать, он тоже приоделся: вместо обычных джинсов и футболки, в которых она привыкла его видеть, в этот вечер Роман облачился в светлые брюки и спортивный пиджак – удивительно, как их наряды подходят друг другу!

– Вот, это вам! – сказала Лера, протягивая хозяину дома бутылку сухого красного вина, купленного по дороге: Лера скрепя сердце выложила в магазине две с половиной тысячи, памятуя об обещанной Сурковой премии – не могла же она отправиться к Вагнеру с копеечным пойлом!

– Нам, – поправил он, принимая подарок. – У меня тоже для вас сюрприз.

– Вы сказали, будет торт?

– И вишенка на нем – прошу в гостиную!

Лера вошла в огромный зал, обставленный в стиле ар-деко, и застыла у порога: на диване вальяжно возлежал громадный котяра! Морда у него была угольно-черной, как у пантеры, а уши венчали пушистые кисточки, как у рыси. Шею обрамлял невероятно пушистый, светло-серый воротник. Он медленно повернул голову в ее сторону и посмотрел на Леру потрясающими оранжевыми глазами.

– Вот мой сюрприз! – сказал Роман, входя следом.

– Это… это то, что я думаю?!

– Именно!

– Но… как?

– В подвале одного дома на Вознесенском проспекте завелась «чупакабра».

– Кто?

– Ну, чудовище такое, вампир.

– Вам… вы, что, за дуру меня держите?

– Вовсе нет, это – чистая правда! «Чупакабра» жила на Вознесенском, а Рогова – на улице Воскова обитает, так?

– Ну и что?

– А то, что у Леопольда невеста на Вознесенском проспекте, просекаете?

– Невеста?

– Кошка той же породы. Хозяйка ведь Леопольда на поводочке выгуливала, как собачку, и он отлично запомнил дорогу к ее дому. Поэтому я могу предположить, что, когда он, напуганный происходящим в квартире Роговой, выскочил на лестничную площадку через приоткрытую дверь, то сразу рванул к ней, к девушке своей. Только вот он не мог подняться на лифте в квартиру, поэтому поселился в подвале – видимо, надеялся, что рано или поздно невеста появится, но ее хозяйка, в отличие от Роговой, свою кошку на улицу не водит. Так и стал Леопольд грозой местных кошек и дворников, отвоевал себе место в подвале, всех построил рядком и стал жить, как обычный дворовый кот – вот, даже шрамы появились, глядите!

Роман подошел к коту и раздвинул шерсть за ухом – там действительно виднелся полузаживший шрам.

– Я пригласил ветеринара, – продолжал он, – и он прописал мазь. Других ран и заболеваний Лео, к счастью, не нажил, так что, он в полном порядке и может возвращаться домой!

Лера протянула было руку, чтобы погладить кота, но тот предупреждающе заурчал, и она передумала. Роман же преспокойно чесал его за ухом – просто удивительно!

– Я могу его забрать? – спросила Лера.

– Конечно. Я, видите ли, не фанат кошек – всегда предпочитал собак.

– Тогда почему же не заведете?

– Заведу обязательно, но пока не определился с породой.

– Вы просто не представляете, как меня выручили!

– Нет, это вы не представляете, – усмехнулся ювелир.

– Вы о чем сейчас?

– Вы нашли бриллианты, пропавшие из сейфа покойного Фельдмана?

– К сожалению, нет, – покачала головой Лера. – Моя начальница, Суркова, говорит, что искать пропажу – не наша задача, ведь мы занимаемся убийствами, и все же…

– И все же вы чувствуете, что дело не завершено, пока камни не найдены?

Как ему это удается – каждый раз точно угадывать ее настроение? Ах, ну да – он же эмпат…

– Вы правы, чувствую, – согласилась Лера. – Я просто не представляю, куда они могли подеваться, ведь никто из оставшихся в живых фигурантов дела не в курсе!

Роман посадил Леопольда к себе на колени и провел рукой по его шее, снимая красивый кожаный ошейник ярко-красного цвета, усыпанный прозрачными кристаллами.

– Вот она, ваша пропажа, – сказал он, протягивая его Лере.

Она не верила своим глазам!

– Это разве не кристаллы Сваровски? – изумленно пробормотала она.

– Уж поверьте специалисту, эти камешки стоят гораздо дороже – повезло, что Леопольд никому не позволил к себе прикоснуться, пока я его не поймал, иначе новый хозяин здорово обогатился бы… Если, конечно, понял бы, что к чему!

Лера вспомнила о ранее казавшемся ей малозначительном факте: Катерина Уткина подрабатывала продажей мелких кожаный украшений!

– Но как же ей пришло в голову спрятать бриллианты подобным образом?! – воскликнула Лера.

– Ну, согласитесь, ничего лучше и придумать невозможно: даже если бы кота нашли, никто бы не догадался, что он таскает на шее целое состояние!

– Согласна, но это… это просто нереальная удача!

– Вам дадут медаль или внеочередное звание?

– Не думаю, но вот премию – точно дадут!

– Ну что, тогда пошли пить чай и вино?

Лера давно так здорово не проводила время: впервые они с Романом говорили не о делах, а о вещах, не имеющих отношения к расследованию, и это оказалось удивительно занимательно: несмотря на то, что он даже моложе ее, оказалось, его кругозор невероятно широк, и в обычной, ничего не значащей беседе Лера узнавала много нового для себя. Но и слушать он умел, а это, как она знала по опыту, очень ценное качество в мужчинах, которые предпочитают говорить, и все больше – о себе. Она в очередной раз поймала себя на том, что ей спокойно и комфортно в его присутствии – интересно, кот Леопольд испытывает те же ощущения, раз позволяет себя ласкать Роману и дает отпор ей? И все это, очевидно, следствие его необычной эмпатической особенности!

– Я могу вас поздравить? – неожиданно спросил он.

– С чем? – удивленно спросила она.

– С помолвкой.

– А-а, кольцо… Значит, вы заметили?

– Трудно не заметить свою собственную работу.

– О, так это вы, значит, его сделали?

– Если бы знал, что для вас, не стал бы.

– Почему?

– Потому что бриллиант – не ваш камень.

– Неужели? А какой же мой?

– Думаю, верделит.

– Я про такой даже не слышала!

– Это разновидность турмалина. Хотите взглянуть?

– Конечно!

– Сейчас.

Роман удалился, а Лера вытянула руку, любуясь блеском бриллианта в кольце. Странно, но после слов Вагнера он уже не казался ей таким красивым, как раньше! Хозяин дома вернулся с плоской коробочкой и, усевшись на свое место, раскрыл ее перед Лерой. Она едва не задохнулась от восхищения: на бархатной подложке лежали камни удивительной красоты. Все они были зелеными, а оттенки варьировались от светлого до почти черного.

– Это и есть верделиты? – проговорила она, дотрагиваясь до одного из них, прямоугольного, с красивыми, ровными гранями.

– Да.

– И это, вы говорите, вид тур…

– Турмалина. Эти камни приехали из Шри-Ланки, в переводе с сингальского «турмалин», tumuli, означает «притягивающий пепел».

– Почему такое странное название?

– Турмалин относится к боросодержащим алюмосиликатам. Говорят, первыми его удивительные свойства обнаружили дети, которые, играя с цветными камушками, увидели, что они притягивают мелкие частицы пыли, волоски и бумагу. Позже турмалин получил еще одно название – «электрический камень». Из-за своего состава эти камни имеют отрицательно заряженные ионы, благодаря чему они постоянно вырабатывают микротоки. По этой причине турмалину приписывают лечебные свойства, и литотерапевты считают его особенно эффективным. Правда, пальму первенства в этом отдают черному турмалину «шерл».

– Это правда?

– Понятия не имею, я ведь ювелир, а не врач! Тем не менее было замечено, что шахтеры, работающие на турмалиновых приисках, почти не болеют, несмотря на тяжкий труд, сохраняя бодрость духа и энергичность. Предполагается, что ионы, содержащиеся в камне, очищают воздух – тот же эффект якобы можно заметить вблизи моря, водопада или после грозы, но утверждать не берусь!

– Они невероятно красивые! – честно сказала Лера, перебирая пальцами то один, то другой камень.

– У того, который вы трогаете, «изумрудная» огранка, как у вашего бриллианта. Вам не кажется, что эти камни подошли бы вам гораздо лучше, чем этот огромный алмаз?

– Знаете, как говорят: дареному коню…

– …в зубы не смотрят, но все же, когда делаешь такой значимый подарок, следует учитывать особенности того или иного человека… Хотя, согласен, так уж повелось, что на помолвку принято дарить именно бриллиантовые кольца. Какой из этих камешков вам больше всего нравится?

– Наверное, вот этот, – Лера взяла в руки удивительный зеленый камень, в середине которого словно расцвела роза. Его мелкие грани сверкали и переливались, как капли цветной воды на ярком солнце.

– Отличный выбор! – похвалил Роман. – Это – полихромный турмалин огранки «бриолет», очень дорогой.

Лера с опаской вернула камень на место.

– Чаще всего встречаются комбинации зеленого с розовым, желтым или голубым, синий с голубым и розовый с желтым. Полихромные турмалины считаются самыми ценными, так как встречаются редко и потрясающе выглядят.

– Вы сами гранили все эти турмалины?

– Я люблю все делать сам.

– Как… как вы это делаете?

– Граню камни?

– Да нет – все это, ваши украшения?

– Ну, сначала у меня в голове возникает образ изделия. Обычно я создаю его под конкретного владельца, но иногда находит вдохновение, и я делаю что-то просто так, без заказа. Потом я рисую его на бумаге, после чего создаю компьютерную модель, пытаясь понять, какая огранка подойдет лучше, какая каратность и так далее. Следом за этим я ищу необходимые «ингредиенты» – камни, соответствующее золото, красное, белое или лимонное, а также решаю, нужны ли дополнения в обрамлении – допустим, в виде паве[11] из мелких бриллиантов, лейкосапфиров или белых топазов, черной шпинели и так далее. В конечном итоге я исполняю изделие и отдаю его заказчику или оставляю до лучших времен: рано или поздно на любое украшение находится покупатель.

– Понятно.

Роман закрыл коробочку и отложил в сторону.

– Лера, я ведь выполнил ваше задание? – спросил он неожиданно.

– Что?

– Ну, нашел Леопольда, так?

– А-а, помню-помню – вы хотели попросить об услуге, верно?

– Да.

– И еще вы сказали, что это может оказаться нелегко.

– Надо же, запомнили…

– Я всегда выполняю обещания, так что говорите!

– Речь о моей матери.

– О вашей… она же умерла, когда вы были маленьким!

– Верно. Но она не умерла, а погибла.

– Ну да, несчастный случай на железнодорожной станции.

– У меня есть основания полагать, что это было убийство.

– Вы серьезно?

– Ко мне приходил человек, бывший следователь, и он рассказал мне, что в деле моей мамы не все так просто.

– Зачем он разыскал вас – после стольких лет?!

– Ему понадобились деньги.

– Он вас шантажирует?

– Нет. Он тяжело болен – это правда, я точно знаю. Ему требуется дорогостоящее лечение. Он узнал обо мне из какой-то передачи и вспомнил о… о моей матери и о том, как все произошло. Он рассказал мне о том, что ему удалось выяснить до того момента, как у него отобрали дело.

– Отобрали? – насторожилась Лера. – Почему?

– Начальство пыталось списать все на несчастный случай, но следователь сомневался и начал копать. Он выяснил, что мама была присяжной на одном процессе, и предположил, что ее гибель была связана с ним. Однако ему не удалось довести дело до конца: как я и сказал, его передали другому человеку, а потом тихонечко прикрыли.

Лера немного помолчала.

– Так чего же вы хотите от меня, Роман?

– Я хочу почитать дело моей матери.

– И все?

– Пока – да. Мне нужно убедиться, что у следователя действительно имелись основания предполагать убийство.

– И что вы намерены делать, если это окажется правдой? – поинтересовалась она.

– Не знаю, – честно ответил он. – Все будет зависеть от того, что я выясню. Может, найму частного детектива.

– Вы хотя бы представляете себе, как сложно что-то выяснить, спустя сколько… пятнадцать лет?!

– Понимаю, что нелегко – я сразу вам об этом сказал. Так вы выполните мою просьбу?

– Если нет, вы будете искать того, кто согласится, я права?

– Да.

– Хорошо, – вздохнула она. – Я посмотрю, что можно сделать. Ничего не обещаю, ведь дело было не в Питере, но я постараюсь!

Стоя на балконе, Роман глядел вслед Лере: он наблюдал, как она вышла из дверей дома с купленной им кошачьей переноской в руках, явно ощущая тяжесть Леопольда – все-таки он весьма крупный кот даже для своей породы! Ее шаги были быстрыми и уверенными, и она смотрела прямо перед собой, идя к машине. Сумеет ли девушка ему помочь? Хотелось верить, ведь Роман ни минуты не сомневался, что не сможет спокойно спать до тех пор, пока не узнает правду о смерти матери. Он и сам не мог себе объяснить, почему это для него так важно: много лет он полагал, что она просто оступилась в сумерках и угодила под поезд! Что же изменилось после разговора со следователем? Маму не вернешь… И все же он должен все выяснить, и Валерия Медведь поможет ему это сделать!

Фонари ярко горели, освещая девушке путь к парковке. Подойдя к машине и открыв заднюю дверцу, она вдруг затылком ощутила чей-то пристальный взгляд и обернулась: на балконе шестого этажа вырисовывался неподвижный темный силуэт. Лера не могла различить лица Романа Вагнера, но улыбнулась и помахала ему рукой. Он не шевельнулся и не сделал попытки махнуть в ответ.

– Ну и ладно! – пробормотала она, пожав плечами.

Расположив переноску с Леопольдом на заднем сиденье, она уселась за руль и включила зажигание.

Час был поздний, но освещение в этом районе такое яркое, что все отлично видно – и здания, и деревья с пожелтевшими и поредевшими, но еще с непонятным упорством цепляющимися за ветки листьями, и людей, которые в погожий и довольно теплый для этого времени года вечер неторопливо шагали по чистеньким тротуарам. Перед тем, как отъехать, Лера в очередной раз подумала, что живет в замечательном городе, большую часть времени не замечая этого: с тем же успехом она могла обитать в Тихвине, Гатчине или Колпино, так как во время службы окружающие красоты не представляют для нее никакой ценности! Может, она слишком глубоко погружается в работу, пропуская что-то важное, возможно, даже главное в жизни? Она перевела взгляд на безымянный палец правой руки, лежащей на руле: оттуда ей призывно подмигивал красивый блестящий камень. Но Лера вдруг представила себе на его месте другой – зеленый, с ярко-розовой сердцевиной…