Погоня за панкерой Хайнлайн Роберт

Бесформенный красный туман…

– Вращение! Выполнять!

Мы вылетели в звездную вселенную.

– Капитан, эти созвездия выглядят знакомыми, вы не находите?

– Похоже на то.

– Они и есть знакомые, – подтвердила Хильда. – За исключением вон той яркой звезды в Близнецах, которой там быть не должно. Так что это должно быть наше старое доброе Солнце. Мы где-то далеко за Плутоном, там, где кометы зимуют. Давайте подойдем поближе и найдем Землю.

– Не торопись, научный сотрудник. Что там было с первым вращением? Зеленый огонь?

– Тебя устроит смертоносная зеленая туманность из «Космического легиона»? Она встретилась на пути к Убегающей звезде, куда увезли похищенную Аладори[140].

– Она была в твоем списке?

– Все четверо проголосовали. Мы трое за все три книги цикла, ты – за первый роман.

– Язва, у меня не было возможности прочитать другие два. Что насчет того красного тумана, в который мы попали?

– Тут разобраться немного сложнее. Это может быть вселенная любой космической оперы, особенно автора, который с уважением относится к астрономии – Клемент, Андерсон и так далее. Но были два голоса за «Известный космос» Нивена и два за «Мошку в зенице Господней»[141]. Я слепила их вместе, чтобы получилось четыре. Независимо от того, имеют ли к этому отношение два старых джентльмена[142], я полагаю, что мы напоролись на звезду – красный гигант… и удрали раньше, чем поджарились. Ведь красный гигант – это не только и не столько масса, по большей части он ближе к тому, что мы называем вакуумом. В любом случае мы не пострадали, ведь мы провели там менее двух секунд.

– Меньше, любимая. Я установил все одним щелчком, а палец с кнопки даже не убирал. Капитан, хочешь лететь к той яркой звезде? Или сначала проверим ее спектр?

– Давай сократим дистанцию на тридцать или сорок а. е.[143] – только осторожно, со смещением вбок – и попробуем поймать ее в перекрестье прицела. Может быть, увидим диск, и я сумею измерить угловой размер. Если нет, будем приближаться, пока не появится диск. Измерив его, мы сможем переместиться на расстояние одной а. е. от Солнца, не обязательно в эклиптике, но на поверхности сферы, откуда угловой размер Солнца составляет половину градуса. Оттуда мы без труда обнаружим Землю. А там по обстоятельствам. Второй пилот? Совет.

– Нет проблем, капитан. Но я предлагаю сделать уклонение побольше, градусов до пятнадцати. Когда мы добирались до Марса таким же манером, этого было достаточно, чтобы просто не столкнуться с ним. С Солнцем я бы хотел быть уверен, чтобы мы находились дальше одной астрономической единицы.

– Джейк, ты абсолютно прав! Мне не хочется выжечь себе глаза. Всему экипажу: когда я буду измерять угловой размер Солнца, всем спрятаться от прямого солнечного света и не подсматривать.

– Зебадия, ты ослепишь себя!

– Дити, дорогая, в прицеле есть встроенный поляризатор. Разве я тебе не показывал?

– Нет, сэр, ты не показывал. Будь осторожен.

– Золотце, я начну с полностью закрытого поляризатора, а потом постепенно его открою. Обещаю.

– Космический корабль! Идентифицируйте себя!

Этот голос заставил меня вздрогнуть от неожиданности.

– Кто это сказал?

– Ленсмен Тед Смит, лейтенант Галактического патруля, командир патрульного корабля «Ночной ястреб». Сожалею, что был вынужден вторгнуться в ваш разум, но вы игнорировали субэфирное радио семь минут и тридцать две секунды. Включите его, и я выйду из вашего разума. Не маневрируйте: наше оружие нацелено на вас.

– Капитан, – прошептал Джейк, – я установил вращение.

– Не делай этого, Джейк. Ленсмен, у нас нет субэфирного радио. Это континуумоход «Гэй Обманщица», говорит капитан Зеб Картер. Вы читаете меня?

– Читаю вас ясно и четко. Что случилось с вашим субэфирным радио? Вам требуется помощь?

– Капитан Смит, я не знаю, что такое субэфирное радио. Нет, я не думаю, что нам нужна помощь… но нам бы пригодился навигационный совет. Где мы находимся?

– В данный момент важно, что вы находитесь в моем секторе патрулирования. Вы – корабль вне расписания и без должной идентификации. Повторяю: НЕ МАНЕВРИРУЙТЕ. Это приказ Галактического патруля. Вы понимаете?

– Принято, Ленсмен. Сожалею, что мы вторглись в ваше патрулируемое пространство. Это частный корабль, и мы занимаемся мирными исследованиями.

– Именно это я и собираюсь проверить, капитан. Оставайтесь на месте, не предпринимайте враждебных действий, и вы будете в безопасности.

– Э-э-э, Ленсмен, вы можете видеть моими глазами?

– Вы приглашаете меня это сделать?

– Определенно. Используйте мои глаза, используйте мои уши. Но не пытайтесь захватить контроль над разумом, иначе наш корабль исчезнет, – я хлопнул второго пилота по коленке, и Джейк поставил большой палец на кнопку «Выполнять».

– Я предупредил вас: не маневрировать. А… интересно…

И тут Хильда взорвалась:

– Лейтенант, прекратите нам угрожать! Ленсмен должен быть офицером и джентльменом! Я собираюсь подать на вас рапорт на Главную Базу, самому порт-адмиралу! Вы – грубиян!

– Простите, мадам. Я не хотел вас оскорбить, но я должен исполнить свой долг. Капитан, не могли бы вы повернуть голову, чтобы я мог видеть, с кем разговариваю?

– Конечно. Но позвольте мне представить всех. Справа… – я посмотрел на Джейка, – доктор Джейкоб Берроуз, – про второго пилота я решил не упоминать. – Позади него… – взгляд на Хильду, – его жена, доктор Хильда Берроуз, ксенобиолог и научный сотрудник… и позвольте мне дать вам совет, Ленсмен: оскорблять доктора Хильду очень небезопасно.

– Мне тоже так показалось, капитан. Мадам, я не намеревался вас оскорблять, но у меня есть долг. Вы хотите, чтобы я полностью покинул ваш разум? Если вы заговорите со мной, то я услышу вас ушами капитана Картера. А он, если пожелает, повторит вам то, что говорю я.

– О, я полагаю, что все в порядке, пока мы просто беседуем. Но глубже в мой разум не заходите! Ментору[144] это не понравится – и вы это прекрасно знаете!

– Доктор Хильда, упоминание… определенного существа… меня удивляет – ведь вы не Ленсмен.

– Мне не нужна Линза. Можете проверить на Эрайзии.

Я торопливо вмешался:

– Может быть, мы продолжим представление? Прямо за мной, – я ослабил ремень и повернулся, чтобы видеть Дити, – моя жена, доктор Д. Т. Картер, астронавигатор и главный специалист по символам. Ленсмен, вы удостоверились, что мы мирная научная экспедиция? Или хотите знать что-то еще?

– Капитан, я вижу, что у вас не пиратское судно – ни оружия, ни брони. О, я заметил панель управления световой пушкой, но пирату от нее будет мало толку. Также я не могу представить себе, чтобы двое мужчин и две женщины рискнули атаковать космический лайнер. Но это лишь одна из зон моей ответственности. Ваш корабль, сколь бы мал он ни был, может перевозить контрабанду на миллионы кредитов.

– Скажи прямо, что думаешь, Ленсмен! – рявкнула Хильда. – Наркотики! Только не используй слово «цвильник»!

Мы все могли слышать, как он мысленно вздохнул.

– Да, доктор Хильда, наркотики. Но не я первым сказал это оскорбительное слово.

– Я слышала, как ты о нем подумал. Не делай так больше.

– Ленсмен, – вмешался я. – У нас на борту имеются медицинские препараты. Единственное, что вас может заинтересовать, – это несколько миллиграммов морфина в аптечке. Доктор Хильда исполняет обязанности медика и умеет его использовать – и я тоже. Будучи пилотом, я умею оказывать первую помощь. Но у нас нет ни тионита, ни бентлама, ни хадива, ни нитролаба. Используете свою Линзу, вы увидите, что я говорю правду.

– Капитан, все не так просто. Прежде чем обратиться к вам, я попробовал вас слегка прощупать… не возмущайтесь, доктор Берроуз, это было по долгу службы! И я не думаю, что когда-либо сталкивался с четырьмя умами, столь крепко заблокированными. И ваш корабль – он очень любопытный. Он явно создан для полетов в атмосфере, а не в космосе. И все же вы тут, где вас быть не должно, – и я не понимаю, как вы сюда попали. Боюсь, у меня нет иного выбора, кроме как задержать вас… и тщательно осмотреть ваш корабль. Разобрать его на кусочки, если потребуется.

– Ленсмен, – сказал я, стараясь придать голосу убедительности, – давайте не будем спешить. Используйте свою Линзу. С ее помощью вы можете обыскать наше судно куда более тщательно, чем любым другим способом. Давайте, нам нечего скрывать… и у нас есть что предложить Галактическому патрулю. Но вы ничего не добьетесь, если будете на нас давить.

– Они ничего не получат! Капитан, давайте уйдем отсюда! Эта ерунда мне уже надоела!

– Подожди минутку, доктор Хильда, пожалуйста! Капитан Смит, используйте свою Линзу. Обыщите нас с ее помощью.

– Я вынужден сказать, что не могу этого сделать.

– Вы не знаете как? Вот черт! Что вы делаете в Патруле? Свяжите нас с кем-то, кто может правильно использовать Линзу. Киннисон, Ворсел, Тригонси. Кто-то компетентный.

Мысли Смита были столь же жесткими, как и его слова:

– Я не Ленсмен Второй Ступени. И у меня даже нет независимого статуса. Офицер моего ранга не беспокоит Ленсменов Второй Ступени незначительными патрульными проблемами. Оставайтесь на месте и не пытайтесь маневрировать. Мы подойдем к вам и заберем в наш грузовой отсек. Для этого вы должны сложить крылья. Пожалуйста, сделайте это сейчас. Ничего более.

– Подождите-ка! Во-первых, вы не можете этого сделать, пока я вам не разрешу. Вы не задумывались, как мы тут оказались? Подумайте над этим, Ленсмен! Хотелось бы показать наши возможности сэру Остину Кардингу[145]… и передать Патрулю. Если вы не поможете, то мы отправимся на Главную Базу без вашего позволения. Пока доктор Хильда будет составлять полный рапорт об этой встрече для порт-адмирала, мы с доктором Берроузом покажем сэру Остину то, чем мы можем здорово помочь Патрулю. Но мы не поедем никуда как ваши пленники, Ленсмен, зарубите это у себя на носу!

– Я навел на вас транспортный луч. Не сопротивляйтесь.

– Гэй, прыжок! Гэй, прыжок! Гэй, прыжок! Гэй, прыжок! Гэй, прыжок! Гэй, прыжок! Ленсмен, вы уже нашли нас? Вызываю Ленсмена Теда Смита, вызываю Ленсмена Теда Смита…

– Я вас обнаружил. Что вы сделали?

– Это я расскажу сэру Остину, вы все равно не поймете. Я намеренно не уходил далеко, чтобы вы смогли найти меня снова. Но если вы тронете нас еще раз своими чертовыми лучами, я уберусь так быстро и далеко, что вы никогда меня не найдете! Пока вас не вызовут на Главную Базу, чтобы выяснить, как вы провалили этот контакт. Вы согласны не использовать лучи или оружие, пока мы общаемся как цивилизованные люди? Или хотите снова поиграть в пятнашки? Решайте!

Ленсмен, похоже, задумался. Но длилось это несколько мгновений.

– Я предлагаю, чтобы ни вы, ни я не предпринимали никаких действий во время разговора.

– Ни оружия, ни лучей?

– Ни оружия, ни лучей, никаких мысленных оговорок.

– Никаких оговорок с моей стороны, Ленсмен. Флаг перемирия, пока мы болтаем у костра. Согласны?

– Согласен, капитан Картер.

– Спасибо, сэр. У вас безынерционный привод Бергенхольма, поэтому ваш «Ночной ястреб» очень быстрый. Верно?

– Довольно быстрый – верно.

– Ограничен только мощностью двигателя и количеством массы в так называемом пустом пространстве.

– Я не могу обсуждать возможности моего корабля, капитан. Закрытая информация.

– Ничего, зато я могу обсуждать возможности моего. Все открыто, но я предпочитаю отдать сведения Галактическому патрулю, а не сделать их достоянием общественности… например, чтобы их использовали босконцы.

Я ощутил, как при этих словах Ленсмен мгновенно напрягся, как он тут же погасил напряжение, и поспешил его успокоить:

– Я переборщил с этим… прошу меня простить. Я просто хотел, чтобы вы знали – нас надо принимать всерьез. «Ночной ястреб» быстрый корабль, но «Гэй Обманщица» необычайно быстра. Она немыслимо быстрее. Вы же видели, как быстро я преодолел ваш транспортный луч и поменял дислокацию? Нужна повторная демонстрация?

– Не сейчас. Возможно, позже.

– Как пожелаете, Ленсмен. Мы собираемся на Главную Базу. Мы можем сделать это тремя способами. Получив от вас дружеский совет в области навигации, и с вашим сообщением через субэфир или Линзу порт-адмиралу о нашем прибытии. Или мы можем закончить нашу беседу, предоставив вам решать, захватить нас или разнести в клочья – выбор не имеет значения, поскольку вам не по силам ни то, ни другое, – и сами отправимся на Главную Базу, уже без вашей помощи. Но я рекомендую вам третий вариант: примите на борт нас и нашу машину к себе в качестве гостей. Просто дайте слово Ленсмена, что мы и наша машина можем в любой момент отбыть и что вы не возобновите враждебных действий… поправка: ограничительных действий в отношении нас, пока мы не окажемся за пределами вашего корабля. При этих условиях я позволю вам осмотреть наше судно. Вам лично, я имею в виду, а не криворуким механикам, которые могут повредить оборудование, в котором ничего не понимают. Вы увидите, что у нас есть полезные для Патруля технологии… и вам зачтется, что вы признали их ценность и доложили о них.

– Ленсмен не ищет похвалы, капитан, он исполняет долг.

– Истинно. Но когда порт-адмирал хлопает вас по плечу, я не думаю, что вы плюнете ему в лицо.

Я почувствовал, что Тед Смит криво усмехнулся:

– Нет, не думаю, что мне настолько повезет.

– Я был бы рад увидеть, как вас хлопают по плечу, вы кажетесь мне человеком, который пытается действовать лучшим образом в уникальных обстоятельствах. Ради этого я скорее не позволю доктору Хильде написать рапорт порт-адмиралу: она ест которлов[146] на завтрак. Так что? Решим все по-дружески? Или мы будем удирать, а вы будете пытаться нас задержать? Обдумайте ваше решение, я подожду. Десять секунд, например. Я терпелив.

Смиту хватило трех секунд.

– Решим все по-дружески.

– Хорошо. Произнесите все вслух, пожалуйста.

– Капитан Картер, от имени Галактического патруля и властью, данной мне как капитану Патрульного корабля в пространстве, я приглашаю вас – и отдельно доктора Хильду, которая ест которлов – вместе с вашим кораблем на мой корабль в качестве гостей. Вы и ваш корабль можете отбыть в любой момент, Патруль не предпримет никаких действий против вашего корабля, пока он не окажется за пределами моего. По меньшей мере на таком же расстоянии, как мы сейчас. Это честно?

– Для меня звучит честно. Насколько мы далеко?

– Чуть более миллиарда миль. Хотите в километрах? Я заметил, что приборы у вас в километрах.

– Мы понимаем обе шкалы. Вы в свободном движении или инерциальном? Как вы ориентированы, Ленсмен?

– Мы инертны, но приблизимся в свободном движении, потом я снова перейду в инерциальный режим, мы подойдем к вам, выровняем скорости и заберем вас внутрь. На все три маневра уйдет меньше часа.

– Подождите, Ленсмен! К чему менять позицию, тратить время и энергию? «Ночной ястреб» должен быть огромным по сравнению с нами. Я могу подойти к вам куда быстрее и без затрат энергии – если вы поделитесь навигационными данными.

– Какие данные требуются, капитан?

– Ваша скорость и… Нет, у меня есть предложение. Вы используете мои глаза. Могли бы вы направить мой корабль? Тогда вы получите некоторое представление о том, на что способна «Гэй Обманщица». Мы в любом случае передадим ее технологии Патрулю, и вы можете, если захотите, стать первым офицером, управлявшим кораблем такого типа. Годится?

Я видел, что все мы ощутили вспышку радости и профессионального интереса Ленсмена.

– Да, капитан! Я передал управление «Ястребом» моему астронавигатору. Как мы это сделаем?

– Что вы хотите сделать первым делом, лейтенант Смит? Совместить вектора движения? Или сблизиться с вашим кораблем?

– Обычно мы сближаемся, потом совмещаем. Но если можно в обратном порядке, то задача с векторами проще. Могу я?..

– Конечно. Используйте мои глаза, чтобы инструктировать мои руки. Не пытайтесь их контролировать.

– Я не могу их контролировать, капитан, и не стал бы, если бы мог. Я только недавно научился видеть глазами других существ через Линзу – специальный обучающий курс под руководством Серого Ленсмена.

– Того самого Серого Ленсмена?

– Нет, нет! Не Второй Ступени. Доктор Джерри Догени, психолог. Мы можем начать?

– Да. Скажите мне, куда повернуть это ведро. Хочу прицелиться пушкой в направлении вашего вектора.

– Очень хорошо, сэр. Измените положение так, чтобы я мог видеть Ригель. Вот! Можете вывести в поле зрения еще и Сириус? Хорошо! Представьте точку посредине между ними и сдвиньтесь к югу на девять градусов. Бета Зайца. Третьей величины, но больше там ничего нет.

– Эта, Ленсмен?

– Точно! Теперь чуть влево от нее – стоп! Поднимите нос на волосок… стоп! Держите так. Думаю, это лучшее, что можно сделать с помощью прицела, капитан.

– Достаточно хорошо?

– Да. При заходе на посадку «Ночной ястреб» скомпенсирует отклонения. Мы движемся вдоль этой линии относительно вас со скоростью девяносто семь тысяч триста шестьдесят две и шесть десятых километра в секунду. Но меня устроит все, что будет близко к ста тысячам.

– Плюс девять семь три шесть два, запятая, шесть в секунду – установлено, капитан.

– Меняем скорость. Выполнять. Спасибо, доктор Берроуз.

– Сейчас получу рапорт… рехнуться можно! Мой навигатор говорит, что вы неподвижны относительно нас.

– Все, как вы просили, Ленсмен. Теперь покажите направление на ваш корабль и скажите, как далеко вы находитесь.

– Одну секунду… Поймайте в прицел Денеб. Вот так. Теперь – медленно» – в сторону Угольного мешка – стоп! Готово, капитан. Мы от вас в одном миллиарде шестиста девяти миллионах четырнадцати тысячах трехсот двадцати километров.

– Перемещение ось «L», положительное, один шесть ноль девять ноль один четыре три два ноль точка ноль – установлено, капитан.

– Не выполнять, доктор Берроуз. Ленсмен, дистанция верная?

– Я слышал доктора. Все верно.

– И еще вы сказали, что мы неподвижны друг относительно друга. Капитан, хочу промахнуться мимо вас и по расстоянию, и по направлению, – я чуть сдвинул прицел в сторону Денеба. – Доктор, пожалуйста, уменьшите текущую настройку на десять тысяч километров.

– Минус десять тысяч. Установлено, капитан.

– На самом деле опасности нет, капитан Картер, так как «Ночной ястреб» сейчас идет без ускорения. Даже в крайне маловероятном случае прямого попадания с расстояния в миллиард миль мой корабль легко уклонится в сторону и на вашем не будет ни одной царапины.

– Ленсмен, вы знаете, как работает мой корабль?

– Нет, но…

– Никаких «но», сэр. Поверьте мне на слово, при прямом попадании, даже если ваш корабль будет идти на безынерционной тяге, получится самый впечатляющий взрыв, который вы только видели. Но мы его не увидим. Оба корабля превратятся в расширяющееся облако плазмы, а наши экипажи получат кто арфу, а кто совок для угля. Согласен, что вероятность попадания мала… но я осторожный шкипер и лучше перестрахуюсь.

– Как и я, капитан, поэтому «Ночной ястреб» переходит в безынерционный режим.

– Разумное решение. Всем приготовиться к перемещению. Выполнять! Ленсмен, где мы сейчас?

– Когти Клоно! Вы неподвижны относительно нас, шестьдесят восемь сотен миль – это десять тысяч девятьсот сорок километров. Мы видим вас у Канопуса, а мы для вас в Драконе.

– Можете обеспечить нам маяк? Мерцающий, если возможно.

– Конечно, капитан. Видите его?

– Ага… поймал. Доктор, пожалуйста, установите перемещение. Мне нужен недолет до этого маяка на полмили.

– Установлено, капитан.

– Выполнять.

По левому борту в пяти километрах от нас плыл огромный звездолет – маяк на нем погас, как только мы появились, но слабый свет далекого солнца позволял нам его видеть.

– Капитан, это самая потрясающая демонстрация пилотирования, какую я когда-либо видел. Спасибо, что позволили принять в ней участие.

– Я бы не смог сделать это без вас, Ленсмен. Теперь вы поняли, что у нас есть кое-что полезное для Патруля?

– Я знаю, что есть! Не могу дождаться, чтобы посмотреть на ваш корабль своими собственными глазами, а не вашими. Капитан, если вы позволите использовать транспортный луч, мы примем вас на борт. Все будет аккуратно, мы все еще в безынерциальном полете.

– Ленсмен Смит, вы знаете свой корабль так же хорошо, как я свой. Я не хочу, чтобы вы воздействовали на меня чем угодно, даже световым лучом, пока не будет гарантий, что наше относительное движение совпадает до девятнадцатого десятичного знака. Но у меня нет оборудования для таких измерений. Как вы заметили, наше судно начало жизнь в качестве атмосферного летательного аппарата. Однако я полагаю, что у вас такое оборудование есть.

– Конечно. Мой астронавигатор сделает нужные поправки, чтобы соответствовать вашим требованиям безопасности. То есть – относительное движение менее десятой дюйма в час. Вас это устроит?

– Да. У вас есть искусственная гравитация на борту?

– Да, капитан. Но в грузовом трюме она будет выключена, пока ваш корабль не будет закреплен на палубе.

– Хорошо. Одну минутку. Привет, Гэй.

– Привет, Зеб.

– «Гэй Обманщица», сложи крылья, опусти колеса.

– Сделано, Зеб. Слышал последние новости?

– Ты Умница, Гэй.

– Почему ты не женишься на мне, Зеб? Чертов бабник! Прием.

– Понял, конец связи, Гэй. Ленсмен, теперь можете брать нас на борт.

– Капитан, я полагаю, что это была запись. Очень на это надеюсь.

– Я тоже. Мы готовы.

Дити пискнула, когда огромный корабль очутился совсем рядом. Затем он слегка отступил, разошлись створчатые двери, и нас мягко затянуло внутрь. После того как двери закрылись, появилась команда в бронированных скафандрах и закрепила нас на большой плоской поверхности. Вскоре мы услышали шипение, которое постепенно утихло, и голос в моей голове сказал:

– Нормальная теллурианская атмосфера в девятьсот миллибар, капитан. Добро пожаловать на борт! Надеюсь, что вы и ваши спутники окажете нам честь отужинать со мной и моими офицерами в восемнадцать часов по корабельному времени.

– Спасибо, Ленсмен, с удовольствием. А сколько времени сейчас?

– Четырнадцать ноль два десять. Это теллурианские единицы, не галактические стандартные. Внутренний Патруль синхронизируется с Главной Базой.

Я поправил внешнее кольцо на моих часах, проверил время Гэй и записал разницу.

– Уловила, Дити?

– Да, сэр. Приятно, когда голова работает как обычно.

– Капитан, я собираюсь покинуть ваш разум и спуститься к вам, чтобы поприветствовать лично. Парадная форма?

– Пожалуйста, оставьте ее в покое, Ленсмен. Прежде чем мы покинем наш корабль, я хочу показать вам еще одну вещь, которую он может делать. Вы можете остаться у меня в голове и наблюдать. У вас есть офицер с навыками пилота, который захотел бы прокатиться на нашем корабле?

– Уверен, что всем, так что я пошлю самого молодого из нынешней вахты, лейтенанта Нганагана.

– Мы ждем его. Дити, открой дверь в переборке и пристегнись там, как тогда на Барсуме. Хильда, придержи дверцу открытой. Дити, обещаю, что ты ничего не пропустишь. Всему экипажу: оставаться пристегнутыми.

К тому моменту, когда место Дити освободилось, прибыл запыхавшийся молодой лейтенант.

– Входите, лейтенант, – сказал я, открыв дверь. – Пролезайте через меня и пристегивайтесь. Представления потом. Хильда, помоги ему, пожалуйста.

Я проверил герметичность двери, а Хильда доложила:

– Он пристегнут, капитан.

Дити доложила, что она готова.

– Гэй, прыжок! – тут же сказал я.

Лейтенант Нганагана ахнул, а голос в моей голове спросил:

– Капитан Картер, что вы сделали?

– Просто демонстрация. Вы отметили нашу позицию? Мы у вас на экранах?

– Э-э-э… да, вы в шестидесяти двух тысячах ста пятидесяти милях от нас.

– И четыре десятых, – поправила его Дити. – Ленсмен, вы ошиблись на четыре десятых.

– Прошу прощения, доктор Картер, вы правы. Это около… ста тысяч километров. Однако трюм был закрыт!

– Объяснения позже, Ленсмен, и пока не отвлекайте меня, я буду пилотировать. Доктор Берроуз, я ввел минимальное боковое отклонение, вы можете установить координаты для возвращения точно.

– Ось «L», установка на верньере четыре – установлено, капитан.

– Выполнять.

Мы выскочили в километре от «Ночного ястреба».

Я проглотил ком в горле и не сказал ничего… только порадовался, что моя разболтанная команда встретила все как должное, хотя я рассчитывал на допуск минимум в десять километров.

– Ленсмен, пожалуйста, возьмите нас снова на борт. Я не буду маневрировать.

– Очень хорошо, капитан.

Я представил гостя, пока нас затаскивали на корабль. Молодой офицер, похоже, справился с шоком и приложил героическое усилие, чтобы быть официально вежливым.

– Как ваше имя, лейтенант? – спросила Дити. – Зовите меня Дити, если угодно, мы тут особо не соблюдаем формальности.

– Э-э-э, мэм, в кают-компании меня обычно зовут Гу или Гуп, это сокращение от Агу – что значит «леопард».

Пока мы ждали, когда выровняется давление, я сказал:

– Лейтенант, пожалуйста, передайте капитану Смиту, чтобы он не ждал нас сразу, нам нужно вымыться и переодеться, прежде чем появиться на людях.

– Есть, сэр.

– Капитан, – передал Смит через Линзу. – Мистер Нганагана может провести вас прямо в гостевые каюты. Вполне комфортные и более просторные, чем ваш корабль, я уверен.

– Благодарю вас, капитан Смит, но я уверен, вы знаете – дамы не любят появляться в обществе, пока они не одеты должным образом. Доктор Хильда, сколько времени нам нужно?

– Дити?

– Тетя Хильда, я могу справиться за сорок пять минут, если ты сможешь.

– Годится.

– Ленсмен, пусть будет пятьдесят минут – семнадцать часов по времени корабля. Теперь… мы можем остаться одни?

– Конечно, капитан. Я не войду в разум любого из вас, кроме как по прямому приглашению.

– XXXVIII –

Дити

После того как Агу покинул нас и двери оказались заперты, Зебадия собрал нас всех в нашей с Хильдой гардеробной.

– Какие планы, шкипер? – спросил папа.

– Джейк, Ленсмен знает, насколько тесен наш салон, и Гуп тоже знает…

– Зебадия, не зови его Гуп! – вмешалась я. – Он А-гу!

– …что кормовой отсек такой маленький, что Дити пришлось лечь, чтобы освободить место для него. Но они не знают о нашем искривленном пространстве из Страны Оз и не узнают, если мы сами не покажем. Так что мы их удивим. Они будут ждать, что мы появимся слегка умытыми и, возможно, в чистых комбинезонах. Давайте зададим им жару. Хильда, ты можешь уложить Дити волосы в барсумском стиле?

– Конечно. И она мне сделает не хуже.

– Отлично. Высокие каблуки и самые лучшие вечерние платья – те, в которых вы выходили замуж, если вы не против, но выбор за вами. Побольше шика и украшений в волосах. Не по барсумским стандартам, но чтобы камней было больше, чем вчера на ужине у Глинды.

Страницы: «« « ... 2526272829303132 » »»