Загадка красных гранатов Иванов Антон
— Звякните, если что, — уныло проговорил он. — А если ничего, то до завтра.
И они с дядей Васей отбыли на лифте вниз.
— Вот, Герочка, — повернулась к Муму Варвара. — А ты ещё вечно на жизнь жалуешься. Тебя Лев-в-квадрате и вполовину так не притесняет, как Сеню его «олигарх».
— Будь у меня такие возможности, — Муму и на сей раз не удержался от спора, — я бы себя по-другому, чем Баск, поставил. У меня бы там все по струнке ходили.
Варя лишь усмехнулась в ответ. А Марго позвонила в дверь.
— Бабушке ни про что ни слова, — скороговоркой предупредил Иван.
— Ясное дело, — кивнули остальные.
Дверь распахнулась. Ребятам предстала Ариадна Оттобальдовна в широком платье из черного шелка. На плече у нее, будто на пьедестале, гордо восседал Птичка Божья.
— Заходите, заходите, — улыбнулась друзьям бабушка Маргариты.
— Ой, мы только на минуточку, — начал объяснять Иван. — Мне папа в записке велел к вам подняться.
— Верно, — снова улыбнулась Ариадна Оттобальдовна. — У меня для тебя новый ключ. А верхний замок твой папа пока оставил, как был. Его срочно на работу вызвали. Он просил тебя предупредить, что они с мамой сегодня задержатся. А если возникнут вопросы, звони ему.
— Пока никаких проблем, — поторопился её заверить Иван. — Все спокойно.
— Тогда вот тебе ключ, а вот инструкция, — протянула ему и то и другое Ариадна Оттобальдовна.
— Пр-ривет, Вар-рвар-ра, — кокетливо покосился на девочку попугай.
— Смотрите, уже имя мое выучил! — восхитилась она.
— Влюбился, — буркнул Герасим.
Попугай, скосив на него яростный глаз, мигом отреагировал:
— Пр-риперся! Гер-расим — дур-рак!
— Птичка, — едва сдерживая смех, обратилась к своему любимцу Ариадна Оттобальдовна. — Не ругайся. Это тоже гость, — указала она на Герасима.
— Пр-ротивный, — брезгливым тоном произнес попугай.
— Птичка, мне за тебя стыдно, — сдавленным голосом проговорила бабушка. — Маргоша, а ты куда?
— Да мы все к Ивану. Посидеть, — объяснила внучка.
— Тогда погодите, — засуетилась Ариадна Оттобальдовна. — Я пирожков напекла.
Едва услыхав об этом, Луна исторг восклицание, в котором смешались восторг и страсть:
— Мои любимые пирожки?
— Капустные и мясные, — подтвердила бабушка.
— Спасибо, — Луна простер обе руки к блюду, как путник, долго блуждавший по пустыне, тянется к воде.
Когда они спускались в лифте на этаж Холмских, Луна, крепко держа драгоценное блюдо, сказал:
— Марго, нет ничего на свете лучше пирожков твоей бабушки. Теперь я почти уверен, что мы это дело распутаем.
— А я уверен в другом, — глянул на него Каменное Муму. — Сейчас ты обожрешься и заснешь.
— Герочка, если тебя обложил попугай, это ещё не значит, что надо срывать зло на друзьях, — вступилась Варвара за Павла.
— Если тебе эта курица Королевых так нравится, иди и целуйся с ней, — огрызнулся Герасим.
Замок, поставленный Холмским-старшим, открыть оказалось совсем не просто. Сперва в нем раздалось какое-то жужжание, после чего, следуя инструкции, Иван повернул ключ сперва на пол-оборота по часовой стрелке, а потом на два оборота против часовой.
Дверь не открылась.
— Дай я, — потянулся к ключу Герасим. — Ты просто не умеешь обращаться с техникой.
Однако и у Муму ничего не вышло.
— Наверное, надо по этому замку чем-нибудь вдарить, — с умным видом произнес он. — Даже самую тонкую электронику иногда заедает.
— Я тебе вдарю, — Иван перехватил уже занесенный над замком кулак Герасима.
— Я, конечно, не такая умненькая, как Муму, — нараспев произнесла Варя, — но мне кажется, сперва нужно открыть ваш старый замок.
— По-моему, устами Пановой глаголет истина, — усмехнулся Павел, плотоядно взирая на блюдо с пирожками.
Нашарив в кармане старые ключи, Иван отомкнул замок. Дверь открылась. Закрытие нового замка также осуществили по инструкции. Он снова зажужжал и защелкнулся.
— Одно плохо, — Варя покачала головой. — Если он испортится или в его электронной системе что-нибудь зашкалит, вы, Ваня, со своей железной дверью окажетесь, как в запертом сейфе.
— Варька, не каркай, — замахал руками Иван.
— Оставь свои шуточки, — нахмурилась Маргарита.
— Господи! — хихикнула Варя. — Вот ужас-то! Последняя подруга от Муму заразилась.
— Иван, — пропустив её слова мимо ушей, Марго обратилась к Пуаро. — А ты не хочешь все-таки позвонить отцу и рассказать, что с тобой случилось возле подъезда?
— Я, Марго, колебаюсь, — нарочито коверкая слово, откликнулся тот.
— Колеблюсь, — тут же поправил его педантичный Муму.
— Спасибо, Гера, — Иван отвесил ему шутовской поклон и тут же совсем другим тоном добавил: — Понимаете, с одной стороны, предок должен об этом знать. А с другой… Ясное дело, если я расскажу ему, он примчится, и мы не сможем как следует осмотреть квартиру.
— Пока он домчится, уже осмотрим, — заверил Луна, — а рассказать, по-моему, надо. Ведь если это связано с какими-то его проблемами, он хоть меры сможет принять.
— Уговорили, — и Иван поднял трубку.
Однако в офисе сказали, что Константин Леонидович уехал и до завтра его уже на месте не будет. А оператор мобильной связи сперва по-английски, а затем по-русски сообщила, что телефон Холмского-старшего либо выключен, либо абонент временно недоступен. На работе у матери ответили, что она уехала в больницу к Генриетте Густавовне.
— Ребята, я сделал все, что мог, — Иван наконец положил трубку. — Предки мои капитально упилили.
— Я вот что думаю, — серьезно сказал Муму. — Вдруг эти два мужика не успокоились, а, наоборот, попытаются влезть в квартиру, чтобы тебя, Пуаро, захватить.
— Герочка, ты забыл про электронное чудо у них на двери, — Варвара потыкала пальцем в новый замок.
— Наивный ты человек, — покровительственно заявил Герасим. — Учти, что на каждое электронное чудо может найтись ещё большее чудо.
С этими словами он закрыл дверь на стальную щеколду.
— Вот так оно будет вернее.
Никто против его предосторожностей выступать не стал. После того, что произошло возле дома, всем пятерым было очень не по себе.
— Ну, давайте квартиру осматривать, — предложил Муму.
— Нет, — отрезал Луна. — Предки Ивана приедут поздно. Сами ведь предупредили через бабушку Марго. Поэтому надо сперва слопать пирожки. Иначе мой мозг отказывается продуктивно работать.
И Луна, хищно принюхиваясь к пирожкам на блюде, решительно двинулся на кухню.
— Марго, — заявила Варя, выразительно глядя на удаляющуюся спину Луны. — С этим маньяком спорить бесполезно. Пошли ставить чайник и накрывать на стол.
Девочкам и Ивану пришлось нелегко. Организуя чаепитие, они были вынуждены постоянно отбивать атаки Луны на пирожки. Пуаро уже разливал чай по чашкам, когда из глубины квартиры раздался истошный вопль Герасима:
— Нашел!
— Что нашел? — Иван едва не выронил из рук чайник.
— То, что украли, — Герасим вбежал в кухню.
Глаза его лихорадочно блестели.
— Вот вы не заметили, а я нашел, — продолжал он в полном раже.
— А что? Что? — уставились на него остальные.
— Пойдемте, и сами увидите, — Муму устремился в противоположную часть квартиры.
Ребята последовали за ним. Иван терялся в догадках. Ведь вчера он вместе с родителями обследовал буквально каждый сантиметр квартиры.
Муму тем временем, не преминув приложиться на ходу о дверной косяк, влетел в комнату Генриетты Густавовны.
— Дорогой Камень Мумуевич, не ломай чужие стены, — прыснула Варя.
— Смотрите! Вот! Что вы без меня бы делали! — стоя возле кровати Генриетты Густавовны, Муму указывал пальцем в торчащий из стены гвоздь. — Я ведь точно помню, тут раньше висела картина. Вот её и слямзили воры. Ваша бабушка в больнице, а вы не обратили внимания.
— Смотрите! Вот! Что вы без меня бы делали! — стоя возле кровати Генриетты Густавовны, Муму указывал пальцем в торчащий из стены гвоздь.
— Эх, Муму, — разочарованно выдохнул Пуаро. — Картину никто не лямзил. Просто как раз перед самой бабушкиной болезнью веревка, на которой висела картина, оборвалась, она упала, и рама разбилась. Теперь клеить нужно. Предок собирается хороший клей купить, а пока она лежит у них в спальне на платяном шкафу. Бабушка все твердила: «Это, видимо, дедушка меня к себе зовет».
— Куда к себе? — решил уточнить Герасим.
— На тот свет, естественно, — пояснил Иван.
— А какая связь между порванной веревкой и дедушкой? — продолжал допытываться Муму.
— Скорее, между дедушкой и картиной, — внес ясность Иван. — Он подарил её бабушке пятьдесят лет назад. Понимаете, бабушка всегда обожала гранаты. А это было какое-то несезонное время. Но дед все равно хотел ей доставить удовольствие. И вот ему вдруг попался в комиссионном магазине натюрморт с четырьмя гранатами. А бабушка говорит, что в те времена у нас живопись копейки стоила. Вот дедушка и купил. Кстати, бабушка мне объясняла, что это работа, хоть и неизвестного, но мастера. Как она говорила? — Иван задумался, вспоминая. — А! Натюрморт в духе постимпрессионистов.
— Постимпрессионистов? — возопил Герасим. — Так ведь это же может оказаться какой-нибудь шедевр без подписи! Просто никто из вас не знал.
— Естественно, не знал, — подтвердил Иван. — Бабушке эта картина дорога как память о дедушке. Она называет её «Четыре красных граната».
— Странные вы люди! — воскликнул Муму. — А вдруг это неизвестная работа какого-то мастера первой величины? А то, что она не подписана, ничего не значит. Во-первых, иногда художники какие-то свои работы не подписывают. А во-вторых, она могла быть первоначально большего формата, чем сейчас. Потом края по какой-то причине срезали, а с ними ушла и подпись автора.
— Мумушечка, — перебила Варя, — но ведь Пуаро тебе уже объяснил: картина не украдена.
— А вы после того, как к вам залезли, шкаф проверяли? — не сдавался Герасим.
— Сам шкаф, да, — кивнул Иван, — а вот то, что на нем… Понятия не имею.
Муму, не дожидаясь приглашения, понесся в комнату Холмских-старших. Шкаф был высокий. Даже долговязому Герасиму пришлось вскарабкаться на пуфик, стоявший возле туалетного столика.
— Тут, — в следующую секунду сообщил он.
— Н-да, Герка, прокол у тебя вышел, — усмехнулся Луна. — Ладно, ребята, пошли пирожки есть и думать дальше.
— Нет, мы сперва проверим, та ли это картина, — Муму никогда сразу не отступал. — Хитрые воры могли её подменить.
Глава IX.
НОВЫЙ ПОВОРОТ
Картину спустили вниз. Иван, едва глянув на нее, уверенно сказал:
— Она самая.
— Пуаро, ты легкомысленный человек, — мрачным голосом возразил Муму. — Если картина представляет собой ценность и к краже тщательно готовились, то запросто могли сделать копию, которую вам и оставили, а оригинал, наверное, уже едет на какой-нибудь западный аукцион живописи, типа «Сотбиса».
— Ну ты, Мумушка, у нас сегодня просто гениален, — Варвара закатила ярко-голубые глаза к потолку. — Значит, по-твоему, было так: залезли к Ване в квартиру. И пока одни разбрасывали по полу вещи, художник срочно изготовил копию.
— И потом её, прямо непросохшую, засунули к предкам на шкаф, причем в старой разбитой раме, — подхватил Иван. — Нет, ребята, картина абсолютно та же самая. Видите, в уголке мазок сковырен. Это я в раннем детстве сделал. Еще на старой бабушкиной квартире. Она так ругалась.
— Слушай, Герка, — хлопнул его по плечу Луна. — Удивительный ты человек. Ведь действительно подошел к самой сути, а потом какую-то чушь понес.
— Я никогда не несу чушь, — обозлился Муму. — Просто высказываю различные предположения.
— Да погоди ты, — Луна боялся, как бы пространные рассуждения друга не сбили его с мысли. — Ребята, вы понимаете: теперь я почти уверен, что лезли и впрямь за картиной. Конечно, мы с вами не можем самостоятельно определить, ценная она или нет, но бабушка-то твоя, Пуаро, в этом понимает. А она говорила, что этот натюрморт в духе постимпрессионизма. Но что если она не знала автора, а кто-то другой знал?
— Каким образом? — спросил Иван. — Ведь никакой подписи нету.
— Коллекционерам и знатокам подпись не всегда нужна, — откликнулся Павел. — Например, известно, что такая-то картина такого-то художника была в свое время где-то украдена, а потом словно в Лету канула. И вот, оказывается, она спокойно висит у вас.
— Но кто об этом мог знать? — полюбопытствовала Марго.
— Любой человек, который был у них в доме, — ответил Луна. — Пуаро, вспомни. За последний месяц или два к вам заходили какие-нибудь незнакомые люди?
— Ну, если только к бабушке, когда меня не было, — неуверенно произнес тот. — Она контачит почти со всеми людьми своего поколения в нашем доме.
— Очень хорошо, — потер руки Луна. — Теперь представь: какой-нибудь интеллигентный божий одуванчик, понимающий в живописи, с изумлением замечает на стене у твоей бабушки картину, о которой ей или ему до этого было известно лишь то, что она давным-давно считается потерянной. А подобные «одуванчики», как правило, очень болтливы.
— Это уж точно, — вздохнул Иван, которого Генриетта Густавовна, испытывающая после выхода на пенсию дефицит общения, просто изводила пространными беседами о литературе, искусстве и классической музыке.
— Ну, вот, — Павел снова перехватил инициативу. — А у божьего одуванчика какой-нибудь родственник либо чокнутый коллекционер с большими деньгами, либо криминальный элемент, занимающийся, так сказать, искусством. Пронюхав, что где-то спокойно себе висит натюрморт ценой в сотни тысяч, а может, и миллион долларов, он тщательно организовывает кражу.
— Если тщательно, — сообразил Иван, — то и портфель мог быть частью этой операции. Ведь там лежали ключи.
— Вполне вероятно, — согласился Луна. — Ты, кстати, старые ключи не выкидывай. Сбегаем в мастерскую, которая возле нашей школы. Вдруг там запомнили, кто приходил с твоей связкой заказывать дубликат. Ведь всего сутки прошли. Наверняка мастер ещё не забыл вчерашнего клиента.
— Тогда пошли прямо сейчас, — заторопилась Варя.
— Нет, пойдем только мы с Марго, — возразил Павел. — Ваньке лучше вообще сидеть дома и лишний раз не высовываться, а то и впрямь не ровен час его похитят.
— Тогда давай лучше я пойду, — обиженно произнесла Варя. — Обычно со всякими дяденьками и тетеньками у меня лучше всех разговаривать получается.
— Нет, — Павел оставался при своем мнении. — Поговорить я и сам сумею. А у Марго лучше всех из нас развита интуиция. Она будет следить за лицом мастера. А вы караульте Ивана. Если мы через час не появимся, зовите на помощь Безвинного.
Николай Лукич Безвинный возглавлял районное отделение милиции. Квартира его находилась в первом подъезде дома восемнадцать, прямо под квартирой Пановых, и ребята уже несколько раз обращались к нему за помощью.
— Будем скромненькими, будем стеречь Ивана, — с притворным смирением Варвара поудобней устроилась в кресле и добавила: — Луна, как же ты пирожки без присмотра оставишь? Вдруг мы с Геркой и Ваней без вас их съедим?
— Тогда я зажарю и съем всех вас, — людоедским басом пророкотал Луна.
— Ты мне вот что скажи, — подал голос непривычно долго молчавший Муму. — Почему они в квартиру залезли, а картину не взяли?
— Не успели найти, — Павел ни на секунду не задумался над ответом. — Им-то, видимо, было сказано, что надо снять натюрморт с гранатами со стены в такой-то комнате. А чтобы хозяева, понятия не имеющие о ценности картины, долго ломали головы, зачем к ним лезли, исполнителям велели разбросать вещи. Скорее всего, воров было двое. Один бросился наводить беспорядок, а второй хотел снять картину, но её на стене не оказалось. Может, он даже и поискал немного, но тут Ванька начал звонить в домофон. Вот воры, перепугавшись, и смылись.
— А ведь правильно, — кивнул Иван. — Ни в бабкиной комнате, ни в спальне они даже не успели ничего выпотрошить.
— Значит, я прав, — заявил Павел. — Заказчик, естественно, остался недоволен и велел исполнителям повторить попытку. Они сегодня проследили за твоим отцом и, когда он ушел, попытались вскрыть дверь. Но замок-то у вас теперь другой. И тогда они на ходу поменяли тактику. Решили подкараулить тебя. Дальше одно из двух: либо забрать у тебя новые ключи, а заодно и выведать, где картина, либо вообще обменять тебя у предка на картину.
Услыхав это, Иван побледнел.
— Это что же, они и дальше за мной охотиться будут?
— Трудно сказать, — пожал плечами Павел. — Может, что-нибудь другое изобретут. Главное, никому, кроме нас, не открывайте. Когда вернемся, я дам семь звонков. Шесть длинных, а последний короткий. Ну, ладно. Бежим в мастерскую. Ванька, отпирай свою мышеловку.
Тот, уткнувшись в инструкцию, начал возиться с электронным замком.
— Подожди! — вдруг воскликнула Марго. — Я знаю этого божьего одуванчика. Его, а вернее её, зовут Элеонора Васильевна. Живет на последнем этаже у нас в подъезде. Моя бабушка с ней общается. И Ванина тоже. Элеонора Васильевна бывший искусствовед из Пушкинского музея. Одинокая. И, кстати, тетка, похожая на ту, с которой ты, Иван, вчера ехал в лифте, к ней очень часто ходит. Какая-то её дальняя родственница. Моя бабушка говорит, эта тетка мечтает получить в наследство квартиру Элеоноры Васильевны.
— Оп-па! — Муму даже подпрыгнул. — Вот этой-то тетке божий одуванчик и разболтала про картину.
— Но если она дежурила в подъезде или на улице, значит, принимала участие в ограблении, — сообразил Иван.
— Так ей, наверное, процент полагается, — сказал Муму. — А такие тетки ради выгоды на все способны.
— Ладно. Мы пошли, — заторопился Луна. — Ждите. Детали обсудим позже.
Иван захлопнул дверь. Чудесный замок с жужжанием защелкнулся. Немного подумав, Пуаро все же задвинул и засов.
— Правильно, — одобрил его Герасим.
Иван заметил, что у Муму вдруг сделался очень важный и многозначительный вид. Кажется, в отсутствие Луны он почувствовал себя хозяином положения.
— Что у тебя хорошо, — начал Герасим, когда все трое снова уселись в гостиной, — это отсутствие всяких чертовых говорящих птиц.
— Пожалуйста, не оскорбляй при мне Птичку Божью! — воскликнула Варя. — У нас с ним роман.
— Ну, пожалуйста, выходи за него замуж, — Герасим ответил таким тоном, словно ревновал и видел в попугае настоящего соперника.
— Я бы, Герочка, с удовольствием, — томно проговорила Варя. — Птичка Божья такой красивый и умный. И в отличие от некоторых, всегда выступает по делу.
— Вот, значит, как, — обиженно поджал губы Герасим.
— Именно так, — с издевкой откликнулась Варя. — Только замуж я за него не выйду. Потому что он деньги зарабатывать не может. А что же это за мужик, если у него денег нет.
— Какая ты, Панова, меркантильная, — засмеялся Иван.
— А ты как думал, — Варя тряхнула золотистыми кудряшками. — Не можем же мы с Птичкой Божьей сесть на шею моим предкам или предкам Марго.
Герасима почему-то не на шутку раздражали Варины слова. Конечно, он не ревновал её к попугаю, просто ему было обидно, что она совершенно не обращает внимания на него самого. То есть обращает, но совсем не так, как ему бы хотелось. Он уже собирался решительно заявить, что Варька совсем сбрендила и порет полную чушь, когда в дверь позвонили. Один раз.
— Это не Луна, — прошептал Иван.
— Открывать не будем, — Герасим немедленно забыл об отповеди Варваре.
— Но послушаем.
И Варвара пошла на цыпочках к двери. Иван и Герасим, тоже стараясь не шуметь, последовали за ней. Но сколько они ни прислушивались, с лестничной плошадки не донеслось ни звука.
— Кто там? — наконец спросил Иван.
Снова молчание. Ребята в тревоге переглянулись.
— Кто там? — на всякий случай ещё раз громко произнес Иван.
Ему опять не ответили.
— Почему у вас глазка в двери нету? — недовольным шепотом осведомился Муму.
— Мама их боится, — пояснил Пуаро.
— Тогда надо оборудовать видеофон, — Муму начал давать советы. — А то вот так стоишь, думаешь и не знаешь, кто там.
— А не много ли чести вот так стоять и думать? — первой успокоилась Варя. — Пусть звонят. Мы ведь все равно не откроем. Пошли в комнату.
— И то правда, — Иван постарался сказать это как можно беспечнее.
Не успели ребята и на два шага отойти от двери, как зазвонил телефон.
— Алло! — Иван резко поднес трубку к уху. — Говорите. Алло. Вас не слышно! Фу, черт!
И он положил трубку.
— Кто это? — спросил Герасим.
— Помолчали и бросили трубку, — объяснил Пуаро.
— Вот это мне совсем не нравится, — изрек Муму глухим голосом.
— Неужели это одни и те же? — и Варя покосилась на входную дверь.
Ивану стало совсем неуютно, и он на всякий случай ещё раз проверил, плотно ли задвинул засов.
У Герасима начала дергаться левая щека.
— Слушай, Пуаро, — одеревеневшими губами произнес он. — А как ты думаешь, ваша дверь долго может продержаться?
— В каком смысле? — Пуаро на всякий случай поманил друзей в комнату. Он боялся, что если на лестнице кто-то стоит до сих пор, их могут подслушать.
— В самом прямом, — уже в гостиной ответил Муму. — Если кому-то вздумается её вышибать.
— Ну, предок вообще в какой-то серьезной фирме её заказывал, — ответил Иван. — Вроде в российско-израильской компании по установке дверей и сейфов.
— Тогда, наверное, час выдержит, — прикинул Герасим, у которого по-прежнему дергалась щека. — Значит, Марго и Луна подоспеют раньше.
— Ты, Каменный, совсем обалдел, — скорбно произнесла Варвара. — Какой идиот, по-твоему, решится среди бела дня таранить такую дверь? Весь дом ведь на шум сбежится.
— Пожалуй, верно, — у Муму вдруг перестала дергаться щека.
Иван тоже немного успокоился, и тут его вдруг пронзила жуткая догадка. Эти грабители могли уже что-нибудь подобрать к электронному замку. Вот и вернулись. А теперь прозванивают квартиру.
Пуаро поделился догадкой с друзьями.
— Наверное, так и есть, — согласился Герасим. — Какие же мы идиоты. Не надо было вообще отвечать на звонки. Они бы тогда решили, что квартира пустая, и залезли бы. А мы вызвали бы милицию. И этих гадов зацапали бы с поличным.
— Дураки вы оба, — с жалостью посмотрела на них Варвара. — Сами подумайте: только псих станет сперва звонить в дверь, а потом по телефону. Мы ведь спросили: «Кто там?» Значит, за дверью есть люди. Совсем у вас, мальчишки, крыши от страха съехали.
— Это не у нас съехали, а у тебя, Варька, примитивная женская логика, — начал спорить Герасим. — Например, тебе не кажется, что в дверь звонили одни, а по телефону другие?
— Гениально, — Варя кинула на него ехидный взгляд. — В таком случае, дверь собирался вскрыть кто-то третий.
— Это просто глупо, — проворчал Герасим. — Я имел в виду совсем другое. В дверь звонили те, кто проверял, есть ли в квартире люди. А по телефону другие. Или наоборот.
— Н-да, Герочка, — покачала головой Варя. — Только предупреждаю: если ты и дальше будешь так замечательно выражать свои мысли, боюсь, тебя скоро переведут во вспомогательную школу.
— Нормально я выражаю, — буркнул Муму. — Неужели не врубаешься?
— Да понимаю, понимаю, — отмахнулась от него Варя.
— В общем, если звонки повторятся, не отзываться и не открывать, — велел Герасим. — А как только услышим, что ковыряют в замках, звоним Безвинному.
— Муму, а что с нами будет, если милиция вовремя не подоспеет? — осведомилась Варя на сей раз без малейшего юмора.
— Меня даже больше волнуют Луна и Марго, — сказал Иван. — Они ведь не предупреждены. Подойдут к квартире, а возле двери их преступники и схватят.
— Вот так всегда, — вздохнул Герасим. — Такой план срывается. Хотя, может, они успеют вернуться до того, как эти гады снова появятся.
— Жизнь покажет, — неопределенно ответил Иван.
То и дело поглядывая на часы, ребята ждали. Варю почему-то одолела зевота.
— Тебе с нами так скучно? — Муму взглянул на неё с укором.
— Нет, — отозвалась Варя. — Это у меня на нервной почве.
— Вот, Иван, — Герасима мигом охватил обличительный пафос. — Когда не надо, у неё все хиханьки да хаханьки, а когда надо собраться и действовать, у нее, видите ли, нервная почва.
— А ты, Мумушечка, у нас, конечно, спокоен и собран, — Варвара не замедлила с ответным выпадом.
— Естественно, — подтвердил тот.
— А почему же у нашего мальчика щечка дергается? — нанесла удар Варвара.
— Нипочему, — огрызнулся Герасим. — Ты лучше бы не на мои щеки смотрела, а на свои часы. Между прочим, уже сорок минут прошло, а Марго и Луна обещали вернуться через двадцать.
Тут даже Варе не захотелось ничего ему отвечать. За сорок минут можно было спокойно зайти в мастерскую, поговорить с теми, кто там работает, и вернуться обратно. Выходит, с Марго и Луной что-то произошло.
Иван тоже очень этого опасался. Если ребят зацапали на улице, значит, кольцо вокруг квартиры сжимается. Видимо, заказчик сильно прижал исполнителей, и теперь им велено во что бы то ни стало завладеть картиной сегодня.
«А если сегодня, — продолжал размышлять Пуаро, — они предпочтут действовать до возвращения предков. Правда, неизвестно, как они собираются обойтись с нами. Но когда речь идет о сотнях тысяч, а может, даже и миллионах долларов…» Ивану сделалось жутко. Ясное дело: в ближайшее время с ними может произойти все, что угодно. А с Марго и Павлом, вероятно, уже произошло.
— Ребята, — он посмотрел на угрюмо молчавших Герасима и Варю. — По-моему, пора звонить Безвинному.
— А, интересно, где он, дома или на работе? — не стала спорить Варя.
Читать бесплатно другие книги:
