Роковое обещание Марсонс Анжела

Глава 60

– Не уверен, что Вуди согласится с тем, что Холлитри лежит как раз на пути в участок, – заметил Брайант, когда они остановились возле мусорных ящиков, заваленных тройным слоем черных мешков с мусором.

– Я уже рассказала тебе, что мне сказал Пенн, и ты прекрасно знаешь, что для ордера на обыск у нас ничего нет. Поэтому надо использовать элемент неожиданности.

– Командир, меньше получаса назад ты лежала на спине в бессознательном состоянии, в самом центре заросшей травой лужайки. Мы могли бы послать патрульных…

– Это должны сделать мы сами, Брайант. А теперь – вон из машины, – и Ким захлопнула за собой пассажирскую дверь.

После поездки на машине ее нога вновь одеревенела, но, сделав пару шагов, инспектор стала осторожно переносить на нее свой вес.

– И перестань так волноваться, черт побери, – сказала она, когда сержант постучал в дверь. Его взгляды исподлобья начинали ее бесить.

* * *

– Мистер Манчини, мы можем войти? – спросила Ким, оставляя позади главу дома.

Она прошла в гостиную, где сидел Джованни, с влажными волосами и полотенцем, обернутым вокруг пояса. Он копался в своем мобильнике.

Увидев Ким, молодой человек встал, ища глазами отца.

– Прошу прощения за это вторжение, – сказала инспектор, когда вся семья оказалась в сборе. – Но мы хотели бы, чтобы вы проехали с нами в участок и ответили на пару вопросов, мистер Манчини. – С этими словами она повернулась к младшему Манчини и заглянула за диван. – И не забудьте захватить с собой ваши кроссовки «Рибок».

Глава 61

Обескураженная, Стейси опустилась на кровать. Она посмотрела везде, где только было можно: в шкафах и комодах, под и на, за и перед, перевернула все ящики и обыскала каждый уголок. И гордиться ей сейчас было нечем.

Она копалась в вещах пятнадцатилетней девочки, ничего ей об этом не сказав и не получив у нее разрешения. И ничего не нашла. Стейси тяжело вздохнула и попыталась представить себе, что происходило здесь, на кровати Эммы, в ту ночь, до того как они начали ссориться. Как они разговаривали, шептались, возились с лэптопом, смотрели телевизор, слушали музыку, обсуждали косметику и мальчиков…

«А какую музыку они слушали?» – подумала констебль, глядя на музыкальный центр, стоящий за туалетным столиком. Большинство детей используют свои телефоны с наушниками или небольшие портативные колонки, а не высокие неуклюжие «гробы», занимающие в комнате лишнее место.

Стейси нахмурилась, встала и подошла к столику.

Действительно, почему эти громадные колонки занимают столь драгоценное место в комнате, когда вещи хозяйки вываливаются из небольшого шкафа на стоящий рядом стул?

Констебль осмотрела колонки. Одна была покрыта тонким слоем пыли, на другой пыли не было.

Подняв ту, что была в пыли, она поставила ее на место. Потом подняла чистую – и мгновенно заметила разницу в весе.

Эмма привыкла, что время от времени ее вещи обыскивают, и ей необходимо было необычное место, в котором она могла хранить свои секреты.

Констебль обнаружила, что колонка даже не подключена. Поставив ее возле кровати, она провела рукой вдоль решетки, закрывающей динамики, и потянула за верхний край. Колонка раскрылась. Стейси увидела перед собой пачку сигарет, зажигалку, карточку с адресом центра планирования семьи в Уолсалле и измятый пластиковый пакет из супермаркета.

Констебль осторожно открыла пакет и наткнулась на целую россыпь различных предметов.

Когда она стала перебирать их, у нее сперло дыхание.

Перед ней лежали аккумулятор, сим-карта и чехол с блестящим «Юнион Джеком»[51], точно такой же, какой был описан в заявлении о пропаже Джесси.

В дверях появилась какая-то фигура.

Сьюзан с ужасом смотрела на вещи, которые Стейси держала в руках.

– Миссис Уэстон, не могли бы вы объяснить, откуда у вашей дочери телефон Джессики Райан?

Глава 62

– Сэр, со мной всё в порядке, – в третий раз повторила Ким. И это было почти правдой, если не обращать внимания на пульсирующую боль от левой голени до колена. Но об этом боссу знать вовсе не обязательно.

Джек, сержант на дежурстве, ясно дал ей понять, как только она вошла в участок, что Вуди хочет видеть ее немедленно. Брайант забрал Джованни Манчини в допросную, а инспектор направилась вверх по лестнице. И сейчас Вуди уже успел прочитать ей лекцию, отчитать и замучить бесконечными вопросами, все ли у нее в норме.

– А теперь, может быть, мы с вами поговорим о Джованни…

– Стоун, вы лежали посреди газона в бессознательном состоянии.

– Это продолжалось совсем недолго, сэр, – ответила Ким, не уверенная, что это сыграет какую-то роль.

И поднятые брови Вуди подтвердили, что она права.

– Вы знаете, что обязаны были поехать в больницу, где вам должны были сделать рентген, чтобы убедиться…

– Сэр, внизу меня ждет подозреваемый по делу об убийстве доктора Корделла и, возможно, Филлис Мэнселл. Но прежде мне надо хорошенько изучить его обувь.

– Он здесь добровольно?

Инспектор кивнула.

– У вас что, недостаточно улик для ареста?

Ким покачала головой. Работа в одной больнице с жертвой, где, помимо них, работало больше тысячи человек, и обладание теми же самыми кроссовками известного бренда, что и сотни тысяч других потребителей, не давали повода арестовать подозреваемого. А больше у нее ничего не было. Даже возможности напрямую связать Джованни с заявлением Корделла. Если б речь шла об отце Джованни, то какой-то шанс у нее был. Но отец не носил кроссовки «Рибок».

– Тогда, как вам наверняка известно, вы не имеете права дотрагиваться до его кроссовок.

– Но разве я не могу попросить его снять их, сфотографировать, послать Митчу и…

– Стоун, давайте-ка мы с вами дружно забудем о том, что вы только что попросили позволить вам нечто, что позволит суду бросить это дело нам в физиономию, после чего мы с вами пополним ряды безработных.

– Честное слово, сэр, я вовсе не уверена, что в наше время безработные выстраиваются рядами, – ответила инспектор.

– Чтобы вам было понятно, Стоун, мой ответ – категорическое НЕТ. Если он хоть на мгновение снимет свою обувь, у нас с вами будут очень серьезные проблемы. Я ясно выражаюсь?

– Конечно, сэр, – ответила Ким, словно никогда в этом не сомневалась.

Вуди быстро успокоился и поменял тему разговора.

– Как ваши встречи с психологом? Всё в порядке? – спросил он.

– Абсолютно. – Ким стала потихоньку сдвигаться в сторону двери. – Вы сами дали мне время для подготовки отчета, и к концу недели он будет лежать у вас на столе.

– Да… – Вуди задумался. – Вы знаете, Стоун, мне кажется, что вы лучше работаете, когда ограничены какими-то временными рамками…

Выражение на его лице подсказало Ким, что на ее босса только что снизошло просветление. И при этом она не заметила на его лице и намека на самолюбование. Вуди вообще не отличался подобной склонностью. Хотя иногда бывал к этому чертовски близок.

– Так вот, имея это в виду, я хотел бы видеть повторный рентген вашей левой ноги у себя на столе до конца дня.

– Сэр, но это невозможно… – заартачилась Ким. – У меня так много…

– И если мы договорились, то вы можете допросить вашего свидетеля, Стоун. Но повторяю еще раз: его обувь должна оставаться у него на ногах.

Глава 63

– Ну, и что дальше? – спросил Брайант, когда они стояли возле допросной № 1.

– А дальше я больше всего на свете хотела бы заполучить эти кроссовки и посмотреть, совпадет ли их подошва с отпечатком на пиджаке Корделла. А еще проверить их на наличие остатков крови.

Когда ей позвонил Пенн, он сообщил, что отпечаток на убитом точно соответствовал тому типу кроссовок, которые носил Манчини, но, чтобы убедиться в этом, ей необходимо сделать оттиск подошв этих кроссовок.

– Ну да, помечтай… Я имел в виду тактику допроса. Плохой полицейский, хороший полицейский… Что выбираем?

– Полицейские в двадцать первом веке могут быть только хорошими… – Стоун, приподняв бровь, вошла в комнату. – Спасибо вам за ваше терпение, мистер Манчини, – сказала она приятным голосом, усаживаясь напротив подозреваемого. – Мы хотели бы, чтобы вы добровольно ответили на несколько вопросов. В то же время вы можете в любое время покинуть эту комнату. Вам понятно?

Было заметно, что, услышав, каким тоном это было сказано, Манчини расслабился.

– Сэр, как вы, наверное, уже поняли, мы расследуем убийство доктора Гордона Корделла, а у вашей семьи совсем недавно возникли к нему некоторые претензии.

– Это у него возникли претензии, а мы, твою мать, вовсе не…

– Мистер Манчини, вчера, когда мы общались с вашим отцом, вы были очень взволнованы.

– Правильно, черт возьми.

– А не могли бы вы объяснить, почему так злитесь на доктора Корделла?

– Да дело, в общем-то, не в нем. Он был самонадеянным, тщеславным засранцем и получил то, что ему причиталось, если уж на то пошло. Он лгал о моем отце, который раскрыл его грязный секрет, и попытался уничтожить его, чтобы делу не был дан ход. Гораздо больше меня злит эта гребаная главврачиха, которая просто вышвырнула Па, даже не выслушав его. Хотя в любом случае Па ничего не собирался говорить. Он много чего видит, но предпочитает ни во что не вмешиваться. Занимается своими делами и подтирает за другими их дерьмо.

– Мне кажется, Ванесса Уилсон была обязана действовать в соответствии с процедурой.

– Да начхать мне на все эти процедуры, – огрызнулся Манчини. – Моему Па пришлось уйти оплеванному, с ярлыком лгуна и вора, а он этого не заслуживает.

– Хорошо, мистер Манчини. – Голос Ким был спокоен. Напротив нее сидел человек горячий, заводящийся с полоборота, и ей вовсе не хотелось, чтобы он встал и ушел. Не раньше, чем она доберется до его обуви.

– Она та еще сука, которая обращалась с моим Па как с дерьмом… – Неожиданно он подался вперед. – А вы знаете, сколько мой отец работал сверхурочно только потому, что кто-то звонил и сообщал о том, что заболел? Но об этом ведь нельзя говорить, потому что это противозаконно… А сколько раз ему приходилось оставаться после работы, потому что какой-то новичок не успевал сделать все в срок? И он ни разу не пожаловался. А знаете, почему? Потому что он человек благодарный… И он был так признателен за то, что у него есть эта работа, что держал свой рот на замке и продолжал трудиться. И за это они окрестили его гребаным вором… – Джованни горестно покачал головой.

– Кто это «они»? – уточнила Ким.

– Ну, Корделл, его сучка и эта гребаная главврачиха. Тут кого ни возьми – мало не покажется…

– И ваш отец точно был с вами в понедельник вечером? – спросила Ким.

Резкая смена темы разговора вызвала у допрашиваемого некое нарушение концентрации. Казалось, он заколебался, прежде чем утвердительно кивнуть.

– Да, мы были дома. Смотрели телик.

– Хорошо, мистер Манчини. А где вы оба были вчера днем?

Нахмурившись, мужчина посмотрел на инспектора. Его брови чуть не сошлись на переносице.

– Простите, но на этот вопрос я отвечать не буду.

– Но вы же не могли забыть, где были вчера в это же время?

– Я не сказал, что не могу ответить на вопрос. Я сказал, что не буду отвечать на него. И вообще, мне кажется…

– Ладно, сэр, нет проблем, – успокоила его Ким. – У меня остался всего один вопрос, хорошо?

Манчини согласно кивнул.

– Джованни, вы не могли бы дать мне на минутку ваши кроссовки?

Он нахмурился еще больше и затряс головой.

– Нет, офицер. Боюсь, что я не могу этого сделать.

Глава 64

– Ты не можешь обвинить меня в том, что я не была с ним мила, – взорвалась Ким в коридоре.

– Ну конечно. Ты же очень мило спросила его – правда, не в лоб, – не является ли он, или его отец, хладнокровным убийцей? Так что меня вовсе не удивляет то, что он не отдал тебе свои кроссовки, – честно ответил ей Брайант.

– Ты что, действительно считаешь простым совпадением то, что он носит точно такую обувь, какую мы ищем? Пенн проверил это по базе данных и получил подтверждение от производителя.

– А еще ему подтвердили, что это их вторая по популярности модель кроссовок, которая находится на рынке вот уже семь лет. А это значит, что… такая обувь совсем не редкость.

С этим Ким не могла не согласиться.

– И потом, почему он открыто их носит, если совершил в них убийство? – продолжил сержант. – Ведь на них могла остаться кровь.

– Его отец – профессиональный уборщик. Он вполне мог их отчистить. Уверена, что в больнице есть какие-то химикаты для удаления крови.

– Все правильно, но только Манчини-старший сейчас не работает. Он временно отстранен. И как, по-твоему, он мог достать химикаты, чтобы отчистить ботинки?

– То есть ты предлагаешь полностью забыть о том, что один из наших главных подозреваемых носит точно такие же кроссовки, след от которых был найден на пиджаке нашего убитого? Что ж, очень умно… А теперь можешь подняться наверх и сообщить Пенну, что он потратил тридцать часов своей жизни, разыскивая улику, которую мы решили проигнорировать.

Не обращая внимания на ее разочарование, Брайант продолжил:

– Манчини пришел сюда добровольно. И может уйти в любое время, так что, мне кажется, тебе надо смириться с тем, что кроссовки останутся там, где они находятся в настоящий момент, – то есть у него на ногах.

Ким открыла было рот, чтобы возразить, но вновь закрыла его.

– Сделай мне одолжение, Брайант: позвони Стейси и попроси ее пригласить сюда Митча. Я сейчас пойду выпью кофе, а когда вернусь, то перестану быть хорошим полицейским.

Глава 65

Стейси положила трубку.

– Странно… Босс хочет видеть Митча. Кажется, такого еще никогда не бывало.

– А этот Митч?… – спросил Пенн.

– Он эксперт-криминалист. Обычно возглавляет группу экспертов на месте совершения преступления.

Стейси нашла номер Митча и позвонила ему. Он спросил, насколько все это срочно, и она подтвердила, что очень срочно, предположив, что иначе босс не попросила бы ее позвонить.

– Ну, и чем ты сейчас занимаешься, после того как нашел след лапы? – поинтересовалась констебль у сержанта.

– Пытаюсь выяснить у криминалистов хоть что-то о Филлис Мэнселл, но ребята из лаборатории, которые занимаются волокнами, сегодня повышают свою квалификацию в области современных полимеров… или что-то в этом роде, – ответил Пенн.

– То есть тебе нечего…

– То есть я изучил свидетельские показания относительно аварии Сола Корделла, числом более тридцати. И одно из них меня заинтересовало.

– Всего одно? – с сарказмом уточнила Стейси. Из тридцати шести показаний, в которых говорилось об одном и том же, его заинтересовало одно, которое от них отличалось.

Ей надо было проверить телефон Джесси и решить, что делать дальше, но босс четко расставила приоритеты…

– Ну, и что не так с этим показанием? – спросила Стейси.

– Молодой парень показал, что видел, как на съезде номер два с трассы Эм-пять, приблизительно в то же время, когда произошла авария, происходило нечто опасное.

– Опасное?

– Он показал, что ему пришлось отрываться от идиота, который, не доезжая несколько миль до съезда, постоянно мигал дальним светом фар.

– А что говорят дорожники?

– Что он просто пытается отвлечь внимание от себя, любимого, потому что ехал со скоростью сто девятнадцать миль в час[52]. Но юнец так и так получил штраф, так что какой ему смысл…

Когда тридцать пять человек показывают одно и то же, а тридцать шестой – нечто другое, здравый смысл подсказывает, что большинство всегда право. Однако в работе полицейского основную роль играют инстинкты, и Стейси прекрасно поняла, почему Пенн обратил внимание на это свидетельство.

Хотя, честно говоря, ее сейчас больше всего интересовало исчезновение Джесси Райан, но с ним придется пока подождать.

– Если есть хоть малейшее сомнение в том, что авария с Солом Корделлом была случайностью, мы должны выяснить всё как можно подробнее, – ворчливо заявила она.

Пенн согласно кивнул.

– Ладно, позвони этому парню, а я займусь камерами наружного наблюдения.

Глава 66

Ну хорошо, Джованни, давайте напрямую, – сказала Ким, ставя свой кофе на стол. – Погиб мужчина, и погибла пожилая леди, и мне очень интересно, какое отношение к этому имеете вы.

Его лицо побледнело; он начал судорожно качать головой.

– У меня на руках ряд доказательств, свидетельствующих либо против вас, либо против вашего отца, либо против вас обоих; поэтому, я считаю, вы должны…

– Я что, арестован? – произнес Манчини, переводя взгляд со Стоун на Брайанта.

– Разве я зачитала вам правило Миранды?[53]

Джованни покачал головой.

– Я просто пытаюсь быть с вами честной, поскольку, мне кажется, вы чего-то недоговариваете.

– Но я…

– Ничего пока не говорите. Просто послушайте.

– Я бы не стал никому причинять зла только потому…

– Дело вот в чем, Джованни. Вы были очень сердиты на то, как поступили с вашим отцом и больница, и доктор Корделл. И абсолютно понятно, что вы хотели защитить отца – и его честь.

– Но я честно…

– Я хочу, чтобы вы хорошенько это осознали: мы все вас понимаем. – Тут Ким посмотрела на Брайанта и увидела, как тот стиснул зубы. Она поняла почему. Ничего, переживет. Этот парень еще даже не под присягой.

– Так вот, меня интересует: может быть, вы потеряли контроль над происходившим? Ведь вы с самого начала не планировали…

– Я не мог… Клянусь… – начал Манчини, глядя на Брайанта, который под столом лягнул инспектора.

Она не обратила на это никакого внимания.

– Понимаете, решение покалечить человека только потому, что вам так захотелось, или сделать это, защищая свою семью, – два разных преступления. И я не думаю, что вы можете покалечить кого-то безо всякой на то причины. Даже судья примет во внимание ваши чувства относительно…

– Можно вас на минуточку, командир? – спросил Брайант, намеренно разрушив то напряжение, которое Ким искусственно нагнетала.

С трудом улыбнувшись, инспектор вышла из комнаты. И подождала, пока сержант закроет дверь.

– Какого черта ты творишь? – прошипела она.

– Тот же вопрос я могу задать тебе, – огрызнулся тот. – Решила применить метод Рейда?[54] Я про себя повторял за тобой все этапы. Действуешь прямо по учебнику и даже порядок не нарушила. Вступила в прямое противостояние, переложила вину, свела к минимуму возможность отрицания, добавила искренности, присоветовала альтернативу, предложив более приемлемый с точки зрения общества мотив в виде защиты чести семьи… – Глаза Брайанта сверкали.

– Но этот метод доказал свою эффективность, – попыталась защититься Ким.

Весь метод включал в себя три этапа: фактологический анализ, анализ поведения подозреваемого, а уже потом девять шагов непосредственно во время допроса подозреваемого.

– Все правильно, только ты сразу перешла непосредственно к третьему этапу и вместо вопросов и ответов произнесла целый монолог…

– Брайант, мне нужны ответы, а техника допроса не имеет значения.

– Эта техника априори подразумевает, что подозреваемый виновен – и тебе это прекрасно известно. Она конфронтационна, манипулятивна и, самое главное, недостойна тебя, командир. Парень пришел сюда добровольно, без повестки, и мы его даже не арестовали.

Понимая справедливость этих слов, Ким почувствовала, как в животе у нее все перевернулось.

Служба рекомендовала использовать при допросах метод ППВОИЗО. Подготовка, планирование, вовлечение, объяснение, подведение итогов, завершение и оценка. При использовании такого подхода между следователем и подозреваемым начинался диалог. Так она всегда и поступала. В обычных обстоятельствах. Но сейчас ей срочно нужен был результат.

– Ладно, – сказала Стоун, глядя Брайанту прямо в глаза и понимая, что он в чем-то прав.

– И хватит надо мной прикалываться, – возмутился сержант.

– А я и не прикалываюсь. Все правильно. Я не должна была так его допрашивать. Просто я знаю, что он пытается что-то скрыть и…

– И мы выясним это законными и этическими методами, а не любой ценой, – закончил за нее Брайант.

– Брайант, умирают люди, если ты об этом уже забыл.

– А мы, командир, хорошие полицейские, если ты об этом уже забыла.

Действительно иногда она об этом почти забывала. Но не тогда, когда рядом с ней был ее столь цельный коллега.

К ним подошел констебль и кивнул Ким.

– Мэм, на ресепшне вас ждет Митч Аллен.

Инспектор улыбнулась, увидев озадаченное лицо Брайанта.

– Как раз вовремя, – сказала она. – Будьте любезны, пригласите его сюда.

Глава 67

Сьюзан Уэстон ждала, когда ее дочь откроет входную дверь. Четыре часа, проведенные на работе, и три, потраченные на приведение в порядок изношенного линолеума на кухне, ничуть ее не успокоили.

Сьюзан уже потеряла счет всем тем случаям, когда, благодаря ее «доченьке», на их пороге появлялась полиция, но сейчас все было по-другому. Сейчас все было очень серьезно.

– Привет, Ма. Что…

– Эмма, черт тебя побери, что же ты, по-твоему, творишь? – выкрикнула женщина, как только ее дочь вошла на кухню.

– Что… что случилось? – Та заметно побледнела.

– И где тебя вообще черти носят? – взорвалась Сьюзан. – Уроки закончились час назад!

– Я ходила проверить…

– Ты что, хочешь, чтобы нас всех замели? – Сьюзан со всей силой ударила кулаком по стойке бара на кухне.