Какого цвета убийство? Эриксон Томас

Глава 57

Учиться в гимназии оказалось куда труднее, чем она себе представляла. Тут от тебя одной зависело, справишься ты или нет. Отец сказал, что она соревнуется только с собой. И был прав. Лишь она решает, как у нее все сложится.

В старших классах средней школы она все еще оставалась ребенком. Сейчас ей шестнадцать, и она более-менее взрослая. И относились к ней соответственно. Одноклассники новые, никто здесь не подозревает, что в девятом классе ее считали скучной. Здесь она могла начать с чистого листа. Правда, встречались люди, которых она знала раньше, но ей повезло – в ближайших к ней классах таких оказался минимум.

С самого начала она поставила себе амбициозные цели. Она понимала, что в первый год набрать отличные оценки трудно, но решила выложиться на все сто, а потом посмотреть, куда это ее приведет.

Бойфренда она сохранила. На баскетбол ходила, а гандбол забросила. По-прежнему бегала два раза в неделю и зубрила больше, чем когда-либо.

Через месяц после начала полугодия, когда осталась позади первая контрольная, мать вдруг сказала:

– Зачем тебе такие хорошие отметки?

Она непонимающе уставилась на женщину, давшую ей жизнь. Они находились в коридоре второго этажа. В одной руке она держала тряпку, в другой – бутылочку с чистящим средством. Мать стояла с метелкой для пыли, вторая ее рука лежала на бедре. Она смотрела на дочь, нахмурившись и даже как будто с претензией.

– С хорошими отметками я смогу поступить в университет, – ответила дочь как можно более нейтрально. Это была правда. Конкуренция становится все суровее. Не набрав высшие баллы, нельзя поступить туда, куда хочется.

– Ты собираешься получать высшее образование?

– Ясное дело.

– Есть и другие важные вещи в жизни, – проговорила мать, проводя метелкой по дверному косяку. – Заботиться о своей семье, например.

– Но ведь этим занимаешься ты. А я тебе помогаю.

Мать кивнула.

– Он не ожидает от тебя, чтобы ты была лучшей во всем.

А вот тут она ошибалась. Именно этого отец от нее ожидал. Она должна быть безупречна.

– В мое время достаточно было быть хорошей женой и матерью.

Дочь кивнула.

«Конечно же, мамочка. Только ты не очень хорошая жена. И не очень хорошая мать, если уж на то пошло. Бродишь из угла в угол и ничего не делаешь. Ничего не создаешь. Печешь булочки и готовишь еду, не вкладывая в это душу. Тебе хочется быть где-то в другом месте».

Сама она никогда не попадется в эту ловушку. Постарается насладиться жизнью по максимуму. Будет заниматься домом и учебой одновременно, да еще и веселиться по ходу дела. От души веселиться. Всем, кто захочет послушать, она расскажет, как счастлива.

Она принялась вытирать дверные косяки, хотя те не запачкались. Если они хотят, чтобы в доме каждый день пахло чистящим средством, она им это обеспечит.

Увидев, как мать ушла вниз по лестнице – скорее всего, направляясь в кладовку, где прячет в пылесосе бутылку, – она решила испечь пирог. Так, чтобы запах разнесся по дому, напоминая матери, что можно успевать и то и другое. Это никакая не сверхспособность. Когда вернется отец, она отрежет кусочек, положит на тарелочку и поставит на его письменный стол. Не будет устраивать из этого великого события. Слова не скажет. Просто позаботится о том, чтобы отец заметил. Нет пределов тому, с чем может справиться хорошая девочка.

Глава 58

С Ниной Алекс столкнулся внизу, в холле. В руке она держала кобуру, из которой торчала рукоять пистолета. Выглядела инспектор напряженно.

– Если ты планируешь кого-нибудь подстрелить, мне стоит держаться подальше, – пошутил он.

Нина отвела кобуру за спину, закрепляя на поясе.

– Ходила на стрельбы. Посещаю обычно раз в месяц. Обязаловка, да и навык легко утрачивается. Сегодня ты меткий ковбой, а завтра промажешь по условному слону.

Алекс ухмыльнулся.

– Уж я-то знаю.

– Сам занимаешься стрельбой?

– Да, но не из пистолета. Из лука.

Нина двинулась в сторону лифта, поманив его за собой. Их ждало дело.

– Ого, стреляешь из лука? Не знала, что ты Робин Гуд. Всегда хотела попробовать. На вид это очень сложно.

Алекс пожал плечами.

– Попробуешь как-нибудь.

Уж об этом он в состоянии позаботиться.

* * *

Кабинет Хельмарка оказался набит до отказа, когда там попытались расположиться четыре человека. Помимо самого комиссара, у стола сидели Нина и Алекс. Последний кратко поздоровался с Хельмарком, который лишь кивнул, когда они обменялись рукопожатиями.

В душном помещении также находился тот человек, номер телефона которого они нашли на доске для записей в доме Фредрика. Поначалу Хельмарк не заинтересовался этой зацепкой, но чем дальше, тем больше он склонялся к тому, чтобы искать ответы абсолютно везде. Как он ни старался, мобильного телефона Мартины так и не обнаружил. Следующим шагом было выяснить, действительно ли дом пустует по ночам. И, учитывая полное отсутствие прогресса в расследовании убийств, комиссар вполне мог уделить делу своего брата час-другой.

Посетитель был одет элегантно, в облегающий костюм с галстуком и носовым платочком в кармане. Из рукавов торчали ослепительно белые манжеты. Запонки, похоже, дорогие. Этот педант словно сошел со страниц журнала для английских джентльменов.

– Я из агентства, – пояснил Ульф Линдеборг. – Мы выступаем посредниками при поиске фрилансеров, работающих в медийной области, в первую очередь журналистов.

– Об этом я почти догадался, – буркнул комиссар полиции.

– Каким образом вы познакомились с Фредриком Хельмарком? – спросила Нина.

– Иногда нам – мне – поступают заявки от заказчиков, которые не хотят обращаться в медийную компанию. Дабы завладеть вниманием работника безраздельно. Зачастую им нужен фрилансер, которого можно заставить всецело заняться каким-то проектом.

– Фрилансеры всегда голодные, да? – вставила Нина.

Джентльмен проигнорировал это замечание.

– Бывает, что ко мне поступают запросы по поводу конкретных личностей. Хотят узнать, подходит ли им этот человек, выясняют, какие проекты он делал раньше. Просят отзывы.

Хельмарк переглянулся с Алексом и Ниной.

– Ближе к делу, пожалуйста, – проговорил он, барабаня пальцами по столу.

Линдеборг выпрямился. Держался он достойно, ничего не скажешь.

– Четыре месяца назад я получил запрос, который пришел не по обычным каналам. Вопрос формулировался так: могу ли я порекомендовать бесстрашного журналиста. Знаю ли я кого-нибудь, кто достаточно крут и компетентен, чтобы взяться за работу для очень взыскательного заказчика, где ему или ей будут предъявлены очень суровые требования.

– И вы ответили, что знаете такого? – спросила Нина.

– Вопрос касался написания биографии. Человек, связавшийся со мной, сказал, что заказчик – частное лицо, один из крупнейших предпринимателей в стране. В какой отрасли – не уточнили… Впрочем, я все равно узнал об этом позже.

Линдеборг смолк. Хельмарк сделал нетерпеливое движение рукой.

– Этот предприниматель – первопроходец в своем деле, настоящий первооткрыватель. И теперь он, видите ли, захотел, чтобы написали его биографию. Мне намекнули, что вознаграждение будет очень хорошим.

Нина вставила:

– Похоже, у этого человека большое самомнение.

– Знали бы вы, какие люди обращаются с подобными запросами. Однажды меня спросили…

– Давайте дальше – и ближе к делу, – сказал Хельмарк. – Нет времени часами лясы точить.

Линдеборг на несколько секунд замер от недовольства, потом продолжил:

– Конечно. Я подобрал двух журналистов, оба очень серьезные и уважаемые за свои профессиональные качества. Проанализировав их прошлые заслуги, я счел, что оба одинаково достойны. Переслал их имена, и тот, с кем я связывался, перезвонил мне на следующий день. Они выбрали этого парня.

Комиссар Хельмарк развел руками.

– И что?

– У меня возникло чувство, что другого они всерьез не рассматривали. Все произошло очень быстро. Но несколько недель назад я вышел с журналистом на связь – впервые с тех пор, как он согласился на это предложение. Хотел поинтересоваться, как движется работа.

Ульф Линдеборг откинулся на спинку и сложил руки на груди.

– Он сказал немного, но намекнул, что все пошло наперекосяк. Судя по голосу, он был в стрессе.

– Ему угрожали? – спросила Нина.

Агент расстегнул молнию на своем портфеле. Засунул туда руку, собираясь что-то достать, но рука так и осталась там. Он повернулся к Хельмарку.

– Он рассказал, что подписал договор, по которому не имеет права ни с кем обсуждать свою работу. Не имеет права отказываться от изменений со стороны заказчика. Подозреваю, что, перед тем как поставить подпись, он даже не прочитал договор. Знаете, он производит такое впечатление…

– Растяпы. Голову даю на отсечение, что не прочитал, – буркнул себе под нос Хельмарк.

– В общем, он подписал. И только на прошлой неделе осознал, что заказчик будет требовать от него соблюдения этого соглашения до последней запятой. Проблема в том, что этот самый предприниматель построил свою деятельность не на самых законных основаниях.

Глаза комиссара полиции сузились.

Нина с сомнением хмыкнула.

– Послушайте. Фредрик Хельмарк – ваш брат, не так ли? Вы же не просто однофамильцы?

Габриэль поджал губы.

– Что ж, это очевидно. Брат.

Линдеборг замешкался, но все же достал из портфеля конверт. Затем открыл его и достал фотографию. Все присутствующие склонились над столом.

– Это и есть заказчик. Я узнал по своим каналам.

Хельмарк взял снимок обеими руками, уставился на него, потом поднял взгляд на агента, этого щегла, упакованного в «Армани».

– Скажи, черт подери, что это шутка.

Ульф Линдеборг опустил глаза и покачал головой.

* * *

Алекс откашлялся. В лице человека на фото ему почудилось нечто знакомое. Длинные волосы, бородка…

– Кто этот красавчик? – спросил он.

Ни Хельмарк, ни Линдеборг не торопились отвечать.

Инициативу взяла Нина:

– Лукас «Люцифер» Свартлинг.

– Да кто это такой? – повторил Алекс.

– Один из крупнейших главарей гангстеров, числящийся в национальном розыске, – ответил Хельмарк и положил руку себе на затылок. – Почему именно Фредрик? – спросил он, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Когда заказчик связался со мной впервые, мне на почту как раз пришло резюме Фредрика, – ответил Линдеборг. – Само собой, это мог быть кто угодно другой, но вот так две случайности сошлись на моем письменном столе. Совпадение или чей-то план? Я не знаю.

На несколько секунд воцарилась тишина. Потом агент произнес:

– После нашего последнего разговора и когда я выяснил личность заказчика, я подумал, что мне, быть может, стоит попытаться разорвать его контракт…

– И что, ты попытался?

Линдеборг покраснел.

– Нет, – почти шепотом ответил он.

Глава 59

Йоранссон покачал головой.

– Ну и как это теперь сработает? Теперь, когда старуха Аксберг попала в газеты, все ведь поняли, что обращаться в полицию опасно для жизни?

– Но, – возразил Сундстрём, – какие варианты? Если мы не будем призывать народ обращаться к нам, когда им угрожают расправой…

– Дело совсем не в этом, – отрезал Хельмарк. Он был в отвратительном настроении. Встреча со щеголем из «Ассоциации журналистов» вызвала у него сильнейшую головную боль. Помимо этого, в телефоне скопилось несколько сообщений от проклятущего Магнуса Одебьера, однако он так и не собрался ему перезвонить. Если адвокаты хотят затянуть его во все это дерьмо – пусть, но без его участия. Он займется этим геморроем, когда раскроет убийство. И ни минутой раньше.

– Само собой, мы должны просить людей связаться с нами. Вопрос в том, как сделать так, чтобы они действительно к нам обращались. Вот это я очень хотел бы знать.

Хельмарк оглядел свою небольшую следственную группу. Четверо, плюс он сам, плюс Нина Мандер. Тем не менее никаких успехов. Полный ноль, черт возьми, совсем никаких зацепок.

Утром он побывал у Ульвгрена и подбросил начальнику несколько сахарных косточек – как учил консультант Алекс Кинг.

– Я хотел бы, чтобы пресс-конференцию провел ты, – сказал ему комиссар, решив поддерживать начальника в хорошем настроении. И правда, ничего странного в том, что шеф присутствует на таком мероприятии. – Там кровь из носа нужен человек, как ты, с таким авторитетом и внушительностью.

Полицмейстер чуть не обделался от удовольствия – правда, все равно отказался.

Пресс-конференция была назначена сегодня на вторую половину дня. Если б они только знали, как достучаться до целевой группы жертв этих чудовищных вымогательств, чтобы те действительно обращались в полицию…

За Рогером Аксбергом, очевидно, следили. Неужели эти негодяи приставят слежку к каждому, кому разошлют свои злосчастные письма? Для этого нужны огромные ресурсы. Хельмарк исходил из того, что преступники были особенно внимательны в начале и пристально следили за первыми жертвами. Ведь следить за теми, кто находится в списке ниже, уже не будет нужды. Цель достигнута: миллионеры напуганы до смерти.

Чем больше комиссар размышлял, тем яснее понимал, что другого пути нет. У них есть один-единственный след – Роберт Жигарра, – а он как сквозь землю провалился. Его не было по адресу, где он прописан, его не удалось найти на рынке труда. Кем он сейчас работал? Ни трудоустройства, ни пособий. Никаких обращений в больницу – за страховкой или куда там обыкновенно обращаются все нормальные граждане. Ни-че-го.

Комиссар Хельмарк поднял руку, и гомон в группе стих.

– Мы вынуждены обнародовать имя Жигарры. Это единственное, что у нас есть.

– Ты спятил? – выпалил Йоранссон. – У нас нет никаких доказательств, никакого решения об аресте, ничего…

И все снова разом загалдели.

– Другого пути я не вижу, – Габриэль ударил ладонью по столу, затем встал и покинул помещение.

* * *

Едва вернувшись домой из полиции, Алекс кинулся к своему компьютеру. Пиджак забросил на спинку стула, а помятый конверт из клиники достал и положил рядом с собой. Письмо постепенно теряло вид и уже выглядело довольно потрепанно. Завтра он положит его в новый пиджак. Некоторое время Алекс смотрел на конверт, потом задвинул его под газету. Успеется. Сейчас важно другое.

Много лет консультант Кинг фотографировал всех участников семинаров и тренингов. С 2001 года он носил с собой цифровой фотоаппарат на все мероприятия, собрав тысячи снимков. Все они хранятся на сервере фирмы, разложенные по папкам, и все фото подписаны именами участников. Цель проста – иметь возможность при следующей встрече обратиться к каждому лично, показать, что ты помнишь, как его зовут. Очень эффективно и сразу дает множество плюсов.

Алекс начал методично просматривать все папки, начиная с буквы «А». На мониторе один за другим высвечивались лица и имена прежних клиентов. Когда он просмотрел уже более пятисот фотографий, с экрана на него вдруг глянул уже знакомый человек.

«Открытый тренинг по ситуационному управлению предприятием, 05.04.2007» – гласила подпись.

Портрет мужчины лет тридцати, короткая стрижка почти под ноль, квадратное и гладко выбритое лицо. Он был одет в костюм с галстуком. Долгое время Алекс разглядывал его, потом посмотрел на имя.

Ларс Свенссон.

Его фирма называлась «ЛС ИНВЕСТ».

Насколько он помнил, организация занималась импортом.

Алекс распечатал фотографию, терпеливо ожидая, пока Ларс Свенссон вылезет из принтера в черно-белом цвете. Потом взял карандаш и не спеша дорисовал портрет, добавив к нему черную козлиную бородку и собранные в хвост волосы.

Теперь на него смотрел Лукас Свартлинг.

Глава 60

– Скорее всего, он позвонил нашему администратору, чье имя было указано в объявлении, – сказал Алекс, когда на следующий день встретился с Ниной у нее в кабинете. – Она записала его как «выразившего интерес».

– Как вы общались? – спросила Нина.

– По электронной почте.

– Адрес сохранился?

– Проверил вчера. Не активен. Номер мобильного телефона у меня тоже есть. Там не отвечают. Но гудки идут, он не отключен.

Алекс достал из кармана листок бумаги со своим вчерашним рисунком и положил перед Ниной.

– А если бы он ответил? – спросила та, приподняв одну бровь.

Хороший вопрос. Вчера он об этом даже не задумался.

– Наплел бы, что провожу опрос по итогам тренинга, проведенного несколько лет назад. В деталях не помню, чем мы там занимались, но можно попытаться поднять информацию. Его профиль, какие-то заметки. Мне еще нужно поискать на рабочем компьютере.

Она медленно кивнула.

– Да, интерес представляет все. Но тут мы имеем дело не с обычным предпринимателем, ты должен это учитывать. До Свартлинга трудно добраться: он позаботился о том, чтобы замести все следы. Но мы почти уверены, что на его совести череда тяжких преступлений. Если Фредрик и его семья оказались у него в руках, то дело обстоит еще хуже, чем мы думали. Гораздо хуже.

Алекс обдумывал ее слова, но не мог понять: она пытается напугать его или же заставить еще больше увлечься этим делом? Разберется как-нибудь. Он выпрямил спину, так что в позвоночнике захрустело – сказывалось полночи за компьютером.

Некоторое время Нина молчала. Потом подняла глаза и посмотрела на него выжидающе.

– Я уже все продумал, не волнуйся. Что тебя тревожит?

Инспектор Мандер заколебалась.

– Может, ты поможешь мне в другом деле. Хельмарк хочет, чтобы я присутствовала на пресс-конференции, а я бы скорее согласилась проехать нагишом через весь город на самой дурной лошади, чем идти туда.

Алекс рассмеялся, представив эту картину. Впрочем… Вышло весьма неплохо. «Так, ну-ка соберись», – осек себя он.

– Не фанат направленных на тебя микрофонов и телекамер?

– Шеф вбил себе в голову, что журналисты будут менее кровожадны, если за стол сядет женщина.

– А ты как думаешь?

– Не имеет значения, что я по этому поводу думаю. Он хочет, чтобы я была там. Не понимаю, как все это будет выглядеть.

– Ты не одинока. Большинство людей не представляют занятия хуже, чем выступать перед публикой. Но когда доходит до дела, по многим этого и не скажешь. Умеют подать себя толпе.

– Мне конец, – пробормотала Нина, тяжко вздохнула и скорчила трагическую гримасу.

– Да брось. Ты драматизируешь. Что от тебя там требуется? Докладывать, отвечать на вопросы?

– Если дословно, то Хельмарк сказал: «Достаточно, чтобы ты просто сидела там».

Алекс приподнял брови, сдержав улыбку.

– Давай пройдемся по всем вариантам. Что самое ужасное может случиться?

Она снова вздохнула.

– Ничего, наверное. Но вдруг мне все же зададут вопрос… И тогда из «предмета мебели» я превращусь в человека, от которого ждут, что он откроет рот и заговорит.

– Так, допустим. Как ты поступишь?

– Переадресую вопрос начальнику.

– Скучно. Слишком просто. Другие варианты? – спросил Алекс, мгновенно включившись в привычную роль коуча. Нужно спровоцировать ее на сложное и неприятное решение. Нина подхватила его подачу.

– Наверное, отвечу на вопрос журналиста сама. Других вариантов нет.

– Ты владеешь материалом?

Она кивнула.

– По большей части. Планирую взять с собой папку с документами. Выглядит солидно, к тому же – шпаргалка всегда под рукой.

– Отлично. Если тебе зададут вопрос, ты сможешь на него ответить. С важным видом заглянешь в свои записи. Прикрой глаза и скажи сама себе, как ты ответишь на вопрос.

– Элегантно и умно. Сдержанно, но достаточно развернуто, чтобы от меня отстали. Да так, что никто не заметит, что я чуть не надула в штаны от страха.

Он рассмеялся. Шутка – всегда хорошее решение, значит, есть с чем работать.

– Кстати, о штанах: если журналисты покажутся тебе слишком грозными, представь себе, что все они без штанов. И сидят там с голыми задницами. Я всегда так делаю. Без штанов невозможно выглядеть устрашающе.

Инспектор ухмыльнулась и молча посмотрела на него. Да ладно, она что, прямо сейчас решила попрактиковаться и представить его без штанов? Алекс смутился и поспешил сменить тему:

– Во сколько там твоя пресс-конференция? У меня есть идея.

* * *

– Как здорово! – воскликнула Нина, когда они припарковались у клуба лучников. – Как давно ты этим занимаешься?

Алекс достал лук с заднего сиденья. С оружием в руках он чувствовал себя увереннее – словно контролировал большую часть своей жизни.

– Всерьез? Лет десять. Но до этого еще столько же занимался просто так, для себя. – Он захлопнул дверцу машины. – В моей семье это что-то вроде традиции – все стреляли из лука.

Они двинулись к стрельбищу.

– Трудно? – спросила Нина.

Алекс рассмеялся.

– Я мог бы ответить, что проще простого и что все сразу получится. Но это и правда довольно трудно. И не дает ощущения, на которое люди обычно рассчитывают – с первого выстрела ощутить себя Робином Гудом и элегантно попасть в яблочко. Нужно стоять неподвижно несколько минут и пытаться правильно дышать, сфокусировав внимание. А сам выстрел занимает полсекунды.

– Похоже, это как раз то, что мне нужно. Потренироваться стоять неподвижно.

Алекс вспомнил, когда решил всерьез заняться стрельбой из лука. В жизни выдался особенно напряженный период: он только что купил акции фирмы, в которой работал, и вдруг дела ее пошли из рук вон плохо. Вся команда трудилась на износ, но чуда все никак не случалось. Компания стремительно летела к банкротству, а вместе с ней и Алекс. Он толком не спал, порой целыми ночами ворочаясь и глядя в потолок. То набирал, то терял вес. Происходящее находилось вне зоны его контроля. Он скрупулезно менял параметры своей жизни, но это не помогало. И тут Алекс нашел на чердаке свой старый лук – и в одну секунду принял решение. Вот она, область жизни, где он сможет наконец взять все в свои руки.

Вот почему ему подумалось, что Нине Мандер полезно попробовать стрельбу именно сейчас. Ей тоже нужно чуть больше контроля.

На стрельбище было почти пусто – только пожилая пара. Старичок ругал старушку за то, что та неправильно ставит ноги.

– Ух ты, – негромко проговорила девушка, незаметно кивнув в сторону пожилой пары.

– Они всегда так, – ответил Алекс, вынимая стрелы. – Она в два раза метче него.