Мышление руководителей: системное, управленческое, критическое, аффективное Молоканов Михаил

7.2. Коучинг

Почти 20 лет назад заказчик из крупного холдинга, руководителей которого я активно обучал в тренинговом формате, поинтересовался, не занимаюсь ли я и коучингом?

Книжек по коучингу я прочел тогда уже с десяток, как переведенных на русский, так и в оригинале. Все описываемое там было лишь упрощенной версией того, что мне давали на пятилетней сертификационной программе по групповому психоанализу Австрийского общества групповой динамики и групповой терапии.

А в рамках этого обучения я уже и супервизируемую клиентскую группу вел.

Да и некоторые бизнес-тренеры, посещавшие встречи моего Клуба бизнес-тренеров, уже начали восторженно заниматься коучингом, и в их поведении появились признаки профессиональной деформации, свойственные неофитам и фанатикам, от чего в групповом психоанализе нас тщательно оберегали. Характерно, что безудержный восторг от всемогущества коучинга демонстрировали лишь вольные коучи. А те мои коллеги, кто обучался коучингу, работая в международных компаниях, относились к нему просто как к еще одному хорошему рабочему инструменту.

Поэтому на вопрос клиента о коучинге я уверенно ответил: «Да!» Стал работать и с членами совета директоров, и с управляющими директорами предприятий, и с ключевыми сотрудниками. Результатами очень сильно горжусь до сих пор.

Это потом уже меня неоднократно обучали коучингу по программам международных тренинговых и консалтинговых компаний для работы с их клиентами в России, а в 2012 году я был удостоен почетного членства в Международной ассоциации коучей и тренеров ICTA.

Но нужно понимать, что коучинг – это просто хорошо раскрученная международная торговая марка, и каждый под ее прикрытием может заниматься тем, во что горазд. Однозначного понимания, что такое коучинг, не только в России, но и в мире не существует. Спросите о том, что такое коучинг, 20 коучей, и вы получите 20 разных определений, ни одно из которых, возможно, так и не даст вам никакой ясности. Только что окончивший трехдневные курсы по коучингу неофит с придыханием будет вам рассказывать о волшебстве коучинга, а менеджер по продажам международной торговой компании – о рутинном весьма технологичном процессе регулярного индивидуального обучения на рабочем месте своих подчиненных – торговых представителей.

Ситуация «И это тоже коучинг?»

Несколько лет назад вместе с коучами из разных стран, отобранными для работы в международном проекте, я проходил обучение по стандартам крупнейшей западной фармацевтической и химической компании, чтобы проводить коучинг для их сотрудников. Так вот под коучингом у них подразумевается не только задавание вопросов, но даже и инструктаж, и тренинг, и последующая оценка персонала – все вместе получается что-то близкое к наставничеству.

Почему так? Потому что коучинг сам по себе – всего лишь зонтичный бренд, неплохо раскрученная торговая марка, под которой представители различных школ коучинга продвигают каждый свое.

В каждой школе могут использоваться свои собственные самые разные, древние и не очень, виды работы с клиентом. В основном индивидуальной, но сейчас стали активно раскручивать и командный коучинг. Мне весело: коучи наконец-то решили заступить на территорию групповых психоаналитиков, правда, без малого через сто лет!

Следующие материалы представлены онлайн по адресу www.STRADIS.top/list

Бесполезные и нелепые определения коучинга

Эдипов комплекс коучинга по отношению к психотерапии

Коучинга вообще нет

Сейчас существует масса школ коучинга, уходящих корнями в различные подходы психотерапии и практической психологии. Я уже не говорю о множестве эклектических авторских школ.

Например, существуют: коучинг внутренней игры, коактивный, по модели GROW, психодинамический, коучинг позитивной психологии, онтологический, интегральный, нарративный, гештальт-коучинг, НЛП-коуинг, нейроповеденческого моделирования, бихевиоральный, когнитивно-поведенческий, коучинг осознанностью, решение-фокусированный, человекоцентрированный, экзистенциальный, коучинг сострадательного восприятия, когнитивно-развивающий, трансперсональный, трансактный, коучинг принятия и приверженности…

Поэтому, если вам кто-то говорит, что он занимается коучингом, уточните у него, в рамках какой школы коучинга он получил профессиональную подготовку (а может, у него есть и более глубокое психотерапевтическое образование).

Просто коучинга, вне рамок конкретной школы, не бывает. Повторюсь: коучинг – всего лишь зонтичный бренд.

Следующие материалы представлены онлайн по адресу www.STRADIS.top/list

Коучинг в управленческой практике

Уход сотрудника из компании после коучинга

Как выбрать коуча

Поскольку в нынешней реальности под коучингом каждый волен понимать практически что угодно, то коучем может называть себя любой, о ком хоть кто-то хоть один раз сказал: «Он – мой коуч».

Как в этой ситуации выбрать себе коуча? Лучше всего по рекомендации. Но работает коуч индивидуально и иногда над очень чувствительными вопросами. Поэтому не всякий его клиент будет делиться своими впечатлениями о такой работе. Плюс, как и при любом взаимодействии один на один, по впечатлениям лишь одной стороны трудно оценить, что там на самом деле происходило и к чему привело.

Ситуация «Какой из двух коучей лучше»

Вполне обычная ситуация: ваш знакомый не первый месяц работает с коучем, очень доволен, но единственные позитивные изменения, которые вы видите, – его горящие глаза, когда он об этом говорит. А вот с окружающими, включая партнеров и подчиненных, у него только все большее и большее взаимонепонимание. Да и в делах лучше не стало. Эмоциональная накачка, провоцирование коучем глубокого чувства благодарности ему самому и реальный результат клиента – разные вещи.

И наоборот: поработал знакомый с коучем месяц. Оценки работы весьма сдержанные: «Ну, сказать, что было скучно, нельзя, но и выделить так особо-то и нечего. Спрашивал он меня о чем-то. А так, чтобы что-то полезное… Ну, не знаю». А вы видите, что через этот месяц и дела его в гору пошли, и какие-то свои психологические особенности в поведении он сгладил.

Ведь профессионал работает так, чтобы клиент сам ощутил свои силы. Поэтому у клиента не бывает щенячьего восторга после такой работы. Он понимает, что достиг всего сам, а коуч его только направил, помог собраться.

Но так как под коучингом каждый понимает свое, то выбирать коуча вам нужно, прежде всего исходя из того, чего именно вы хотите достичь взаимодействием с ним. Так что уж на выбор коуча придется потратить достаточно времени и сил.

Ситуация «Коуч международного уровня»

В 2014 году известная международная компания, лидер в своей отрасли, построила в России первый завод. В команду предприятия со всей страны были отобраны лучшие управленцы-производственники с опытом работы в международных компаниях.

В глобальной практике компании – давать в помощь команде топов каждого предприятия коуча. Обычно это американский коуч. Но руководство российского завода попросило, чтобы их коуч был международного уровня, но российским.

Компания прониклась отечественной спецификой и разместила заказ на поиск такого коуча в известном агентстве executive search.

Агентство перебрало всех известных и не очень российских коучей (место жительства коуча не являлось критерием выбора), но победил человек, который в 2014 году еще не ассоциировался с коучингом в России, хотя активно занимался им с 2002 года, – ваш покорный слуга Михаил Молоканов.

По результатам первого года нашего сотрудничества российский завод и его команда топов стали лучшими среди всех предприятий и компаний в мире. Мы сотрудничали пять лет, пока весь этот производственный бизнес не был куплен другим международным игроком.

Серьезные коучи не распиарены. Поэтому, чтобы не быть разочарованными, вам придется провести собственный поиск, по ходу осваивая навыки охотника за головами (head-hunting, executive search). Поможет в этом алгоритм выбора коуча из 13 шагов (при поиске коуча, описанном в ситуации выше, все эти шаги агентством были сделаны). В то же время не обязательно проходить все 13 шагов до конца. Верьте своей интуиции и социальному интеллекту.

Шаг 1. Составьте предварительное впечатление о коуче.

Спросите о впечатлениях о нем тех людей, кто с ним встречался.

Посмотрите его странички в социальных сетях, видео с ним (если есть) на его сайте. Но потратьте на это не более получаса. И постарайтесь выдержать баланс здравомыслия. С одной стороны, если что-то в увиденном, прочитанном и услышанном вызовет у вас резкое отторжение, возможно, и не стоит знакомиться ближе.

С другой стороны, Интернет может создавать и искаженный образ.

Плюс любой такой профессионал должен быть достаточно гибок в общении. Если, например, вы увидели, как он выступает публично, то это вовсе не означает, что в коучинге один на один он будет столь же шумным. И наоборот, если коуч и в обычной жизни только и делает, что задает сильные вопросы, стоит задуматься, не профессиональная ли это у него деформация. В любом случае, если при заочном знакомстве что-то показалось необычным, при личном общении всегда об этом можно спросить и посмотреть на адекватность реакции коуча.

Но что, наверное, точно недопустимо на сайте коуча – это плагиат.

Используйте поисковик, чтобы проверить, насколько оригинален текст, в котором коуч рассказывает, что такое коучинг и как нужно выбирать коуча. Его повторение на сайтах других специалистов должно насторожить. Как так, что профессионал разговорного жанра с хорошим опытом не может рассказать о том, чем он занимается, своими словами?!

Если вдруг коуч ведет какие-то групповые занятия, проводит мастер-классы, презентации или еще каким образом выступает перед аудиторией, сходите на это. Но оценивайте не его способность вести группу, а общую адекватность. В работе коуча большие профессиональные и личностные риски для него самого. Самое главное, на чем горят, – незнание себя самого, своих ценностей, эмоций, личностных ограничений и глюков (и нежелание их знать).

В результате вместо того, чтобы помогать клиенту решать его задачи, навешивают ему еще и свои проблемы, убеждая, что это его проблемы. В групповой работе это, с одной стороны, почти не проходит – группа быстренько возвращает к реальности, с другой стороны, в группе с большей вероятностью найдется кто-то, кто эти «особенности» ведущего и выцепит.

Не постесняйтесь и сами таковыми стать: позадавайте провокационные вопросы и посмотрите, как коуч будет реагировать. Проверьте, например, коуча, на самую большую нелепость в российском коучинге – отрицание существования проблем. Коучи пытаются внушить клиенту иллюзию всесильности, отрывают его от реальности. Отсюда неоправданно увольняющиеся в поисках лучшего топы, порушенные судьбы.

Шаг 2. Забудьте вообще слова «коуч» и «коучинг».

Не беспокойтесь, если человек, который сказал, что занимается коучингом, вдруг стал делать что-то для коучинга неподобающее, например посоветовал вам что-то, вместо того чтобы только задавать вопросы. В каждой коучинговой школе, а иногда и в каждой международной компании под коучингом могут понимать что-то свое собственное. Например, я проходил подготовку как коуч для управленцев старейшей в мире фармацевтической и химической компании по их собственной программе обучения коучей.

Никакого пиетета к чистоте коучинга там нет. Используется просто набор практических инструментов. Отрабатывается, когда стоит задать вопрос, а когда можно и совет дать или информацию предоставить.

Шаг 3. Спросите коуча о нем самом.

Краткая убедительная фраза о своем опыте, клиентах, экспертности с переключением внимания на ваш запрос и ситуацию будет хорошим знаком. Если же в ответ он начнет выдавать тирады о своем образовании, опыте, о том, что такое коучинг вообще и как он хорош, то стоит напрячься по поводу его профессионализма.

Не прерывайте его. Больше о нем поймете. Но если затянется больше чем на пять минут, прервите, чтобы не тратить время, и опять же посмотрите на его реакцию.

Но если кандидат в ваши личные коучи разговорился, рассказывая о коучинге, можете попытать его и поподробнее, чтобы понять, насколько он вообще способен конкретно работать с запросом клиента.

Вопрос 1. «А что вы делаете с помощью коучинга?» Какого рода ответы должны вас насторожить?

• Ответ не на этот вопрос, а на следующий («Как вы это делаете, какие инструменты используете?»). То есть коуч начинает рассказывать не о том, что происходит благодаря его работе с клиентом, а о том, какие техники он использует. О чем это говорит? О его излишней сосредоточенности на процессе коучинга, а не на пользе для клиента? Или о том, что он не услышал или не понял вашего вопроса? Или о том, что он понял, что не совсем понял ваш вопрос, но не переспросил, не уточнил его? Или, может быть, он поспешил побыстрее вам ответить, чтобы скрыть свою неуверенность и острую необходимость в клиентах? А если это все будет повторяться в самом коучинге?

• Абстрактный ответ-лозунг, например: «Способствую улучшению качества жизни конкретных людей через повышение их личной эффективности в решении стоящих перед ними задач – в работе и в отношениях». Это ответ – дымовая завеса: коуч почему-то не хочет ничего рассказывать (а может быть, и вообще задумываться) о своей работе. Ведь подобная формулировка сгодится не только для любого коуча, но и для тренера, массажиста, врача, а может быть, и гейши.

• Ответ – обещание неоднозначно измеримых и не очевидно желательных результатов, например: «Раскрываю потенциал человека с целью максимального повышения его эффективности». Особенно странно, если при этом коуч заявляет, что работает с целями и задачами самого клиента, ничего не навязывая ему. Но получается, что при этом он изначально предполагает, что потенциал у вас не раскрыт? Подумайте, лично вам всегда нужно будет потенциал свой раскрывать? А если вы лишь хотите разобраться, как действовать в конкретной управленческой ситуации? И кто будет определять, достаточно ли раскрыт уже ваш потенциал в связи с вашим запросом, или его дальше надо раскрывать?

Вы готовы платить деньги коучу за раскрытие потенциала? А то вам надо будет практическую задачу решать: научиться выбирать стиль руководства, подходящий к конкретному подчиненному.

А коуч уводит вас в раскрытие потенциала! Или, если вы даже хотите раскрыть свой потенциал, где уверенность, что вы и коуч понимаете под этим одно и то же? В общем, чем более красивыми и абстрактными словами говорит специалист, тем менее он специалист.

По моим наблюдениям, навязчивым желанием раскрывать потенциал клиентов и заниматься другим чем-то подобным отличаются коучи, которые сами когда-то столкнулись с каким-то внутренним барьером, через который не смогли перейти, чтобы, например, написать книгу, защитить кандидатскую диссертацию, войти в бизнес. Вот теперь они и пытаются экспериментировать на клиентах, провоцируя их на раскрытие потенциала. При этом обычно они никогда не бывают удовлетворены тем, насколько глубоко удается этот потенциал у клиента раскрыть. Ведь такая неудовлетворенность служит им оправданием собственной неспособности добиться желаемого успеха: «Рано мне еще открывать свое дело, писать книгу, защищать диссертацию – ведь не знаю еще, как полностью потенциал раскрывать!»

И такого рода коучи получаются не только из психологов, но и из нормальных собственников и глав компаний, которые достигают успеха, но через какое-то время понимают, что для его поддержания требуется взятие на себя гораздо большей ответственности, к чему они оказываются не готовы. Вот они и начинают коучить своих топов (и остальных окружающих) и обучать коучингу других, вместо того чтобы признаться, что созданный ими бизнес перерос их личностный потенциал и лучше бы из бизнеса выйти. Они же пытаются усидеть на двух стульях: вроде бы и оставаясь в бизнесе, но и коучингово сваливая ответственность на других.

Словосочетание «максимальная эффективность» в этом ответе из серии того же «бла-бла-бла». Во-первых, вы точно хотите развить свою эффективность до максимума? А что, если вы предпочитаете об эффективности вообще не задумываться? А коуч вам ее навязчиво развивает и развивает. И во-вторых, кто определяет, когда этот максимум эффективности наступит? Его в принципе невозможно определить, так как не с чем сравнивать – все постоянно изменяется. Но такому коучу, разумеется, всегда выгодно склонять вас к тому, что максимум еще не достигнут!

Вопрос 2. «Как вы это делаете, какие инструменты для этого используете?»

Самый примитивный ответ может быть: «Задаю вопросы» или «Сократовский диалог». В нем нет ничего плохого, но, возможно, данный коуч овладел коучингом по книжкам или на каких-то авторских эклектичных (зачастую краткосрочных) курсах. При хорошей подготовке в психологическом консультировании или психотерапии этого может быть вполне достаточно. Более навороченный ответ типа: «Задаю сильные вопросы» – говорит лишь о том, что книжки и курсы были более продвинутыми.

Коуч, прошедший подготовку в рамках определенной школы, ответит более конкретно: «Помогаю изменить контекст восприятия вами происходящего в настоящем и вашей личностной истории – осмыслить свою личную историю, думать о себе и воспринимать себя в контексте этой истории, что приведет к большей эффективности» (нарративный коучинг), или «Помогаю разобраться с ограничивающими мыслями и установками, приводящими к эмоциям, из-за которых в различных ситуациях падает ваша эффективность» (когнитивно-поведенческий коучинг), или «Работаю с восстановлением эмоционального баланса, чтобы у вас было больше позитивных эмоций и меньше негативных» (коучинг позитивного подхода), или «Мы будем просматривать, какие ситуации, с которыми вы внутренне не можете справиться самостоятельно, засели внутри вас и мешают в работе, с тем чтобы обеспечить вам большую свободу выбора и принятия решений» (психоаналитический коучинг).

Ответы могут быть разными, но если они слишком примитивные (про задавание вопросов), то, может быть, коуч не слишком силен в рефлексии того, чем он занимается, и работа с ним окажется для вас слишком поверхностной.

Но, еще раз, эти два вопроса, во-первых, необязательны: задавайте их, только если вам действительно будет интересно поговорить на эту тему, а во-вторых, вы можете задать их на любом из 13 шагов выбора коуча. То, что он ответит на эти вопросы, не столько важно для его выбора в сравнении с тем, как он будет реагировать лично на вас и ваш потенциальный запрос.

Шаг 4. Начните рассказывать о своем запросе.

Смотрите за реакцией. Минуты через три или раньше адекватный коуч прервет вас уточняющим или возвращающим к теме вопросом или ремаркой. Если же он, вне зависимости от содержания рассказа, только кивает и издает ободряющие звуки, возможно, его просто научили активно слушать, но то, что вы говорите, он не понимает.

Вставьте в свою речь какие-нибудь специальные сокращения или кальку с английского типа «профакапить». Уверенный в себе профессиональный коуч не побоится уточнить термин, который не понимает. Если у вас появилось подозрение, что он не понимает, но не спрашивает, уточните, например спросив: «Ничего, что я по привычке на сленге/специальными терминами говорю?» Ждите или подтверждения, что он вас понимает, или уточнения термина. Поддерживающе промолчит – плохой знак.

Попросите коуча сформулировать, как он услышал ваш запрос, как понял вашу ситуацию. Если перевирает, упускает важные для вас моменты или повторяет дословно, есть повод усомниться в его профессионализме.

Шаг 5. Включите здравый смысл.

Прислушайтесь, как много в ответ на ваш запрос он говорит о самом коучинге, а не о вашей ситуации, как много произносит слов типа «раскрытие полного потенциала» и прочих, которым его научили, но которые не имеют к вашей ситуации никакого отношения.

Рекламные заявления могут быть допустимы в самом начале знакомства, но затем останетесь лишь вы, коуч и ваша ситуация, а никакие там теории и подходы. Помните: коучинг – всего лишь торговая марка.

Шаг 6. Постарайтесь оценить, насколько коуч хочет получить заказ от вас.

Если слишком сильно, лучше отказаться от работы с ним. Во-первых, это может говорить о том, что он на рынке не востребован.

Во-вторых, задача коуча – помочь вам самому разобраться в вашей ситуации, а не навязывать свое видение. Слишком сильное желание получить заказ может побудить его работать не на вас, а на себя.

Свидетельством такого слишком сильного желания могут быть: безусловная поддержка и одобрение всего произносимого вами, отсутствие углубляющих понимание вопросов (не говоря уже о легких провокационных).

Шаг 7. Попросите коуча привести 2–3 примера своей успешной работы: какой был у клиента запрос и что вышло в результате.

Теперь он достаточно хорошо знает ваш запрос, чтобы ответить в его ключе. Его ответы должны вам позитивно откликнуться.

Доверьтесь своим ощущениям. Если вдруг они будут не совсем из той сферы, то профессиональный коуч обычно спокойно это отмечает (например, признается, что с запросом в точности как ваш он не работал, но при этом проводит такие-то и такие параллели со своим предыдущим опытом).

Вас должен насторожить и упор, делаемый коучем на количество часов коучинга, которые он провел. Это только юнцы считают: «моя первая девушка, вторая…» А зрелым людям важно не количество, а качество.

Раз уж он назвал количество часов, то спросите, с кем именно он набрал такой опыт и в какой пропорции. Большинство любителей щеголять часами коучинга набирают их на многочисленных учебных курсах, проводя учебный коучинг с такими же обучающимися.

Так в программе обучения заложено – вне зависимости от того, насколько прорабатываемая тема важна для «клиента» и насколько она вообще реалистична.

Шаг 8. Спросите коуча о его образовании и обучении.

Если он уже успел вам об этом рассказать, то спросите, что из того, чему он обучался, оказалось для него самым полезным в работе.

Помните: важно не то, какое обучение он проходил (общепризнанных стандартов нет, и личностная зрелость и адекватность коуча в разы важнее пройденных им курсов), а то, как он об этом рассказывает.

Если коуч активно пытается убедить вас, что у него хорошая подготовка, щеголяет сертификатами, много рассказывает о своем обучении, непомерно хвалит методы и техники, которым научился, то, скорее всего, у него недостаточная практика работы с реальными клиентами.

Если он упоенно превозносит какие-то конкретные курсы или какого-то обучателя, то, возможно, заражен «вирусом гуризма». Такие люди идеализируют своих учителей, но и сами неосознанно ждут от клиентов почитания себя, что вряд ли совместимо с принятой в коучинге позиции «на равных».

Кроме того, коучинг, как говорят американцы, не rocket science – не ракетостроение. Ключевое для коуча – его личностная зрелость.

Если человеку на каких-то курсах по коучингу что-то показалось чудесным открытием, то стоит задуматься, как же он сам до этого не дошел и как так до этого жил, фактически с закрытыми глазами на мир и людей.

Адекватным ответом на вопрос о полезности обучения будет такой: систематизировал свои знания и опыт, добавил в свой инструментарий и опробовал несколько полезных моделей работы в коучинге, лучше оценил свой профессиональный уровень, обменялся опытом с коллегами…

Также есть любители ходить на многочисленные ступени обучения: сначала базовую, потом продвинутую… Они так много обучаются, что непонятно, когда же успевают с клиентами работать.

Технически же возможны три варианта профессиональной подготовки коуча:

• коуч обучался по внутрикорпоративным программам какой-то глобальной компании – как управленец для работы со своими подчиненными или как внутренний или внешний тренер, консультант. Такие коучи обычно узко специализированы в коучинге по рабочим ситуациям. Обычный их плюс – знание английского языка и, как результат, более адекватное (не фанатичное, не узколобое) понимание коучинга как практического инструмента;

• коуч прошел какие-то эклектические курсы по подготовке коучей. Это самый непонятный вариант. Таких курсов масса, берут на них почти кого угодно и штампуют коучей пачками. Не обманывайтесь громкими названиями организаций, от которых они проводятся, международной сертификацией по окончании и статусами ведущих. Есть масса коучей, которые только и делают, что обучают начинающих, а сами с реальными клиентами не работают. Целые финансовые пирамиды обучения выстраиваются;

• коуч прошел серьезное обучение работе с людьми, например, в психотерапии или в каком-то роде консультирования и адаптировал полученные глубокие знания и навыки к применению в коучинге. При хорошей профессиональной базе это сделать совершенно не сложно: прочитать пару-тройку книжек по коучингу и быстро понять, какие из инструментов из своего профессионального арсенала в коучинге использовать, а какие оставить до лучших времен как тяжелую артиллерию. А если он еще и английский знает, то к его услугам масса пособий типа «Как психотерапевту начать практику коучинга». По-хорошему, это просто ребрендинг. Здесь смотрите уже на его деловую адекватность. Способен ли он сбалансированно рассматривать обсуждаемые ситуации как с психологической, так и с бизнесовой и управленческой стороны.

Востребованные же коучи с хорошим опытом обычно успевают обучиться по всем трем вариантам. Международные клиенты приглашают их как внешних коучей и поэтому помогают адаптироваться к своим внутренним коучинговым стандартам. Из любопытства и желания держать руку на пульсе они тщательно выбирают и проходят 1–2 программы обучения собственно коучингу (обычно международные и на языке первоисточника). А хорошее базовое образование у них или уже есть, или они добирают его на многолетних профессиональных программах, например, по групповому психоанализу и другим классическим методам.

Шаг 9. Задайте коучу вопрос: «Что для вас самое важное в работе коуча?» или «Чем хороший коуч отличается от плохого?».

Оцените ответ, исходя из здравого смысла и эмоций, которые он у вас вызывает. Слышите ли вы в ответ язык плаката, штампы из книжек, безапелляционные оценки (страшный бич недокоучей) или же что-то конкретное и выстраданное коучем из своей практики?

В коучи идет очень много людей, овладевших какой-то психологической фишкой, которая помогла именно им (та же модель GROW не для всех панацея!), – и они пошли миссионерствовать.

В результате не подбирают под клиента инструменты, а навязывают свои любимые. Не с психологической и деловой реальностью клиента работают, а пытаются в своей собственной за счет клиента разобраться.

Плюс уточните, как ему удается это самое важное реализовывать в работе с клиентами. Например, на многих курсах по коучингу заучивают, что коучу крайне важно сохранять нейтральную позицию.

Но инструментов, как это делать, не дают. А коуч же тоже живой человек – со своими эмоциями, опытом, представлениями, что и как правильно, а что и как неправильно. Всегда есть вероятность, что, пусть даже неосознанно, он начнет работать на себя, а не на вас. Как этого избежать? В обучении, например, психоаналитиков краеугольный камень – проработка контртрансферов обучаемого, а в большинстве курсов по коучингу нейтральная позиция – лишь усвояемый обучаемыми лозунг.

Шаг 10. Попросите первую сессию бесплатно.

Если легко согласится, плохой знак – возможно, сидит без работы.

Востребованный же коуч обычно предлагает (если клиенту хочется) провести то, что в международных компаниях называют chemistry meeting – короткую, минут на 15–20, встречу или разговор по скайпу, чтобы понять, есть ли у клиента и коуча готовность и желание работать вместе. (А то вдруг внешность, например, не понравится.

И такое бывает.)

Иногда эта встреча проходит как мини-коучинг, иногда как непринужденная беседа. Ее задача – дать возможность в случае необходимости разбежаться, не напрягаясь по этому поводу. Но обычно, если в предварительном разговоре вы продуктивно прошли все предыдущие девять шагов, чаще всего минут через 5–10 вы уже предложите перейти к полноценному коучингу.

Шаг 11. Уточните у коуча, насколько глубоко он работает с психологией клиентов. Не бывает ли ситуаций в его работе, когда вылезают какие-то глубинные личностные вещи.

Ответ типа: «Нет, нет, не волнуйтесь, это же коучинг. Все исключительно по делу» – может свидетельствовать о недостатке опыта у коуча и о слишком формальном использовании им коучинговых инструментов.

Другой вариант: «Не беспокойтесь, мы сможем проработать на любом уровне», даже если он сопровождается замечанием о психологическом/психотерапевтическом образовании коуча и о том, что психотерапией он тоже занимается, также говорит о его непрофессионализме как коуча и, может быть, о недостатке клиентов.

У профессионального коуча всегда есть проверенный клинический психолог/психотерапевт, к которому он при необходимости более глубокой личностной проработки отправляет клиентов.

Ситуация «Здоровый перфекционизм»

Один мой клиент в индивидуальной работе хотел стать более эффективным переговорщиком. Но мы обнаружили, что ему присуща одна личностная черта – перфекционизм, что мешало ему в переговорах. Он хотел достичь совершенного результата, что априори было невозможно.

Эта же черта сказывалась и на других сферах его деятельности, и в личной жизни. Он, например, периодически сам мыл свою машину. Мешал ему и синдром отличника – хотелось все сделать быстро и хорошо.

Для проработки этих личностных особенностей я посоветовал ему обратиться к моему знакомому психотерапевту. А с ним мы продолжили работу по поводу применения инструментов подготовки к переговорам и их проведения с учетом его выраженного перфекционизма.

В то же время, если бы он сразу обратился ко мне по поводу своего перфекционизма и синдрома отличника, я, будучи сертифицированным групповым психоаналитиком, вполне мог бы ему помочь.

Шаг 12. Спросите коуча о его впечатлениях о вас и о том, насколько ему будет интересно работать над вашим запросом.

Ответ не должен быть формальным или, наоборот, слишком уклончивым. И вы должны вынести какую-то минимальную пользу из него. Один из инструментов коуча – как раз давать обратную связь: ненавязчиво указывать на какие-то ваши особенности, значимые для прорабатываемой ситуации.

Шаг 13. Оцените свое общее впечатление от взаимодействия с коучем.

Что чувствуете, ощущаете, какие мысли приходят? Если дискомфорт, непонимание, сомнение – откажитесь от его услуг.

И еще… Есть по крайней мере три навыка, без которых коуч не будет успешным:

• выдерживание границ – отграничение реальности от фантазий и домыслов;

• непредвзятость;

• искренний интерес к клиенту.

Но, к сожалению, надежно их можно оценить только непосредственно в работе и только самому обладая навыками хорошего коуча или психотерапевта.

А так – помните: самое главное при выборе коуча – ваш здравый смысл, ощущения и чувства. Но и их проверяйте. Появились сомнения, дискомфорт – поделитесь ими с коучем. И посмотрите на его реакцию. Адекватна ли она? Сквозит ли в ней интерес к вам, к вашей ситуации, или же это просто попытка из чувства собственной важности защитить свой авторитет?

Выбор коуча – как выбор бизнес-партнера. Конечно, риски несравненно меньше. Но, чтобы убедиться в правильности выбора, нужно начать взаимодействовать.

7.3. Психоаналитический коучинг и психоанализ

Люди лишь по той причине считают себя свободными, что свои поступки они сознают, а причин, их вызвавших, не знают.

Спиноза

Начну с нескольких популярных заблуждений.

Заблуждения о психоанализе

Заблуждение 1. Психоанализ – это психотерапия.

Это не так. Сам по себе психоанализ психотерапией не является.

Психоанализ – это методика и практика самопознания, самопонимания, осознания того, как функционирует ваша психика, как работает ваше мышление, в том числе управленческое, аффективное, системное и критическое.

Но так как знание и понимание себя – один из признаков психологического здоровья, плюс их углубление способствует устранению некоторых психологических и психических отклонений, то существует и направление психотерапии, основанное на психоанализе, – психоаналитическая терапия.

Но если ваш знакомый ходит к психоаналитику, это вовсе не означает, что он лечится. Скорее всего, он просто хочет лучше понять себя, разобраться в себе, достичь большей осознанности в жизни.

Кстати, популярная ныне практика осознанности – mindfulness – дастся вам намного легче, если в качестве основы для нее у вас уже будет практика психоанализа.

Заблуждение 2. В психоанализе вам придется объяснять свое нынешнее поведение через детские переживания. Ведь в психоанализе предполагается, что вы снова и снова повторяете в своей жизни ситуации, через которые проходили в детстве.

Нет. Разумеется, опыт проживания в родительской семье (или в среде, ее замещавшей: приемной семье или детском доме) очень сильно сказывается на нашей личности. В конце концов, семья – это организация, в которой мы и получаем свой первый опыт как наемные работники.

И когда психоаналитически я прорабатываю с клиентом его взаимоотношения с подчиненными, коллегами, начальником, партнерами, то для их понимания в более широком (а иногда и менее эмоциональном) контексте бывает полезно разобраться и с его прежним опытом существования в других организациях, в том числе и в родительской семье. Но не обязательно.

И здесь даже не очень важно, насколько точны его воспоминания, а насколько они – бессознательное фантазирование. Главное, что именно в такой форме они для него значимы. А самопонимание, самопознание и само по себе мышление и есть в том числе разрешение вопроса о том, что для меня значимо, а что – нет.

Заблуждение 3. На психоаналитической сессии вы будете лежать на кушетке и говорить то, что приходит вам в голову. Совершенно беспристрастный холодный аналитик, может быть, лишь раза два за сессию коротко проинтерпретирует что-то из сказанного вами.

Да, это описание типичной психоаналитической сессии, но более чем столетней давности. Сейчас так уже мало кто работает. В настоящее время в психоанализе очень много направлений. Чаще всего клиент и психоаналитик сидят как при обычной беседе – и на стульях лицом к лицу, и онлайн по скайпу.

И эмоциональную поддержку многие психоаналитики тоже проявляют.

Заблуждение 4. Психоанализ – это надолго, лет на -дцать.

Нет, вы сразу можете договориться об ограниченном времени психоанализа, например о годе, нескольких месяцах или десяти сессиях.

Что такое современный психоанализ

Корневой сущностью, отправной точкой в работе современного психоанализа является работа с психологическим сопротивлением и трансфером. Как много и чего именно другого психоаналитик использует в дополнение и в помощь этому (например, насколько глубоко он будет разбираться с вашими детскими воспоминаниями), зависит от того, по какому направлению психоанализа он прошел подготовку, а также от его личного и профессионального опыта.

Основная задача клиента на психоаналитической сессии – озвучивать все, что приходит ему в голову. Но при выполнении этой, казалось бы, простой задачи возникает внутреннее сопротивление.

У каждого оно проявляется по-разному, в разных формах и имеет различную природу. Но, по сути, мало чем отличается от внутреннего сопротивления, которое мешает вам в обычной жизни достигать намеченного и желаемого, быть более успешными и эффективными. Чем лучше вы познаете и поймете природу и формы своего внутреннего сопротивления (саботажа, прокрастинации…) на психоаналитических сессиях, тем проще в жизни вам будет достигать того, что вы хотите.

Трансфер – это психологический феномен бессознательного переноса пережитых/переживаемых чувств и отношений к одному человеку совсем на другого. Например, к деловому или личному партнеру вы можете предъявлять необоснованные претензии или завышенные ожидания, которые на самом деле адресованы прежнему партнеру, но не были ему высказаны.

Или, обжегшись на молоке с кем-то, вы начинаете с другими дуть на воду, а они не могут понять, почему вы упускаете столь благоприятный шанс.

Ситуация «Эдипов комплекс и амбивалентность президента»

В апреле 2019 года мне довелось посмотреть финальные дебаты украинских президентских выборов.

Как сертифицированного группового психоаналитика меня не интересовало ни то, какие политические и другие интересы у Порошенко и Зеленского, ни то, каковы они как деятели. Мне была интересна их риторика и то, какой их личный бренд она создает в головах избирателей – как на осознаваемом, так и на бессознательном уровне.

Как групповой психоаналитик вижу: беда Порошенко в том, что он, угрожая Путиным и Россией, сам использует российскую риторику: «страна», «территория»… Из него прет советскость.

Ему бы не за страну, а за свободу выбора каждого украинца, за вольницу казацкую радеть!

Но понятно, что ему как олигарху советского толка это не выгодно. Отсюда мощная амбивалентность как в текстах, так и в манере их подачи.

Но дело не только в советскости. Все это сильно напоминает эдипов комплекс. И как это и бывает при эдиповом комплексе, Порошенко использует риторику того, с кем на словах борется, кем угрожает.

Не говорю уже о публичном сравнении себя с ним, вынесенным на билборды: «Либо я, либо Путин!» Причем ладно бы враг на картинке был представлен в каком-нибудь милитаристском, агрессивном образе… Так нет, там два равновеликих уважаемых человека.

Ну а когда на фото два человека, но один это фото не замечает, а второй его всем только и показывает, то понятно, в каких весовых категориях друг к другу они себя чувствуют.

Вспомним по контрасту, что, когда Путин оказался у власти, он заявлял, что врагов будет «мочить в сортире», ясно показывая, кем они для него являются и кем он себя по отношению к ним чувствует. А Порошенко показывает избирателям какого-то недоврага.

Так подросток, нападая на отца, задирает его, грозит уничтожить, но сам боится, что отец исчезнет из его жизни. И своими провокациями он хочет лишь раздразнить его, чтобы привлечь хоть какое-то внимание.

Беда в том, что и эта риторика, и это фото формируют у избирателей очень специфический амбивалентный образ кандидата. И Зеленский как кавээнщик, мастерски чувствующий бессознательное масс и умеющий его подцеплять, очень точно обозначил этот образ на тех же дебатах: волк в овечьей шкуре!

Но откуда это у Порошенко?

Чисто технически, да, Путин как президент – более взрослая, более сильная фигура, чем фигура президента Порошенко.

Плюс они из одной семьи, советской семьи. Так что, если даже это и не фигура отца, то Путин для Порошенко – фигура старшего брата.

А может быть, все еще гораздо глубже? Корни в родительской семье Порошенко? Информации мало.

В «Википедии» лишь упоминается, что отец когда-то привел Петра в секцию дзюдо, где он с неохотой занимался. Этот факт заставляет подумать о типичном отце, отдающем своего младшего сына в спорт, чтобы сделать из него мужчину, а тот не понимает, почему должен ломать себя.

Ну и не удивительно ли (для психоанализа – нет), что старший брат Путин превзошел младшего брата Порошенко именно в дзюдо? И до сих пор периодически выходит на татами.

И кстати, кстати… Как пишут, реальный старший брат Петра, Михаил Порошенко, тоже был отличником по жизни: как в учебе, так и в бизнесе. Не занимался ли и он дзюдо, но только успешнее, чем младший?

Мало что известно об отношениях Порошенко с реальным братом, но в публичном пространстве муссируется обвинение Петра в гибели Михаила. Знание и понимание того, что в действительности произошло между этими современными Иаковом и Исааком, возможно, помогло бы точнее понимать, что такого происходит у Порошенко на бессознательном уровне, что за трансферы он переживает, что толкает его на такую риторику в дебатах. А такое знание и понимание как раз и рождается на психоаналитических сессиях.

Но вне зависимости от того, что было в реальности, важно, что Порошенко, даже слыша чудовищнейшие обвинения по поводу гибели брата в свой адрес, как я понимаю, не представил от себя какой-либо ясной и законченной версии произошедшего. (Не говорю, что она должна быть на 100 % истинной.)

Он, кажется, став политиком, вообще (но здесь могу ошибаться, так как не следил за его предыдущими речами) не упоминает ни старшего брата, ни отца – людей, которые внесли существеннейший вклад в его успех. А периодическое упоминание в позитивном ключе своих старших родственников по мужской линии для отца нации было бы беспроигрышным ходом.

Но зато своего старшего сына он назвал именем отца – Алексей, а младшего – именем старшего брата – Михаил.

Образно говоря, он завязал свою жизнь на жизнь обоих своих старших родственников-мужчин и через имена своих детей.

Правда, и старшую дочь он назвал именем своей матери – Евгенией. Семейное бессознательное, по-видимому, не отпускает его. Что для лидера нации не лучший вариант.

Фантастика, конечно, но в том же ключе символично и название, которое Порошенко дал своему бизнесу: «Рошен» – свою фамилию без первого и последнего слога. Но это старая дворянская традиция: давать незаконнорожденным детям свою фамилию без первого слога. Например, сын Трубецкого – Бецкой. Что за этим стоит на глубинном уровне, понять без психоаналитической сессии с самим Петром Порошенко, конечно, вряд ли возможно. Но уж слишком символично!

В сложившемся публичном контексте все это, скорее всего, говорит о том, что Порошенко до сих пор внутренне не проработал свои детские, подростковые, взрослые отношения ни с отцом, ни со старшим братом, ни свое отношение к ним. Похоже, на уровне бессознательного (а может быть, и не только) они сильно амбивалентны: любовь, привязанность, дружественность и в то же время гнев, недовольство, обида и враждебность.

Но без глубинной переработки своих эмоций по поводу того, что тебе так сильно амбивалентно важно, ты никогда не будешь выглядеть убедительным для своих сторонников. Что и показали результаты выборов после этих дебатов.

Я позволил себе сделать такой гипотетический разбор внутреннего мира Петра Порошенко именно потому, что никогда не встречался с ним лично. Поэтому все, что я скажу о нем, будет моей фантазией. Хотя и уверен, что в чем-то очень точной.