Один за другим Уэйр Рут

Эрин

Снуп ID: LITTLEMY

Слушает: не в сети

Снупписчики: 10

— Вот дерьмо! — Дэнни падает на матрас, который притащил в мою комнату, и закрывает лицо руками. — Какого черта я ляпнул «пеняйте на себя»? Ну что за бестактность! Они решат, что мне на них плевать.

— Брось, Дэнни, никто так не решит, им сейчас не до того.

Я жутко устала, веки тяжелые, глаза жжет, и Дэнни наверняка чувствует себя не лучше, а уснуть не удастся. Все слишком запуталось. Присутствие Дэнни хоть и успокаивает, но вызывает неловкость. Комната чересчур холодная. Положение совсем отчаянное. К тому же вдруг я опять увижу навязчивый сон про откапывание чего-то из-под снега, разбужу Дэнни, и он начнет задавать вопросы, на которые я не готова отвечать?

Впрочем, самое сильное мое чувство сейчас — невероятный страх. От него не отвлекает даже боль в ноге. Сильная боль. Меня начинают одолевать опасения, что там все-таки перелом.

— Кто-нибудь должен был прийти, — нарушает тишину Дэнни.

Я понимаю, о чем он. Говорю в ответ:

— Действительно ли Иниго звонил? Неизвестно.

— Что он имел в виду под «страшной ошибкой»?

— Понятия не имею, Дэнни, это глупость какая-то. Зачем Иниго врать насчет беседы с полицией? Единственная причина — он убил Еву. Если так, значит, без него нам безопаснее. Правильно?

— Может, и убил. А теперь скрывается от полиции. Откуда нам знать?

Что тут ответить? Честно говоря, я не считаю Иниго убийцей. Он такой добродушный, так искренне горюет по Еве… На память тут же приходят газетные статьи о «замечательных, приятных парнях», которые убили собственных детей, партнеров по браку или случайных прохожих. Я вынуждена напомнить себе, что Дэнни прав: эти люди нам чужие. Необычная близость, порожденная общей бедой, — просто иллюзия. Мы знакомы с Иниго и остальными снуперами меньше трех дней.

Вновь наступает долгая тишина. Я уже решаю, что Дэнни задремал, когда он громко вздыхает:

— Проклятье, что нам делать, Эрин?

— Я не знаю!

Три коротких слова выражают глубину моего отчаяния. Какой-то невообразимый кошмар. Сперва Ева, за ней Эллиот, теперь Иниго. Гости исчезают один за другим, словно в низкопробном фильме ужасов.

— Если Иниго отправился за помощью…

— Я в это не верю, — отрезает Дэнни. — Вариант первый: Иниго не врал и действительно звонил в полицию. Тогда зачем ему уходить за помощью, которая и так где-то близко? Вариант второй: Иниго врал и не звонил в полицию. Тогда с какой стати ему превращаться в рыцаря в сияющих доспехах? Бессмысленно. Ни за какой помощью Иниго не отправлялся. Он просто удрал, а записку оставил для отвода глаз.

От слов Дэнни внутри все опускается, хотя в них определенно есть логика. И не важно, ушел Иниго с добрыми намерениями или нет, нашего положения это не меняет. Мы заперты в снежной ловушке и не можем узнать, приведет ли Иниго помощь — да и попытается ли? Остается ждать. Через минуту меня осеняет.

— Стой, кое-что мы сделать все-таки можем.

— Что?

— Ты! Ты доберешься до «От Монтанье». Поднимешь тревогу.

Молчание. Затем Дэнни решительно заявляет:

— Нет.

— Я понимаю, это опасно, но я не могу пойти из-за лодыж…

— К чертям опасность, — перебивает он. — Плевать на опасность. Только ты пойти не можешь, а я не оставлю тебя одну с толпой психопатов.

— Не факт, что тут есть психопаты. Если Иниго действительно…

— Я тебя не оставлю.

Тон Дэнни не оставляет сомнений — дальнейших обсуждений не будет. С матраса доносится шорох одеяла, какая-то возня. Затем:

— Вопрос закрыт. Спи.

Однако уснуть мне удается не скоро.

Лиз

Снуп ID: ANON101

Слушает: не в сети

Снупписчики: 1

Забираюсь назад в постель. Я взвинчена до предела и вряд ли усну. В конце концов усталость берет верх, и я проваливаюсь в глубокий сон без сновидений. Просыпаюсь в арктическом холоде, и, хотя одежда на мне мятая и влажная, я рада, что ее не сняла. Выползать из-под одеяла на такую стужу страшно даже в одежде, поэтому я закрываю глаза и просто лежу. Телефон окончательно разрядился, и я не имею ни малейшего понятия о времени.

Тишину разрывает вопль. Долгий, громкий и бесконечный.

Я рывком сажусь, сердце выскакивает из груди. Встаю с кровати. Слишком резко — кровь отливает от головы, затем с жаром вновь приливает. Сердце продолжает бешено стучать.

В коридоре хлопают двери. Перекликаются встревоженные голоса.

— Это из номера Тайгер! — кричит кто-то.

Дрожащими руками нащупываю очки, водружаю их на нос. От холода дыхание вырывается изо рта белым облачком. Отпираю замок.

Рик, Миранда, Тофер и Карл сгрудились возле номера Тайгер. На Миранде вязаная шапочка и перчатки.

— Откройте! — приказывает Тофер. — Что случилось? Ани! Тайгер! Откройте дверь!

Вопль переходит в тихие всхлипы. Понять, кто именно плачет, невозможно.

Слышен торопливый топот, в коридор влетает повар Дэнни в измятой толстовке и спортивных штанах. Он спешит, его даже заносит на повороте.

— Что за черт?! Что за крик?!

— Мы услышали крик, — коротко излагает Рик. — Из номера Тайгер и Ани. Дверь они не открывают.

— Отойдите. — Дэнни сует руку в карман за ключом, но там пусто. — Мать твою, ключ, наверное, в других штанах. Эй! — Дэнни колотит в двери. — Откройте! Отсюда мы вам помочь не сможем!

Щелчок. Дверь распахивается.

За спинами остальных мне не видно, кто на пороге. Слышен испуганный голос Миранды:

— Тайгер! Что стряслось?!

От безудержных рыданий Тайгер едва способна говорить.

— Ани, о б-боже, пожалуйста, пом-могите. Ани. К-кажется, она ум-мерла.

Эрин

Снуп ID: LITTLEMY

Слушает: не в сети

Снупписчики: 10

Путь по коридору занимает уйму времени. Я сильно хромаю, нога за ночь распухла и разболелась не на шутку. Как только сворачиваю за угол, на меня обрушивается гул взволнованных голосов.

— Что происходит? — спрашиваю я.

Никто не обращает внимания, все толпятся у двери в номер Тайгер и Ани. Тайгер, обхватив голову руками, сидит на корточках в коридоре и истерически рыдает. Над ней стоит жутко напуганная Лиз, время от времени она подносит руку к волосам Тайгер — опасливо, будто те сейчас вспыхнут.

— Что происходит?! — повторяю громче.

На этот раз из номера Тайгер выходит Дэнни с посеревшим лицом.

— Проклятье, — говорит он. — Добрались до Ани.

— Добрались? Кто? О чем ты? — Меня охватывает страх.

— О том, что она мертва.

О боже. Внутренности скручивает от ужаса, я проталкиваюсь в номер.

Ани лежит на матрасе на полу. Лицом вниз. Я беру ее за плечо, чтобы перевернуть, и она подается вся, целиком, точно манекен, скованная трупным окоченением. Мне незачем ощупывать холодное восковое лицо — и без того ясно, что Ани мертва.

Ноги вдруг подкашиваются, я тяжело опускаюсь на кровать Тайгер, еще теплую и смятую после сна. Комната плывет перед глазами. Наклонившись вперед, я зажимаю голову между коленями. Паника понемногу отпускает.

— Значит, не Иниго, — хрипло выдавливает Дэнни.

Я молча киваю. Да, тут не поспоришь. Господи, куда мы попали? Какой-то кошмар наяву…

— И нас осталось шесть, — тихо долетает от порога.

В дверях стоит Лиз. Лицо — белая маска ужаса, взгляд прикован к распростертой на матрасе Ани.

— Что? — переспрашивает Дэнни.

Он выглядит озадаченным — наверное, думает, что не расслышал.

— Ничего, — с нервным смешком отвечает Лиз.

Похоже, она на грани истерики. Неудивительно. Лиз поворачивается к нам спиной и исчезает. Спустя миг хлопает дверь, щелкает замок. Я не виню Лиз. Сама очень хочу сделать то же самое. Только не могу. Я должна…

Встаю, подхожу к телу и вновь бережно его переворачиваю, заставляю себя посмотреть в мертвое лицо Ани.

На первый взгляд кажется, что она умерла во сне. Однако лишь на первый, поверхностный взгляд. Я обнаруживаю на губе пятнышко крови — от прикушенного языка, не иначе. На лице кое-где видны красные точки. Я знаю, что это такое, — вернее, знаю, что они означают, хотя нужный медицинский термин вспоминаю не сразу. Петехии. На первом курсе студенты-медики редко имеют дело с жертвами убийства, все же я узнаю эту сыпь по фотографиям из учебников.

На шее отметин нет, ран на теле — тоже. Лишь немного запекшейся крови на губах. Наклонившись, я осторожно возвращаю Ани в положение, в котором ее нашли, и замечаю, что кровь испачкала не только губы, но и подушку. В голове всплывает: «Губы красные, как кровь; кожа белая, как снег».

— Думаю, ее задушили, — тихонько говорю Дэнни. — Либо вдавили лицом в подушку, либо сначала прижали что-то к лицу, а потом уже перевернули вот так. Синяков нет, следов сопротивления тоже — Ани, наверное, спала.

— О боже. — Дэнни потрясен. Сейчас он выглядит намного старше своих двадцати пяти лет. — Не говори мне, что… Тайгер?

Я качаю головой — не отметаю мысль про Тайгер, а просто не знаю, что сказать. Я не верю, будто мягкая, по-буддистски невозмутимая Тайгер могла совершить такое… С другой стороны, дверь была заперта. Да и разве умудрился бы кто-то прокрасться в номер, задушить спящую Ани — и не разбудить Тайгер? Я вспоминаю ее подтянутое тело, сильные тонкие руки, разворачивающие коврик для йоги… Мир перевернулся с ног на голову.

Гости ждут в коридоре, бледные и встревоженные. Миранда заботливо обнимает Тайгер. Лиз прячется у себя. Карл и Рик с мрачными, вытянутыми лицами стоят по обе стороны от двери, словно часовые. Тофер расхаживает взад-вперед, как одержимый. Выражение его лица меня пугает.

— Что. За. Вашу. Мать! — выплевывает он в сторону Дэнни, когда мы выходим из номера.

Я закрываю за собой дверь.

— Но-но, приятель, — вскидывает руки Дэнни.

Я жестом прошу его замолчать. Пятеро из присутствующих напуганы. Шестой… нет, об этом я думать не могу. Немыслимо и слишком жутко.

— Пойдемте в гостиную, — говорю. — Нам нужно выпить.

В девять утра я разливаю по стаканам неразбавленный виски, и все безропотно пьют — кроме Тайгер, которая дрожит, лежа на диване, в состоянии, близком к кататоническому ступору.

— Итак, — сухо произносит Рик, отставляя стакан. — Что произошло?

— Минутку, — вставляет Миранда. — Где Лиз?

Меня окатывает волной паники — и тут же досады на собственную глупость. Никто не мог убить Лиз, раз все мы находились в коридоре!

— Она была у себя. Я за ней схожу.

— Одна не пойдешь, — бурчит Дэнни и сопровождает меня наверх, точно сторожевой пес.

Его не раздражает моя медлительность, он терпеливо ждет, пока я с трудом доковыляю до номера Лиз и постучу.

— К-кто там? — доносится испуганный голос.

Мне тоже страшно, но я стараюсь говорить уверенно:

— Это я, Эрин. И Дэнни. Мы… надо поговорить, Лиз. Обсудить случившееся. Подумать, что делать дальше. Вы можете выйти?

После недолгой возни дверь медленно открывается, и перед нами предстает Лиз, бледная, с ввалившимися глазами. Она явно в ужасе от необходимости идти вниз и общаться с коллегами. Я отлично понимаю беднягу, сама чувствую то же самое. Однако выбора нет.

К нашему возвращению Миранда успевает развести огонь, а Рик — налить всем еще одну щедрую порцию виски. На языке вертится замечание — мол, разумно ли сейчас накачиваться алкоголем? — но я ведь сама предложила выпить, поэтому возражать не имею права.

— Так что же произошло? — вновь произносит Рик, вручая Лиз стакан. — Только не говорите, будто Ани просто умерла во сне.

Тон Рика звучит несколько вызывающе — полагаю, от страха.

— Нет, не во сне, — негромко отвечаю.

Гости затихают, прислушиваются.

— У нее петехиальное кровоизлияние. Знаете, что это?

Все качают головой, а Карл кивает.

— Маленькие красные точки, верно? Да-да, я смотрю сериал «Место преступления». Пристрелите меня.

— Совершенно верно. Красные точки в тех местах, где лопнули мельчайшие кожные сосуды. Обычно это указывает на то, что человек умер от асфиксии — из-за удушения или повешения. На шее Ани нет никаких следов, поэтому я предполагаю, что ее задушили во сне.

— О боже… — Миранда издает стоны и прячет лицо в ладонях.

— Она… она что-то знала. — Лиз. Не говорит, а шелестит, едва слышно.

Приходится сделать всем жест, призывая к молчанию.

— Ночью Ани приходила ко мне, уговаривала не оставаться в одиночестве. Я спросила, почему ей самой не спится. Ее беспокоила какая-то мысль, Ани вроде бы что-то видела… Я убеждала ее поделиться сомнениями со мной…

Голос Лиз обрывается, и она умолкает. Я еще ни разу не слышала от нее столь длинного выступления. Все взгляды теперь обращены к ней, и Лиз съеживается.

— Черт, черт, черт! — Дэнни вскакивает, не в силах сдержаться. — Что твердила Эрин?! Знаете что-нибудь — расскажите кому-нибудь!

— Да! — всхлипывает Лиз. — Я умоляла Ани не молчать, правда умоляла… но она… не соглашалась — говорила, что не уверена…

— Тайгер, — зовет Миранда и нежно трясет Тайгер за плечо. — Тайгер, ночью Ани говорила тебе хоть что-нибудь?

— Я спала.

Голос у Тайгер надтреснутый и хриплый, слова разобрать трудно, речь бессвязная. Я улавливаю лишь:

— Простите… спала… выпила снотворное…

— Стойте, вы принимаете снотворное?! — переспрашиваю я.

Смотрю на Дэнни, тот в ответ поднимает брови. Да, он думает о том же, о чем и я: об измельченных таблетках в кофе Эллиота.

Тайгер громко всхлипывает:

— Обычно не принимаю, но я не спала с самого приезда. Это началось еще в п-первый день. Ева сказала, из-за высоты. Поделилась со мной таблетками.

— Верно. — Миранда оглядывает собравшихся, ищет поддержки. — Я помню такой разговор в первое утро, после завтрака. Рик, ты ведь тоже слышал?

— Прости, — извиняющимся тоном говорит Рик. — Ты наверняка права, но я не помню.

— При разговоре присутствовали все, — настаивает Миранда. — Это было перед совещанием. Ева заметила: «Тайгер, ты выглядишь так, будто не спала». Тайгер ответила: «Я и не спала». Тогда Ева сказала: «Из-за высоты. Напомни мне, я дам тебе таблетки». Карл стоял рядом. И Лиз. И Тофер.

— Я тоже не помню, меня в тот момент тревожила лишь презентация, — раздражается Тофер. — К чему ты клонишь?

Он обеспокоен — думает, Миранда хочет его в чем-то обвинить. Я же понимаю, почему она упрямо стоит на своем. Миранда знает, что Тайгер — главная подозреваемая в смерти Ани. Тайгер находилась в комнате, когда душили Ани, и крепко спала, что маловероятно — если только не принять снотворного. Миранда пытается продемонстрировать, что о таблетках знали все. Что любой мог воспользоваться одурманенным состоянием Тайгер и, пока она спала, пробраться в номер и убить Ани. Поведение Миранды достойно восхищения — она не бросает коллегу даже перед лицом довольно весомых доказательств.

Как же объяснить запертую дверь?

— Кто первым подошел к двери Ани? — уточняю я.

— Я. — Тофер, прислонившись к печи, скрещивает на груди руки. — Было заперто, вы видели. — Он кивает на Дэнни.

Тот согласно пожимает плечами.

— Я дергал дверь, да. Она была заперта.

— Как же тогда кто-то проник внутрь? При помощи запасного ключа? Сколько их у вас?

— Всего два. — Я показываю ключ. — Мой находился при мне всю ночь. Я уверена. Дэнни?

Дэнни хмурится, хлопает себя по карманам.

— Я думал, мой здесь. Вчера я был в этой одежде. Думал… Сейчас.

Не дожидаясь сопровождающих, он пулей вылетает из гостиной.

— Дэнни! — кричу вслед.

— Я мигом!

Молчание… Сердце гулко стучит в груди, хотя я понимаю, что волноваться глупо. Все здесь. Я их вижу. Тем не менее ощущаю себя героиней романа «Повелитель мух».

Дэнни возвращается с мрачным лицом, бросает на меня красноречивый взгляд. Нам явно предстоит услышать нечто неутешительное.

— В общем, не вижу смысла подслащивать пилюлю, — объявляет Дэнни. — Мой ключ пропал. Его украли.

Воцаряется тишина, которую, будто выстрел, разрывает восклицание Рика:

— Проклятье! Проклятье… То есть теперь у кого-то есть доступ ко всем номерам в шале? Запираться бесполезно?

— Ну, как-то так, — угрюмо соглашается Дэнни.

— Ты! — рявкает Тофер. — Безответственный недоумок! Твой долг — заботиться о нас, а ты…

Дэнни выпячивает грудь и становится перед Тофером.

— Сбавь-ка тон, дружище.

— Чертовски удобно, правда? Раньше доступ повсюду был только у тебя и Эрин, что делало вас главными подозреваемыми, теперь же ты сочинил…

— Ничего я не сочинял! — огрызается Дэнни. — И не приплетай сюда меня и Эрин. Мы ничего плохого не делали — и не имели проблем, пока не явились вы и не начали друг друга мочить! Мы вас совсем не знаем. Так что, если кто-то из ваших сотрудников умыкнул мой ключ…

— Кстати, интересный вопрос, — сердито бросает Тофер. — Кто вообще такая Эрин? Очень уж она образованная для горнолыжного курорта! Вот эта петехнальная хрень — она что, входит в программу обучения персонала лыжного шале?

Ах ты ж… Ну да, логично. Я со вздохом встаю, опираюсь на здоровую ногу.

— Нет. Не входит. Дело в том… — Я бросаю виноватый взгляд на Дэнни, еще надеясь выкрутиться. — До работы здесь я училась в медицинском. Я его бросила, но про петехии узнать успела.

— Это ведь не все, правда? — нажимает Тофер. — Мне твое лицо покоя не дает с самого приезда. Я тебя где-то видел. Точно видел.

Черт. Черт!

Ладно, нет смысла юлить дальше.

— Да, возможно, видел. Моя фамилия Фицкларенс. Друзья зовут меня Эрин, это мое второе имя.

— Ха, я так и знал! — торжествующе вопит Тофер. — Знал, что мы знакомы! Доротея Фицкларенс. Я учился с твоим братом, Алексом. Тем, который…

Он осекается, и я киваю — с большой неохотой. И ничего более?

— Что-о?! — Дэнни ошарашен. — Эрин, что за бред? Какая еще Доротея?

— Разрешите представить, — с нескрываемым злорадством объявляет Тофер. — Леди Доротея де Плесси Фицкларенс, младшая дочь маркиза Кардейля.

Лиз

Снуп ID: ANON101

Слушает: не в сети

Снупписчики: 1

По лицам присутствующих ясно, что растерянна не я одна. Эрин выглядит огорченной. Тофер — довольным. Остальные — такими же изумленными, как и я. Что сейчас произошло? И при чем тут смерть Ани?

Выяснять времени нет. Дэнни резко разворачивается, роняет стул. Тот с грохотом падает и сбивает стакан, который разбивается вдребезги.

— Дэнни, — умоляюще произносит Эрин.

— Бессовестная лгунья! — выпаливает Дэнни и, не оглядываясь, уходит.

Эрин переводит разъяренный взгляд на Тофера.

— Премного благодарна! — бросает она и, хромая, исчезает следом за Дэнни.

— Ха! — С мрачным удовлетворением на лице Тофер усаживается в кресло.

— Тофер, — потрясенно выдыхает Миранда. — Что ты устроил? Боже мой, Ани умерла! Ты забыл?

— Нет! — глаза Тофера округляются, хотя, по-моему, он все-таки забыл, пусть и на минутку. — Не забыл, конечно. Обидно слышать от тебя подобные намеки, Миранда. Мне надоел этот психованный шеф, который постоянно всех обвиняет. Как видите, не только у нас есть тайны.

— Говори за себя, приятель! — возмущается Карл. — У меня никаких тайн нет! Ну и пусть Эрин скрывает свое аристократическое происхождение, подумаешь! Тебе-то какая разница?

— Большая! Эрин тоже замешана в этой истории по самые уши! — злобно выплевывает Тофер. — Я сыт по горло ими обоими, строят из себя невесть кого, смотрят на нас свысока!

— Я помню Алекса Фицкларенса, — задумчиво говорит Рик. — Он был парой классов младше нас. Кажется… кажется, погиб несколько лет назад?