Операция Паломник Власов Игорь

– Зря вы так с ними, – серьезно проговорила девушка, во все глаза рассматривая с высоты уменьшающиеся в размерах купола Второй Базы. – Они столько лет развлекали меня.

– М-мм, – замычал Готье и сжал голову руками.

Внизу снова расстилался ненавистный грязно-зеленый свамп.

Томсон вел винтолет на предельной скорости. Надо было скорее добираться до Центральной. Они и так опаздывали на два часа к сеансу связи. Наверняка, на Центральной уже случился переполох из-за их отсутствия. Думают сейчас черт знает, что…

– Что же здесь все-таки произошло? – спросил девушку Пьер. У него язык не поворачивался называть ее Ирен. – В самом начале?

– Я этого не знаю. Это было еще до меня. Но Мак рассказывал, что была буря. Страшная буря. И обитатели свампа прорвались к нам. Людей тогда на базе было четверо. Пилот Юргенс погиб сразу. Они даже не смогли вытащить из винтолета его останки. Потом умерла Ева, – при этих словах Пьер сжался в комок. – Про Джеральда я вам уже рассказывала – Мак не смог сдержать ползунов, и мы остались вдвоем. Потом ушел и Мак. Он хотел прорваться к Центральной. Лучше бы он ушел зимой. А он ушел в самый разгар лета, когда Саваж уже полгода стоял в зените.

– Опять этот Саваж, – прошептал Готье.

– Возьми себя в руки, – тихо шепнул ему Сэм.

– Да, Саваж подолгу не заходит за горизонт…

Через минуту Томсон сказал Готье:

– Между прочим, солнце за эти четыре с половиной часа действительно не сдвинулось с места ни на йоту.

– И ты туда же, – устало прошептал Готье. – Но у тебя-то вроде на это нет причин.

– Можешь убедиться сам. – Томсон мотнул головой в сторону застывшего в зените Саважа. Сквозь затемненный верх кабины «Шмеля» можно было, не жмурясь наблюдать за желтым шаром местного светила.

Но Пьер не сдвинулся с места, только крепче прижал к себе Еву.

– Как приятно тепло человеческого тела, – просто сказала она.

Винтолет приближался к полупрозрачной пелене воздуха.

Системо: Совож

Плането: Паломник

Местоположение: Центральная База.

Местное время: 17–30

Всю дорогу до коттеджного поселка Пол не прекращал попыток вызвать Линду. Лампочка индикатора его браслета постоянно меняла цвет, мигая то зеленым, то желтым, то вообще загоралась красным.

Оставив погрузчик на парковке, он напрямик, перепрыгнув декоративный кустарник, побежал к коттеджу Аннет. Он надеялся, что девушкам хватит ума его там дождаться и объяснить, черт побери, что они имели в виду?

Дверь коттеджа была распахнута. Пол вбежал внутрь и остановился в гостиной, тяжело дыша. Едва восстановив дыхание, он по очереди прокричал их имена, хотя было уже понятно, что дом пуст. – Черт! – вслух выругался он, – ни записки, ничего!

Андерсон подскочил к окну и рывком распахнул шторы.

Накопители энергии шли цепочкой от Центральной станции на север и юг километра на три. Это были огромные белые цилиндры со множеством пристроек, мачт, растяжек, лестниц и лифтов. В обычное время их обслуживало около десятка инженеров, следивших, чтобы количество энергии в каждом не превышало определенной нормы. От них питалась система запрета, образующая силовые поля вокруг всей территории Центральной станции. Но чтобы питать установки запрета, не было необходимости в таком количестве накопителей. Для работы установок достаточно было триллионной доли, запасенной в них энергии.

Полу показалось, что над одним из накопителей курится прозрачная дымка. Он перевел взгляд ниже. Что-то его там привлекло? Он напряг зрение – картинка приблизилась. Точно. У первого накопителя стоял вездеход – девушки, не дожидаясь его, отправились туда сами.

* * *

Аннет уверенно вела вездеход, и Линда ею даже залюбовалась. «Сколько же ей лет?» – думала она, украдкой бросая на женщину взгляды. На вид, тридцать, не больше и это, несмотря на весь тот ужас, который Аннет пришлось пережить за последние две недели. Линде нравились уверенные в себе люди, а ее попутчица несомненно принадлежала к этой категории. Плюс к этому присущая ей самоирония, помноженная на самокритичность, еще больше возвышала Аннет в глазах девушки.

Линда всегда считала, что и у нее сильный характер, но сейчас мысленно ставя себя на место Аннет, невольно содрогалась. Остаться одной на целой планете, видеть страшную смерть друзей, с которыми рассталась всего за пару минут до этого, потом встречать их бесплотные тела на разом вымершей базе. И все это за тысячи парсек от Земли. Без связи, без надежды, балансируя на грани потери рассудка… Список можно было продолжать бесконечно. Линда поежилась, хотя в кабине вездехода было жарко.

Сейчас они ехали к накопителям. Линда не сразу пришла в себя после встречи с бесплотными физиками, а это как рассказала Аннет, были те самые погибшие в первый день Томас Чертч и Радик Шухарт. После сна и лекарств, Аннет чувствовала себя намного лучше и увереннее. Она сжато и, пожалуй, по мнению девушки, чересчур сухо поведала той свои злоключения на Центральной. Женщина старалась придерживаться фактов, не добавляя эмоциональную составляющую в свой рассказ. Если что-то из увиденного выходило за привычные рамки понимания, она так и говорила – «я это видела, а что это было на самом деле – не знаю». Когда они уже закончили пить чай и вышли на террасу, откуда открывался вид на тянущиеся к самому периметру Базы накопители, Аннет вдруг с силой схватила за руку Линды.

– Черт побери! – воскликнула она, – и как я раньше это не заметила?

– Что именно? – Линда непонимающе переводила взгляд то на Аннет, то на накопители.

– Да, это же явная связь! – ответила та, еще больше запутывая девушку. – Посмотри вон на тот, пятый по счету. Видишь, над ним как будто идет пар?

Линда согласно кивнула. Она и раньше обратила на это внимание.

– Так бывает не всегда. – Продолжила объяснять Аннет, – Но когда, над ним начинает парить, то появляются эти… – Она кивнула в сторону двери, за которой не так давно скрылись Томас и Радик. Или что-там, вместо них было.

– И другие, – Аннет прокашлялась, пытаясь скрыть свое волнение, – те, кто улетел в тот день на другие базы.

Заметив, что все еще держит Линду за руку, Аннет извинилась, а потом и предложила:

– Знаешь что, Линда, нам стоит съездить туда, – она кивнула головой в сторону горизонта, где высились вдалеке накопители. – Посмотрим, что там к чему, а главное, надо снять показатели с приборов контроля. Кузнецову, да и другим, может это очень помочь в понимании произошедшего. В тот злосчастный день скакнуло напряжение, да так что полетело почти все оборудование. А Центральная питалась напрямую от этих самых накопителей. Сказав все это, Аннет посмотрела на нее и коротко спросила: – Ты едешь со мной?

Линда в ответ согласно кивнула головой. Ничто в этом мире сейчас не заставило бы ее ответить «нет».

Вблизи накопители казались громадами. Да так, собственно, это и было. Аннет решила начать с самого первого:

– Будем действовать поступательно.

Они подъехали практически вплотную к первому сооружению, и Аннет проворно выскочила из вездехода. Линда, с тяжелым чувством последовала за ней.

Аннет чувствовала себя здесь как в своей тарелке, что нельзя было сказать о Линде. Она быстро сориентировалась и привела их к лифтовой шахте. Лифт работал и буквально за несколько секунд доставил обеих в инженерную.

Небольшой светлый зал со множеством приборов произвел на Линду удручающее впечатление. Как во всем этом разобраться? Но Аннет уверенно направилась к полукруглому пульту, перед которыми на вертящихся ножках были вмонтированы кресла с высокими спинками. Система контроля управления накопителями функционировала исправно. Пульт перемигивался сотнями огоньков индикаторов, на больших экранах плясали столбики непонятных девушке показателей, даже работала система кондиционирования и увлажнения воздуха, что не без удовольствия отметила про себя Линда.

Аннет немного поколдовала за пультом, потом вставила приготовленную заранее цилиндрическую флешку в операционный блок общего счетчика, регистрирующего расход энергии в отдельные дни, часы и минуты. Вскоре все требуемые данные были у нее в кармане.

Потом они спустились на лифте вниз и помчались к следующему зданию. Там Аннет произвела все те же манипуляции. Затем они осмотрели третий, четвертый…

Лифт пятого цилиндра был поднят вверх. Девушки переглянулись. Аннет несколько раз нажала кнопку, пытаясь спустить лифт вниз, но все было безрезультатно.

– Не мог он сломаться? – Линда почувствовала, что начинает нервничать.

– Возможно, – с сомнением в голосе ответила Аннет.

Вдруг лампочки на табло управления лифтом замигали. Лифт спускался с десятого яруса. Девушки замерли, завороженно наблюдая, как меняются цифры этажей. В конце концов, он остановился на пятом ярусе, где располагалась инженерная.

Поколебавшись, Аннет попытался вновь вызвать лифт, но он снова был занят.

Кто мог занять лифт? Призраки? Линда судорожно пыталась решить эту загадку. Но ведь призраки не могут воздействовать на материальные объекты. Они физически не смогли бы нажать ту же кнопку вызова. Или смогли бы? Тогда это многое меняет…

Внезапно лифт пошел вверх. Аннет стукнула кулаком по сенсорной панели, но ничего не изменилось. Тогда она отбежала в сторону и увидела сквозь решетчатые фермы, что лифт действительно движется.

Аннет знаком показала Линде следовать за ней. Осторожно, стараясь не греметь, они скользнули в люк вездехода и на самой маленькой скорости отвели его обратно к четвертому накопителю. Линда поняла замысел Аннет, когда та нажала кнопку «12»

Они поднялись на последний, двенадцатый ярус. Это была плоская крыша цилиндра. Двигаясь предельно тихо, по кошачьи, скрываясь за мачтами, они приблизились к краю крыши и… чуть не свалились вниз со стометровой высоты. Соседний цилиндр был метрах в трехстах. На его плоской крыше разгуливало несколько странных иссиня-чёрных фигур.

Фермы лифта пятого накопителя были обращены в их сторону, и Линда заметила, что сам лифт находится тоже на двенадцатом ярусе. И если чужаки находились на крыше хотя бы две минуты, то должны были увидеть их вездеход. А они, дуры, еще столько раз пытались вызвать лифт вниз.

Линда присмотрелась. Фигуры чужаков на таком расстоянии казались маленькими. Но, сравнив себя с деталями мачт, она пришла к выводу, что неизвестные почти одного роста с ними, может быть чуть повыше и покрупней. Что-то было в них странным. Они были прямоходящие, двуногие и имели как минимум по две руки и одну голову. Лиц на таком расстояние разглядеть она не смогла. Ее осенила догадка. Движения! Двигались они как-то механически. Нет не судорожно, без рывков, но впечатление было, что на них были одеты сервокостюмы. Впрочем, почему бы и нет?

Аннет потянула ее за руку, давая понять, что надо укрыться. Однако Линда в этот момент заметила нечто, что привлекло ее внимание. Она высвободила руку и быстро, стараясь не смотреть вниз, побежала по железному мостику, перекинутому с крыши накопителя к огромной тарелке ретранслятора. Отсюда обзор был гораздо лучше. Прижавшись к мощной опоре ретранслятора, Линда позволила себе отдышаться. Пробежку по узенькому мостику, вибрирующему от каждого твоего шага на стометровой высоте, трудно было назвать увлекательной.

Линда бросила взгляд вниз. По дороге, идущей вдоль накопителей шла машина, больше напоминающая тяжелый боевой танк. Поравнявшись с шестым блоком, она свернула на боковую дорожку, ведущую к его лифтовым шахтам. Затем ее скрыл выступ ретранслятора, за которым пряталась девушка. Но и увиденного было вполне достаточно, чтобы понять, что эта машина не принадлежала автопарку Центральной. Линда заторопилась. У нее оставалось не больше минуты, пока чужие не поднимутся на крышу соседнего, шестого накопителя – оттуда она будет видна как на ладони.

Линда выглянула из-за опоры, чтобы лучше рассмотреть, что происходило сейчас на площадке пятого накопителя. Воздух над ней, казалось, пошел рябью, картинка потеряла четкость, будто она смотрела на экран с расплывшимся изображением. От неожиданности девушка заморгала, а когда это не помогло, с силой потерла глаза. Но ничего не изменилось. Сквозь возникшее марево она разглядела, как расплывчатые черные фигуры катят какую-то платформу, на которой лежал сигарообразный предмет. Линда попыталась напрячь глаза, чтобы приблизить изображение, но это ничего не дало – картинка смазывалась еще больше.

Вдруг один из чужих остановился и медленно повернулся, словно почувствовав ее взгляд. Это было невероятно, но тот смотрел прямо на нее. На лице чужого золотом отразился клонившийся к закату Саваж, и Линда догадалась, что на пришельцах защитные скафандры. Незнакомец поднял руку и неспешно помахал ей рукой(лишнее слово). Линда отпрянула за спасительную опору, сердце пустилось в бешеный пляс. Тогда она поднесла браслет-коммуникатор к лицу и быстро набрала код вызова Пола.

– Пол, ты меня слышишь? – дрогнувшим голосом спросила она. В динамике нещадно трещало.

– Да, Ли, слышу. Что у вас случилось? – Сквозь помехи донесся его слабый голос.

– Дело вот в чем, – Линда собрала в кулак остатки мужества, и как можно спокойнее произнесла: – Что нам делать с чужими, которые возятся около накопителей энергии?

* * *

Пол гнал погрузчик, выжимая из мотора всю его мощность. Он клял себя последними словами, что не додумался тогда воспользоваться свободным вездеходом. Сухой ветер, врывавшийся со свистом в незакрытые боковые стекла, прохлады не приносил. Наоборот, стало ещё более душно. На небе не было ни облачка, а клонившийся к горизонту Саваж припекал почище Солнца в земных субтропиках. Мысли путались … «Чертова связь!» Он, скорее, машинально уже в тридцатый раз набрал код Линды.

Та сразу же откликнулся, словно ждала этого:

– Пол! Где ты сейчас? – спросила она шепотом.

– Скоро уже буду у вас. Где эти люди?

– Часть на крыше пятого накопителя. Что они там делают, я не могу понять. Остальные поехали к шестому.

– Поехали? На чем? – сейчас он прекрасно ее слышал.

– У них что-то вроде вездехода. – она задумалась – Я плохо рассмотрела. Такой большой, типа армейского или знаешь, типа тех, которых используют для исследований планет с высокой радиоактивностью, огромных давлений и температур.

– Они вас видели? – Пол не знал, что делать. Отправиться к пришельцам, забрать девушек и убраться от сюда по добру по здорову, или связаться для получения инструкций с Маккейном?

– Нет! – выпалила Линда, – то есть да…

– Так нет, или да? – у Пола голова шла кругом. И не было времени, как следует, во всем разобраться. Если это вообще возможно.

– Я не знаю, что делать, Пол. Оставаться нам наверху или возвращаться к Центральной. Если бы знать, что они затевают, вообще кто они такие…

– Думаю, вам с Аннет лучше спуститься к вездеходу. А я пока съезжу к шестому…, одним глазком взгляну на них и назад.

– Хорошо Пол, – в ее голосе Пол почувствовал облегчение. Всегда легче, когда кто-то принимает решение за тебя, – только, Пол, будь осторожен. Аннет передает тебе, что это точно не наши. На Центральной такой техники никогда не было.

– Ок, Ли. Если что, вызову тебя…

– Будь осторожен, Пол. Мы спускаемся.

Андерсон выключил коммуникатор и пробормотав себе: «Будь осторожен Пол», резко свернул к шестому накопителю.

* * *

Джон Маккейн сидел, развалившись в кресле, и монотонно жевал пластинку пищевого концентрата. Он следил за секундной стрелкой, которая неутомимо накручивала круги на настенном циферблате, стилизованном под старинные часы. Было ровно половина седьмого, по местному времени.

Редкие мгновения, когда можно расслабиться и ни о чём не думать. В такие моменты на Джона накатывало оцепенение, начинало казаться, что пространство вокруг сплющилось до размеров узкой искорёженной коробки, и он скрючился там, в неудобной позе, не имея возможности повернуться, или вытянуть ноги. Всё представлялось настолько реальным, вплоть до оцепенения мышц, дышать хотелось реже, чтобы не израсходовать раньше времени драгоценный воздух, кислорода в котором оставалось всё меньше и меньше…

Маккейн тряхнул головой, отгоняя наваждение, потянулся за начатой бутылкой минералки – сухая масса обогащенная белками, углеводами, коктейлем из аминокислот и витаминов, стояла ему уже поперек горла. Не спасал и куриный привкус этого, с позволения сказать, деликатеса. Настройки синтезатора пищи бесповоротно слетели, и хочешь – не хочешь, а приходилось довольствоваться сухим пайком.

Маккейн в три глотка допил минералку, не целясь, навесом отправил ее точно в раструб утилизатора. Аппарат радостно заурчав, бесследно поглотил добычу. Джон вновь посмотрел на циферблат. Шесть тридцать три, после полудня. Он перевел взгляд на индикатор связи. Тот горел ровным зеленым светом. «Что там у Томсона с Готье? – подумал Маккейн. – Прошли оговоренные четыре часа, по-хорошему, они должны уже выйти на связь».

Джон несколько секунд раздумывал, не пора ли начать вызывать их винтолет, но решил дать им еще немного времени. Ровно в шесть сорок он попробует сам с ними связаться. А пока можно переговорить с Гарднером. Хотя, если бы у них было что-нибудь неотложное, то сами бы его уже вызвали. Кузнецов отправился в лабораторию, пытается собрать летающий дрон. Что за напасть охватила всю эту планету? Флуктуация полей скачет, как при взрыве сверхновой. Ни один антиграв не работает. Приходится делать все по старинке. «Интересно, сумеет наш кибернетик смастерить летательный аппарат на винтовой тяге? Ладно, посмотрим. – Маккейн побарабанил пальцами по пульту. – Что-то от мальчишки давно нет вестей. Устроил нам тут фейерверк и свалил к своей подружке. Девчонка интересная, ничего не скажешь. Только ветер еще в голове, слишком импульсивная. Короткую интрижку можно еще с ней было бы закрутить, но вот по серьезному…Нет, это не для него».

Маккейн мотнул головой. Что это за мысли ему в голову лезут? Он нахмурился и решительно набрал код Пола. Мальчишка ответил почти сразу.

– Ты где сейчас? – Вопросом на вопрос спросил Джон.

– Я в районе северных энергетических накопителей. – Связь, как ни странно, была прекрасной. – Сейчас направляюсь к шестому. – Парень замешкался – Линда и Аннет видели там чужаков.

– Что ты сказал?

– Линда и Аннет следят сейчас за ними с крыши четвертого накопителя. Аннет утверждает, что это чужие, она никого из них не знает.

– А зачем вообще они туда полезли? – Маккейн был ошарашен. Ему требовалось время на осмысление услышанного.

– Черт его знает! – в голосе Пола появились нотки раздражения. – Ты слышишь, что я тебе говорю? Пришельцы возятся возле энергетической установки на крыше пятого блока.

– Пол, ты в своем уме? – Маккейн не знал, как реагировать. В самом начале было совершенно точно установлено, что на Паломнике нет людей. Нет вообще никакой мыслящей жизни. – Не знаю, что там с Линдой, но Аннет перенесла серьезный психологический шок. Она и сейчас под действием транквилизаторов.

– Мне кажется, мы все негласно договорились не считать друг друга ни в коем случае сумасшедшими. – парень старался говорить спокойно. – Я понимаю Джон, что это звучит все крайне странно, я бы даже сказал, неправдоподобно. – он замолчал на несколько секунд, потом продолжил, – хочу сам удостоверится в их словах.

– Хорошо, понял тебя. – Маккейн взял себя в руки. – Делай что задумал, но при любом раскладе забирай девушек и возвращайтесь на Центральную. Дальнейшие действия будем обсуждать коллегиально.

– Договорились.

– Выйдешь повторно на связь не позднее чем через пятнадцать минут.

Системо: Совож

Плането: Паломник

Местоположение: Центральная База, Главный пульт связи.

Местное время: 18–35

– А вот и я!

Маккейн быстро развернулся вместе с креслом на голос. В проломленном Андерсоном дверном проеме стоял Владимир Кузнецов. В руках он держал какую-то странную конструкцию.

– Я же говорил, что получится! – Кузнецов прошагал прямо по битому стеклу, приблизился к пульту связи и водрузил на него странный аппарат с четырьмя пропеллерами.

Только сейчас Маккейн сообразил, что это был допотопный квадрокоптер.

– Ну как, круто? – уловив кислую мину Маккейна, Владимир добавил: – С камерой!

– И что мы с этой… – Джон на секунду замялся, подыскивая подходящее слово, – штукой будем делать?

В эту же минуту громко запиликал коммуникатор связи, и из динамика раздался голос Пьера.

– Центральная, прием! Это Готье. Центральная прием!

– Прием, Пьер! Это Центральная! Прием!

Кузнецов и Маккейн одновременно подались к микрофону, чуть не стукнувшись головами.

– Пьер, слышу тебя хорошо. – приблизив губы к самому микрофону, сказал Джон. – Какие новости?

– База уничтожена, – спокойно заговорил Готье. – Практически уничтожена. Там все разрушено.

– Люди?

– Одна… Ева, – ответил Пьер шепотом.

– Почему ты говоришь так тихо?

– Она сидит рядом. Джон, я не могу об этом говорить громко.

– Понял тебя, – Маккейн сделал небольшую паузу, – Что с остальными?

– По-видимому, их уже нет в живых. Во всяком случае, Юргенса. Мы его – Самюэль, возвращайтесь скорее. – Маккейн теперь обращался к Томсону. – Когда будете подходить к Центральной, обогните ее с юга и заходите на посадку над самыми деревьями, прямо к центральному подъезду.

– Понял, – ответил тот.

– Дело в том, что на Центральной появились какие-то люди. В районе накопителей. Кто, что, я не знаю. Пол наблюдает за ними. Лучше, чтобы они вас не видели. Понял?

– Слишком много загадок за один день, – голос Томсона оставался спокойным.

– День еще не кончился, Сэм.

– Ну хорошо, через двадцать минут мы будем у вас. – сказал Томсон. – Отключаюсь.

Владимир и Джон посмотрели друг на друга. Кузнецов зачем-то потер лоб и тихо произнес – Ну, вот… Они нашли Еву. С ней тоже что-то произошло. Пьер даже не хотел при ней говорить вслух. А троих уже нет.

Маккейн вдруг медленно начал подниматься с кресла, глядя в сторону Кузнецова. Тот удивленно посмотрел на него. В его облике что-то неуловимо изменилось. Только что он расслаблено сидел в кресле, а сейчас Джон был похож на хищника, изготовившегося к прыжку. Зрачки глаз Маккейна сузились и неотрывно смотрели куда-то позади него. Что случилось? Кузнецов сделал шаг вперед, чувствуя за спиной неприятный холодок. Он медленно повернулся и почувствовал, как зашевелились волосы на голове, а тело сковал липкий страх.

Уцелевшая створка двери была закрыта, а из нее наполовину высовывалась фигура до боли знакомого Томаса Чертча. Тот словно стоял на пороге в раздумье. Потом он решительно вошел в комнату сквозь затемненное органическое стекло и направился к передатчику. Маккейн первым пришел в себя, подтолкнул Владимира в сторону, а сам сделал быстрый шаг в бок, пропуская призрак к пульту.

Чертч невозмутимо прошествовал между ними, сделал несколько один тумблер не сдвинулись с места, – но Томас манипулировал ими так, будто действительно что-то переключал. Потом он протянул руку к микрофону и поднес ее ко рту, держа пальцы так, словно в руке его был микрофон. Но тот так и остался в держателе на пульте. Сказав несколько слов в воображаемый микрофон, Томас, по-видимому, не получил ответа и бросил его на столик. Несколько секунд он стоял, облокотившись на спинку кресла, барабаня пальцами по панели передатчика. Его действия не сопровождались ни единым звуком. Затем он погладил лысый череп ладонью и несколько раз прошелся по комнате, заглядывая в открытые окна.

Кузнецов стоял, затаив дыхание. Да, это был самый настоящий Томас Чертч. Лысый. С большой головой. В не глаженых, как всегда, брюках. В широкой, свободной блузе с большим вырезом на шее. На ногах зеленые ботинки, которые он не снимал даже на пляжах Эксельсиора.

Томас словно ожидал кого-то. Но кого? И вообще, каким образом он мог возникнуть, появиться, если Аннет, Донован и Гарднер уже видели его останки?

За дверью, словно кто-то позвал его, он что-то беззвучно крикнул в ответ и тут же вышел через закрытую дверь.

– Владимир, – Маккейн выглядел ошарашенным. – У меня не было никогда галлюцинаций. Это что, был один из тех двоих? – он поднял глаза на потолок.

– Это не галлюцинации. Это действительно Томас Чертч. Мы с ним долгое время были дружны. Сначала я подумал, что мне конец… сумасшествие. А теперь я думаю, что это действительно было. – Кузнецов помассировал лицо ладонями, точно отгоняя наваждение, потом решительно заявил. – Я пойду за ним.

– Я с тобой!

– Нет, Джон. Ты нужен тут. С минуты на минуту прилетят Томсон с Пьером и Евой. Пусть сразу же идут сюда. Им пока ничего не рассказывай. Я очень быстро вернусь. – он секунду помолчал, потом закончил: – Мне надо проверить одну мысль.

Кузнецов открыл дверь и выглянул в коридор. Фигура Чертча мелькнула в левой его части, которая вела к выходу. Стараясь не шуметь, Владимир быстро двинулся в ту же сторону, прошел через несколько коридоров и подземных переходов. Его всюду сопровождала полоска вспыхивающих светильников, а Томас шел в темноте и прекрасно ориентировался.

Так они дошли до эскалатора, ведущего в главный пульт управления, и поднялись наверх. Дверь по-прежнему была открыта, как ее и оставили Гарднер с Донованом, но Томас сделал движение, словно прикладывает ключ к открывающему замку.

Внутрь они вошли друг за другом. Владимир ожидал увидеть здесь Радика Шухарта и не ошибся. Тот сидел за главным Вычислителем и с изяществом виртуозного пианиста вводил в него какую-то только ему известную программу. К нему приблизился Томас и стал активно жестикулировать. Потом они вместе начали делать какие-то вычисления, надавливая клавиши и перебивая друг друга, но, Кузнецов ясно видел, что клавиши не двигались. Всю панель Вычислителя покрывал толстый слой пыли, вперемежку с хлопьями свалявшейся трухи.

Вдруг, неожиданно прекратив спорить между собой, они вышли из-за пульта, прошли в центр зала и развернули большой рулон бумаги, на нем была изображена какая-то инженерная схема. Владимир поспешил подойти ближе и всмотрелся. – Маятник! – вслух громко воскликнул он, потом испугавшись эха от своего голоса, зажал рот рукой. Это было не обязательно – ученые его не слышали.

Тогда Кузнецов, до крови закусив губу, дотронулся до локтя Томаса Чертча. Рука прошла через пустое место, не встретив сопротивления.

С юга донесся приглушенный звук приближающегося винтолета. Не оборачиваясь, Владимир вышел из главного пульта.

* * *

На некоторое время в вездеходе воцарилась тишина. Пахло пластиковой обшивкой и озоном. Аннет сразу выставила климат-контроль в режим «гроза». Мерно гудел мотор. Девушки обменялись многозначительными взглядами, и Линда сказала:

Пол сидел на заднем сидении и не мог видеть лица Линды, но он хорошо знал – девушка пребывала в бешенстве.

– Не утруждай себя, – не отрывая глаз от дороги сухо обронила Аннет-они все равно в это не поверят. – она надавила на акселератор, и вездеход басовито загудев, послушно прибавил ход. – Пока сам с этим не столкнешься, не поймешь.

– Ты сказала, что у тех, чужих, был вездеход, – не то спросил, не то подтвердил Пол.

– Да, только не вездеход, а скорее тяжелый танк. – Линда повернулась к нему в пол-оборота.

– Я объехал шестой, седьмой и даже восьмой накопители, – Пол вздохнул и развел руками, – там не было никакого танка, даже захудалого вездехода.

– Ты нам это уже говорил. – Линда снова отвернулась и отрешенно уставилась в лобовое стекло.

Пол вздохнул и опять замолчал. Он очень хотел ей верить. Очень. Но факты говорили против слов девушек. Пол облазил всю округу: искал следы гусениц или протекторов, или хотя бы легкую борозду на песке, которую должна была оставить многотонная машина, двигающаяся на гравитационной тяге.

* * *

Томсон посадил винтолетчуть ли не на ступеньки подъезда Центральной станции. Девушка удивленно оглядывалась, не решаясь выйти из машины. Пьер первым спрыгнул на траву и помог ей спуститься на землю. Яркий диск Саважа, опускающийся к закату, мягкая зеленая трава, разбросанные в беспорядке яркие цветы, тенистые кроны деревьев. Девушка с восторгом прошептала:

– Я читала, что такое есть, что такое бывает. Но я не представляла, как это чудесно.

Пьер впервые за несколько дней улыбнулся, обнял ее за плечи и повел вверх по ступеням. Томсон повесил за спину «Иглу» и последовал за ними.

В коридоре, ведущем к отсеку связи, они встретили Кузнецова. Владимир шел с задумчивым видом, держа на вытянутых руках странный аппарат с четырьмя пропеллерами по бокам. Увидев идущих навстречу друзей, он просиял:

– Привет парни! Я рад, что вы вернулись! – Тут он заметил идущую позади девушки.

– О, Ева! – он замешкался, желая обнять чудом нашедшуюся жену Пьера, но не зная куда пристроить занимающий руки громоздкий аппарат. – Как я рад снова тебя видеть!

– Я – Ирен. Ведь Ева умерла.

Владимир мельком взглянул на Пьера, на переминающегося с ноги на ногу Самюэля и, кажется, все понял.

Пьер стоял, опустив голову, и держал девушку за руку.

– Ну, хорошо. – улыбка Кузнецова немного потухла. – Поднимайтесь в отсек связи, там решено провести общий сбор. Нам надо всем высказаться и решить, что же делать дальше. – Потом он кивнул на аппарат, который все еще держал в руках. – А я запущу разведчика и сразу присоединюсь к вам. Идите, у нас мало времени.

Когда Томсон и Пьер вошли в пульт связи, там уже было многолюдно. Мужчины натаскали из соседних отсеков офисных кресел, а Кузнецов с Маккейном, еще раньше приволокли просторный диван и широкий журнальный столик. Получился хоть и импровизированный, но неплохо оборудованный командный штаб. Единственный пока перепрограммированный Кузнецовым киберуборщик, как раз заканчивал убирать осколки от выбитой погрузчиком Пола двери.

Пьер забежал в отсек связи первым и успел предупредить присутствующих, что его жена хочет, чтобы ее называли Ирен. Когда они тоже вошли, Аннет поднялась им навстречу и сказала просто:

– Здравствуй, Ирен!

– Здравствуй…

– Меня зовут Аннет. Это-Линда. Ну а с другими ты сама вскоре познакомишься.

– Аннет. – протянула девушка, словно пробуя имя на вкус. – Это очень красиво. Что мне сейчас делать?

– Ирен, тебе понравится смотреть в окно, – сказал Пьер, беря девушку за руку. – Я уверен. – он осторожно отвел ее к широкому, от пола до потолка, окну и усадил в кресло. – Смотри, как там красиво! И нет никаких ползунов и перевертышей.

Девушка затихла в кресле.

– Так, с чего начнем? – первым взял слово Гарднер.

– Давайте теперь уж с самого последнего события – сказал Маккейн, бросив не добрый взгляд на Пола. – Самовольно оставил пост, – принялся он загибать пальцы, – никого не предупредив, устроил у входа фейерверк, а потом взбаламутил всех выдуманной историей о чужаках на накопителях…

– Да, мы их видели, – воскликнула Линда, опережая готового взорваться Пола. – Но я не могу объяснить, что это такое.

– Подожди, Линда. – Аннет решила помочь подруге. – Давай лучше я. – она встала из кресла и обвела присутствующих внимательным взглядом. Все затихли. Сейчас Аннет казалась спокойной и собранной, разительно отличаясь от той запуганной и сломленной женщины, которую они нашли сегодня утром в коттеджном поселке. – Мы с Линдой решили проверить накопители энергии. – продолжила она, оставшись довольной произведенным эффектом. – Я давно обратила внимание, что время от времени над пятым блоком появляется нечто вроде дымки, как будто колебания горячего воздуха. – она замолчала, будто решая, продолжать говорить или нет. Наконец решилась. – Вот в такие как раз моменты и начинали появляться на базе, – девушка на секунду замялась, – призраки, а точнее фантомы людей, работавших здесь до катастрофы. – она поправила волосы. – Я это только сегодня поняла. То есть смогла сопоставить эти два события.

– Опять призраки. – Пьер нервно поерзал в своем кресле. – Может, давайте будем посерьезнее? У нас тут и так проблем выше крыши…

– Посерьезнее!? – повысила голос Аннет. – После того как я увидела останки Томаса Чертча и Радика Шухарта и осталась одна, я несколько раз встречала их самих. Они ходят по Центральной. Особенно часто они появляются в помещении отсека связи, то есть здесь… Я даже стреляла в них. Не выдержали нервы. Заряд прошел сквозь Чертча, пробил дверь и стену в коридоре, но он спокойно ушел.

– Она не врет. – вдруг поддержал девушку Маккейн. – Мы с Владимиром буквально полчаса назад их видели. Я с ними раньше не был знаком, но Кузнецов утверждает, что это именно они: – Томас Чертч и Радик Шухарт, помощники начальника экспедиции Конрада Лоренца.

– Подтверждаю, – донесся из дверей голос инженер-кибернетика. – Двух мнений быть не может, это были они. – он прошел в зал. – Они существуют, но словно в другом измерении. – Кузнецов развел руками. – Чтоб еще дальше не входить в противоречие с классической физикой, давайте остановимся на определении Аннет, и будем считать их фантомами.

– Прекрасно. – глядя куда-то в пол, произнес Готье. – Вас послушать, так мы все сейчас в загробном мире…

– Я тут подумала, – Линда прошла к столу и взяла бутылочку минералки, – возможно чужие, которых мы видели с Аннет у накопителей, тоже фантомы? Они точно были. Я их отчетливо видела. Похоже, они что-то там монтировали. И еще у них есть танк. Он не похож на наши вездеходы. У него две здоровенные округлые башни, и из каждой торчит по нескольку стволов.

– Тут небольшая нестыковка, – задумчиво произнесла Аннет. – Те фантомы, которые я до этого встречала, были знакомыми мне. А эти, – она нервно поправила челку, – они не имеют никакого отношения к тем людям, которые здесь жили и работали раньше.

– Что ты думаешь обо всем этом? – подал голос, до этого внимательно следящий за разговором Донован.

– Я предположила, что это какие-то пришельцы. На Паломнике нет разумной жизни. Даже чего-нибудь близкого к ней. Нет млекопитающих вообще. Значит, они откуда-то прилетели. Может быть, это те, которые были здесь до нас? Они выждали, когда все люди разлетятся по базам, создали между базами энергетические барьеры, чтобы прервалась связь по радио. Если они в силах соорудить такие мощные силовые поля, то они могут создать и невиданный ураган, который разрушил базы. Дальнейшее сделает свамп. Планета чиста, и вдруг прилетаем мы, когда они уже считают себя хозяевами.

И теперь они снова что-то замышляют. Может быть, они хотят взорвать накопители энергии. Тогда на сотни километров вокруг ничего не останется. Вот какая у меня смешная гипотеза. – Линда протянула ей начатую бутылку воды. Аннет в ответ благодарно кивнула и жадно припала к горлышку. Видно было, что воспоминания не прошли для нее даром.

– Гипотеза интересная. Но почему бы им не уничтожить нас более простым способом? – Маккейн скептически улыбнулся. – Просто расстрелять из своего оружия.

– Не знаю. Может быть, их слишком мало, и они боятся. Может быть, они не выносят вида крови. Я же сделала только предположение.

– Давайте так, – Вмешался в разговор Гарднер. – Насколько я понял, чужие бесследно исчезли, может быть, на время, но сейчас, по крайней мере, они нам не угрожают?

– Да. – угрюмо подтвердил Пол. – Я там все обшарил – никаких следов.

– Хорошо. – удовлетворенно кивнул Стефан. – Владимир, ты запустил дрон-разведчик?

– Да. Все в порядке. Его батарей хватит на двенадцать часов. Так что в течение этого времени мы будем знать, что происходит на всей территории Центральной и можем в случае чего экстренно среагировать по обстоятельствам. Хотите, я выведу изображение его камер на большой экран?

– Отлично, выводи.

Кузнецов поколдовал некоторое время у головизора, и вскоре на большом экране появилась довольно четкая картинка Центральной с высоты птичьего полета.

– Это конечно не голограмма, а всего лишь 2-Д, но по желанию можно приближать и перенастраивать изображение.

– Прошло девять часов, как мы сели на Паломник, – продолжил Гарднер. – Здесь все странно и непонятно. Но я уверен, что у каждого есть какая-то гипотеза, предположение. Кто выскажется первым?

– Прошло десять с половиной часов, – поправил его Томсон.

– Нет, прошло девять часов, – жестом остановил его Гарднер. – Это нетрудно установить. Так кто первый?

– Ты, Стефан, и начинай. – Готье переглянулся с Томсоном. – Нет. Я буду последним. Начните вы с Пьером.

Готье несколько секунд помолчал, потом сказал:

– Яне знаю, отчего умерли Чертч и Радик Шухарт, и что повлекла за собой их смерть, и что вообще разгуливает сейчас по Центральной. Но на базах просто прорвался свамп. Был какой-то ураган, разрушивший установки запрета и здания, а остальное докончил прорвавшийся свамп. Так, во всяком случае, произошло на второй базе. Уверен, что и на всех остальных будет такая же картина.

– Одновременно? – спросил Донован.

– Не думаю, – ответил Пьер. – Ураган захватывал одну базу за другой.

– Ураган на всем Паломнике? – удивился Томсон. – Маловероятно. Здесь никогда не было даже сильного ветра.

– На нашей памяти действительно не было. И, тем не менее, я согласен с Готье, ураган был, – возразил Гарднер. – Мы с Донованом видели, что творится вокруг территории Центральной. Завалы высотой в сотню метров. Ураган шел с севера, и, судя по этому завалу, буря была страшная, и она могла пронестись на много тысяч километров к югу. И образоваться ураган мог за несколько тысяч километров от Центральной. Поэтому предположение о том, что базы были разрушены ураганом, мне кажется, объясняет многое. Хотя бы то, что в противном случае люди могли бы добраться до Центральной на винтолетах. Однако этого никто не сделал. Ураган был. Это факт. Неясно только, почему он возник. – он помолчал. – Что ты еще можешь сказать, Пьер?

– Больше ничего. Ураган и свамп. Никто не был готов к этому.