Операция Паломник Власов Игорь

– Данные телеметрии – недостаточно серьезное подтверждение. Стоило бы дождаться, когда спутник снова войдёт в зону устойчивой связи. На этой планете такая чехарда со временем, что я не удивлюсь, если мы получили сигнал, отправленный полсотни лет назад, или даже раньше. Показатели здоровья при угасании жизненных функций, например во время гипоксии, вызванной недостатком кислорода, будет выглядеть точно так же, как при анабиозе. Мне это очень хорошо известно.

– Прекрати!! – повысил голос Гарднер, не сумев сдержаться. – За каким чертом ты вызвался лететь, если сейчас уговариваешь нас вернуться?!

– Кто бы вас еще сюда доставил? – хмыкнул Маккейн, ответив вопросом на вопрос. – Мой богатый пилотажный опыт позволил сохранить в целости винтолет, но я не ожидал, что временные барьеры окажутся настолько катастрофичными для аккумуляторов. Проходим точку невозврата. Повторяю вопрос: летим дальше, или возвращаемся?

– Дальше. – одновременно произнесли Стефан и Джеймс, а мгновение спустя раздался слабый голос Ирен:

– Летим. Я всю свою сознательную жизнь ждала. И люди на третьей базе тоже ждут.

Системо: Совож

Плането: Паломник

Местоположение: Центральная База, Главный пульт связи.

Местное время: 21–55

– Когда Томаса и Радика видели в последний раз? – спросил Кузнецов.

– Не знаю точно. – с сомнением покачал головой Томсон. – За сегодняшний день они появлялись, как минимум, дважды. Может, и больше.

– Строгой закономерности я не уловила. – сказала Аннет. – она посмотрела в сторону обзорного окна. – Трудно предположить, когда призраки покажутся вновь. Отсюда видны только первые четыре накопителя.

– Ну, это не беда. – Кузнецов взял в руки планшет. – Сейчас снова запустим мою самоделку в воздух, подвесим над пятым накопителем и будем ждать. Заодно попробую определить, что же там творится. А то, марево, понимаешь, полярные сияния…

– Некогда мне просто так ждать. – Томсон поднялся со стула. – Пьер, пока Володя разбирается в ситуации, нам вдвоём придётся готовить «Стрекозу» к старту.

– Что там с двигателями шаттла? – спросил Готье. – рассинхронизацию удалось преодолеть? Владимир, я тебя спрашиваю!

– А? – Кузнецов был поглощён управлением квадрокоптера и отозвался не сразу. – Да-да… Всё там уже в порядке. Малышка справилась… Так-так-так, а мы всё ближе и ближе. Что за… вы только взгляните на это!

Он подключил изображение с камеры на центральный экран. На фоне тёмного ночного неба верхушка пятого накопителя сверкала, будто открытая сцена, на которой происходило грандиозное концертное шоу. Вспышки света, разноцветные сполохи, и впрямь похожие на атмосферные явления, наблюдающиеся на Земле в полярных широтах. Вскоре картинка засбоила, чего не наблюдалось, пока квадрокоптер не приблизился к накопителю вплотную.

– А если ещё ближе? – попросила Аннет.

– Пытаюсь… – шипя сквозь стиснутые зубы, Кузнецов перебирал пальцами по сенсорному экрану планшета. – Как только сунусь внутрь этого светопреставления, так сразу управление теряется. Пару раз еле подхватил дрона. Датчиков на нём – кот наплакал, но и тех хватает для выявления повышенного уровня квантового резонанса. Он на Паломнике после эксперимента везде резко вырос, но в районе пятого накопителя настолько, что мама не горюй. Техника без специальной защиты не выдерживает. Да и людям несладко придётся, если сунуться туда, не подготовившись.

– Попробуй провести квадрокоптер над накопителем в промежутках между вспышками. – предложила Аннет. – Меньше секунды времени будет на это, но лучше, чем ничего.

Сосредоточенный на управлении Кузнецов не отозвался, но уже через несколько мгновений победно воскликнул:

– Йоу!

На экране возникло изображение крыши накопителя, как бы она выглядела в солнечный день, после чего картинка пошла рябью, а затем и вовсе исчезла.

– Прощай, птичка. – вздохнул Кузнецов. – Ты служила нам верой и правдой.

– Ну, и что там? – нетерпеливо поинтересовался Томсон. – Если можно, вкратце, Смити, а то стоим тут без дела.

– Вкратце? – ухмыльнулся Кузнецов, изучая данные с датчиков квадрокоптера. – Сказка там, если вкратце. Сказка о взбесившемся времени.

То, что с виду кажется световым шоу, на самом деле хаотичные колебания времени в районе одного отдельно взятого накопителя. Там, на границе красочного светового шоу, день и ночь сменяют друг друга за несколько мгновений. Что происходит над самим накопителем – понять сложно. Не спрашивайте меня, как образовалась аномалия. Не удивлюсь, если бы на моём месте и Конрад Лоренц развёл бы руками. Эх, информации маловато с датчиков дрона. Жаль…

– Зато появилась возможность обновить другие данные. – дёрнув Кузнецова за рукав, Аннет обратила его внимание на то, как сквозь закрытую дверь в помещение Главного пульта связи вошёл Томас Чертч.

– К нему обязательно приближаться вплотную? – робко спросил Готье. – Может, дождёмся, пока разложит схему на пульте, да и сфотографируем? А там уже недолго обработать изображение, чтобы отчетливо видеть записи.

– Не получится. – на корню пресекла его идею Аннет. – Я как-то раз, в приступе невиданной смелости, попыталась заснять его и Радика Шухарта. Ничего не вышло. Нет их изображений в кадре. После того случая и заподозрила, что схожу с ума.

– Ну, я пошёл. – вздохнув, кибернетик «Стрекозы» двинулся наперерез Чертчу.

Тот уже шагал к пульту связи, чтобы в очередной раз расстелить на его поверхности рулон бумаги. На все про все у Кузнецова было минут пять, не более, именно столько времени Томас обсуждал что-то со своим призрачным коллегой.

– Я помогу, – сказала Аннет. – Вижу шестнадцать строк уравнений. – Все ты в одиночку не запомнишь. Делим пополам. Твои верхние.

– У меня хорошая зрительная память. – заявила Линда, обратив на себя внимание присутствующих. Могу запомнить текст, будь он хоть кверху ногами, хоть задом наперёд. Втроём будет проще.

Они с двух сторон обступили призрачный лист бумаги, стараясь, в то же время, не касаться Чертча и Шухарта. Окажись здесь сторонний наблюдатель, для него это выглядело так, будто пятеро единомышленников сосредоточенно изучают какие-то важные сведения, и только посвященные знали, что живых людей в тесной компании было всего трое.

– Финиш. – подытожил Кузнецов, когда Томас Чертч свернул не существующий в этой реальности рулон бумаги. – Записываем, кто что запомнил. Лучше, если воспроизведём уравнения с первого раза.

– Мне проще надиктовать, – отказалась от его предложения Линда, принявшись что-то тихо бубнить в поднесенный к губам браслет связи.

– Хорошая идея. – одобрила Аннет и последовала примеру подруги.

– А я по старинке. – кибернетик стал размашистыми движениями пальца выводить математические формулы на своем планшете.

Томсон кивком указал Готье на дверь. Тот кивнул, соглашаясь с капитаном. Пока Кузнецов расшифрует записи, пока рассчитает схему минирования накопителей и очерёдность их подрыва, пройдёт время. «Стрекоза» должна быть готова к старту в любой момент. Если что, Ирен не откажет отцу в помощи.

Системо: Совож

Плането: Паломник. Тяжелый грузопассажирский винтолет «Геракл»

Местоположение: сто метров над уровнем поверхности планеты в районе Исследовательской базы-3.

Местное время: 21–32

«Разговорился что-то Маккейн, – с неприязнью подумал Гарднер. Тошнота не уходила, он то и дело сглатывал вязкую тягучую слюну. – Всё молчал раньше, по большей части, а тут, прямо не унять. В свою стихию попал, не иначе. Шуточки появились циничные, и все как одна на предмет жизни и смерти. Если это результат, как говорят психологи, профессиональной деформации личности, то кем на самом деле является Маккейн? Неужели простой геолог в сложной ситуации может вести себя настолько вызывающе и цинично? Темнит Джон, ох, темнит…».

В голову почему-то лезли мысли о каких-то беглых преступниках, даже космических пиратах, хотя, реально опасных нарушителей правопорядка Стефан видел только в кинофильмах. В современном обществе, если кому-то и приходило в голову сознательно попрать закон, то это рассматривалось как одна из форм психического отклонения, которая вполне успешно червячок сомнения не унимался и потихоньку грыз Гарднера, пока винтолет приближался к третьей базе.

«Упоминал Маккейн, что разошлись его пути с армейским ведомством, дескать, осточертела военщина, мирной жизни захотелось, созидательного труда, романтики, которую дала ему геологоразведка. – Стефан чуть ли не вслух воскликнул „Да, ладно!“, вспомнив невозмутимое лицо Джона, когда сам висел вниз головой и пускал кровавые слюни. – С каких это пор физическая подготовка наших геологов выше, чем у любого киношного спецназовца? Бывший военный? Ну-ну…».

– Снижаю скорость и высоту полета, – сообщил Маккейн. – Войдём в режим зависания на высоте сто метров. Без предварительной оценки ситуации садиться нельзя. Надеюсь, все это понимают?

Гарднер подался вперёд, с кресла второго пилота прозрачный носовой обтекатель давал хороший обзор, даже лучший, чем сейчас у Маккейна. Рядом послышалось чьё-то шумное дыхание, это Донован перебрался со своего места в носовую часть и теперь пытался протиснуться между пилотскими сиденьями.

– П-предрассветные сумерки, – констатировал астробиолог. – Если п-приглядеться, то на востоке заметно светлее. П-при нормальном ходе времени, Саваж взошёл бы в течение п-получаса. В целом, видимость неважная, но хоть что-то. Думаю, немного п-поможет биолюминесценция местной фауны. П-псевдослизни особой активности не п-проявляют. Их жизненный цикл, п-похоже, целиком завязан на излучении Саважа.

– Перевертыши ночью спят. Ползуны редко когда неподвижны. – подала голос Ирен. Она стояла рядом с Донованом и, привстав на цыпочки, всматривалась в доступный для обзора участок носового обтекателя. – Перед рассветом перевертыши и ползуны почти не светятся. А ночью это выглядит очень красиво.

– Меня другое беспокоит. – свободной рукой Маккейн указал вниз. – Мы в точности над третьей базой. Вы что-нибудь видите? Я – нет. Полное отсутствие следов строений. Кругом только свамп. – он пожал плечами и, ни к кому конкретно не обращаясь, спокойным тоном закончил: – Полагаю, этого достаточно, чтобы подтвердить мои предположения относительно сигнала, принятого спутником.

– Мы не улетим, не обследовав базу, – твердо сказал Гарднер. – Или то, что от неё осталось. Что-то же должно остаться… Кто-то… – поспешно добавил он, не желая мириться с очевидными фактами.

– Д-должно… – пыхтя и покряхтывая, Донован протянул руку к центральной консоли, почти не глядя, ввёл какую-то команду. Верхняя часть носового обтекателя «Геракла» превратилась в большой экран, на котором отобразилась объёмная карта местности под винтолетом. Джеймсу, видимо, надоело тянуться, и он перевел управление в голосовой режим. – Ультразвуковое сканирование… Ультрафиолетовый фильтр… Наложить результаты сканирования в инфракрасном диапазоне… Режим поиска идентификационных чипов…

От Гарднера не укрылась эмоциональная реакция Маккейна. На его лице явственно читалось пренебрежительное отношение к выскочке, претендующему сейчас на лидерство. Однако геологоразведчик ничего не сказал и даже отодвинулся в сторону вместе с пилотским креслом, обеспечивая Джеймсу свободу действия.

Изображение на экране постепенно менялось. Если вначале это была картинка с камеры, снимавшей в видимом диапазоне, то примененные опции добавляли незамеченные ранее детали. Впрочем, результаты исследования местности не радовали. Надо было отдать должное мастерству Маккейна – винтолет завис точно над третьей базой, но на этом хорошие новости заканчивались. Строения оказались буквально стёрты с поверхности планеты, кольцевые основания куполов удалось обнаружить только после ультразвукового сканирования.

Гарднер почувствовал, как защипало глаза, он отчаянно зажмурился, не в силах больше смотреть на экран. Чёртов Маккейн, похоже, оказался прав. Стефан летел спасать Тамару, но так уж вышло, что опоздал на целое столетие и прибыл на кладбище, где даже могилы не найти…

– Черт, черт и еще раз черт! – вцепившись в подлокотники, Гарднер едва не оторвал их от кресла второго пилота. – Это не может, не должно так закончиться!

– Пилот, спускаемся ниже. – в голосе Донована прорезались командные нотки, исчезло уже ставшее привычным заикание. – У стандартных идентификационных чипов слабый радиус действия. С такой высоты нам их не засечь. И попробую пройтись направленным лучом по фундаментам разрушенных куполов. Находящийся в спящем режиме чип примет сигнал и отправит ответный. Даже если люди погибли, чипы останутся. Их повредить можно только при температурах свыше тысячи градусов.

– Не только. Буровые коронки горнопроходческого комбайна любой чип перемелют в муку, – ни к кому особо не обращаясь, пробормотал Маккейн, но приказание выполнил, опустив винтолёт на предельно низкую высоту.

Гарднер впервые видел свамп так близко, но ничего, кроме ненависти, медленно пульсирующая масса живых организмов не вызывала. Не хотелось думать, что Тамары, его Томы больше нет. Разве могла она стать частью этой отвратительной… даже слово трудно подобрать…

– Есть первый отклик! – воскликнул Донован. – В районе центрального купола, минус первый этаж, относительно поверхности. Так, кто это у нас? Келли Хит. Жизненные показатели снижены, но в абсолютной норме. – В винтолете повисла тревожная тишина. Все замерли, словно боясь спугнуть удачу. – Есть – чуть громче, чем требовалось произнес Донован. – Ещё три отклика! Карл Йохан, Поль Дюбуа, Джонас Саймон.

– Это все? – не выдержал Гарднер. – Он боялся услышать ответ, о котором не хотелось даже думать. – Джеймс, ты не спеши, проверь все внимательно.

– Надо спускаться – покачал головой Донован. – Фундамент базы экранирует сигналы. – Он еще раз покачал головой – На совесть строили. – Потом взглянул на Стефана и твердо сказал. – Спустимся и проверим на месте. На винтолете должна быть переносная аппаратура для проведения поисковых мероприятий. – Он повернулся к Маккейну-Джон, подведи машину вплотную к остаткам купола. Стефан, ты умеешь обращаться с огнеметом? Сейчас откроем нижний люк, необходимо расчистить дорогу.

– Не нужно их убивать. – Ирен поочередно заглянула в глаза каждому из мужчин, ища поддержки. – Перевертыши ещё спят. Пока Саваж не поднимется над горизонтом, они не опасны.

– Что-то мне в это не верится. – Гарднер брезгливо скривился. – Шевелятся, гады. Сплошным ковром лежат. Прямо по ним, что ли, идти прикажешь? Ты как себе это вообще представляешь?

Ирен отвернулась и молча направилась к своему креслу. Донован сходил в грузовой отсек, вернулся с двумя огнемётами. За это время Маккейн переместил «Геракла» в нужную точку, но сажать винтолёт не спешил.

– Управление простое, – сказал Джеймс, передавая Стефану огнемет. – Долго только не жми на спуск, баллон опорожнишь быстро, а эффективность от этого не повысится. Справишься? – после утвердительного кивка астробиолог сдвинул в сторону панель, открывавшую доступ к нижнему люку. – По моей команде начинаешь поливать огнём сразу под нами и в сторону хвостовой части винтолета. Не переусердствуй. Увидишь, что занялось огнем, смещай струю дальше.

* * *

Андерсон очнулся от нестерпимой вони, донимавшей сильнее, чем головная боль, от которой черепная коробка, казалось, вот-вот расколется на части. Он открыл глаза, тут же начавшие слезиться от дыма, и не сразу сообразил, где находится. Вспомнив, попытался расстегнуть ремни безопасности, но запутался и освободился не сразу.

Дым шёл из прямоугольного отверстия в полу салона. Рядом Пол заметил ноги лежавшего человека. Тот наполовину скрывался в отверстии, и понять, кто это, было непросто до тех пор, пока человек не распрямился и не заорал голосом астробиолога:

– Маккейн! Ты бы хоть вентиляцию включил! Неужели так трудно догадаться? Мы все тут задохнемся от этой копоти.

Возникло направленное движение воздуха, дым начал рассеиваться, а видимость-улучшаться. В одном из кресел напротив сидела Ирен, выглядела расстроенной, впрочем, радостной Пол ни разу ее не видел. Даже встречу с отцом пережила сдержанно, без слез, или проявления иных эмоций, которых стоило ожидать от девушки ее возраста.

– Андерсон! – послышалось справа. – Очнулся? Как самочувствие?

Лицо Донована изрядно потемнело от жирной копоти, он снял заляпанные очки, чтобы протереть стёкла, и Пол едва не рассмеялся – астробиолог выглядел комичнее некуда.

– Затылком треснулся. – признался Пол. – Голова теперь кружится и болит. Мы уже на третьей базе?

– Да, – водрузив очки на нос, подтвердил Джеймс. – Только что сели. От базы остались одни руины. – он принялся вытирать тыльную сторону ладоней о штаны комбинезона, менее запачканные копотью. – Есть п-признаки п-присутствия людей, п-похоже, укрывшихся на техническом этаже. Но туда еще дорогу нужно п-проложить. Судя п-по результатам ультразвукового сканирования, на месте купола все усыпано обломками.

– Последствия суперурагана?

Донован скептически скривился, покосившись на Гарднера, занятого закрыванием люка в полу, негромко произнёс:

– П-по мне, так выглядит это ничем иным, как намеренным п-подрывом зарядов, закладываемых еще п-при строительстве.

– Что?! – изумился Пол. – Откуда там взялась взрывчатка?

– Тише. Не нужно так кричать. Это стандартная п-практика строительства внеземных исследовательских п-поселений. На тот случай, если п-понадобится п-покинуть п-планету навсегда, без п-перспективы возвращения. Небольшие, но множественные заряды, структурно вшитые в п-пластик и бетон, п-превратят любое строение в груду мелких обломков. Остальное доделают засеваемые с низкой орбиты специализированные микроорганизмы-чистильщики, и через несколько десятков лет п-планета вернется в п-первозданное состояние.

– Интересно… – с сомнением протянул Андерсон. – Но в данном случае люди остались. – он покачал головой и тут же скривился от пронзившей затылок боли. – Трудно поверить, будто они осознанно лишили себя укрытия от агрессивной биосферы Паломника.

– Есть у меня п-предположение, что намеренно п-подорвали только купол, чтобы обломки наглухо п-перекрыли вход на технический этаж. Видимо, ураган нанес такие п-повреждения, что не удавалось заделать п-пробоины п-подручными средствами. А наступающий свамп не дал никому времени на раздумье.

– Нам с Джеймсом понадобится твоя помощь, Пол. – сказал подошедший Гарднер. – Джон и Ирен останутся на «Геракле», а мы…

– Еще чего! – перебил Маккейн, разворачивая пилотское кресло в сторону салона. – Это я иду с вами. Ты на парня взгляни, он же до сих пор в нокдауне после перелета. Блуждающий взгляд, дрожь в коленях. Толку-то от него? Не боец, однозначно. Вот, пускай здесь и сидит вместе с Ирен. Погрузчик пригонит, когда понадобится капсулы криосна на поверхность доставать.

Донован с Гарднером посмотрели на Пола, многозначительно переглянулись. Андерсон не стал возражать Маккейну, понимая, что представляет собой жалкое зрелище.

– На-ка, п-прими, – астробиолог, пошарив в нагрудном кармане своего покрытого копотью комбинезона, протянул коричневого цвета капсулу. – Немного химии тебе сейчас не помешает. Только не глотай. Положи под язык, сама рассосется. Через полчаса почувствуешь себя человеком.

– Спасибо. – Пол дрожащей рукой принял лекарство.

– Ну, что. Пора выдвигаться. – Маккейн деловито осматривал огнемет. – Резервуары с горючей смесью не забудьте заменить.

– Я тоже иду. – неожиданно произнесла Ирен не терпящим возражения тоном. – Вы слишком полагаетесь на оружие. Это плохой способ добиваться своего. Перевертыши глупые, их легко обмануть, если знать как. Я столько лет за ними наблюдала. Изо дня в день. Знания сильнее оружия.

Системо: Совож

Плането: Паломник

Местоположение: Центральная База

Местное время: 22–35

– Странно. – пробормотал Готье. – Ирен не отвечает. Я лично надел ей на руку браслет связи и показал, как им пользоваться. Куда она могла подеваться?

– Спроси у кого-нибудь из девушек. – посоветовал Томсон, сосредоточенно изучавший отчет предстартовой диагностики шаттла. – Ирен с ними много общалась.

– Аннет? Это Пьер… Что? Какой скафандр? Ах, не мне… Извини, что отвлекаю… Ты не знаешь, куда запропастилась Ирен? Владимиру сейчас не до своих прямых обязанностей, а нам с капитаном не помешала бы ещё одна пара рук в помощь. Не в курсе, значит… Извини ещё раз…

Готье вздохнул, нервно забарабанил пальцами по крышке резервного блока управления двигателями.

– Вызови Линду. – предложил Томсон. – Чего ты так волнуешься? Невозможно потеряться на Центральной базе. Не знаю, о чём ты там с Ирен разговаривал, возможно, ей хочется побыть одной, вот и не отвечает.

– Побыть одной?! – сорвался на крик Готье. – Подумай сам, как это возможно? Она пять с лишним лет была одна! На ее месте любой другой с ума бы уже сошел!

– Прости, – смутился Сэмюэль, – ляпнул, не подумавши. Но подозреваю, что и ты беспокоишься небезосновательно. Признавайся, старина, есть повод?

– Есть. – нехотя подтвердил Пьер. – Ирен порывалась лететь на третью базу вместе с Маккейном и остальными. Я не пустил ее. Девочка спорить не стала, ответила «да, отец», и больше мы к этой теме не возвращались. Я думал, что вопрос исчерпан.

– Ясно. Если хочешь, я сам спрошу у Линды. – дождавшись утвердительного кивка, он поднёс браслет к губам: – Линда. Минутку внимания удели мне… Спасибо. Ты не знаешь, куда подевалась Ирен? Мы нигде не можем ее найти… Вот, значит, как… Ясно. Спасибо. – Томсон завершил вызов и вздохнул. – Наверное, сложно быть отцом взрослой дочери, особенно в том случае, если разница в возрасте всего несколько лет. Не знаю, как бы я чувствовал себя на твоем месте.

– Не тяни… – простонал Готье. – Она на «Геракле»?

– Да. Линда видела, как Ирен пробралась на борт винтолета перед самым его вылетом.

– Да, я плохой отец! – вскричал Пьер. Запустив пальцы в густую шевелюру, он раскачивался взад-вперед. – О, Mon Deux! Зачем я себя обманываю? Ну, какой из меня отец? Как я могу стать авторитетом для девочки, которую только сегодня увидел? Сэм… – убитым голосом произнес он. – Ты, конечно, капитан корабля, со всеми правами и полномочиями… Никто не в силах тебе приказывать. Но, должен понимать чисто по-человечески, что на этой проклятой планете я уже потерял жену и не хотел бы лишиться дочери.

* * *

– Зачем нам сейчас ехать на шаттл? – удивилась Аннет. – Время только потеряем. Взрывчатки и на базе хватает. Уж, чего-чего, а этого добра здесь предостаточно осталось еще с момента развертывания экспедиции. Я-то знаю. Снабжение ученых всем необходимым – это по моей части.

– Не во взрывчатке дело. – Кузнецов мерил шагами пространство возле пульта Вычислителя, ожидая, пока машина расшифрует замысловатые уравнения с плана Томаса Чертча. – Пятый накопитель. Туда нельзя соваться без средств спецзащиты. Подошли бы скафандры, у которых класс защиты «В». Они предназначены для работы в открытом космосе, оберегают от всех видов излучения и пространственного аномального воздействия, но на Паломнике таких точно нет. Нет, ведь?

– Разумеется. – согласилась Аннет. – Откуда им тут взяться? В стандартное снаряжение экспедиций, высаживающихся на поверхность планет, подобные скафандры не входят. Когда у наших биологов возникало острое желание тесного общения с представителями местной фауны, использовались простенькие костюмы «Скаут». Они даже не сертифицированы по единому классу защиты.

– Вот, видишь. А в районе пятого накопителя нам не перевертыши с ползунами будут угрожать. Там возник локальный временной скачок. Колебания темпорального поля хаотичны, я не берусь судить, насколько это вредно для человека, нов том, что небезопасно – уверен. Работа любой мало-мальски сложной аппаратуры тоже будет нарушена. Даже обычные таймеры для взрывчатки промышленного или исследовательского назначения, едва ли сохранят работоспособность. А на шаттле есть все необходимое.

– И что там у вас есть? – скепсис на лице Аннет как бы намекал, что ей не верилось, будто почтовый шаттл оснащался лучше, чем основная экспедиция на Паломник. – Знаю я комплектацию спецкостюмов на «Стрекозе». Два скафандра мягкого типа для выхода в открытый космос, – она загнула два пальца на левой руке, – Причем оба с частичной автономностью и, – двум загнутым пальцам компанию составил третий, – Один полностью автономный жесткого типа с возможностью маневрирования в невесомости. Ты на это намекаешь?

– Не знаю, каким уж образом, – произнося это, Кузнецов смутился, будто нес личную ответственность за случившееся, – но на «Стрекозе» оказался контейнер с армейским оборудованием. Причем, и это самое странное, без ограничения доступа к содержимому. Я поинтересовался, что входит в этот портативный набор милитариста.

– Недолюбливаете военных? – усмехнулась Линда. Она только что возвратилась из зала Главного пульта связи, где по просьбе Кузнецова копировала на флешку отснятое квадрокоптером видео. – А я за них вступлюсь. У меня дед был офицером, если что. Погиб, обеспечивая эвакуацию поселенцев с Танга-6.

– Это когда там вулканическая деятельность внезапно возобновилась? – уточнила Аннет.

– Да. – подтвердила Линда. – Проворонили экзогеологи проблему. Не сразу выяснили, что на Танга-6, помимо коротких циклов локального извержения вулканов, имеются еще и глобальные длинные. Понимание пришло, когда поселение оказалось в огненном кольце. Военные успели раньше спасателей. Если бы не такие, как мой дед, никто бы не выжил наТанга-6.

– Я уважаю военных, – насупился кибернетик «Стрекозы», – но не вижу смысла в том, чтобы содержать таких размеров армию и космический флот. Они поглощают уйму ресурсов. С кем, скажите на милость, земляне собираются воевать? За последние столетия не обнаружилось никаких сколько-нибудь значительных угроз. Мы не встретили ни одной цивилизации, стоявшей хотя бы на одном уровне развития с земной, не говоря уж о том, чтобы превосходить. Однако армия получает в свое распоряжение технику и оборудование, в которых заложены наиболее передовые разработки. Не ученым достается самое лучшее, а военным. Кто-нибудь может мне объяснить…

Вычислитель подал сигнал о завершении программы. Кузнецов одним прыжком оказался возле пульта, нажал несколько клавиш, выводя на экран результаты.

– Так-так-так, что тут у нас? – он пробежался взглядом по монитору. – Похоже, все упирается в пятый накопитель. Именно его подсоединили к общему контуру в последнюю очередь. Возможно, поэтому там и свихнулось время. Пятый требуется взорвать в первую очередь, следом должен произойти синхронный подрыв первого и шестого, затем седьмого и восьмого, и только после этого через равные промежутки времени нужно вывести из игры второй, третий и четвертый накопители.

– Все так просто? – удивилась Линда. – Я-то думала…

– Это кажущаяся простота. – Кузнецов перенес на свой планшет данные расшифровки. – Нам самим, без подсказки Чертча и Шухарта, ни в жизнь не восстановить схему подключения накопителей к общему контуру.

– Они даже Вычислитель редко использовали. – кивнула Аннет, подтверждая слова Владимира. – Конрад Лоренц за пять минут от руки набросал эти уравнения.

– Минированием накопителей будем заниматься втроем. – подытожил кибернетик. – У Сэмюэля с Пьером и так работы хватит. Может, Ирен пригласим в свою компанию? Я понимаю, какой стресс она испытала, но держится молодцом, не раскисает.

– На Ирен не стоит рассчитывать. – покачала головой Линда. – позже объясню в чем дело.

* * *

С интересом разглядывая армейское снаряжение из контейнера, таинственным образом попавшего на борт «Стрекозы», Линда не могла избавиться от чувства, что тяжелый вездеход с орудийными башнями она уже видела. Очень похожий проезжал мимо пятого накопителя, на вершине которого были замечены странные люди. Чужаки! Она совсем забыла о них, да и никто из присутствующих больше не вспоминал о фигурах в черных скафандрах.

Армейские бронекомбинезоны, которые предлагал использовать Кузнецов, были ослепительно белого цвета, и уже надевшая такой костюм Аннет, став значительно выше ростом, походила на мраморную статую в честь покорителей космоса времен двадцатого века.

– Класс защиты «А»! – восторгался Владимир, суетясь вокруг девушки, будто портной на примерке вечернего платья. – Просто песня, а не скафандр. Я совсем недавно в новостях видел, что начались его разработки, а дело, вон оно как, обстоит! – Кузнецов любовно погладил белоснежную броню. – Милитаристы, оказывается, его уже в серию запустили! Называется это чудо – «Паладин». В таком наряде даже в фотосферу звезды можно нырять! Ну, это я, конечно, утрирую. – спохватился он.

Линда с интересом смотрела на возбужденного кибернетика: «А ведь правду мама говорила, что все мужчины до старости лет – дети. Ему словно новую игрушку на Рождество подарили. Мешочек у Санты солидных размеров оказался. И машинки в нем есть, и солдатики».

– Возникший в ходе эксперимента квантовый резонанс оставил армейское оборудование без гравитационных приводов. – тем временем продолжал Кузнецов. – Пришлось мне задействовать резервные системы на сервомоторах, так что для полноценного боевого применения «Паладин» непригоден. Хорошо хоть защитные свойства не снизились. А для нас это дело наипервейшее. Десантно-штурмовой модуль под завязку набит оружием различного типа. Одно смертоноснее другого. Вояки во всем, что касается убийства, весьма креативны. Тут уж, Линда, тебе придется со мной согласиться. Но, не знаю, к счастью или несчастью, воздействие квантового резонанса сделало все это энергетическое оружие бесполезным хламом. – Кузнецов отсоединил отдатчика скафандра сканер, несколько секунд молча вглядывался в цифры на экране, потом удовлетворенно кивнув, продолжил.

– Маккейн забегал сюда перед вылетом на третью базу. Хотел прихватить что-нибудь посолиднее огнеметов, но как узнал об истинном положении вещей, сразу погрустнел. Что бы Джон ни говорил о том, как давно он завязал с военщиной, но привитый в армии способ мышления – это навсегда! Ха! – почему-то радостно хохотнул Кузнецов. – Взял какой-то ящик вместо крутой пушки и отбыл не солоно хлебавши.

Тут он заметил, что Аннетуже давно знаками пытается что-то сообщить. Кибернетик вплотную приблизил лицо к шлему девушки и громко прокричал, стараясь как можно отчетливее артикулировать губами:

– Твой браслет связи информационная система «Паладина» должна распознать автоматически. Если захочешь пообщаться, пока мы с Линдой не облачились в скафандры, я переключу свой браслет на двустороннюю громкую связь, иначе нам с тобой поговорить не удастся.

– А могут на Паломнике оказаться воинские подразделения, использующие схожую технику? – Линда указала на вездеход. – Мы с Аннет подобный танк уже видели в районе накопителей. Не поручусь, что точно такой же, я в технике слабо разбираюсь.

Кузнецов ненадолго задумался, после чего ответил вопросом на вопрос:

– Почему нет? Военные далеко не всегда сообщают гражданским о своих намерениях. Так, ты думаешь, будто здесь есть еще кто-то?

– Шанс на то, что у нас обеих возникли одинаковые галлюцинации, ничтожен. – вместо Линды ответила Аннет через браслет кибернетика. – Кстати, меня только что вызывал Готье, справлялся о Ирен. Так что там с ней, Линда?

– Ирен улетела на третью базу вместе с Полом, Джоном, Стефаном и Джеймсом. Я видела, как она пробралась в винтолет перед самым вылетом.

– Даже не знаю, говорить ли об этом Пьеру, – покачал головой Кузнецов.

– У меня входящий вызов от Томсона. – сообщила Линда. – Наверняка, по тому же вопросу. Что ему сказать?

– Правду. – посоветовала Аннет.

Системо: Совож

Плането: Паломник.

Местоположение: Исследовательская база-3.

Местное время: 21–33

– Зря ты не взяла огнемет, Ирен, – проворчал Маккейн. – на борту еще один оставался. Или мой возьми. Я «Иглу» с собой захватил, из которой Аннет по призракам стреляла. – он скептически осмотрел девушку с ног до головы. – Сил нет смотреть на безоружного человека.

– Не хочу никого убивать. – Ирен выдержала взгляд Маккейна. – У меня нет страха перед перевертышами, поэтому и оружие не потребуется. А огнемет… Андерсону с ним спокойнее будет.

Кажется, она еще что-то произнесла, но Гарднер уже не слушал. «Да, прав был Томсон, один я бы здесь ничего не сделал», – оглядываясь вокруг, подумал он. Место, на которое указал Донован, находилось метрах в десяти от них. Именно там, по мнению Джеймса располагался вход на технический этаж. Без предварительного ультразвукового сканирования вряд ли удалось бы определить его местонахождение. За прошедшие на третьей базе десятилетия внутри обрушившегося купола прочно обосновался свамп с его гадкой флорой и не менее гадостной фауной.

Маккейн уже выжег здесь изрядную плешь, и сквозь почерневшие останки псевдослизней стали заметны обломки строения. Где-то внизу, вместе с другими учеными, находилась Тамара. Стефан готов был руками разгребать куски органического стекла, чтобы освободить, люк, ведущий вниз на технический этаж. В голову лезли неотвязные мысли о том, что ресурс камер криосна уже на исходе, и каждая минута промедления грозит поселенцам неминуемой гибелью.

Нагруженный портативной поисковой аппаратурой Донован неуклюжей походкой прошелся по обломкам, снял с плеча огнемет, отложил его в сторону.

– Джон, – обратился астробиолог к Маккейну. – переключи плазмовик на широкоугольный импульс малой дальности. Люк основательно засыпало. Надо попробовать сплавить обломки купола вместе. Иначе разгребать замучаемся.

– Использовать «Иглу» в качестве лопаты – крайне удачная мысль, – пробормотал Маккейн, но спорить не стал. – Отвернитесь. – приказал он. – Вспышка будет яркой.

После плазменного выстрела слой обломков превратился в бесформенный конгломерат. Гарднер запаниковал. Двухметровая в поперечнике глыба казалась неподъемной. Но Донован, не дожидаясь пока спекшийся пластик окончательно остынет уверенно взялся за самый толстый край.

– А ну, навались! – скомандовал он. – На раз, два, три!

Усилиями троих мужчин глыбу удалось приподнять и отвалить в сторону. Относительно своей физической силы Гарднер иллюзий не питал, поэтому с уважением взглянул на соратников и обнаружил схожий взгляд, брошенный Маккейном на астробиолога.

В последнее время, Гарднера подспудно беспокоило поведение Джеймса. Что-то в действиях недотепистого кабинетного ученого – «книжного червя», как про себя называл его Стефан, неуловимо изменилось. Сейчас это был не тот человек, с которым Гарднер случайно познакомился в баре на «Пифагоре».

«А так ли случайно?» – Стефан незаметно оглядел Донована. Тот стоял к нему спиной, чуть сутулясь, облокотившись на ствол огнемета. Астробиолог казался усталым. Но почему-то именно казался. Неожиданно в голове Стефана, точно калейдоскопом, одна за другой промелькнули картинки: коттеджный городок, Аннет, вжавшаяся в стену спиной и держащая на прицеле Томсона, ее белый от напряжения палец на спусковом крючке, Донован, с глупой улыбкой на лице спускающийся со второго этажа по винтовой лестнице, яркая вспышка выстрела…

Тогда в суете, это все выглядело счастливым стечением обстоятельств. Как говориться, дуракам везет. Астробиолог буквально за секунду до рокового выстрела, случайно спотыкается об ножку журнального столика, теряет равновесие, кубарем катится под ноги обезумевшей Аннет. Тонкий луч плазмы бьёт в потолок. Стоящий на коленях Донован, целый и невредимый, крепко прижимает рукой «Иглу» к полу.

Стефан несколько раз вздохнул, пытаясь унять сердцебиение и выровнять дыхание. Руки гудели, поясница горела неприятным огнем. Переворачивая рукотворный валун, он выложился на все сто. Гарднер взглянул на Маккейна. Геологоразведчик скривившись растирал плечо, на его лице выступили капли пота, а на виске пульсировала синяя жилка.

«Что-то с вами, ребята, не так…» – подумалось Гарднеру. Он находился на взводе, критически оценивал свое состояние, но профессиональные навыки журналиста даже в таком состоянии брали над ним верх.

«У Донована имелось официальное направление на Паломник», – воспользовавшись короткой передышкой, стал рассуждать Гарднер. – Хотя, по большому счету, что тут можно еще исследовать? Все уже на сто рядов изучено предыдущими учеными. Недаром, биологов в составе поселенцев-раз, два и обчелся. Зачем посылать еще одного на закрытую, пускай и не строгим карантином, планету? Новый вид перевертыша надеялись обнаружить? Важнейшая задача, нечего сказать… Маккейн, так тот вообще контрабандой сюда проник, да еще эту парочку – Пола с Линдой – в собственных целях использовал. Проделал все изящным способом, особо не напрягаясь, да еще и обосновал это банальным любопытством. Говорят, среди агентов спецслужб ценится такое вот умение – придавать эффект правдоподобия любым своим действиям. Этакая «работа под полуприкрытием». Вроде бы не скрывает человек своих знаний и умений, и в то же время настолько естественно себя ведет, что не вызывает подозрений. У Донована так не получается. Даже о заикании забывает, когда максимально сосредоточен. А почему, собственно, я решил, что на Паломник с негласной инспекцией Земля послала меня одного? – пришла запоздалая мысль. – Да, не зря наши далекие предки считали гордыню одним из семи страшных грехов. – Гарднер тихо вздохнул. Он умел признавать свои ошибки. – Тогда что же получается, спецслужбы допускали возможность развития такого рода событий на Паломнике? – он отвернулся, боясь, что глаза выдадут охватившее его волнение. – Не спецслужба, – подумал Стефан, – а именно спецслужбы. Если эти двое все же являются оперативниками под прикрытием, то явно из конкурирующих подразделений. В какой же я замес попал! – мелькнула эгоистичная мысль. – он прокашлялся, стараясь вернуть себе хладнокровие. – Допустим, все так, как я себе и вообразил, но сейчас первоочередное дело – спасение Томы и ее сослуживцев. А то, что Маккейн и Донован – оперативники, так это только к лучшему. С их навыками и физической подготовкой шансов вызволить людей становится больше. Когда все закончится, у меня найдется к ним несколько вопросов, на которые придется отвечать. Невзирая ни на какое высокое начальство. – а то, что в этом деле замешаны верха, Стефан своим журналистским нюхом чуял за версту.

Маккейн уже деловито простукивал поверхность люка, прислушиваясь к ответным звукам.

– Крышка не предназначена для контакта с агрессивной внешней средой, оттого и тонкая. – констатировал он. – Под ней пустота. Пространство внизу есть. Ну, что, открываем?

– С этой точки читаются данные еще с п-пяти чипов. – глядя на небольшой экранчик, сообщил астробиолог. – Также есть несколько слабых рассеянных сигналов. Вероятно, п-поселенцы располагаются не компактно, а группами, и на довольно-таки обширной т-территории. Это очень странно, учитывая, что капсулы криосна сложно нормально п-подготовить к работе, если они валяются, где п-попало. Чтобы связать их в единую сеть, как того требует инструкция, п-понадобятся дополнительные энергозатраты, а с этим и так все п-печально.

– На техническом этаже не так много места, не занятого аппаратурой. – возразил Джон. – Разместить тринадцать капсул рядом, даже, установив их в два яруса… – он с сомнением покачал головой. – нереально.

– Открывайте уже! – не выдержал Гарднер. – Неизвестно, что там творится, пока вы тут умничаете. Реально-нереально… Они живы – это единственное, что должно нас интересовать!

– Открывай, – геологоразведчик кивнул Доновану, указав стволом «Иглы» на люк. – Я прикрою. Гарднер! На тебе тылы. Даже не спорь! Есть, кому идти вперед. Вы с Ирен держитесь немного поодаль. Ирен, ты – умная девочка, если заметишь малейшее движение, сразу кричи.

В этот момент Стефана вызвал Пол. Похоже, парень пришел в себя и уже начал нормально соображать.

– У меня информация для всех. – взволнованно произнес он, после чего Гарднер включил громкую связь. – Почему никто не обратил внимания, что телеметрия о состоянии здоровья людей идет только с индивидуальных чипов? Камеры криосна должны анализировать больше параметров здоровья. Если этих данных нет в общем информационном потоке, то камеры неисправны или не функционируют.

«А, ведь, парень прав». – Гарднер похолодел.

– Чего стоим?! Открывайте немедленно!! – срывающимся голосом закричал он.

– Успокойся, Стеф. – с видимым усилием Донован раздвинул в стороны створки люка, – На «Геракле» есть полевой реанимационный комплект.

– Один на тринадцать человек?! – Гарднера затрясло. Он уже не пытался контролировать эмоции. – Жребий прикажешь кидать, чтобы выяснить: кому жить, а кому умереть?!

Из черной пасти люка в нос ударило застоялой гнилью и явственными запахами разложения. У Стефана перехватило дыхание, он закашлялся. В голове пронеслась паническая мысль: «Мы опоздали…».

Системо: Совож

Плането: Паломник

Местоположение: Центральная База

Местное время: 23–55

«Миленький костюмчик, – в очередной раз подумала Линда о „Паладине“, – собственную биомеханику движений не навязывает, хоть танцуй в нем. Представляю, каков он на антигравах, если даже механические сервоприводы практически не чувствуются. Хорошо, что Кузнецов настоял на своем решении сразу облачиться в армейские бронекомбинезоны. А то мне показалось излишним надевать их до того момента, как отправимся к пятому накопителю. Теперь не жалею. Если использовать только погрузчики, мы бы ракеты из армейского контейнера до утра возили бы. И то, погрузчик в лифт по-любому не загнать. Он туда просто не влезет. А так, подхватили вдвоем с Аннет боевую ракету, будто бревно, да и занесли в кабину лифта. Со стороны, наверное, совсем смешно выглядит».

Она не задумывалась о схеме минирования гигантских цилиндрических сооружений. Руководил всем кибернетик «Стрекозы», распределявший, куда и какой заряд ставить. Процедура заняла уйму времени, учитывая расстояние, на котором находились накопители друг от друга. Потребовалось несколько рейсов до «Стрекозы» и обратно, прежде чем грандиозный план воплотился в жизнь. Теперь оставалось заложить последний заряд на крышу пятого накопителя. Впрочем, взрывать его все равно предстояло первым.

На это дело Кузнецов не пожалел даже двух боеприпасов, хотя по его же собственному признанию, с лихвой хватило бы и одного. Линда понимала беспокойство Владимира. Аномалия, возникшая в районе пятого накопителя, была уникальной в масштабах планетарного эксперимента, губительно сказавшегося на человеческих поселениях. Причины ее появления выяснить так и не удалось, и это нервировало Кузнецова. Как только речь заходила о хаотичном временном скачке, кибернетик надолго задумывался, а порой и вовсе отвечал невпопад, занятый собственными мыслями.

– Неизвестно, с чем мы там столкнемся. – сказал он, останавливая боевую машину возле пятого накопителя. – Что бы ни произошло, девочки, не паникуйте. Задание нужно выполнить. От нас с вами теперь зависит судьба всей планеты. Права на ошибку нет. Остался всего час времени, после чего катастрофы можно ожидать ежесекундно. Томсон с Готье закончили цикл предстартовой подготовки шаттла. «Стрекоза» готова покинуть Паломник. Не знаю, каково положение дел у группы Маккейна, но, учитывая временные сдвиги на второй и третьей базах, возвратиться «Геракл» может в любой момент. Остается только гадать, сумели ли они вообще добраться до третьей… Аннет, Линда… Готовы?

– Да. – в один голос ответили девушки.

– Разгружаемся. – добавила Аннет. – занятие для нас уже привычное.

Свечение над пятым накопителем производило странные оптические эффекты. Временами Линде казалось, что один и тот же источник света создавал сразу несколько теней от ближайших объектов. А в следующее мгновение тени пропадали, хотя яркость могла даже усилиться. По мере приближения к лифту аномальная активность возросла, появились колебания гравитации, начались перебои со связью. Система защиты «Паладина» реагировала на это затемнением лицевого щитка скафандра, перенастраивала сервоприводы, но, в целом, никакого особо опасного воздействия не отмечалось.

В кабине лифта одна ракета едва-едва помещалась по диагонали. На этот раз Кузнецов изменил устоявшийся порядок действий:

– Я постараюсь в одиночку справиться, – обнимая боеприпас, сказал он сквозь треск помех. – Не будем терять времени. Идите обе за следующей ракетой. Пока доставите, успею лифт отправить назад.

– Пожалел нас… – шумно выдохнула Аннет по пути к вездеходу. – Не рискнул одних отправить на крышу. А зря. Если с Владимиром что-то произойдет, не знаю, сумеем ли мы с тобой завершить начатое. Ценность его жизни сейчас во сто крат выше.

– Прекрати. – Линде не понравился тон подруги. – Плохая идея – высчитывать, кто сколько стоит. Хватай, лучше, ракету. Лифт скоро пойдёт вниз.

– Боюсь, что не пойдёт…

– Не раскисай! Мы толком ничего не знаем об этой аномалии. К тому же, – она вдруг вспомнила о чужаках. – Раньше на крыше пятого накопителя уже бывали люди. В других, правда, скафандрах. Мы же их с тобой вместе видели!

– Верно, – задумчиво произнесла Аннет. – Я уже и забыла. Ладно, понесли эту штуковину. Никогда в жизни так не хотела ошибиться в прогнозах на будущее.

Им почти не пришлось ждать, лифт спустился на первый этаж, когда девушки еще не донесли боеприпас до дверей.

«Замечательно, – обрадовалась Линда. – Значит, с Владимиром все в порядке». Помогая подруге устанавливать ракету, она свела вместе большой и указательный пальцы на свободной руке и точно такой жест увидела в ответ. Стоило лифту тронуться, как помехи в системе связи сделали невозможными любые переговоры. «Внимание! – механическим голосом сообщила система безопасности „Паладина“. – Высокий уровень аномальной активности неизвестной природы. Сброс заводских настроек. Перераспределение энергообеспечения. Приоритет – защита. Ограничение возможности ведения наступательных боевых действий. Отсутствует связь с командным центром. По возможности, любым способом сообщите руководству о возникших проблемах».

«Руководство уже в курсе, – усмехнулась Линда. – Ничего нового мы Владимиру не скажем, даже если связь сама собой восстановится». Она отвлеклась от разглядывания конструкций, мелькавших за окном кабины лифта, и повернулась в сторону Аннет. Увиденное заставило сердце забиться чаще, в горле застрял готовый вырваться крик. Скафандр подруги был угольно-черного цвета, совсем как у тех, чужих… Линда и закричала бы, но ее собственная рука, придерживавшая сейчас ракету, выглядела точно так же. Следом пришло понимание: «Паладин» модифицировал структуру внешнего покрытия, чтобы усилить защитные свойства.

На крыше было светло, как обычным солнечным днем. Саваж клонился к западу, даром, что на пространстве вне пятого накопителя уже сменилась календарная дата, и стояла глубокая ночь. Возле дверей лифта ждал Кузнецов, держа наготове тележку, обычно использовавшуюся для перевозки расходников аппаратуры связи. Повинуясь внезапному порыву, Линда взглянула в сторону четвертого накопителя. Струящийся воздух делал удаленные объекты расплывчатыми, не позволяя ничего увидеть, да этого и не требовалось. Девушка подняла руку, приветственно помахала, твердо зная, что жест не останется незамеченным.

Системо: Совож

Плането: Паломник.

Местоположение: Исследовательская база-3.

Местное время: 21–34

Люди оцепенели, всматриваясь в черноту, за которой начинался технический этаж, словно наблюдали портал, ведущий в другой мир. Замер даже Гарднер, несколько мгновений назад торопивший с открытием люка. Стефан был готов немедля ринуться на поиски Тамары, но зловоние возродило в памяти ассоциации, уже возникавшие ранее. «Кладбище… Такой запах может идти только из старого склепа…».

– Ползуны.