Возвращение 2 Алдышев Виктор

— Боа-Виста, Калгари! — называла Понева новые, подключающиеся к свободной сети ИОС.С-1 ульи.

— Боа-Виста, Калгари! Атака через три минуты!

Ждать дольше нельзя. Войска получат приказ атаковать через три минуты везде, где будет получен ответ за это время. Первая неожиданная атака отсрочит реагирование гереспри на отключение кораблей в ульях.

Анна взглянула на небо внутри эмоционально-мыслительной сферы натид, их зрением. Святящиеся корабли в огромных прозрачных коридорах, связавших поверхность и космос, продолжали движение к планете. Они уже знают. Уже видят, что пропал сигнал с нескольких сердечных кораблей.

— С прибытием, сволочи, — зло прошептала Анна.

***

В командном зале флагмана сообщение о потери связи с кораблями, отвечающими за энергоснабжение портов посадки, пришло на БПУ Ирса.

Но одновременно старший офицер палубы доложил:

— Фиксируем обратную связь в натидасфере.

На карте расположения портов зажглись отметки не отвечающих кораблей, и почти сразу система определила активность в коммуникационной сети наземных звёзд.

— Определить местоположение источника, выслать группу изъятия, — приказал Ирс.

Что ж, вот и хорошо. Он этого ждал. Перемещённые натиды начали устанавливать связь со своими собратьями. Выключение кораблей внутри было нужно аборигенам именно для этого — связать наземные звёзды в подконтрольную им сеть. И теперь, когда натиды транслируют свой сигнал, выявить их точное местоположение труда уже не составит. Операции по их изъятию отработаны. Займут немного времени.

С одного из экранов связи внезапно раздался возглас удивления и смех. Один из командиров плаза-кораблей обратился к командующему:

— Похоже, нас атакуют.

Экраны наблюдения отразили происходящее перед плацдармами. Там зафиксировали пуск ракет. Они мчались сейчас по направлению к портам посадки.

— Ударные средства обнаружены, — немедленно доложили операторы командных залов. — Запуск перехватчиков.

Ирс не обращал внимания на выполнение обычных действий. Техника аборигенов, пустившая ракеты, сейчас будет уничтожена.

Интереснее другое. Разум натид не лишён логики, но они не способны на совместные боевые действия. Это мирные существа в самом максимальном значении этого слова. Они способны защищать себя, но нападение, для них — непонятное и не естественное поведение. Даже будучи сейчас свободными от контроля кораблей, на чужой планете они не сориентируются.

Но ракеты, идущие именно на порты посадки, точно через три улья указывали на риск внедрения в их сеть внешнего командира. Того, кто скоординирует их действия согласно своему плану сопротивления. И хотя вероятность этого очень мала,… Ирс следил за ракетами, так уверенно летящими к плацдармам. И когда они прошли их границы, всё-таки скрипнул зубами:

— Надо же…

— Средства поражения на плацдарме! — разнеслось по командным залам.

На развёрнутых, словно окна в воздушное пространство планеты экранах наблюдения, ракеты миновали охранные зону натид, а их башни… погасли.

— Командующий? — голос спрашивающего командира не изменился, остался спокоен. — Внедрение внешнего управления?

— Уже второе неожиданное достижение, — заметил Ирс. — А мы только начали.

***

Внизу на Земле за этим проходом ракет следили с замиранием сердца. Едва ЦБУ России передал приказ атаки, комплексы ПВО, сосредоточенные за десятки километров от охранной зоны ульев, не сбрасывая маскировочных палаток над машинами, дали команду на старт. Ракеты десятков огневых групп с грохотом ушли в небо.

Внимание всех пунктов наблюдения были прикованы к границе ИОСов далеко впереди. Туда, где обычно разрывались на осколки любые ракеты и снаряды. Минута мучительного ожидания, неверия, и там, на самом краешке внезапно гаснет свет ударной башни, и ракеты, не встречая сопротивления, минуют купол улья, пролетая прямо над ним!

— Ракеты прошли! — первый громкий голос разорвал тишину, вызвав напряжённый вдох и сильный, глухой удар сердца у всех.

— Ждём поражения цели, — Волков обернулся к монитору, на котором была Лазарева: — Майор, второе сообщение?

— Передаю.

Анна видела перед собой всю сеть свободных ульев. Связались всего одиннадцать из планируемых пятнадцати портов. Остальные сбросы бомб не удались. Но эти одиннадцать на связи.

Лазарева получала ответы освобождённых ульев на сообщение не реагировать на атаку и пропустить ракеты. Сопротивление было. Дезориентированные в первые минуты, они соглашались только потому, что получали сообщение от своих. Анна чувствовала эту растерянность, и даже страх. Но уже передавала другое сообщение:

— Прикройте ракеты от удара с кораблей!

Это не словами. Это нужно выдать образами. Представить чёткую картину требуемого поведения так, чтобы существо, видящее мир вокруг себя совершенно по-другому, поняло, что вот эти яркие объекты, которые раньше приходилось уничтожать, потому что они разрушали купол, сейчас нужно защитить.

Везде, где ракеты прошли мимо ульев, от бортов медленно идущих в атмосфере плаза-кораблей с невероятной скоростью отделились потоки мелких чёрных машин, едва заметных в собственном свете мощных двигателей. Словно рой металлических светлячков, они устремились на перехват.

В центре боевого управления специалисты по вооружению не отрывались от экранов:

— Это беспилотники. Должны быть! Слишком мелкие для корабля.

— Станция наблюдения, нужно чёткое изображение!

Анна не слушала, что говорят в генштабе, и оклик главкома был совсем некстати:

— Майор Лазарева!..

Он сбил Анну с передачи образов. Ещё несколько проигранных секунд! А рой беспилотников достиг зоны перехвата. В небе над плацдармами первая ракета взорвалась, образуя в небе гигантский огненный сгусток, мгновенно исчезнувший в пространстве, словно стянувшийся внутрь себя вместе со вспышками и огнём, с десятком беспилотников, и даже поднятым под местом взрыва слоем земли. Мощность боевой начинки из антиматерии была не сравнима со взрывом обычного снаряда ПВО.

Но в штабах считали последние секунды. «Светлячки» уничтожали ракеты одну за другой на всех плацдармах.

— Ничего не выйдет!

— Теряем ракеты!

— Смоленск — все ракеты уничтожены в воздухе!

— Анадырь — все ракеты уничтожены!

— Шеньян — поражения цели нет!

От роя беспилотников отделилось целое крыло, устремляясь к позициям комплексов ПВО.

— Немедленно покинуть машины! — прозвучал именно такой приказ, потому что было понятно, что технику уже не спасти. Они не успеют отъехать, и не смогут укрыться. Шанс только у экипажей. Возможно.

Рой беспилотников пронзил небо, выходя уже низко прямо к позициям людей.

— Экипажам остаться! — голос майора Лазаревой по всем каналам прозвучал так жёстко, что этот приказ поняли даже в иностранных штабах. Даже без перевода.

Анна получила согласие натид! За секунды до атаки беспилотников, посланные ею образы поняли.

Экипажи, кто уже успел выскочить из машин, замерли на месте, глядя на рассекающий пространство чёрно-металлический рой, несущий им смерть…

Но внезапно подземный удар из глубины, из недр под ульем, просто повалил всех с ног. Купол задрожал от немыслимой мощи какого-то рывка. Башни электромагнитного удара и термо-световые стержни в одно мгновение разорвало на ещё десятки, вонзившихся в пространство, горящих ядовитым светом шипов. На огромной территории — от улья до позиций ПВО, образовалось единое поражающее поле, охватившее весь рой. «Светлячки» дрожали в нём секунду, и внезапно с валом громких хлопков их разнесло на осколки. Ещё не растворился этот грохот, а в эфире уже звучал колоколом голос майора Лазаревой:

— Вторая атака нужна немедленно! Успейте до принятия контрмер!

— Всем экипажам атаковать! — подхватили в штабах.

На флагмане гереспри командиры кораблей внимательно взглянули на своего командующего. Его лицо на мгновение выразило удивление.

Ирса удивило, что командир ульев на планете всё-таки не тот землянин, которого он знает. Это не Дмитрий. Он не смог бы этого сделать. Из-за специфики строения сознания натиды, нужен более сильный в эмоциональном плане разум, нежели разум Дмитрия. Он слишком жесток и логичен, слишком похож на разум гереспри, чтобы натиды восприняли его как своего командира. Именно из-за этого напрямую договориться с этими существами у гереспри не вышло. Понадобились специальные устройства для подавления и контроля.

Ирс выдохнул недовольство. Неприятный сюрприз. Но недолговременный. Уже должны были определить источник трансляции в коммуникационной сети.

— Есть координаты, — доложил старший офицер. — Группа отправлена.

Отделение из трёх специальных кораблей изъятия и звена истребителей прикрытия вылетело на планету, мелькнув перед главной палубой плаза-корабля.

— Уточнение, — Ирс взглянул на старшего офицера. — Изъять натиды вместе с их командиром. Хочу посмотреть на этого человека.

На Земле после подавления первой атаки и потери эскадрильи беспилотных перехватчиков, началась вторая волна наступления аборигенов.

— Командующий, прошу снять запрет на применение оружия к наземной звезде, — друг за другом запросили командиры кораблей.

— Запрет снят, — подтвердил Ирс. — Задействуйте ион-ударные излучатели. На малой мощности. Не уничтожать, только предупредить.

***

В центре боевого управления подняли тревогу:

— Вход в атмосферу группы кораблей! Над Атлантическим океаном.

Операторы ещё не успели убедиться в их цели, но Королёв взглянул на Лазареву через экран:

— Анна, это к вам. Морская звезда обнаружена. Прервите трансляцию и уходите.

— Нет, нельзя! — голос из штаба ПВО немедленно оборвал этот приказ.

Вторая волна ракет вошла в зону контроля ульев, одновременно с отделением от плаза-кораблей нового роя беспилотных перехватчиков.

— Наша атака ещё идёт. Без прикрытия ульев ракеты не долетят!

— Приказ ближайшей эскадрилье ОРИС ВКС! Перехват гостей! — приказал Волков. — Защитить «Морскую звезду-1».

Операторы передали приказ группе орбитальных истребителей.

В это же время над плацдармами, охваченными боем, резко потемнело. Чёрные ости в небе внезапно зажглись красным светом. Снизу казалось, что в высоте раскалились тонкие ленты, будто токопроводящие дорожки заднего стекла автомобиля.

Это было отчётливо видно на мониторах центра боевого управления, и Анне, смотревшей из эмоционально-мыслительной сферы. Она видела зрением всех одиннадцати натид, перемещаясь по зонам расположения каждой в доли секунды. От всех к Лазаревой пришёл сильный страх.

— Оружие! — Анна открыла глаза на мгновение, взглянуть на Волкова. — «Красные дорожки» — это против ульев.

Сказав это, Лазарева замерла. Ещё мгновение и они потеряют союзников. В эмоционально-мыслительной сфере она ясно ощущала этот отказ. Оружие, направленное на натиды — это предупреждение. Требование остановиться, перестать помогать аборигенам.

Анна со всех сторон ощущала, что они готовы его выполнить. У этих существ нет необходимости сражаться. Они будут в безопасности и не пострадают, если больше не будут слушать того, кто просит их рисковать.

Нужен образ, который поймут! И чувство, которое не позволит им остановить этот бой.

— Костя…

Он положил тяжёлую лапу на плечо Лазаревой:

— Я понял.

Анна обернулась к нему:

— Ты помнишь, как мы?..

— Аня, — Костя наклонился к её лицу: — Я понял.

У них было это чувство. Оно было между ними всегда. Если идти дальше, то рядом, если умирать, то вместе. Чувство, что отделиться друг от друга нельзя, и остановиться нельзя, перестать сражаться нельзя. Пока дышит один, и другой должен. И сейчас они оба отдали его в эмоционально-мыслительную сферу:

— Не сдавайтесь. Оставайтесь с нами!

Над плацдармами ости испустили направленные волны красного света, и Анна ощутила такую боль… Будто тело обдало кипятком. Именно это произошло с поверхностью ульев. Мощные, непробиваемые купола вспузырились при соприкосновении с этим излучением.

Анна держалась в эмоционально-мыслительной сфере всей волей, что была, терпя боль вместе с натидами. Ещё чуть-чуть, ПВО ещё работают по портам.

В заполненном громкими голосами эфире шли приказы эскадрильям ОРИС ВКС, вступающим в бой.

— Всем звеньям: цель — система подавления ульев — ости. Заходить на атаку с дистанции, к зоне излучения не приближаться!

***

Командиры плаза-кораблей были вынуждены отдать приказ о направлении своих истребителей для уничтожения новых боевых машин землян. И натиды, несмотря на значительные повреждения по-прежнему сопротивлялись! Не давая расправиться с незначительными силами аборигенов обычными средствами. И это было невероятно.

— Не видел такого никогда, — произнёс один из командиров. — Мы думали, наземные звёзды не способны на такое.

Ирс внимательно осматривал все открытые экраны. Очаги сражения пылали сразу в одиннадцати точках планеты.

— Они не способны, — подтвердил он. — Их командир-человек нагружает их сознание волей к сопротивлению.

— Хорошо скоординированному, — заметил один из командиров плаза-кораблей. — Надо отдать им должное.

— Да, — кивнул Ирс.

Но они здесь не для военных игр с аборигенами. Пока натиды опасаются атаковать открыто, и присоединились только к обороне, но если внешний командир настолько силён, то вопрос уничтожения портов, это только вопрос времени. Он убедит их, или заставит.

Командующий не мог допустить такого, так что наконец приказал:

— Выжечь защитные образования неподконтрольных натид. Разрешаю максимальный болевой удар.

— Направить только на них? — уточнил кто-то из командиров. — Мы можем завершить развёртывание системы ион-излучателей, и охватим огневые позиции возле плацдармов.

Предложение поступило в связи с тем, что натиды препятствовали атакам на позиции аборигенов. Теперь направление истребителей для уничтожения противника было чревато неоправданной потерей боевых машин.

Но другие возразили:

— Мобильная техника аборигенов отступит быстрее разворачивания системы.

— Смотря на какую зону поражения развернём, — засмеялся командир. — При большом охвате наземным силам некуда будет отступить.

— В крайнем случае, — подтвердил Ирс. — Работа ион-излучателей требует повышенных энергозатрат. К тому же атаки аборигенов не несут большой угрозы. Но участие натид в обороне…

Командиры заметили напряжение на лице своего командующего на этой паузе.

— …прекратить немедленно, — жёстко приказал Ирс.

***

Высоко в небе орбитальные истребители атаковали систему остевых излучателей плаза-кораблей. Красный свет, от которого всё казалось покрытым кровью, просто сжигал ульи. Грандиозные сооружения извивались, сдвигая пласты земли, пузырясь и плавясь под губительным излучением, трескались, выбрасывая в воздух фонтаны субстанции, принимавшей окружающей цвет, и от того казавшейся кровью.

Но атака звеньев ОРИС ВКС захлёбывалась. Они едва успели подойти к плацдармам, как их встретили истребители гереспри. Эти машины взяли преимущество почти сразу на всех местах сражений. Всё-таки они были мощнее и быстрее, пилоты опытнее.

А внизу на земле, где вела бой артиллерия и танковые бригады, экипажи со своей дистанции видели, как красный свет сгущается, поливая поверхность плацдарма всей мощью уже почти чёрного излучения. В какое-то мгновение на местах боя наступила полная ночь, и внезапно…

Хриплый крик майора Лазаревой прорвался в эфир, заставив операторов сдёрнуть наушники. Передача данных в центр боевого управления прервалась.

В «Морской звезде-1» в одно мгновение погасли мониторы, отслеживающие коммуникационную сеть. Две натиды отбросило друг от друга, и они рухнули вниз. Безжизненно, словно тяжёлые мешки, звёзды шлёпнулись в субстанцию, заполнявшую дно чаши, распластались на поверхности.

А на площадке жутко кричала Анна, свернувшись всем телом в судороге. Костя шипел сквозь стиснутые зубы, потому что по БПУ бешеная боль Лазаревой шла к нему. Третьяков и Понева подскочили к ним.

— Паша, что это такое?! — даже голос Багирова обдал жаром.

По лицу Анны текла кровь. Шла из носа и ушей потоком, сочилась из глаз. На коже расползались тёмно-красные пятна.

— Кровоизлияние и болевой шок! — ответил Третьяков, быстро осматривая Анну. — Как у всех ульев в нашей связке. Получили через сеть.

Лазарева едва дышала. Боль так и держалась в теле, словно застряла в нём.

Паша прижал гарнитуру к уху:

— ЦБУ, это Третьяков. Сеть наших ульев уничтожена, у всех болевой шок. У Альфы тоже. Больше мы отсюда ничего не можем.

На плацдармах, где шёл бой, рассеивался красный свет. Пузырящаяся поверхность ульев полопалась в сотнях мест, провалилась. С обожжённых башен и стержней капала субстанция, и отрывались куски обгоревшей плоти. Это видели во всех штабах.

— Уходите немедленно! — раздался в наушнике Паши голос Королёва. — Группа кораблей будет на ваших координатах через три минуты!

В центре боевого управления генерал обернулся к операторам ОРИС ВКС. На их экранах орбитальные истребители вели бой с кораблями гереспри. Уже почти над местом расположения «морской звезды» под водой.

— Третьяков, быстро уходите! — повторил Валерий Михайлович.

— Нет, — внезапно хрипло прошептала Анна, — можем ещё раз.

— Не можем! — возразил было Паша, но умолк, потому что мимо него взмыли вверх две светящиеся звезды и в одно мгновение ожили мониторы ИОС.С-1!

Сеть восстановилась. Натиды пришли в себя после шока и немедленно связались друг с другом. Лазареву втянуло в их сознание. Вместе с ними она смотрела, как на плацдармы из космоса прибывают новые корабли гереспри. Натиды показали Анне что будет: эти группы восстановят контроль, перезапустят сердечные корабли, и на этом сопротивление закончится.

— Наши ещё у плацдармов. Столько людей… — шептала Лазарева. — Если сейчас потеряем освобождённые ИОСы — мы проиграли. Ещё один удар…

Костя приподнял её в сидячее положение:

— Аня, всё. Надо уходить.

Но на внутреннем мониторе БПУ Багирова альфа-запрос открыл архив его памяти.

— Аня, что ты делаешь?! — вздрогнул он. — Нет…

Анна не слышала никого. В эфире что-то требовал голос Волкова, что-то говорил Паша, но рядом был только Костя. И у него было то, что нужно.

В тот момент, когда им обоим оставались последние минуты и Альфа Хромтау шёл к ним… Тогда Костя принял тот бой, зная, что проиграет, но, желал этой схватки больше всего. Он хотел уничтожить врага, разорвать его на кровавые куски. Месть заполняла его сознание! Месть и ярость! Без границ!

— Дай мне их! — Анна вогнала ногти в шею Костю вместе с этим приказом. — Дай мне эти воспоминания!

Эти эмоции задавят страх натид. Дадут силу на ещё один удар! На этот раз на верную цель! Не боясь ничего!

Везде на пылающей земле, везде, где ещё летели ракеты, зажглись бело-голубым светом башни и стержни опалённых и обугленных ульев, наклоняясь, и сводясь вместе. Словно объединяя силы всех защитных механизмов этой живой оболочки. Новый поток губительного излучения, инициированный в то же мгновение, не успел достигнуть её. Ульи в разных точках планеты, по команде внешнего командира, исторгли из себя единую инерционно-световую волну, направленную точно на порт посадки.

И её мощь разнесла высокие стены антигравитационных чаш, схлопнув в пыль даже их взметнувшиеся в воздух обломки. Границы безгравитационных коридоров рассеялись спустя всего лишь момент…

В оперативных штабах никто не успел ни обрадоваться, ни хоть что-то сказать. Приближающиеся к земле плаза-корабли потеряли координацию. На какие-то мгновения эти громады просели в воздухе, быстро набирая ускорение и при этом заваливаясь на бок. Но по всей длине бортов озарились сопла двигателей, тормозя свободное падение и возвращая эти грандиозные машины в правильное положение.

Невероятно, но корабли стабилизировались и замедлились в пространстве. Только теперь уже не за счёт безгравитационного коридора, а за счёт собственных двигателей.

И это было невероятным не только для людей.

На самих плаза-кораблях экипаж работал в режиме цейтнота, впервые за долгое время применяя аварийные протоколы и инструкции.

Ирс, глотая раздражение от происходящего на планете, наблюдал за своими командирами и действиями их командных палуб. Все работали выверено, спасая корабли от падения, но напряжение буквально просачивалось сквозь экраны.

Сейчас тратились колоссальные ресурсы. Чтобы удержать такую махину, как плаза-корабль от падения при силе гравитации планеты, тратилось бешеное количество топлива.

— Полагаю, стоит отменить посадку, — наконец высказался один из командиров. — Этот удар был последним, сопротивление натид подавлено. Необходимо восстановить порты и пойти на второй заход. Командующий, что скажете?

Ирс тоже думал об этом. После такого усилия, натидам нужно время восстановиться. И внешний командир, если не умер к настоящему моменту, то ему осталось недолго. А пока, команды, отправленные на планету, вернут контроль над сердечными кораблями, запустят обновление защитного образования и возведение порта. И поскольку аборигены наконец остались без своего «щита»…

— Позиции противника уничтожить, — приказал Ирс.

Плаза-корабли не могли инициировать электромагнитный импульс, находясь на ходу двигателей. Это было опасно для самих кораблей. Поэтому приказ ушёл звеньям истребителей и на пункты управления перехватчиками. Очередные тысячные группы беспилотных машин оторвалась от палуб. К настоящему моменту потери по ним перевалили за тридцать процентов общей численности. Беспрецедентное количество.

— Командующий, — один из операторов прислал на его БПУ данные энергосистем. — Нужна дозаправка. Мы не рассчитывали на пуск двигателей в атмосфере.

Корабли истратили часть топлива на дорогу к Земле, и сейчас продолжали повышенное потребление в связи с задействованием двигателей. К тому же запас топлива на кораблях рассчитывался исходя из дальнейшего оборудования форпоста. И сейчас из этих запасов уже черпнули.

— Хорошо, готовьте заправщик, — согласился Ирс.

На обзорных экранах военная техника землян покидала свои позиции. Спешно и в разных направлениях. В центре боевого управления и оперативных штабах на Земле торопились отдать последние приказы.

— Всем войскам: все тактические группы самостоятельны, — передавали операторы. — Вернуться в укрытие, ждать указаний. В бой вступать по необходимости.

Техника ПВО и танки на полной скорости гнали от плацдармов, оставив позади разрушенные ульи, где уже сели штурмовые корабли гереспри, доставившие команды для восстановления работы сердечных кораблей. Но беспилотные перехватчики следовали за отступающими силами людей, и было понятно, что инициировано уничтожение сил сопротивления. Бой ещё не закончился.

***

Над Атлантическим океаном истребители гереспри уничтожили почти все машины ОРИС ВКС, наконец дав кораблям изъятия возможность выполнить свою задачу. Те стремительно вошли в воду, прошив толщу бурлящими воронками.

Ядовитое красное излучение подсветило стержни защитной оболочки ИОСа, вспыхнувшие навстречу угрозе. Термо-световой удар, направленный против гереспри, испарил пару сотен тон кубометров воды. На мгновение образовалась дыра прямо в океане и схлопнулась над куполом.

Но одновременно с этим оглушительным хлопком, протополе на кораблях изъятия поглотило плазменное облако, а по бортам вышли тонкие, уже вращающиеся буры.

Под выжигающим излучением вкупе с мощным ударом, защитная оболочка ИОСа держалась всего несколько минут. Корабли изъятия были сделаны специально для этого — подавить защитные средства натиды, прожечь её оболочку насквозь, буквально вкрутиться в эту рану.

Внутри на куполе проявились быстро разрастающиеся красные пятна.

— Уходите, — прошептала Анна.

Это было ощущение, полученное от натид. Они знали, что защититься от этих кораблей не могут. Именно так их забрали с родной планеты. Пробив панцирь, ворвавшись внутрь к живому телу каждой звезды. Тогда это тоже заняло минуты. Но Анна чувствовала, что страха нет. Натиды нужны, их заберут. А вот людей убьют прямо сейчас.

— Уходим, — хрипло повторила Лазарева.

Натиды взмыли вверх навстречу прорывающимся лучам красного света, а сбоку в стенке улья провалилась поверхность, и нити НЛС подсветили выход наружу.

Галя и Паша ринулись к сумкам с аквалангами. Понева, надев на себя баллон, схватила комплекты Анны и Кости и побежала к ним, но не успела. Пространство под куполом обрушилось. С адским грохотом корабли прорвали стенку и сами исчезли в массе воды, хлынувшей сквозь эту брешь.

Не было и секунды. Всех снесло с площадки. Оказавшись в бурлящей массе, люди потеряли друг друга из виду. Но Галю почти сразу поймал Третьяков. Маски и акваланги были на обоих ещё перед водным ударом, так что они надели их.

Над головой мелькали чёрные тени кораблей, словно пожирающие яркое сияние двух, мечущихся в замкнутом пространстве звёзд. Вокруг наступала настоящая тьма. Нити НЛС гасли. И внезапно натиды, заключённые в тёмную шарообразную оболочку, оказались под водой. Снизу казалось, что они нырнули, но на самом деле под куполом больше не осталось воздуха.

Паша и Галя не видели того, что было за мгновения до полного затопления чаши. Корабли выплюнули с бортовых оружейных платформ мокрые полотна. Попав точно в натиды, они мгновенно обернулись вокруг них, раздуваясь в чёрные плотные пузыри. Такие же, в каких звёзды содержались внутри камер на сердечных кораблях.

Это видели Анна и Костя. Багиров держался на воде. Выход остался внизу, Лазарева без акваланга и почти без сознания. Нырнуть вместе с ней не вариант. Сейчас ближе огромные пробоины, оставленные кораблями. Вода быстро прибывала до их уровня. Когда чашу полностью затопит, можно будет выйти.

Светящиеся стенки улья гасли стремительно, уступая давящей тьме, и красный свет кораблей тоже потухал, потому что им больше не нужно было использовать излучение.

— Аня, вдохни, — прошептал Костя.

Но Лазарева не справилась с паникой. После болевого шока сил не осталось ни на что.

— Я не смогу, — голос Анны пропал в сбивающемся дыхании, и пальцы разжались. Она перестала держаться за Багирова.

Костя схватил её за плечо. Бурлящая вода стремительно поднимала их под купол.

— Аня, всё будет хорошо, — Багиров крепко держал её. — Только вдохни.

Мрак разорвал ярчайший свет, высвечивая заключённые в тёмную оболочку натиды, втягивающиеся в раскрытые отсеки двух кораблей. А напротив мегистотерия и женщины, поднимался лежащий на воде третий чёрный корабль.

Костя успел сделать рывок в сторону вместе с Анной перед тем как на них выбросилось тёмное полотно, но преодолеть охватываемое им расстояние не успел. Полотно накрыло обоих, вздуваясь в шар, и они оказались внутри.

Снизу Паше и Гале было видно, как плотный пузырь, поглотивший в ярком свете фигуры человека и мегистотерия, втянуло внутрь корабля. Забрав все объекты, за которыми явилась, группа изъятия немедленно устремилась наружу через пробитые бреши, оставив после себя лишь мёртвую тьму.

***

Корабли изъятия вернулись на флагман. Ирс, увидев их прибытие, отвлёкся от экранов наблюдения. Два корабля сразу отправились в зону сборки. Натиды должны быть помещены в новые тактические суда и отправлены на Землю на их прежнее место расположения для восстановления порта. А вот третий корабль причалил к командной площадке.

В салоне Анна сидела, опираясь спиной на плечо Кости, и смотрела сквозь прозрачный фонарь на возвышающуюся башню управления. Дыхание Лазаревой так и оставалось неровным, дрожь дёргала каждый миллиметр тела. Боль почти ушла, но казалось, она надорвала в теле нервные окончания и сейчас конечности просто не работали. Анна не чувствовала ни рук, ни ног.

Шар, в который их поймали, выполнял функцию не только клетки, но и удерживающего устройства. Едва пленные оказались на корабле, он снова сжался в полотно. Костя дёрнулся по направлению к экипажу корабля, но у одного из гереспри подсветились нейронити на виске, и чёрная плёнка, облепившая тело мегистотерия сжалась так, что рёбра уткнулись в лёгкие.

Багиров тяжело дыша, отступил. Плёнка управлялась с БПУ. Шансов снять её до того, как она раздавит тело, мало. А Костя ещё не забыл, как это — быть раздавленным.

На Анне полотно не оставили. Гереспри, оглядев женщину, сразу поняли, что её удерживать не требуется. Несмотря на шоковое состояние, Лазарева всё равно разглядывала пришельцев. Так похожих на людей. И так… не похожих. В смоляной чёрно-красной форме, покрывающей тонким слоем даже лица, с глазами, подсвеченными БПУ.

Костя привык к тому, что на кораблях гереспри всё видно так, будто преград между тобой и космосом нет. Но Анна судорожно дышала, видя, как совсем рядом заканчивается светлый полукруг атмосферы, и пространство темнеет в густую черноту. Впереди наплывали громада плаза-корабля и грандиозный металлический цветок…

Лазарева столько раз видела чертёж этого корабля, но в реальности окружённая золотым сиянием протополя «ромашка», оказалась действительно великолепна. Корабли гереспри обладали настоящей эстетической красотой. Сквозь прозрачный, играющий отражённым светом купол флагмана, были видны десятки многоярусных палуб и центральная башня, разделяющая корабль на две половины. Множество огней освещали каждый метр пространства в чёрных конструкциях.

В опустевшей голове Анны не осталось ни одной мысли. От пугающе сильной слабости по измазанным кровью щекам текли слёзы. Сознание едва держалось. Хотелось закрыть глаза, и позволить себе наконец потерять его.

Но Багиров оглядывал пространство за бортом, и Анна чувствовала его напряжение. Вокруг Земли сейчас было реальное столпотворение. В атмосфере курсировали тысячи беспилотников и истребителей гереспри. Мелькали корабли охотники. Оборонительная операция землян закончилась, но локальные бои ещё шли. Космоавиация пришельцев добивала наземные силы.

Костя оглядывал пространство между всеми кораблями. Кое-где мчались куски космического мусора и, влетая в защитное поле плаза-кораблей, просто распадались на атомы в золотом облаке. Было видно всплески частиц, пожирающих эти обломки.

Едва над головой проплыл текучий купол, впуская корабль внутрь флагмана, Багиров сразу увидел Ирса. Командующий ждал их. Костя похолодел от выражения его малоподвижного лица. Зная глубину личного отношения Ирса к успеху операции на Земле и гадский характер, можно было предположить, что он хочет своими руками удавить того, кто управлял наземной операцией.

Пленных вывели. Командующий с интересом и удовлетворением наблюдал, как к нему ведут белого мегистотерия и женщину, с трудом делающую шаги. Она шла, прижавшись всем телом к боку мега, подволакивала ноги. Уже видно, что это именно тот человек, который командовал натидами на земле. На лицо последствия шока, полученного после болевого удара. И что странно — идёт сама. А после такого не должна.

Женщина отличалась крепким телосложением для своего пола, и в глаза бросилось БПУ на шее. Ирс усмехнулся. Что ж, понятно. Одна из тех, чью мутацию предотвратил Дмитрий. Это объясняет, почему она ещё жива. Тело полумега выдержало кровоизлияние в мозг. Человек истёк бы кровью на месте. Но… к ней он вернётся через минуту, сначала надо поприветствовать старого знакомого.

По выражению лица Ирса, застывшему с ярко выраженной злобной радостью, Костя понял, что командующий начнёт с него. Пленных едва подвели, как Ирс сам шагнул навстречу и вогнал кулак под основание лапы Багирова. Знал куда бить. Помимо сильной боли, лапа просто отключилась. Костя припал на неё, стискивая зубы. Анна сползла по его боку на пол.

— Костя, — прошипел Ирс.

Тот засмеялся сквозь боль:

— Значит, запомнил меня. Как рука, ублюдок?