Когда начнутся дожди Джеффрис Дайна

– Ты вскрикнула.

– От неожиданности.

– Но все-таки ты что-то почувствовала?

– Честное слово, просто чуть-чуть кольнуло. Наверное, муравей на ногу заполз.

Джай наконец нашел Элизу и прижал к себе.

– Ты уверена, что это была не змея?

– Откуда мне знать? Тут так темно, что ничего не видно.

– Змеиные укусы очень болезненные. Но на всякий случай давай собираться, тебя надо отвезти обратно во дворец.

– Ночью? Нет, правда, все со мной нормально. Давай ложиться спать.

Сразу же после этого они легли, но всего через час Элиза проснулась от спазмов в животе. Стараясь не разбудить Джая, она села и согнулась пополам. Окружавшая их ночная тишина оказалась мнимой: отовсюду доносились пугающие шорохи. До конца холодной пустынной ночи Элиза тряслась в ознобе на их с Джаем импровизированной постели. Она жалась к нему, но так, чтобы не потревожить его сон. Элизу мучила тошнота, ей очень хотелось выйти, но она боялась покидать палатку и пролежала так до первых солнечных лучей. Когда Джай наконец проснулся, при одном взгляде на Элизу у него вытянулось лицо.

– Что с тобой?

– Меня мутит, и живот сильно болит. Может, я съела что-то не то?

Но Джай, похоже, встревожился всерьез. Тут Элиза и сама занервничала.

– Покажи еще раз след от укуса.

Вечером Джай искал его при свете масляной лампы и очень радовался, что ничего не нашел.

– Думаешь, дело в нем?

Элиза показала Джаю щиколотку.

– На змеиный укус не похоже. Но кожа вокруг покраснела, а еще это место немного опухло.

– Как по-твоему, кто меня укусил?

Джай покачал головой:

– Трудно сказать. Другие симптомы есть?

– Грудь болит.

– Трудно дышать?

– Немного.

Джай выглянул из палатки, подозвал слугу и стал что-то ему объяснять, но говорил вполголоса и очень быстро, поэтому Элиза ничего не поняла.

– Что ты ему сказал? – спросила Элиза, когда Джай снова подошел к ней.

– Послал за бабушкой Инди. Придется подождать час или два, но лучше ее тебе никто не поможет. Слуга взял мой мотоцикл. Так он доберется быстрее, чем на своем верблюде.

– Думаешь, дела настолько плохи? – Элиза попыталась улыбнуться, но не смогла.

Джай взял ее руки в свои, массируя и согревая их. На ее вопрос он не ответил.

– Ты же говорил, daadee ma[29] Инди болеет.

– Будем надеяться, что она достаточно хорошо себя чувствует, чтобы приехать.

– Как мы отвезем ее обратно? А сами как доедем?

– Тебя сейчас вообще не нужно трогать с места. Езда на верблюде или мотоцикле тебе уж точно противопоказана. Ни о чем не беспокойся. Главное, чтобы ты не перегрелась, но с утра еще прохладно. Тебе нужно пить. Сможешь проглотить воду?

Элиза попыталась поднять голову, но уронила ее обратно на подушку.

– Все тело болит.

Джай обнял ее за плечи:

– Прислонись ко мне и пей мелкими глотками.

Другой рукой Джай поднес чашку воды к ее губам.

– Голова кружится, – пожаловалась Элиза и снова сползла на матрас, но отчего-то ей трудно было лежать спокойно.

– Не двигайся, – велел Джай и взял ее за руки.

Джай не отходил от нее, лишь иногда выглядывал из палатки, проверяя, не едет ли бабушка Инди. Как бы плохо ни было Элизе, она осознавала, что вокруг нет никого – только они вдвоем. Какое странное ощущение… странное, но одновременно приятное.

– Ты не ответил, плохи мои дела или нет.

Джай улыбнулся:

– Я, конечно, не врач, но думаю, что нет. Расслабься и отдыхай.

Элиза попыталась сесть.

– Такое чувство, будто палатка кружится.

– Последствия вчерашнего джина.

– Я не…

И тут Элиза будто провалилась в водоворот. Она неслась на огромной скорости по темному туннелю, но потом Джай поймал ее, не дав ей упасть. А потом – чернота.

Когда Элиза очнулась, он лежал рядом с ней. Сначала Элиза почувствовала только, как его рука нежно гладит ее по волосам, потом услышала его медленное, размеренное дыхание. В этот прекрасный момент Элиза начисто забыла, что больна, и села. Ее тут же вырвало на одеяло. Джай вскочил, сдернул с нее одеяло, скатал его и выкинул из палатки. Потом достал из-под походной кровати звериную шкуру.

– Больше ничего нет. Скоро потеплеет, можно будет лежать без одеяла. Ты как?

– Сама не знаю. Вдруг меня снова вырвет?

– Будем надеяться, что нет. Но тебе обязательно надо пить. Обезвоживания допустить нельзя.

Джай коснулся ее лба и шеи.

– Ты сильно вспотела.

– Голова болит.

– Только бы бабушка Инди поскорее приехала!

– Чем она мне поможет?

– Ей известно все о пустыне и ее опасностях.

– Бабушка Инди знает, как меня вылечить?

– Не волнуйся, все будет хорошо. Лежи, не разговаривай.

Джай старался ее успокоить, но Элиза видела, сколько тревоги в его взгляде. Она медленно выдохнула и теперь уже не двигалась с места.

Элиза не представляла, сколько времени прошло. Минуты казались часами, а часы пролетали, как минуты.

Иногда Джай спрашивал Элизу, как она себя чувствует, а иногда она спрашивала, о чем он думает, и оба врали. Джай твердил, что все будет хорошо, но глаза его выдавали. Элиза повторяла, что ей лучше, хотя это было далеко не так. Когда Элиза была в сознании, она вспомнила, что они с Джаем так и не обсудили, что будет после сезона дождей.

Пока Элиза бормотала что-то неразборчивое про дождь, Джай с нарастающей тревогой мерил шагами палатку, а потом снова усаживался рядом с Элизой. Наконец послышался шум мотоцикла и громкие голоса. Вскоре после этого в палатку, опираясь на палку, вошла пожилая женщина.

Первым делом она внимательно осмотрела место укуса.

– Две маленькие красные точки, – медленно и разборчиво произнесла она так, чтобы Элиза все поняла. – Паук черная вдова.

Джай облегченно вздохнул. Сразу было видно, что у него гора с плеч свалилась.

– Так я и думал.

– Молодец, что не давал ей много двигаться, иначе вместе с кровью яд разнесся бы по всему телу.

– Значит, перевозить ее нельзя?

– Сегодня – нет. Но следи, чтобы она не перегрелась. От укусов черной вдовы умирают только маленькие дети и старики.

– Но ведь у Элизы реакция на яд оказалась сильнее обычного?

– Совсем как у тебя, мой мальчик. Но, когда ты был маленьким, я давала тебе травяную настойку. Сейчас у меня ее нет. Больная, конечно, помучается, но жить будет.

Джай кивнул.

– Обмахивай ее, прикладывай холодные компрессы к шее, груди и лицу и давай ей пить подсоленную воду.

– Странно, что с Элизой случилось то же самое, что и со мной, – заметил Джай, провожая бабушку Инди к выходу.

– Ты любишь эту женщину? – донесся до Элизы вопрос старухи.

Ответ Джая она не расслышала.

Несколько минут спустя Джай вернулся с широкой улыбкой.

– Сегодня никуда не поедем, а завтра утром отправимся в обратную дорогу – если тебе, конечно, полегчает.

– Как здоровье бабушки Инди?

– Она сильно похудела и ослабла.

– Мне ужасно стыдно, что ради меня она проделала такой путь.

– Не волнуйся. Она рада была нам помочь. А теперь выпей воды, пожалуйста. Главное – не допустить перегрева.

Элиза кивнула. Она и сама чувствовала, что жара усиливается. Элиза знала, какой зной может царить в пустыне.

– Голова болит так, будто в нее топор вонзили. Должно быть, выгляжу ужасно.

– Бедная моя англичанка. Топор – это, конечно, неприятно, однако ужасно выглядеть ты просто не умеешь.

– При нашей первой встрече я тебя не впечатлила.

У Элизы не было сил смеяться, но Джай улыбнулся в ответ на ее шутку.

– Послушай, что я тебе скажу. К началу сезона дождей повезу тебя в Удайпур. Посмотришь, как придут муссоны. Представь, сколько дождя прольется и каким прохладным будет воздух. Тебе сразу станет легче.

– Откуда у этих пауков такое название – «черная вдова»?

– Они черные, и их самки пожирают своих мужей.

Несмотря на мучительную головную боль, Элиза улыбнулась.

Прошло два дня. Джай и Элиза молча стояли друг напротив друга в ее спальне во дворце. Потом Элиза стала медленно расстегивать пуговицы на рубашке Джая. Он закрыл глаза.

Кто из них главный? Кто руководит? Кто задает тон? Элиза думала, что хочет полностью отдаться во власть Джая, но постепенно в их отношениях само собой воцарилось равенство, и это пришлось Элизе по душе. Приятно было дотрагиваться до Джая и чувствовать, какое мощное воздействие она на него оказывает.

– Ты уверена, что достаточно хорошо себя чувствуешь? – спросил он.

Элиза рассмеялась.

– Что смешного? – спросил Джай, открыв глаза.

– Достаточно, достаточно.

Элизе показалось, что прошло всего несколько секунд, но вот они уже проникли во внутренние миры друг друга и создали свой, новый, который не принадлежал ни ему, ни ей, а являлся их общим творением, и ничему другому там не было места. Если такой мир появился, он уже никогда не исчезнет и будет существовать даже после них. От этой мысли Элизе захотелось познать Джая до самой глубины его существа, понять, что именно делает его таким, какой он есть.

Позже, когда они лежали рядом и их руки и ноги сплетались воедино, Джай провел пальцами по ее спине.

– Посмотри на меня, – попросил он. – Открой глаза.

Элиза послушалась. Она улыбнулась и взяла Джая за руку.

– Отчего улыбаешься? – спросил он.

– Не знаю. Наверное, от счастья.

Джай просиял:

– Обожаю смотреть на твою улыбку и слушать твой смех.

– Ты меня постоянно смешишь, – произнесла Элиза.

– Надеюсь, в хорошем смысле.

– В самом хорошем.

Джай поцеловал ее. Элиза смотрела в его глаза, потом погладила его по волосам. По телу Джая пробежала дрожь, и он прижал Элизу к себе. Иногда она беспокоилась, есть ли у их отношений будущее, но рядом с Джаем ее покидали все тревоги. Элиза медленно повернулась и приникла губами к его щеке.

– Спасибо, – прошептала она.

– За что?

– За то, что ты – это ты. За то, что ты здесь. За… – Элиза запнулась.

– За?..

– За то, что с тобой я испытала то, о чем раньше представления не имела, – проговорила Элиза, лениво потянувшись. – Вот бы мы остались здесь на целую вечность! Так и лежали бы всегда.

Джай не ответил, только погладил внутреннюю сторону ее бедра.

– Хотя нет, мы бы проголодались, и пришлось бы вставать, – прибавила Элиза.

– Я уже проголодался. А ты?

– Я тоже, но не хочется двигаться. Да и вообще, после того, что между нами сейчас произошло, есть – слишком низменное занятие.

– А мне нравится все низменное, женщина.

– Неужели больше, чем любовь? Не может быть.

Джай изобразил сомнение:

– Хм… Дай подумать. Что же выбрать: еду или любовь?

Элиза ткнула его локтем в ребра. Джай ойкнул и рассмеялся, а потом сгреб ее в охапку.

Элизе нравились его объятия, его улыбка, смех и даже нахмуренный лоб. Что же он за человек такой – ни единого изъяна!

– Хочешь быть со мной? – набравшись храбрости, спросила Элиза. – Я имею в виду, всегда.

– Разве я недостаточно ясно это показываю?

Часть третья

Нам нужен не свет, а огонь. Не ласковый дождь, а гроза. Нам нужны буря, смерч, землетрясение.

Фредерик Дуглас[30]

Глава 24

Неприятные последствия от укуса паука прошли без следа, чего никак нельзя было сказать о любви Элизы к Джаю. Вскоре она вернулась во дворец в Джурайпуре. Дотти слышала о недомогании Элизы и наконец набралась смелости, чтобы нанести визит во дворец. Она вошла в комнату Элизы с букетом цветов.

– Должна сказать, что ты чудесно выглядишь. Ожидала увидеть тебя бледной и осунувшейся.

Элиза улыбнулась и откинулась на спинку дивана. Она никогда не чувствовала себя так прекрасно.

Дотти уставилась на подругу во все глаза.

– О боже! Неужели Клиффорд сделал предложение?

– Клиффорд?

Дотти положила цветы на столик у стены.

– Ты выглядишь как женщина, которая только что ответила «да».

– Нет.

– Тогда что же тебя так обрадовало? – Дотти понизила голос. – Или вернее будет спросить – кто?

Повисла короткая пауза. Вдруг рука Дотти взлетела к губам.

– Это ведь не то, что я думаю?!

Элиза не ответила.

– Так вот оно что! У тебя роман с кем-то из местных?

Не в силах удержаться, Элиза широко улыбнулась и кивнула.

– Да. С Джаем.

Дотти уперла руки в бока и застыла, как вкопанная.

– Вот это я называю «разворошить осиное гнездо». Причем осиные гнезда с обеих сторон.

– Неужели так трудно хоть чуть-чуть за меня порадоваться?

Дотти отошла к окну, некоторое время постояла возле него, потом снова повернулась к Элизе.

– Милая, подобные отношения ничем, кроме твоих слез, не закончатся. Все такие истории похожи одна на другую. Хотя могу представить, как это романтично.

Последнюю фразу Дотти произнесла с ноткой грусти.

– Поговори с Клиффордом. Постарайся смягчить удар, – попросила Элиза.

Дотти покачала головой:

– Нет, дорогая, я не вправе. Мой тебе совет: расставайся с Джаем, пока ваши отношения не зашли слишком далеко.

– Не могу.

– Скорее не хочешь. Честное слово, я тебя не виню. Это ведь такое волнующее приключение! Но Джай никогда на тебе не женится. Он выберет невесту из своего круга.

– Зря ты так уверена.

– Нет, не зря. Твоя репутация будет запятнана.

– Но я ведь была замужем. Невинной барышней меня не назовешь.

Дотти села на диван рядом с Элизой и взяла ее за руку.

– Вдова – одно дело, а брошенная женщина – совсем другое. Особенно если ее любовник – не англичанин.

Элиза вздохнула. Она хотела услышать совсем не это.

– Дорогая, я серьезно. Этой связи надо положить конец, и поскорее.

Джай дал Элизе ключ от своего кабинета, чтобы она могла заходить туда, когда пожелает. Она фотографировала там обитателей дворца и разбирала бумаги, когда Джай отсутствовал. Элиза решила сделать индивидуальные фотопортреты всех членов княжеской семьи и еще нескольких человек, хотя ей намного больше нравились случайные снимки в городе и в пустыне. Казалось, на фоне дикой природы личности людей проявлялись ярче.

Инди вернулась от бабушки. Элиза испытала облегчение, убедившись, что поездка на мотоцикле через пустыню не нанесла ущерба здоровью пожилой женщины.

– Наверное, ты рада вернуться, – сказала Элиза, устанавливая полевую камеру на треноге в кабинете и готовясь фотографировать Инди.

«Роллейфлекс» все еще находился в ремонте.

– Тяжело смотреть, как бабушка угасает, – произнесла Инди. – Откровенно говоря, лучше ей не стало. Старается держаться, но почти ничего не ест.

– Может, ты хотела остаться с ней?

– Бабушка настояла, чтобы я вернулась во дворец. – Выдержав короткую паузу, Инди спросила: – А у тебя какие новости? Долго тебя не было.

Элиза подумала о Джае, вспомнила разговор с Дотти и постаралась не выдать себя.

– Я помогала Джаю с водным проектом. Новый инвестор еще не подписал некоторые бумаги, но со дня на день получим финансирование, и тогда работа начнется всерьез.

– Интересно было бы посмотреть, как продвинулось дело.

– Джай наверняка тебя свозит. А теперь сядь, пожалуйста, на стол.

– На стол?

– Мне нужны снимки в неформальной обстановке.

Инди уселась на край стола.

– Может, я тогда сделаю вид, что читаю?

– Хорошая идея.

Инди взяла со стола Джая открытую книгу и очень убедительно притворилась, будто погружена в чтение.

– А теперь посмотри на меня и улыбнись.

Инди послушалась. Элизу в очередной раз поразила красота этой девушки. Ее подмывало задать вопрос об отношениях Инди с Чатуром, но, если Джай уже разобрался с этой проблемой, ни к чему ворошить то, что прошло.

– Хочешь, встану? – предложила Инди.

– Давай сначала сделаем еще один снимок книги.

– H bhagavna![31] – воскликнула Инди, перевернув страницу. – Зачем Джаю книга о токсичных веществах?

– Не представляю, – ответила Элиза и поспешила сменить тему. – Ты знаешь, что твоя бабушка приехала мне помочь, когда меня укусил паук?

– Да, она рассказывала. Я даже удивилась: бабушка столько о тебе говорила! Но зачем было так суетиться? От укуса черной вдовы умирают редко.

– По-моему, у меня он вызвал особенно острую реакцию. Но Джай прекрасно обо мне заботился.

Элиза невольно улыбнулась при воспоминании о том, как Джай ухаживал за ней, когда она болела, и сколько чуткости он при этом проявил.

– Представляю, – ответила Инди и растянула губы в неискренней улыбке, но ее глаза не улыбались.

– Инди, я…

– Не трудись, у тебя все на лбу написано. У него, кстати, тоже. Предупреждаю: если заметила я, заметят и другие.

– Прости, что так получилось, но у нас правда все начиналось с дружбы.

– Незачем извиняться. Мое увлечение Джаем прошло. Но я бы на твоем месте в него не влюблялась. Ты не первая, Элиза, далеко не первая. К тому же Лакшми это не понравится.

– Она ничего не знает, – ответила Элиза настолько спокойно, насколько позволяло ее бешено бьющееся сердце.

Она вспомнила, какими темными выглядели ноги Джая, переплетавшиеся с ее ногами на фоне белой простыни.

Инди состроила гримасу и покачала головой:

Страницы: «« « ... 1011121314151617 » »»