Лазарь Кеплер Ларс
Их различало лишь одно.
Поллукс был бессмертным, а Кастор – смертным.
Когда Кастор пал в битве, Поллукс отправился к Зевсу и попросил позволения разделить смерть с братом, и чтобы брат, в свою очередь, разделил с ним бессмертие.
Поэтому братья раз в два дня оказываются под землей, в царстве Аида.
Пыльная трава на обочине стелилась под ветром от проносящихся мимо машин, порыв поднял с земли пакет из-под чипсов.
Колонна переехала мост возле Стэкета, миновала стадион и свернула на съезд на Кунгсэнген.
На коленях у Саги лежала карта с обведенными красным двумя домами.
Хоть она и проиграла Юреку в шахматы, ей удалось уловить правду, на которой строилась его ложь.
Она поняла, что первое убийство, совершенное Юреком, заняло в его сознании особое место. Вальтеру стало казаться, что он нашел способ восстановить справедливость.
Саге удалось связать то первое убийство с ничего не значащим именем Андерсон.
Йона понял, что Вальтер забрал себе личность своей первой жертвы полностью.
Натан отыскал дочь Яна Андерсона Карин, которая работала в риелторской фирме “Бьюрфорс” в Треллеборге. Женщина сообщила, что двадцать лет не общается с отцом. Он был вечно пьяным отшельником, но каждое Рождество присылал ей открытку. И до сих пор присылает – единственный знак, что он еще жив. Она пыталась звонить отцу, но он просто не отвечал и не перезванивал. Она писала письма, звала его на крестины, на открытие сезона раков, но ответа не получила и в конце концов сдалась.
Три машины свернули в небольшой район Брунна, а четвертая поехала дальше, к военным сооружениям возле дворца Гранхаммар.
Ушедший на пенсию бригадир Ян Андерсон владел двумя домиками в Стигторпе, возле Кунгсэнгена. Строения располагались на некотором отдалении от остальных, но не в полной изоляции.
Много лет назад Юрек убил бригадира и присвоил его личность и дом. Получал его пенсию, оплачивал его счета. Именно документы Андерсона он использовал, когда ему требовалось предъявить удостоверение или уехать за границу.
Мерзлая земля спускалась к воде. Вершины скал были голыми, но в других местах густо рос темный ельник.
Машина остановилась на лесной дороге севернее Стигторпа. Сага осталась на месте, Йона вышел переговорить с бойцами, которым предстояло штурмовать дом.
В лесу, недалеко от окраины, имелся склон, с которого был виден небольшой поселок: одиннадцать домов, расположенных четырьмя группами.
Перед тремя строениями, принадлежавшими тракторной фирме “Хультстрём”, стоял белый фургон.
Два дома – владения Яна Андерсона – жались к темной лесной опушке.
Оперативная бригада спустится к Стигторпу меньше чем за пять минут.
Бойцы, прибывшие в другом фургоне, уже разделились. Одна группа ждала в Грансвикене в надувной лодке с жестким корпусом, другая подбиралась к домам Андерсона пешком через лес.
Когда Йона подошел к бойцам в тяжелых бронежилетах, они переговаривались, сидя на земле. Воздух был ледяным, изо рта бойцов вылетал парок. Автомат-карабины – компактный вариант “хеклер & кох G36” – они держали на коленях.
Один из бойцов лежал на спине, закрыв глаза, словно пытался уснуть, другой ел сухофрукты, угощал других.
Эти люди научились быстро переходить от крайнего напряжения к отдыху, от выброса адреналина к расслаблению.
Руководитель группы, которого из-за длинной густой бороды прозвали Тор, отличался на удивление мягкими повадками. Йона слушал, как он распределяет задачи между оперативниками приглушенным, как в спальне, голосом.
– Я один смотрел матч, когда объявили тревогу? – спросил какой-то боец.
– Вечно одно и то же, – улыбнулся другой. – Стоит только разжечь гриль или достать бутылку пива из холодильника…
– А для меня это как вечеринка, – заявил рыжий боец.
– Точно. Только бы этот говнюк действительно оказался в одном из домиков, – подхватил первый.
– Не относитесь к заданию так легко, – предостерег Йона.
– Ты, наверное, не в курсе, но мы несколько лет учились обезвреживать тех, кто захватывает заложников. – Рыжий взглянул на Тора.
– Хочется надеяться на то, что вы его обезвредите, но я в это не верю, – честно признался Йона.
– Идем, – позвал Тор.
Они отошли и остановились позади черного фургона. Ветер доносил сюда шум с автострады.
– Что ты делаешь? – мягко спросил Тор.
– Юрек Вальтер опасен.
– Нам сообщили.
– Хорошо.
Йона видел свое отражение на черном лакированном корпусе машины: серый костюм рядом с полицейским в полном боевом снаряжении.
– Еще что-нибудь? – спросил Тор.
– Я уважаю вашу группу, я видел – вы умелые бойцы… но Юрек гораздо опаснее, чем вы думаете.
– Я передам ребятам.
– Если хотите, я могу пойти с вами.
– Спасибо, мы справимся. – Тор с улыбкой похлопал Йону по плечу. – Речь ведь идет об одном, максимум – о двух преступниках, так?
Йона бросил взгляд на оперативников. Один из бойцов, опустившись на колени, гладил полицейского пса.
– Юрек уже не молод, – медленно проговорил Йона. – Но у него такой опыт, какого ни у кого из вас и близко нет… Он многие годы был солдатом, убил сотни людей… Собственно, с детства он только тем и занимался, что убивал.
– Ясно, – прошептал Тор.
– Если он в этом доме, большинство из вас погибнет. – Йона посмотрел Тору в глаза.
– Надеюсь, что нет. – Тор не отвел взгляда. – Но мы уже попрощались с нашими семьями.
– Знаю.
Бойцы штурмовой бригады оставили специальную видеозапись на случай, если они не вернутся с задания. Фильмы хранились на флэшках, в опечатанных конвертах в сейфе штаб-квартиры.
Тор открыл задние дверцы фургона и вытащил ящик со светошумовыми гранатами, после чего ответил на вызов из штаба.
На место прибыла вторая команда.
Бойцы неслышно поднялись, надели балаклавы и каски. На кожаных ремнях беззвучно покачивались автоматы.
Глава 75
Тор и его группа по крутому склону стали спускаться к воде, так, чтобы между бойцами было около четырех метров.
Дорогу усыпали хвоя и шишки. Вода в канаве замерзла, температура за сутки упала градусов на десять.
У Тора из головы не шел долговязый комиссар, его серьезный голос, финский акцент.
Большинство из тех, кто видел их подразделение, оставались под впечатлением, но Йона Линна видел только слабость бойцов и, кажется, тревожился за них.
Это рассердило Тора.
А он обычно не поддавался на провокации.
В подростковой попытке казаться мужественным и взрослым он ответил, что они уже простились со своими родными.
Хотя отлично знал, что ни он сам, ни бойцы его группы не готовы умирать.
Они гнали любые мысли о смерти и твердили себе, что идут на риск ради того, чтобы людям стало безопаснее жить.
Тор подумал о записи с коротким прощанием. Подготовиться к записи бойцам помогли уже существующие образцы. Ситуация была далека от нормальной, и Тор говорил “пока!” матери и жене Лизе довольно напряженным голосом.
Он помнил, что, обращаясь к Лизе, смотрел в камеру. Говорил по-мужски неспешно, несколько раз повторил, что любит ее и попросил прощения за то, что ее разочаровал.
Слезы прорвались, лишь когда он заговорил, обращаясь к дочери. Совершенно неожиданно перед ним разверзлась пропасть. Тиндра еще слишком мала, чтобы понять. Тор мог лишь попытаться объяснить ей, кто он такой. Когда дочка подрастет, она хотя бы будет помнить его.
Группа добралась до перекрестка трех дорог и свернула направо. Ландшафт сделался плоским. Всего через триста метров лес расступился, открывая поляну с разбросанными по ней домиками.
Земля, покрытая камешками и пожухлой травой, спускалась к неспокойной воде.
Тор держал палец на скобе автомата.
Он сделал группе знак рассеяться и прошел мимо ржавой емкости для дизеля, водруженной на легкобетонный блок.
В одном из домов, принадлежавших фирме “Хультстрём”, залаяла собака, но полицейский пес, трусивший у ноги Тора, никак не отреагировал, даже ухом не повел.
Когда они обходили один из торцов, обзор им заслонил высокий гараж из проржавевшей жести. Тор наставил оружие на угол, увидел заднюю подвеску самосвала из желтого металла. Метрах в ста, прямо у воды, стоял дом. Неспокойные волны плескали на мокрые мостки.
Группа продвигалась дальше. Гравий похрустывал под тяжелыми ботинками, глухо звякало оружие.
Оба дома, на которые наложил руку Юрек Вальтер, помещались на дальнем краю поляны. Второго строения почти не видно из-за первого. Пока Тор разглядел только черепичную крышу и телеантенну.
Окна ближнего к ним дома были темными, в них отражалось покрытое тучами небо.
Группа не делала тайны из своего приближения.
Не имеет значения, обнаружат их или нет: все пути к бегству уже отрезаны. Спуски почти везде крутые, с голыми скалами и обрывами. Сбежать можно только через лес, но там затаилась другая бригада.
Приказы Тора предельно просты: штурмовать дом, спасти заложника, обезвредить преступника.
Подняв оружие, он двинулся вперед, наблюдая за ближайшим строением.
Штукатурка на торце местами обвалилась, обнажив кирпич. В одном окне висел грязный тюль.
Собака забеспокоилась, подняла морду.
– Что не так? – шепотом спросил Тор и осторожно сошел на край гравийной площадки, чтобы видеть второй дом.
Он снова посмотрел на нечистый тюль.
За занавеской какое-то движение, или ему кажется?
Сердце забилось сильнее.
Тор остановился, навел оружие на окно.
Ничего.
Он уже пошел было дальше, как вдруг увидел за шторой какую-то тень, быстрый промельк в маленькой комнате.
Перед ними вероятный противник. Тор подал группе знак.
Он медленно двинулся вперед, краем глаза увидел, как один штурмовик уходит влево, другой становится на колено.
Крест прицела покачивался на окне с отслоившейся перемычкой.
За шторой показалась тень, потом стала видна голова.
Тор уже готов был нажать спусковой крючок, когда понял, что в комнату забралась косуля.
Сквозь тюль было видно, как животное тревожно поводит острыми ушами. Вокруг черного носа стояло облачко пара.
Тор вытянул сжатый кулак в сторону, и группа тут же рассеялась. Бойцы разделились и стали обходить дом с обеих сторон.
Стукнули копыта: косуля молниеносно повернулась, вылетела вон и скрылась в лесу.
Обойдя дом, Тор увидел, что одного торца не хватает. В дом надуло кучи листьев и травы, на голом полу лежали спутанные растения.
Тор перевел оружие на следующую постройку.
Красный домик с застекленной верандой полностью скрывали деревья, казалось, что его вот-вот поглотит лес. Дом был старым, но выглядел нетронутым.
Белые карнизы и рамы отошли, и обнажившееся сырое дерево кое-где поросло зеленоватым мхом.
Окна закрыты темно-синими роликовыми шторами.
Внутренний дворик представлял собой голую цементную площадку, защищенную от ветра стеной дома. Дождевая вода замерзла в круглом гриле, стоящем у крыльца. Рядом валялся поваленный ветром пластмассовый столик.
Все знали, что от них требуется.
Когда дверь выломают, Тор войдет в дом с двумя другими бойцами.
Он прижался к стене рядом с дверью.
Пока Тор надевал защитную маску и прикручивал к оружию фонарик, двое его людей держали дом под прицелом.
Из штаба пришел приказ о начале штурма, и в ту же секунду в окна домика полетели гранаты со слезоточивым газом.
Взрывы прозвучали почти одновременно.
На землю посыпались осколки стекла.
Между роликовыми шторами и стеклом веранды показался бледный дым.
Лицо у Тора уже было в поту.
Один из оперативников резал дверь огромной болгаркой.
Светошумовые гранаты взорвались с оглушительным грохотом и ослепительной вспышкой.
Дверь слетела с петель, и Тор шагнул в дом.
Фонарик проложил дымный туннель через прихожую до самой кухни.
За Тором, проверяя углы обстрела, двигались двое оперативников.
Слезоточивый газ просочился через швы противогаза и обжигал открытую кожу.
В отдалении снова послышался собачий лай.
Тору вспомнилась красивая женщина из полиции. Он не удержался и посмотрел туда, где стояла ее машина.
В оконном стекле отражались на фоне белесого неба верхушки деревьев. За небом, как во сне, виднелось печальное лицо женщины.
Как картина, напоминавшая о смерти и о бренности всего земного.
Проверив кухню и ванную, Тор приблизился к закрытой двери спальни. Половицы скрипели под тяжестью его шагов. Тор сделал знак одному из оперативников, и тот тут же встал у стены.
На дверной ручке, на латунном замке дрожал свет фонарика, прикрученного к винтовке.
Тор задышал быстрее, ему не хватало кислорода.
Досчитав до трех, он положил палец на спусковой крючок и ногой выбил дверь. Взметнулось серое облако, и несколько секунд Тор ничего не видел.
Глава 76
Когда Йона с Сагой спустились к дому Андерсона, штурм был уже окончен. Бойцы оперативной бригады прочесывали с собакой остальной район.
Все понимали, что вероятность захватить Юрека врасплох и обезвредить его не особенно велика, но так как главной целью все еще оставалось спасти Пеллерину и Валерию, бойцам пришлось проводить штурм немедленно.
Проходя мимо первого дома, Йона заглянул в него через обрушившийся торец. На полу стояли мешки с семенами трав и перегноем, на стене висело на гвозде приспособление для гриля, с лампового крюка свисал, покачиваясь, ржавый кормораздатчик.
Тор, с противогазом в руках, стоял у дверей дома побольше. Шея пылала красным, из глаз лились слезы.
– Мы выжили, все до единого, – хрипло объявил он, завидев Йону.
– Я рад.
– Можете посадить сюда команду для наружного наблюдения и призвать нас, если он объявится.
– Он сюда больше не придет.
– Ты не был внутри. Уверен хоть, что это его берлога? Мы не нашли ни оружия, ничего такого.
Йона подошел к грилю и пинком повалил его на землю. Лед треснул, выплеснулась черная вода. Вместе с мокрыми хлопьями сажи на траве вывалился пистолет в вакуумной упаковке.
Тор не сводил бледно-голубых глаз с оружия.
– Как ты узнал?..
– Юрек ничего не жарит на гриле. – Йона снял свой “кольт-комбат” с предохранителя.
Отличный тайник для запасного оружия. В случае внезапного бегства до пистолета будет легко добраться. Юрек прикатил гриль из развалившегося дома, но лопатку и щипцы оставил на старом месте.
Ветер здесь дул с воды, и никто не стал бы ничего жарить на гриле, да еще рядом с дверью, если внутренний дворик с подветренной стороны.
Сага достала “глок” из наплечной кобуры и последовала в дом за Йоной.
В полутемной прихожей поскрипывал пол. На крючке висела одинокая шинель, два замызганных сапога стояли на решетке. Сага с Йоной прошли на кухню. Рулонные шторы были оторваны, среди осколков стекла на вытертом линолеуме валялась слезоточивая граната.
На нечистой плите стояла сковородка, покрытая толстым слоем жира, бледно-серого, как стеарин. Кофейная кружка, вилка и тарелка, вымытые и высохшие, все еще стояли на столе на застекленной веранде.
На всех подоконниках дохлые мухи и осы.
Йона открыл холодильник и нашел масло и свежие яйца. Сага достала из буфета пакет с хлебом, поднесла к окну и рассмотрела дату.
– Вчерашний!
Йона снова вышел в прихожую и осторожно приоткрыл дверь ванной дулом пистолета. На краю раковины лежали бритвенные принадлежности из оранжевой пластмассы. В полосатом стаканчике возле крана стояла зубная щетка.
Сага вошла в спальню.
На бюро из темного дерева выстроились фотографии: родня Яна Андерсона, его дочь и жена.
Йона зашел следом за Сагой, сунул пистолет в кобуру. На не застеленной кровати валялась слезоточивая граната.
– Он прожил здесь несколько лет, но ни черта не изменил, ни единой детали, – сказала Сага и открыла платяной шкаф. – Спал в этой кровати. Клал еду в холодильник, вешал свою одежду в гардероб рядом с одеждой Андерсона.
Они вдвоем обыскали комнату, хотя оба в глубине души знали, что это ни к чему не приведет.
В ящике ночного столика обнаружились Библия, очки для чтения и пузырек аспирина. Йона пошарил под ящиком, пролистал Библию.
Два часа они искали карты, адреса, да что угодно еще, что могло бы привести их к Валерии и Пеллерине.
Щекочущее чувство, что Юрек где-то рядом, медленно угасало.
Когда Йона с Сагой выбрались из дома, оперативная бригада уже скрылась. Все предметы и снаряжение, обнаруженное в домике, было разложено на внутреннем дворе. Натан принес пластмассовый стул и теперь сидел среди мешков и ведер, защищенный от холодного ветра.
– Бойцы прошлись по всем домам, поговорили с соседями, которых застали, – сказал он. – Юрек, похоже, держался особняком. За все эти годы соседи видели его всего несколько раз, да и то издалека.
Сага медленно шла мимо газонокосилки, банок с краской и картонных коробок со старой цифровой техникой.
– Если есть что-нибудь, что может повести нас дальше, то оно здесь, – сказала Сага. – Это явно место Вальтера, его дом. Мы нашли его нору.
– Вот почему в этом районе ни одной могилы… как нет могил и на карьере, – заметил Йона.
– Дом сам по себе, “кладбища” сами по себе, – кивнул Натан.
– Да, – вздохнула Сага.
– Наши сейчас проверяют банковский счет Яна Андерсона. Может, получится связать покупки, которые он делал, с адресами, – сказал Натан.
– Это ничего не даст. – Йона взглянул на густой лес у них за спиной.
– Но ведь Пеллерина и Валерия где-то спрятаны. Их надо найти, – сказала Сага.
– Нам известно, что могилы в Лилль-Янсскугене повторяют рисунок созвездия, – вслух размышлял Натан. – У Вальтера есть система, а значит, ее можно взломать.
– Мы чуем его, мы приближаемся, – подхватил Йона. – Он забрал себе личность бригадира, назвал себя Андерсоном…
– Потому что именно здесь для него все переменилось, – сказала Сага.
– Но где остальные могилы – черт его знает, – напомнил Натан.
Сага развернула карту. Огромный лист шуршал на холодном ветру. Они отыскали дом на поляне, лесную дорогу и поселочек возле Кунгсэнгена.
Йона рассматривал красные кружки, которыми были обведены оба дома, маленький залив, мост, дорога на Якубсберг и Рутербру.
– Вот оно, снова, – вполголоса сказал он.
– Что? – спросила Сага.
– Близнецы, только размер другой. На этот раз созвездие намного больше. – Йона указал на два красных кружка на карте. – Вот мы, вот здесь все эти годы был дом Юрека, сюда он возвращался. Это место – Поллукс, голова одного из близнецов…
– Помедленнее, – попросил Натан.
– Смотри. – Йона обвел в кружок рабочие бараки на гравийном картере в Рутебру. – Это Кастор, голова второго близнеца. Здесь жил брат Юрека. Все повторилось, он использует одно и то же созвездие, одну и ту же внутреннюю картину.
– Мind pаlace[26], – сказал Натан.
Йона набросал другие звезды, провел между ними линии, и проявилось созвездие: двое мальчиков-близнецов почти склонились головами друг к другу, держась за руки.
– Вот эта звезда, в карьере, – голова Игоря, – пояснил Йона. – Учитывая масштаб, его левая рука оказывается в Лилль-Янсскугене, в Стокгольме.
– Чтобы он стерег могилы, – прошептала Сага.
– Вот координаты, которые мы ищем. – Йона ткнул пальцем в карту. – У нас семнадцать точных адресов, три из них мы уже проверили. Пеллерина и Валерия окажутся в каком-нибудь из четырнадцати оставшихся мест, поверьте мне.
Глава 77
Эмилия, в черном кимоно, с убранными в небрежный пучок влажными волосами, вышла из душа. Кожа под тонким шелком еще была горячей и слегка влажной. В одной руке Эмилия несла обтрепанный по краям учебник с надписью “Математика 3”, обнаруженный на кухонном столе.
Ее пасынок Дориан ходил в последний класс гимназии. Сейчас он был у себя, делал уроки в компании одноклассника.
На ручке его двери висела украденная в какой-то гостинице табличка “Do Not Disturb[27]”.
Открыв дверь, Эмилия прошла по тесному коридорчику, на стене которого висели боксерские перчатки, перешагнула через куртки на полу и повернула в саму комнату.
Оттуда слышались тихий плеск волн и ритмичные вздохи.
Дориан с приятелем сидели на полу, спиной к Эмилии, и не заметили, как она вошла.
Эмилия остановилась. Мальчишки смотрели порнуху. На экране ноутбука какая-то блондинка занималась любовью с двумя мужчинами.
Эмилия невольно наблюдала за мальчиками. Она замерла, глядя сбоку на их серьезные лица. Глаза расширены, штаны в промежности натянулись.
На экране один из мужчин входил в женщину сзади, член второго она взяла в рот.
Не отрывая глаз от ребят, Эмилия медленно попятилась и случайно задела ногой скейтборд.
Дориан захлопнул крышку ноутбука.
Эмилия притворилась, что ничего не видела. Просто сказала, что они забыли учебник математики на кухне.
Мальчики смутились; согнувшись и прикрывая промежность, они поблагодарили Эмилию и пообещали засесть за учебу.
– Дориан, чем вы тут занимаетесь? – улыбнулась Эмилия.
– Ничем, – быстро ответил пасынок.
Читать бесплатно другие книги:
