Возвращение 2 Алдышев Виктор
— Паша, спроси, что они едят, — прошептала Галя.
И вызвала этим смех Магбрава. Он понял, к чему задан этот вопрос. Наблюдая его улыбку, Понева спустила выдохом напряжение:
— Ну, раз чувство юмора есть, значит, всё не плохо.
Через час прибыли вертолёты из Екатеринбурга с девятью мегистотериями на борту. С момента оставления Костаная они находились там.
Анна и остальные ждали их на лан-ирмейском корабле. Магбрав начал процедуру сразу. На каждого мега уходило примерно по двадцать минут. К тому моменту, как на площадку опустился вертолёт с Муном и Егором, медики базы уже приняли девятерых человек. Олег, спрыгнув на площадку, удивлённо уставился на лан-ирмейский корабль, втесавшийся между вертолётами, охрану вокруг него, несколько машин медслужбы и… Костю.
Багиров вышел его встречать. Мун так и стоял. Не верил. Даже когда Костя подошёл к нему со словами:
— Ну что, Полтора Китая? Не ждал.
Кроме Багирова Олега никто так не называл. Так что это старое обращение, данное за высокий рост, и так давно не слышаное, вызвало у Муна бурю эмоций.
— Да чтоб тебя, — прошептал он, вытирая намокшие глаза. — Анна где?
— На корабле, — кивнул Костя.
— А… Бестужев?
Багиров отрицательно покачал головой
— Ясно, — сглотнул Олег.
Они помогли персоналу вывести Егора из вертолёта и перевести на корабль. Поднявшись на борт, Мун не обратил внимания на корабль вообще, на Магбрава тоже, увидел своих — Пашу и Галю, Анну и пошёл к ним. Просто обнять каждого.
Казалось это всё не реально. Увидеть друг друга после всего. Никто не надеялся. Но они живы. Осознание этого приходило очень медленно.
Ещё медленней далось решение будить Егора. Магбрав, оглядев спящего мегистотерия и оценив выражения лиц людей, спросил:
— Есть сомнения?
— Нет сомнений, — ответила Анна. — Просто набираемся сил.
Магбрав поместил Егора в ванну, запустил процедуру, и пока она шла, все вышли из помещения. Расположились на полу перед входом. Какое-то время молчали.
— Не знаю, что ему сказать, — вздохнула наконец Анна. — Матвей просил передать, чтобы он его простил.
Мун отрицательно покачал головой:
— Уже сказал, что никогда.
— Анна… — Паша начал, но замолчал на секунду, — прости, что спрашиваю. Бестужев?
Лазарева до сих пор не сказала о нём ни слова. Все поняли, что Дмитрия нет, но… что было?
— Умер на корабле, — ответила Анна. — Велел нам с Костей уходить.
Сказала всё спокойно, глядя в пустоту. Она не будет ни с кем об этом говорить. Ещё долго не сможет. Поэтому пока… это вырвано из памяти. Этого не было. Дмитрий просто ушёл. Он просил отпустить его. И она отпустила. Но он жив. И снова где-то в неизвестности делает то, что должен.
— Он всё-таки отправил сообщение, да? — сказал Мун.
Это был вопрос, но тон голоса звучал утвердительно. Было понятно, что лан-ирмеи не появились бы настолько вовремя и настолько подготовленными к сражению с гереспри, если бы не имели точной информации о месте, времени и составе флота противника.
— Когда он успел?
Костя вздохнул:
— Когда мы летели с ним домой. Я был без сознания сутки, у него было время.
Ещё минуты все молчали, уясняя для себя всё, что сделал Дмитрий.
Паша наконец покачал головой:
— Потом скажут, что решение майора Бестужева было спорным.
Анна взглянула на него.
— Потом, — добавил Третьяков. — Когда будут вспоминать этот день и обсуждать, как закончилась война, в каком хаосе мы остались, и куда теперь будем двигаться. Раса, пришедшая нам на помощь, благодаря Бестужеву, забрала у нас три миллиарда мегистотериев. То есть людей. Думаю, не все поймут, что это был лучший вариант.
— Он лучший, — твёрдо произнёс Костя.
Паша взглянул на него, серьёзно кивнул:
— Я так и сказал.
— А этот? — Мун, глядя на отрешённое лицо Анны, перевёл разговор на лан-ирмея. — Кто это?
— Командир Магбрав, — ответил Костя. — Разведка. Помог нам. Их командующий даже слушать нас не стал.
— А что, особо сочувствующий? — Олег пристально разглядывал лан-ирмея.
Костя тоже думал об этом. Что-то в поведении Магбрава наводило на мысль, что всё не так просто, и лан-ирмейский командир действует в каких-то своих интересах. Но сейчас как ни старайся, понять в каких именно вряд ли возможно. Мало информации. И больше не будет.
Из помещения внезапно раздались всплески. Магбрав отошёл, перестав закрывать ванну своей широкой спиной. И все замерли.
Егор сидел на коленях, опираясь на ладони, и смотрел на своё отражение в жидкости. Только в человеческом облике это был… Матвей.
Лазарева помнила, что они близнецы, но у остальных это не отложилось. И увидев Егора, люди замерли. Ощущение, что видишь призрака, было слишком сильным.
Магбрав наклонился над парнем, прилепил к плечу пластину, которая растеклась в гладкое покрытие по телу. Спецов удивлённо уставился на лан-ирмея. Тот тоже осмотрел лицо человека, знакомого ему по записям БПУ.
Егор наконец заметил свою команду. Встал, качаясь.
— Что?.. — он никак не мог понять что его окружает, и, глядя на Анну, по привычке спросил: — Альфа?
Анна молчала, не могла ничего сказать. Мун смотрел в пол. Глаза Поневой сверкали. И Спецов, обведя всех взглядом, вспомнил что произошло. Он сжал зубы, процедил:
— Бестужев?
На молчание в ответ хрипло произнёс:
— Майор должен был остаться. Он сказал нам, что останется сам.
— Он погиб, — сказал Костя. — Сразу после.
Гнев исказил лицо Егора на мгновение, но он внезапно понял:
— Матвей решил сам.
— Да, — ответила Анна.
Матвей выкупил жизнь Егора у Бестужева. Но сделал не только это. Дмитрий должен был уничтожить флот гереспри одним ударом, взорвав бомбу на борту заправщика. И он сделал бы это, но спасая Анну, сломал свой план и погиб за неё. Лазарева знала, что никогда не простит себе этого. Но Матвей оказался сильнее всех. Сделал так, чтобы они все смогли вернуться. Спас своих «главных людей», и дал шанс всем людям на Земле.
— Мелкий поганец, — прошептал Егор, едва сдерживая дрожь в голосе, — всегда хотел быть впереди других. И даже сейчас… обогнал.
Спецов наконец шагнул к Анне, и она крепко обняла его, сжав сильными руками до боли:
— Держись, Егор.
Магбрав, наблюдавший за людьми, внезапно наклонил голову, словно прислушался. Глаза подсветились.
— Вызов? — спросил Костя.
— Да, — кивнул лан-ирмей. — Три минуты до отбытия флота.
— Ань… — позвал Багиров.
Лазарева отпустила Егора, подошла к Магбраву.
— Не знаю, ценится ли это у вас, — сказала она, — но спасибо. Тебе.
— Благодарность, — лан-ирмей опустил голову в знак согласия, — ценится. Равна долгу.
— Не жди, что скоро отдадим, — заметил Костя.
Магбрав, оглядев всех землян перед собой, охотно согласился:
— Это будет проблематично. Теперь долго нас не увидите.
— Хорошо бы, — серьёзно сказал Багиров.
Вызвал этим улыбку лан-ирмея. Тот с пониманием кивнул.
Старший офицер группы охраны, дежурившей на площадке перед кораблём пришельцев, увидел выходящих людей и пошёл навстречу:
— Что у вас?
— Всё, улетает, — ответил Паша.
Старший вызвал штаб:
— Доложите главкому: гость улетает.
Тому доложили. Рация работала, так что было слышно голос Волкова:
— Если наши вышли, пусть выметается. Флот вон уже уходит.
У Владимира Алексеевича не было ни желания, ни времени пойти рукой помахать лан-ирмейскому командиру. Пресс служба требовала срочно записать обращение к населению. Пока через информационные центры гражданской обороны передавались новости и директивы. О том, что опасность миновала, можно выйти из домов, покинуть убежища. О том, что пришельцы, атаковавшие Землю, уничтожены.
Но слова «победа» избегали. Это должен был сказать президент и только после того, как будет уверен, что людям больше ничего не грозит. А пока рядом стоял флот лан-ирмеев, уверенности не было ни у кого.
Но пришельцы уходили, забирая все трофеи с собой. И лан-ирмейский разведчик поднялся с площадки базы, быстро уходя в небо догонять своих.
Группа истребителей проводила его до орбиты и осталась там облететь планету, посмотреть сверху на оставленное бедствие. Из космоса по всей Земле на всех континентах были видны чёрные пятна выжженных плацдармов и территории, занятые полями затвердевшей субстанции. Той, что в самом начале вторжения заливала плодородные земли. А на тёмной стороне сияли огни. Скопления ярких огней городов — островов жизни, оставшихся между опустошённых территорий.
Люди давно не видели своей планеты со стороны. Так что в оперативных штабах по всему миру сейчас не отрывались взглядами от экранов. Последний раз Землю со спутника наблюдали больше восьми месяцев назад. А потом только взгляд в космос с телескопов.
Когда команда майора Лазаревой вернулась в зал центра боевого управления, операторы здесь чему-то улыбались. Стало понятно из разговоров:
— А, правда, нет. Смотрите, нигде. Как вам такой вид?
Возле Земли не было мусора. Восемь месяцев назад планету окружали облака космических останков. Но корабли гереспри своим протополем растворили всё. Буквально вычистили пространство.
К команде майора Лазаревой подошёл офицер штаба и попросил следовать за ним. Они вернулись в зал совещаний. Мониторы иностранных штабов работали, но звук был убавлен, а значит, международное совещание закончено. По крайней мере на данный момент.
На остальных экранах шла трансляция с камер истребителей и телескопов, продолжающих следить за уходом флота лан-ирмеев.
Волков и Королёв с начальниками управлений генштаба и служб ЦБУ сидели за столом. Увидев Анну и остальных членов команды, главком кивком показал им, чтобы сели. Спросил при этом:
— Силы есть?
Сам явно был на исходе. Бледный, губы сухие. Опирался локтями на стол, сцепив пальцы в замок, но всё равно было заметно, что они подрагивают.
— Так точно, есть, — ответила Лазарева.
Королёв оглядел её и остальных, кивнул:
— Будет отпуск. Но позже.
Слова генерала прозвучали сухо. Анна поняла, что Валерий Михайлович тоже держится на последнем усилии, как и все сейчас. Но это совещание инициировано с какой-то целью. Расслабляться пока нельзя.
— Лейтенант Спецов, — позвал Волков.
Егор вздрогнул, посмотрел на главкома. Владимир Алексеевич тяжело вздохнул:
— Твой брат спас планету.
Спецов опустил голову.
— Тебе от этого не легче, — Волков видел, как заблестели глаза парня. — Но я всё же должен сказать тебе спасибо.
— Не мне, — покачал головой Егор.
— Награду за погибших принимают родные, — произнёс Владимир Алексеевич.
Спецов молчал.
— Решать тебе, Егор, — сказал Волков. — Мы все в долгу перед Матвеем. Навсегда.
Спецов наконец выдохнул воздух, стоявший в груди, ответил:
— Принято, товарищ главком.
Минуту все за столом молчали. Волков взглянул на Анну, показал ей на экран, где были видны четыре корабля лан-ирмеев.
— Я так понимаю, это оставленный в солнечной системе патруль.
Корабли удалялись в разных направлениях.
— Осмотреться в новых владениях полетели.
Лазарева утвердительно кивнула.
— Поскольку наши трофеи у нас не забрали, — произнёс Королёв, — пользоваться ими надо начинать немедленно.
— Трофеями? — переспросил Мун.
— Наши исследования и разработки по мутациям и кораблям, — сказал Волков. — Полковник Мун, вы возглавите новое научно-аналитическое управление вместе с майором Лазаревой. Третьяков, займёте должность главного учёного в биологическом секторе. Объединяем все секторы исследований и практических разработок. Всё, как было в «Костанай-1». Даже команды в основном те же. Капитан Багиров, возглавите службу охраны на главном объекте. За вами безопасность всех руководителей управления.
Костя откинулся на спинку кресла, сложил руки на груди:
— Главная цель?
— Главная цель — не ждать, пока кто-нибудь ещё, или те же лан-ирмеи не пересмотрят условия соглашения Бестужева, — ответил Владимир Алексеевич. — Рано или поздно они вернутся.
Багиров взглянул на Анну. Она кивнула. Мысли у обоих совпали. Не хотелось верить, что лан-ирмеи изменят своему решению оставить планету аборигенам, но Магбрав не зря дал им понять, что ситуация во вселенной сложнее, чем кажется с Земли. И очень скоро либо лан-ирмеев прижмут, либо они додавят своих врагов. И кому-то из них может очень пригодиться условно свободная планета.
Костя вернулся взглядом к Волкову:
— Ясно. Когда приступать?
Владимир Алексеевич усмехнулся:
— Не сейчас. Отпуск неделя. Всем. Через час вертолёт. Все летите в госпиталь на восстановление. Чтобы через неделю были готовы к работе.
— А я? — Егор обратил на себя внимание.
Ему одному никаких задач не выписали.
— А у тебя право выбора, — ответил Волков. — Можешь назад в свой полк или уволиться из вооружённых сил.
Спецов мгновение удивлённо смотрел на главкома, потом выражение лица сильно изменилось. Обиделся. И отрицательно покачал головой:
— Никуда я не уйду. Но… разрешите под командование капитана Багирова. В охрану объекта.
— Капитан? — Владимир Алексеевич переадресовал вопрос к нему.
Костя взглянул на Егора. Тот смотрел в ответ уверенно. Взгляд, обещающий не подвести. Багиров утвердительно кивнул.
— Хорошо, — сказал Волков — Разрешаю. Ну что, товарищ офицеры, свободны. Пока.
Вместе с командой майора Лазаревой вышел из зала и Королёв. Он остановил Анну сразу за дверью и спросил:
— Почему не попросили доставить Дмитрия домой?
Лазарева ждала этого вопроса.
— Попросили, — ответила она, — сказали, что не смогут найти останки корабля.
Королёв удивился:
— Они и не могут?
— Мы тоже не поверили, — заметил Костя, — но ответ был чёткий.
Валерий Михайлович не захотел говорить об этом сейчас.
— Ань, потом, как сможешь, — сказал он и пошёл обратно в зал.
Анна проводила его взглядом. Им будет о чём поговорить с Королёвым. Но он прав. Не сейчас.
В зале центра боевого управления, заполненном людьми, смотрели телевизионную трансляцию обращения президента. Её только начали передавать. Параллельно на экранах шли новости гражданских каналов. Улицы городов наполняли жители. Стихийно образовывались огромные скопления. Радость захлёстывала людей. Ещё не поняв всё до конца, они собирались на площадях и просто во дворах сказать друг другу, что всё закончилось. И пока лишь немногие знали, какой ценой.
Олег нашёл взглядом свободный угол, кивнул остальным туда. Им ещё час ждать вертолёт. Сели прямо на пол, прислонив уставшие спины к стене.
Анна не могла сбросить напряжение. И… не могла отойти от Кости больше чем на шаг. Раньше по БПУ можно было за километры чувствовать каждый вдох, но сейчас, когда этой возможности не стало, она старалась не терять его из виду. Хотелось держать его за руку для надёжности. Лазарева останавливала себя в этом желании, но Костя заметил, что глядя на него, Анна нервно сжимает пальцы.
Когда они сели рядом, она всё-таки сказала:
— Пока не уходи далеко.
Багиров понял почему, у самого было такое же ощущение. Поэтому, наверное, самое время сказать то, что давно хотел.
— Ань, я всегда буду рядом, — произнёс он. — Я тебя люблю. Ты же знаешь.
— Знаю, — Анна ответила в ту же секунду. — И я всегда буду рядом.
У них не было времени говорить об этом. За всё время пройдённого пути они не нашли на это ни минуты. Но раньше в этом не было необходимости. Устройство связи пришельцев оголяло мысли и чувства сразу, и переливало их от одного к другому, словно кровь. Сейчас будет нужно снова научиться говорить об эмоциях вслух. Даже если кажется, что всё очевидно.
Багиров сощурился, внимательно изучая выражение лица Анны.
— А, да… — она безошибочно поняла этот взгляд, и на губах появилась улыбка. — Не всё сказала. Нужно было ещё: я тебя люблю.
Костя усмехнулся, покачал головой:
— Она ещё шутить может.
И привлёк Анну к себе. Она устроила голову на его плечо, закрыла глаза, думая о том, что всё они успеют, всё друг другу скажут и всё у них будет. Вместе целая жизнь.
Но в чёрной пустоте за её закрытыми веками, так и летел далеко во вселенной корабль, забравший Дмитрия и часть души Анны, безоговорочно принадлежавшую ему.
Эпилог
В пустоте космоса внезапный яркий свет обозначил лан-ирмейский разведчик, снимающий маскировку. Бортовые огни освободили из тьмы почти уничтоженный корабль командующего флота гереспри. Спустя секунду в его командный зал влетели сияющие фигуры лан-ирмеев.
Магбрав взял с собой медиков и техников. Чтобы заодно забрали устройство мутационной трансформации. Надо было посмотреть, насколько гереспри усовершенствовали эту технологию, и остался ли образец мутагена-расслоителя. Сейчас насчитывалось уже порядка десяти формул этого вещества. И у командующего Ирса могла быть новая версия с запоминающим эффектом.
Яркий свет освободил из темноты тело человека, парящее в пространстве командного зала, словно упавшая ледяная статуя. Магбрав подплыл к нему. Разглядывал белое лицо, знакомое по сообщению, пока медики работали с телом диагностическими устройствами.
— Неплохо, — сказал старший медик. — Командир, вы были правы, при снятии мутации мутаген-расслоитель заполнил клетки.
— Процедура возможна? — спросил Магбрав.
— Да, однозначно.
Техники подняли из-под пола запечатанную ванну.
— Процедуру провести немедленно, — приказал командир. — С особой осторожностью.
— Если пройдёт неудачно, просто клонируем, — заметил медик.
— С потерей памяти, — покачал головой Магбрав. — Нет, не приемлимо.
— В любом случае вся память не сохранится.
— Вся не требуется, — кивнул командир. — Оставьте только то, что нам нужно. Всё личное… — он сомневался всего секунду: — удалить.
Медики упаковали тело в спецоболочку и полетели с ним на корабль.
Магбрав уходил последним. Немного жаль, что приходится поступать именно так. Но это тот случай, когда выбора нет. Для Земли война закончена, а для Лан-Ирмеи это всего лишь выигранное сражение. Возможно, переломившее ход войны. Значимость ещё предстояло оценить. Но это только сражение. И сейчас важен любой ресурс.
Лан-ирмейский разведчик, забрав свою ценную находку, установил курс не на родную планету. Нужна была одна остановка в пути. Недалеко от мира гереспри. Проверить, насколько эффективно сработает «новый ресурс» после процедуры.
Корабль последний раз осветил обломки и, надев свой космический камуфляж, тихо исчез, подобно ночной звезде, не видимой на ясном дневном небе.
Конец
Читать бесплатно другие книги:
