Загадка красных гранатов Иванов Антон

— Мысль интересная и, я даже сказала бы, правильная, — Варвара кинула на него лучезарный взгляд. — Только вот кого душить и каким образом?

— Ясное дело, Кешу, — Герасим не испытывал по сему поводу никаких сомнений. — И, между прочим, Лику тоже.

— Слушай, Муму, — сказал Иван. — Ты ведь сам все время твердишь про презумпцию невиновности. А у нас, между прочим, никаких доказательств нету. Мы даже ничего не видели.

— Вы не видели, а я видел, — Герасим упрямо выпятил квадратный подбородок.

— Но ты ведь не можешь утверждать, что там были наркотики. — Марго не сводила с него взгляда.

— А что, по-твоему, ещё может быть такое маленькое и такое ценное? — ответил вопросом на вопрос Муму. — Не забывайте: у Кеши из-за этого сумку хотели свистнуть.

— Это тоже из области предположений, — снова заговорил Иван. — Пока мы располагаем одним фактом: сумку свистнули у меня.

— А то, что у Кеши сумка точь-в-точь как твоя — не факт? — продолжил полемику Каменное Муму.

— Факт, — кивнул Луна. — Но ведь такая же точно может быть у кого-то еще. Мы ведь не всю школу прочесали.

— Что вы всем этим хотите сказать? — обозлился Муму.

— Только то, — спокойным тоном произнесла Маргарита, — что нам нужно сперва добыть неопровержимые факты и доказательства, а уж потом решать, как мы будем вести себя дальше.

— Пр-резумпция невиновности, — очень отчетливо выговорил в бабушкиной комнате попугай.

— Молодец, Птичка, — расхохотались ребята.

Герасим надулся.

— Пока мы будем добывать факты, торговля наркотиками в нашей школе достигнет катастрофических размеров, — угрожающе заявил он.

— Пожалуйста, действуй, — повернулась к нему Варвара. — Только, предупреждаю, Герочка: может выйти оч-чень забавно.

— Не вижу ничего забавного, когда речь идет о наркотиках. — Муму впал в окончательный пафос.

— Да я немного о другом, — продолжала Варвара. — Вот ты на Кешу стукнешь, на твой сигнал отреагируют, а потом выяснится, что он передал Лике совсем не наркотик, а пластиночку жвачки или конфетку.

— А почему он сделал это тайком? — не унимался Герасим. — Мог бы и при всех.

— Мало ли почему, — усмехнулась Варвара. — Может, ему с Ликой просто хотелось встретиться с глазу на глаз.

— Нет, — возразил Герасим. — Они с глазу на глаз не общались. Я видел.

— Ах, что же ты молчал? — с иронией покосилась на него Варя. — Выходит, там был кто-то третий?

— Не прикидывайся дурой, — Муму густо покраснел. — Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду. Интима не было.

— Тр-ретий лиш-шний, — заявили из бабушкиной комнаты. — Гер-расим дур-рак!

— Устами птицы глаголет истина, — немедленно отреагировала Варя.

— К твоему сведению, у птиц не бывает уст. И вообще, мне этот гриль-попугай надоел, — обиженно изрек Герасим. — А доказательства… Что ж, если хотите, будем искать.

— Какая радость! — Варвара всплеснула руками. — Мумушечка нам разрешил!

— Только все равно в результате окажется, что я прав, — добавил Герасим. — Я в этом уверен.

— Ладно. Раз все доели, — Марго окинула взглядом стол, — пошли в гостиную.

— Правильно, — поддержал её Муму. — Там этого птеродактиля меньше слышно.

— Гр-рубиян! — не замедлил с ответом Птичка Божья.

— Сам такой, — минуя дверь комнаты Ариадны Оттобальдовны, бросил Герасим.

— Тар-ракан плеш-шивый, — высокопарно произнес попугай.

— Что-о? — Герасима охватило такое возмущение, что он даже вернулся и заглянул в комнату. — Как ты меня назвал?

— Тар-ракан плеш-шивый! — с явной охотою повторил Птичка Божья. И залихватски присвистнув, заявил: — Мор-рить надо.

— Вы слышали? — позеленел Каменное Муму. — Кто его этому обучил?

— Наверное, по телевизору какую-нибудь рекламу услышал, — хихикнула Варя.

— Телевизор-р, телевизор-р, — оживился попугай.

Он очень любил смотреть вместе с бабушкой разнообразные передачи.

— Телевизор тут совершенно ни при чем, — Герасим просто кипел. — Предположим, про таракана он мог там услышать. Но почему таракан плешивый? Как таракан может быть плешивым, когда эти насекомые вообще без волос?

— Видно, у Птички Божьей свой взгляд на вещи, — предположил Луна.

— Тогда, значит, он сам придумал. — Муму воплощал собой оскорбленную добродетель. — Давно ведь вам говорю: он тут сидит и все свободное время придумывает специально про меня разнообразные гадости.

— Делать ему больше нечего, — встала на защиту попугая Марго.

— Естественно, нечего, — Герасим готов был начать новую дискуссию. — Вы бы сами в клетке посидели.

— Я как-то не понимаю, Герочка, ты Птичке Божьей сочувствуешь или его осуждаешь? — поинтересовалась Варя.

— И вообще, не расстраивайся, — подхватила Марго. — Могу его выпустить. Пусть погуляет на воле.

— Свобода уз-зникам пр-роизвола! — весьма к месту провозгласил попугай.

— Марго, — Павел молитвенно сложил руки на груди. — Выпусти его, пожалуйста.

— Только через мой труп, — заартачился Каменное Муму.

— Тр-руп, — раздалось из клетки. — Гер-расим тр-руп.

— Ну! — Муму простер руку в сторону комнаты с попугаем. — Я ж говорю: на ходу сочиняет.

— Плеш-шивый, — вкрадчиво прошептал попугай.

— Почему плешивый? — кинулся к клетке Герасим. — Ты, курица слепая! Видишь? У меня шевелюра!

И он взъерошил волосы на голове.

— Тар-рантул, — брезгливо и одновременно с оттенком скорби констатировал попугай.

— Он… Он… — потыкал Герасим пальцем в клетку. — Эта тварь меня ненавидит.

— Клас-совая вр-ражда, — подтвердил Птичка Божья и демонстративно повернулся к противнику ярко-красным хвостом.

— Пошли, пошли, Мумушечка, — Варя решительно подтолкнула его к выходу. — Не нервируй птичку.

— Почему плешивый? — кинулся к клетке Герасим. — Ты, курица слепая! Видишь? У меня шевелюра!

— Птичка Божья — хор-рошая птичка, — плаксиво протянул попугай.

— В гробу я таких хороших видел, — свирепо рявкнул Муму. — И в белых тапочках.

— В гр-робу, в гр-робу, в гр-робу, — забормотал попугай. Похоже, он стремился запомнить понравившееся слово.

— Вот видишь, — покачала головой Варя. — А ты ещё спрашивал, кто его учит. Он от тебя, Герочка, и набирается.

— Кур-ра, кур-ра, кур-ра, кур-ропатка недожар-ренная, птер-родактиль, — Птичка Божья будто подтвердил Варины слова.

— Пошли, пошли, — взяв Герасима за руку, Варя поволокла его в гостиную.

Тот упирался:

— Нет, нам сперва надо выяснить отношения.

— Раз так, — сказала Марго, — я сейчас его выпущу. Иначе у вас неравные условия.

— Хочу к бабуш-шке! — жалобным голосом возопил попугай. — Где бабуш-шка? Подр-руга дней моих сур-ровых!

— Нет уж, лучше пойдемте, — направился в гостиную Каменное Муму.

Все последовали за ним. Плюхнувшись в кресло, Герасим поморщился:

— У меня была какая-то важная мысль. Но из-за этой курицы все из головы вылетело.

— Неудивительно, если такая головка слабая, — фыркнула Варя.

— Эй, может, вы потом поругаетесь? — взмолился Баск. — Мне ведь уже скоро уходить, а мы так ничего и не решили.

— Гер-расим р-решил! Ха-ха-ха-ха-ха! — сардонически расхохотался попугай.

— Баск, все претензии к нему. Он мешает, — буркнул Муму и плотно затворил дверь, отделяющую гостиную от коридора.

— Вся беда в том, — с трагикомическим видом заметила Варя, — что у нас тут не один попугай, а два.

— И одна очень глупая девчонка, — не остался в долгу Герасим.

За что был снова наказан. Ибо Варя воскликнула:

— Обожаю самокритичных людей! Видите? Сам признается, что попугай.

— Ребята! — возопил Сеня. — Ну, я же прошу: будьте людьми! У меня вот какая идея возникла: если это и впрямь наркотики, то у нас в школе сейчас столкнулись две группировки.

— Как это две? — не понял Иван. — Ты хочешь сказать, что одна группировка я, раз у меня сумку стырили?

— Да нет, — отмахнулся Баскаков. — В одной группировке предположительно Кеша, а в другой — те, кто сумку тырил. Они ведь надеялись свистнуть у Кеши «товар».

— Братцы, а ведь это похоже на правду, — Луна хлопнул себя по колену.

— Ну! — выкрикнул Сеня. — Кому-то из враждебной группировки стало известно, что Кеша сегодня приволок товар в школу. Вот они и решили увести его.

— Только, по-моему, маловато товара, — засомневалась Марго.

— Почем ты знаешь, — возразил Луна. — Может, у него в сумке много таких ма-аленьких симпатичных пакетиков с порошочком.

— Жаль, мы дальше за ним не последили, — сказала Марго.

— Слушайте, — перебил её Иван. — А Лика тоже что-нибудь Кеше отдала?

— Нет, — внес ясность Муму. — Она просто ушла.

— Значит, в кредит отпустил, — с бывалым видом заявил Сеня. — Ребята, кажется, я врубился, с чего нужно начать. Завтра же наведу справки о Кеше. Если он такими делами занимается, наверняка это кто-нибудь знает.

— Правильно, — поддержал его Луна, — а вы, девчонки, попробуйте выяснить все о Лике. Кстати, Варька, откуда ты знаешь ее?

— Вообще-то, я лично её не знаю, просто в курсе, что она из десятого класса и зовут её Лика. Но есть у кого расспросить о ней побольше.

— И у кого же? — пристально воззрился на неё Герасим.

— Много будешь знать, Мумушечка, скоро состаришься. А ты уже и сейчас занудный и противный.

— Сама очень умная, — огрызнулся Герасим.

— Ребя-ята! — в который раз воззвал Сеня. — Не забывайте про мой лимит времени.

— В общем, узнаю, — пообещала Варвара, ехидно покосившись на Герасима. — Есть человек, который скажет.

— Ох, ох, какие тайны мадридского двора, — с издевкою произнес Герасим и, отвернувшись от Вари, прикинулся, будто с интересом изучает пейзаж, висящий на стене.

— Кстати, за Кешей тоже надо бы установить тайное, но пристальное наблюдение, — сказал Иван. — Может, он вообще каждый день «товар» у нас в школе распространяет.

— И адрес его тоже следует выяснить, — подхватил Луна. — Если окажется, что он живет в одном дворе или даже доме с кем-то из наших, считайте, у нас будет дополнительная информация.

— Слухами земля полнится, — Герасим наконец соблаговолил отвлечься от пейзажа.

— Но вообще-то странно, — Ивана вновь охватили сомнения. — Если за Кешей следила конкурирующая группировка, каким образом их угораздило перепутать сумки?

— Да какая тебе разница? — спросил Муму. — Главное, что угораздило, и теперь мы в курсе.

— Лучше бы быть не в курсе, — тихо сказала Марго.

— Марго, — вдруг осенило Варю. — А, может, у камушков твоих спросим? Что они скажут нам?

— Ой, Марго, правда! — Сеня даже вскочил на ноги. — Как же мы про это забыли? Давай быстрее, пока я не уехал.

Магические камушки принадлежали когда-то в средние века далекой прапра… и ещё много раз прабабушке Марго — персидской княжне, волею судеб попавшей к испанскому королевскому двору и исцелившей наследного принца от неизлечимой болезни. Позже княжна впала в немилость и была сожжена как ведьма на костре инквизиции, успев, однако, передать внучке магические камушки, с помощью которых можно определять будущее, видеть прошлое и предсказать судьбу. С тех пор так и повелось: камушки и колдовской дар передавались в роду Марго от бабушек к внучкам. И вот, когда девочке исполнилось тринадцать лет, Ариадна Оттобальдовна вручила их ей, а заодно и поделилась кое-какими магическими секретами.

Правда, мама Марго сердилась, что Ариадна Оттобальдовна забивает внучке голову «всякой ерундой». Однако Команда отчаянных придерживалась совершенно иного мнения. Во время прошлых расследований у них было множество случаев убедиться, что древние камушки никогда не врут.

— Давай, давай, Марго, неси! — продолжал торопить её Сеня.

— Что ж, попробовать можно, — сдалась девочка.

Она покинула комнату и вскоре вернулась с потертым замшевым мешочком. Судя по его виду, он служил многочисленным владелицам, если и не со времен средневековья, то, во всяком случае, с очень давних времен.

Расчистив угол стола, Марго задумалась.

— Да кидай, кидай! — Баск уже совершенно извелся.

— Подожди, — она на него строго посмотрела. — Сперва нужно сообразить, чего мы хотим от камушков.

— Ежу понятно чего. — Сеня не видел никаких проблем. — Кто и зачем таскает в школу наркотики и кто тырил сумку?

— Это неконкретно, — заспорил Каменное Муму.

— Куда уж конкретнее, — стоял на своем Баск.

— Погодите, — Марго остановила их резким взмахом руки. — Так нельзя. Думаю, у камушков надо спросить по-другому: исходит ли от Кеши зло?

— Да хоть как-нибудь спроси, — Баск не отрывал взгляда от часов. — Пятнадцать минут! Мне с вами сегодня осталось только пятнадцать минут!

— Марго, уважь ребенка, — вступилась за него Варя.

Уголки рта у Марго чуть вздернулись вверх, и она, молча кивнув, сжала замшевый мешочек ладонями. Все затихли. Теперь ей ни в коем случае нельзя было мешать. Губы её беззвучно задвигались. Она произносила тайное заклинание, а взгляды друзей были прикованы к лицу девочки, в котором в такие минуты и впрямь появлялось что-то колдовское.

Произнеся заклинание, она на миг замерла, потом резким движением высыпала камушки на стол и склонилась над ними, изучая их расположение.

Друзья заметили: Марго почти сразу нахмурилась. Варвара, не выдержав, спросила:

— Что-нибудь не так?

— Просто очень странно, — отозвалась Маргарита. — Погодите-ка. Я ещё раз попробую.

Аккуратно собрав камушки в мешочек, она повторила весь ритуал сначала. И опять очень долго разглядывала причудливый узор. Однако и после этого ничего не сказала ребятам.

Так повторялось ещё дважды. Баск просто весь изъерзался и извелся. Через десять минут ему следовало уйти. Но он не мог сделать этого, так ничего и не узнав. И хоть ему было прекрасно известно, что Марго нельзя мешать, он все же спросил:

— Ну, что там?

— Там… — Марго обвела сомнамбулическим взглядом друзей. — Там есть зло. Очень большое зло. И опасность. Только она грозит почему-то… Ивану.

Глава IV.

СТРАННЫЕ ВОРЫ

— Ивану? — её слова ошеломили Сеню. — С какого бока?

— Глупости, — безапелляционно заявил Муму. — Ты, Маргарита, наверняка что-то перепутала.

— Мне самой это странно, — с подавленным видом произнесла девочка. — Вы же видели: я специально несколько раз подряд кидала. И камушки все время указывали на Ивана. Только… опасность ему грозит совсем не со стороны Кеши.

— Что-о? — уставилась на неё вся компания.

— Нет, Марго, перекинь ещё раз, — не унимался Герасим. — Какая-то у тебя получается полная и притом нелогичная чушь.

— Камушки никогда не врут, — откинув с лица прядь густых иссиня-черных волос, тихо, но твердо произнесла Марго.

— Значит, ты чего-то сегодня не понимаешь в них, — упорствовал Муму. — Мы ведь уже точно установили, что этот Кеша распространяет наркотики.

— Мы ещё ничего точно не установили, — напомнил Иван. Вид у него был встревоженный. В отличие от Герасима, он верил предсказаниям древних камушков, да и был убежден: Марго не может ошибиться. — А потом, — продолжил он, — одно не противоречит другому.

— Совершенно верно, — поддержал Павел. — Кем бы этот Кеша не был, Иван-то ему ничего плохого не сделал. Так с какой стати он будет ему угрожать?

— Ни с какой, — Баск бросил панический взгляд на часы. — Ребята, у меня осталось три минуты. Слушай, Ванька, пока я не ушел, потряси-ка ещё раз свою сумку. Вдруг у тебя все-таки что-то пропало?

— Нет, — возразил Иван. — Я ведь уже проверял.

— Попытка — не пытка, скорее, — настаивал Сеня.

— Ну, если тебе так хочется…

Пожав плечами, Иван принес из передней сумку и вывалил её содержимое на ковер гостиной.

— Вот. Видите? Все на месте. Даже ключи от квартиры. И, главное, абсолютно ничего лишнего. Только мои собственные вещи.

— А ты ничего не забыл? — Баск уже успел натянуть куртку и теперь зашнуровывал ботинки.

— Да ничего, ничего, — уже надоело повторять Ивану.

— Ну, тогда пока.

Сеня побежал к двери. Друзья пошли провожать его.

— Мысленно с вами, — тоскливо вздохнув, он шагнул в подошедший лифт.

Створки захлопнулись. Команда отчаянных возвратилась в гостиную.

— Да-а, — с сочувствием протянула Варя. — Никакой жизни у человека.

— Ничего, — деловито произнес Герасим. — Вот потом Баску большое наследство достанется, и он отыграется. Так сказать, возьмет реванш за тяжелое детство.

— Фу, — брезгливо поморщилась Варя. — Какая пошлость. Даже от тебя, Мумушечка, я подобного не ожидала.

— Это не пошлость, а проза жизни, — обиделся он.

— Знаете что, я предлагаю проблему наследства Баска обсуждать по мере её возникновения, — вмешался Луна. — Кажется, у нас сейчас есть тема поважнее.

— Между прочим, Павел, отвлекаться от основной темы иногда полезно, — менторским тоном заявил Каменное Муму. — Свежие мысли появляются.

— Вот и отвлекайся на здоровье, — ответил Луна. — А мы, наоборот, сосредоточимся.

После ухода Баска дверь из гостиной в коридор не закрыли. Поэтому до ребят отчетливо донесся голос попугая:

— Гер-расим! Соср-редоточимся!

— Утихни, шашлык! — на полном серьезе буркнул Герасим.

Из комнаты Ариадны Оттобальдовны раздался ехидный смешок, и Птичка Божья дикторским голосом заявил:

— Р-реструктур-ризация кадр-ров!

Каменное Муму встал и с силою захлопнул дверь. Однако ребята все же успели услышать:

— Киллер-р!

— Вот это точно! — обрадовалась Варвара.

— И ты туда же, — Герасим кинул на неё сердитый взгляд.

— Да перестаньте вы, — махнул рукой Иван. — Слушай, Марго, а нельзя попытаться выяснить у камушков про меня поподробнее?

Марго и самой хотелось бы это сделать. Она, хоть и не показывала вида, не на шутку встревожилась за Ивана. Но как спросить? Предсказания камушков верны, но неконкретны. Подробности нужно додумывать самому. И принимать решения — тоже.

— Марго, ну хоть что-нибудь еще, — продолжал Иван. — Хоть чуточку. А то прямо не за что зацепиться.

— Ладно. Попробую, — согласилась она.

Камушки снова рассыпались по столу. Марго молчала, кажется, даже дольше, чем в прошлый раз. И наконец с явным усилием произнесла:

— Ваня, могу сказать только одно: ты определенно в опасности. И сейчас она почему-то стала ещё сильнее, чем прежде.

— То есть? — побледнел Иван.

— Не знаю, — пожала плечами Марго. — Но камушки говорят: опасность связана с тем, что произошло сегодня.

— То есть все сводится к сумке, — немедленно встрял Герасим. — Потому что сегодня больше ничего не происходило.

— Пожалуй, да, — задумчиво произнес Луна. — Но я не понимаю, почему из-за сумки Пуаро оказался в опасности?

— Действительно, — кивнула Варвара. — Взяли у человека сумку. Ничего из неё не украли. Ничего не подложили. Просто попользовались и подкинули.

— Главное, непонятно, как с этим бороться, — Каменное Муму исподлобья посмотрел на друзей.

— С чем бороться? — не понял Иван.

— Естественно, с опасностью, грозящей тебе, — пояснил Герасим.

В гостиной повисло тягостное молчание. Каждый из пятерых друзей думал сейчас об одном и том же. Над головой Ивана сгущались тучи, и никто не мог даже в общих чертах понять, что нужно делать. А, главное, несчастье могло произойти в любой момент, а они были совершенно бессильны.

Они снова и снова перебирали события минувшего дня, начиная с момента исчезновения сумки и кончая слежкой за Кешей и Ликой. Вспоминались мельчайшие детали, однако ни одна из них по-прежнему даже отдаленно не указывала на грозящую Ивану опасность. Наконец Луна решительно заявил:

— У меня, лично, уже мозги плавятся. Если мы так проговорим ещё хоть десять минут, я, по-моему, вообще сойду с ума.

— Я тоже, — подхватил Каменное Муму.

— Тебе-то, Герочка, было бы с чего, — хихикнула Варя, однако и голос её, и напряженное выражение лица свидетельствовали: подтрунивает она над Герасимом скорей по инерции.

Да и Муму даже не удосужился вступить в перепалку.

— Думаю, нам пора расходиться, — продолжал Павел. — Может, в одиночестве мозги заработают лучше.

Иван молча взирал на друзей. Ему совсем не хотелось сейчас оставаться в одиночестве, однако и мусолить в сотый раз подробности сегодняшнего дня уже не было сил.

— Ты вот что, Пуаро, — снова заговорил Павел. — Из дома сегодня на всякий случай не высовывайся. А завтра с утра мы за тобой приглядим. Как-нибудь перезимуем.

Павел ободряюще улыбнулся. Ивану стало немного легче, и он подумал: «В собственной квартире мне явно ничего не грозит, а до завтра, может, дело и прояснится».

Когда ребята уже уходили, вслед им донесся голос Птички Божьей:

— До скор-рых встр-реч!

— Пока, Птичка! — крикнули все, кроме Герасима.

— Птичка Божья хор-рошая птичка, — снова залопотал попугай. — Я — ор-рел, Гер-расим — тр-рус.

Вероятно, он добавил бы ещё что-нибудь интересное, однако Каменное Муму, покидавший квартиру Королевых последним, захлопнул дверь.

— Ох, как невежливо, — тут же осудила его Варвара. — Даже с Марго не успели попрощаться.

Герасим промолчал.

Страницы: «« « 12345678 » »»