Соблазн для возлюбленной Линдсей Джоанна

Глава 43

На следующее утро после завтрака Ванесса отправилась в карете посмотреть конюшню, выставленную на продажу. Шотландцы скакали впереди. В квартале от дома она услышала стук, дверь кареты открылась, и внутрь проскользнул Монти.

– Куда мы едем? – спросил он, усаживаясь на мягкое сиденье напротив нее.

Ванесса от неожиданности на пару секунд лишилась дара речи. Монти сумел вскочить в карету, которая быстро двигалась по проезжей части улицы! Шотландцы, вероятно, не видели его маневра. Лакеи, сидевшие на запятках экипажа, наверняка заметили Монти, поскольку карета слегка качнулась от его выходки, но они, должно быть, узнали гостя хозяйки дома и не стали бить тревогу.

Ванессу, как всегда в присутствии Монти, охватила нервозность.

– У тебя не все в порядке с головой! Ты же мог разбиться.

– Я недавно перепрыгнул через высокую садовую изгородь, каретная ступенька для меня не преграда.

– А если бы со мной была мама?

– Я хорошо осведомлен о том, где находятся остальные члены твоей семьи. Графиня охраняет своих птенцов. Она не оставит их одних в гостиной с большим количеством молодых людей, которые приехали навестить юных красавиц. А еще ей нужно следить за приготовлениями к сегодняшнему званому ужину, на котором, увы, я не буду присутствовать, но Чарли с радостью примет участие в столь торжественном мероприятии. Кстати, твоя мать знает, что ты убежала из дома?

– Убежала? А разве ты заметил чемоданы на крыше экипажа? – спросила Ванесса.

– Думаю, ты не взяла бы их, даже если бы действительно замыслила побег, – заметил Монти и вдруг с теплой улыбкой спросил: – Как поживаешь, милая? Скучаешь по мне?

– Я заметила вчера твое отсутствие, – промолвила Ванесса, стараясь говорить небрежным тоном. – И предположила, что у тебя не хватило сил встать с постели.

Он рассмеялся и, притянув ее, посадил себе на колени.

– Зачем ты меня ранишь?

Действительно, зачем? Ванесса боялась, что, переспав с ней, Монти начнет ее игнорировать, однако ее страхи оказались напрасными. Но чего он хотел от нее сейчас? Предаваться ласкам в карете при ярком свете дня было слишком рискованно. В любой момент могли подскакать братья Маккейбы и заглянуть в окно.

Ванесса попыталась слезть с колен Монти, но он крепко держал ее.

– Доннан везет меня в конюшню, которая продается. Она находится недалеко от Лондона, – сообщила Ванесса, надеясь отвлечь Монти от грешных мыслей.

– Так, значит, ты не оставила свою мечту – создать племенную ферму?

– Посмотрю, в каком состоянии конюшня. Ты ведь говорил, что Дэниел круглый год живет в Лондоне, а не в загородном поместье отца, так что ферма будет находиться поблизости от моего дома, если я поселюсь с мужем в городе.

Рука Монти лениво поглаживала ее по спине. Ванесса старалась не обращать внимания на дрожь, пробегавшую по ее телу. Ей хотелось ответить на его ласку, но она сдерживала себя из последних сил. Что произошло с ее решимостью не идти на поводу у своих чувств?

Монти продолжал разговор так, словно не замечал ее реакции.

– Я подозреваю, ты не захочешь жить круглый год с мужем, скорее наоборот, будешь всеми способами избегать его присутствия. Поэтому племенная конеферма, расположенная недалеко от Лондона, не подходит тебе. Кроме того, владелец не продаст конюшню женщине. Хочешь, я куплю ее для тебя?

– Спасибо за щедрое предложение, но в этом нет необходимости. Владелец продаст мне конюшню, если я скажу, что хочу сделать подарок отцу. И чтобы это оказалось сюрпризом для него, сделку нужно оформить на мое имя. К моей собственности Ратбены не смогут прикоснуться. Владелец наверняка сделает хорошую скидку, когда я скажу, что мне не нужны его лошади, я покупаю только здание. В дальнейшем я размещу в нем кобыл шайрской породы.

– А твой Снежок будет племенным жеребцом?

Ванессе пришлось напрячься, чтобы сосредоточиться на разговоре, а не на руке Монти, которая медленно поднимала подол ее юбки. В конце концов она шлепнула его по руке.

– У Снежка еще нет сыновей, которые могли бы его заменить и продолжить род. А теперь отпусти меня, пока никто не увидел, чем мы тут занимаемся.

– Ты забываешь мои наставления. Дэниелу плевать, видит ли его кто-нибудь или нет.

Она прищурилась.

– Но ты не мой жених. В любой момент нас могут застать шотландцы. Ты хочешь меня скомпрометировать?

Его рука скользнула ей под юбку.

– Надеюсь, это тебя успокоит… – пробормотал он.

– Мы закончили наши занятия… – промолвила Ванесса и вдруг ахнула, когда его рука поползла вверх по внутренней стороне ее бедра.

– Нам нужно чаще практиковаться, – с усмешкой сказал Монти. – Что это? Ты сегодня надела панталоны? Я разочарован!

Ванесса сдалась:

– Заткнись и поцелуй меня.

Через некоторое время до ее слуха донесся возглас:

– Мисс Ванесса, мы здесь, рядом! Нас вроде как преследуют…

Монти молниеносно отреагировал: он бросил спутницу на пол кареты. От подобной бесцеремонности Ванесса сначала оцепенела, а потом расхохоталась и долго не могла остановиться. Монти с удивлением наблюдал за ней.

– Прости! – сказал он, и Ванессе показалось, что он покраснел. Монти помог ей сесть напротив и попытался объяснить свое поведение. – Мгновенные реакции – мое проклятие.

– Они наверняка не раз спасали тебе жизнь и репутацию.

– Романы на стороне вряд ли способны запятнать имя мужчины… Знаю, это несправедливо, – заметил Монти и, помолчав, спросил: – Хочешь, я выясню у шотландцев, в чем дело?

– Не надо. Они увидят, что ты в экипаже, когда мы приедем на место. Если только ты не собираешься прятаться в карете.

Однако Монти решил поступить по-своему. Высунув голову в окно, он спросил скакавшего рядом Доннана:

– Кто нас преследует?

– Понятия не имею. У этих парней было время обогнать нас, но они этого не сделали.

Доннан хмуро поглядывал на Монти, которого явно недолюбливал.

– Сомневаюсь, что это опять иностранцы, – промолвил Монти, – впрочем, было бы неплохо выяснить это. Спросите у них дорогу и внимательно выслушайте ответы. Меня интересует, нет ли у них акцента и хорошо ли они говорят по-английски.

Доннан кивнул и, нахмурившись, сказал:

– Вам не следует навязываться мисс Ванессе, милорд.

С этими словами он отъехал от кареты.

– Мне кажется, ты ему не нравишься, – промолвила Ванесса.

– Он никогда не скрывал этого факта.

– Думаешь, эти люди гонятся за Чарли? Но его нет с нами…

– Думаю, в их представлении я крепко связан с ним. Они преследуют меня, надеясь, что я приведу их к Чарли. Мне иногда кажется, что за ним послали целую армию головорезов.

Вскоре Доннан и его брат вернулись и велели кучеру остановиться. Ванесса на мгновение испугалась, когда Монти открыл дверь.

– У тебя есть оружие?

– Да, пистолет, – ответил Монти и улыбнулся Ванессе, пытаясь ее подбодрить. – Не бойся, я сумею тебя защитить.

Выйдя из кареты, Монти вдруг услышал язвительный голос за своей спиной:

– Ты похож на сбежавшую собаку, Монтгомери. Почему я должен ловить тебя?!

Обернувшись, он тяжело вздохнул и ответил:

– Я тоже рад видеть тебя, отец.

Глава 44

Монтгомери долгое время избегал разговора с отцом, потому что не смог бы ответить на его вопросы. Брайан Таунсенд, граф Марлхэм, не принимал ни полуправды, ни уверток, ни отговорок. На обратном пути в Лондон у Монтгомери было время придумать оправдание для себя, но в голову ему не приходило ничего стоящего.

– Я думаю, отец больше зол из-за того, что ему пришлось гоняться за тобой, чем из-за глупых слухов, которые распространяются в обществе. Они понемногу утихли, как только ты исчез из поля зрения сплетников. Но ты снова появился в Лондоне и разворошил осиное гнездо, – сказал Эндрю, которого забавляла сложившаяся ситуация.

Он предложил Монтгомери сесть вместе с ним на его лошадь, чтобы добраться до города. Их старший брат Уэстон выразил неудовольствие, как обычно, снисходительным взглядом.

Старый граф не сказал больше ни слова, и это обрадовало Монтгомери. Ему не хотелось выслушивать упреки отца по поводу своей поездки в карете с молодой леди без сопровождения компаньонки.

– Как вы трое вообще оказались на этой дороге? – спросил Монтгомери.

Эндрю рассмеялся.

– Мы направлялись в особняк Блэкбернов, чтобы выяснить, не там ли ты прячешься, и на подъезде к нему Уэстон заметил, как ты прыгнул в чью-то карету.

– Но почему вы решили, что я живу у Блэкбернов?

– Клэр заметила на недавнем балу, какое внимание ты оказываешь дочерям почтенной леди. Ты даже познакомил нашу сестру с одной из них. Клэр рассказала об этом отцу, и он заинтересовался услышанным. Думаю, он втайне надеется, что ты увлечешься одной из девушек и встанешь на путь исправления.

Монтгомери пропустил эти слова мимо ушей. Его больше беспокоил гнев отца.

– Отец все еще сердит на меня?

– Боюсь, что да. С некоторых пор, по твоей милости, над ним стали подшучивать в клубе. Все это, конечно, чепуха, но даже Уэстон был задет за живое, когда услышал, как один из знакомых отца спросил его: «Ты теперь передаешь своих старых любовниц сыновьям?»

– Мне бы такое тоже не понравилось, – пробормотал Монтгомери. – Но почему вы с братом поехали вместе с отцом в дом Блэкбернов?

Эндрю усмехнулся.

– Отец не звал меня, я сам увязался за ним, как только узнал, куда он направляется. Думаю, Уэстон поехал вместе с нами потому, что отец собирался силой тащить тебя домой. Как он мог такое пропустить!

Монтгомери фыркнул:

– В последней драке со старшим братом я, кажется, победил.

– Правда? Насколько я помню, это Клэр вовремя отвлекла Уэстона, и он пропустил удар. Но в любом случае я рад, что нам не понадобилось применять силу. Я боялся, что отец прикажет нам скрутить тебя.

– Неужели ты бы подчинился его приказу?

– Конечно! Только ты игнорируешь его требования, а мы – послушные дети. А теперь расскажи, зачем ты гоняешься по всему Лондону за пожилыми дамами?

– Не буду.

– И отцу не расскажешь?

Монтгомери застонал:

– Нет!

– Тогда тебе конец, брат.

– Я знаю. Оставь меня в покое, дай мне возможность пораскинуть мозгами и придумать, как выйти сухим из воды.

– Отлично, пораскинь мозгами, только, пожалуйста, не вздумай бежать. Это будет последней каплей, и она переполнит чашу терпения отца.

Монтгомери рассмеялся. Было это действительно предостережением или руководством к действию, он не знал. Они уже въехали в Лондон, и впереди замаячил особняк отца.

– Успокойся, – сказал Монтгомери. – Я сдаюсь, меня поймали, и я не собираюсь никуда бежать. Будь что будет.

Войдя в дом, граф сразу направился в свой кабинет. Уэстон слегка подтолкнул Монтгомери в направлении его двери.

– Обычно я не испытываю к тебе сочувствия, брат, но только не сегодня. Однако серьезного разговора с отцом не избежать. Тебе же самому станет легче.

Пожалуй, эти слова были самыми приятными из тех, которые Уэстон когда-либо говорил ему. Монтгомери кивнул и последовал за отцом в кабинет. Войдя, закрыл за собой дверь.

Отец уже сидел за большим письменным столом, скрестив руки на груди и нахмурив брови. В его каштановых волосах пробивалась седина, но светло-зеленые глаза оставались кристально ясными и чистыми.

– Садись, – сказал он.

Монтгомери остался стоять, положив руки на спинку одного из стульев.

– Мне не хотелось бы садиться.

– Садись! – рявкнул Брайан.

– Нет, я лучше постою.

– Ну, хорошо, – сдался отец.

Брайан встал, он пересек комнату и, остановившись у входа, прислонился спиной к двери. Граф как будто намеренно преградил сыну путь к бегству.

– Если ты настаиваешь, я сяду, – пошел на попятную Монтгомери и опустился в кресло.

– Ты легкомысленно относишься к своей жизни, – начал Брайан, возвращаясь на место. – Ты храбро воевал, был ранен, многое повидал. Как ты можешь вести себя безответственно? Неужели ты не понимаешь: грязные сплетни пятном ложатся на репутацию семьи? Твоя мать с нетерпением ждала возвращения в Лондон, но теперь она боится выходить из дома. Я сам подвергаюсь нелепым насмешкам. Эвелин однажды пришла домой в слезах.

– Эвелин всегда плачет, и в этом виноват ее муж, а не я. Она ненавидит его.

– Напротив, она слишком сильно любит мужа, но они оба непостоянны в своих эмоциях. Они ссорятся, потом мирятся, а потом снова ссорятся. Не все супруги живут так дружно, как мы с твоей матерью.

– Я слышал, как мама кричит на тебя.

– Черт возьми, Монтгомери, если мы и ссоримся, то только из-за вас, детей. Впрочем, все это к делу не относится. Я требую объяснений! Почему ты допустил, чтобы о тебе по всему Лондону распространялись нелепые слухи?

Монтгомери вздохнул, поскольку не был уверен в убедительности своих доводов. И все же решил попытаться усмирить гнев родителя.

– Разве я когда-нибудь лгал тебе, отец?

– Насколько мне известно, нет.

– Тогда поверь мне на слово: все, что я делал, я делал неспроста. Так надо, отец! И, к сожалению, разожженный мною костер не должен гаснуть.

– Что это значит?

– Это значит, что я не стану ничего отрицать, хотя на самом деле все обстоит не так, как выглядит. И ты с полным правом можешь опровергать слухи. Допустим, ты можешь объяснять некоторые события тем, что я был пьян.

Брайан хмыкнул, но его взгляд прояснился.

– Клэр говорила мне то же самое. Так, значит, ты пьешь?

– Нет, но это хороший предлог, который мог бы многое объяснить в моем поведении. В конце концов, выпивка приводит к глупостям.

Брайан вновь нахмурился.

– Я ожидал, что ты будешь все отрицать. Но твои слова «так надо!» привели меня в замешательство. Значит, ты осознанно разжигаешь скандалы? Но зачем?

– Ну, я не стал бы называть сплетни, которые ходят обо мне, скандалом. Они сделали меня в каком-то смысле посмешищем, однако я готов это вынести. Только тебе я признался, что эти россказни не соответствуют действительности, но об этом ты должен молчать, – сказал Монтгомери и, чтобы отвлечь отца от неприятной темы, неожиданно сообщил ему: – Между прочим, я, кажется, влюбился.

На лице Брайана отразилось недоверие.

– Кажется? Это не то слово, когда речь заходит о любви, мой мальчик. Любовь или есть, или ее нет.

– Я действительно влюблен, отец.

Монтгомери хотел сказать отцу что-то приятное, но Брайан снова помрачнел.

– Если это одна из тех престарелых дам…

– Господи, нет, конечно! – перебил его Монтгомери. – Разве я неясно выразился? Слухи обо мне не соответствуют действительности. Я только делал вид, что ухаживал за престарелыми дамами, но на самом деле у меня не было намерения добиться ни одной из них.

Брайан задумчиво постучал пальцами по столу, и выражение его лица наконец-то смягчилось.

– Девушка, которую ты любишь, хорошо воспитана? – спросил он.

Монтгомери хохотнул.

– Ты же знаешь, воспитание для меня не имеет никакого значения. Впрочем, да, она хорошо воспитана.

– Кто это? Одна из дочерей графини Блэкберн, с которыми тебя видела Клэр на балу?

– Знаешь, мне кажется, пока рано называть ее имя. Ситуация довольно сложная, учитывая, что я сейчас помогаю ей завоевать другого мужчину.

Брайан вскочил.

– Какой же ты дьявол! Зачем тебе это?

Монтгомери пожал плечами.

– Я делаю это потому, что она хочет выйти за него замуж.

Отец со вздохом снова сел.

– Значит, ты влюбился в молодую женщину, которая не отвечает на твои чувства?

– Я этого не говорил. Я сказал только, что ситуация сложная. Она не любит другого мужчину, брак с ним поможет спасти ее отца. И только судьба родителя ее сейчас действительно волнует.

– Девушка, преданная семье? Жертвующая собой? Невероятно! Ты сделал хороший выбор. Но твое решение помочь ей завоевать другого мужчину сбивает меня с толку. Ты меня разочаровываешь.

– Если я предам ее, обману ее ожидания, то никогда не прощу себя. Мне лишь остается надеяться, что моя возлюбленная не добьется успеха, но тогда она, скорее всего, не простит себя…

– Не надо усложнять, мой мальчик, все образуется.

Глава 45

Ванесса постоянно думала о происшествии на дороге. Почему родные Монти гнались за ним? Что случилось? Вернется ли он теперь в дом Блэкбернов? Или просто заедет забрать Чарли? А вдруг отец и братья Монти заглянули внутрь кареты и увидели любовную сцену? При этой мысли девушка холодела. Она понимала, что слишком рисковала, идя на поводу у своих чувств.

Ванесса не провоцировала Монти, но и не пыталась остановить его, когда он целовал и обнимал ее. Монти не должен был этого делать! Впрочем, Ванесса сама была во многом виновата. Она наслаждалась его обществом. Даже когда он не ласкал ее и не пытался поцеловать, Ванесса радовалась его присутствию и не желала расставаться с любимым. Но ей нужно было держаться от него подальше. Она слишком часто нарушала правила приличия. Ванесса дала себе слово: больше они не должны оставаться наедине. Монти все поймет, он ведь знает правила игры.

Приняв решение, она загрустила. Ей хотелось плакать, но она сдерживала слезы. Ванесса была взволнована покупкой собственной конюшни, однако даже заключение договора с владельцем не подняло ей настроения.

Она зашла в контору поверенного отца, чтобы тот завершил сделку. Ванесса была рада познакомиться с ним, поскольку знала, что ей, скорее всего, понадобится его помощь, чтобы вернуть Уильяму деньги до свадьбы, если, конечно, она все же выйдет замуж. Но если дело действительно дойдет до свадьбы, Ратбены не получат от нее ни единого медяка.

Дома Ванессу ждал сюрприз. Едва она вошла в свою комнату, как за ней вбежали близнецы, которые, вероятно, с нетерпением ждали ее возвращения и прислушивались к шуму в коридоре.

– Ни за что не догадаешься, о чем мы хотим тебе сообщить! – начала Лейла.

– Ну, вообще-то не произошло ничего экстраординарного, – одернула ее Эмили. – Вопрос только в том, почему это не случилось раньше.

– Мне неинтересно разгадывать ваши загадки, – устало произнесла Ванесса и опустилась на кровать.

– К нам заезжал твой странный жених, – сообщила Эмили. – Нас уже начало беспокоить, почему он не уделяет тебе должного внимания. Или он думает, что после помолвки не нужно поддерживать отношения с невестой?

Ванесса не хотела защищать человека, который понятия не имел, что помолвлен.

– У меня голова раскалывается. Ступайте! – приказала она сестрам.

Но они не уходили.

– Он уехал, как только ему сказали, что тебя нет дома, – промолвила Лейла.

– Где ты была? – спросила Эмили. – Ты пропустила не только визит лорда Дэниела, но и завтрак, и обед…

Ванесса устало ответила:

– Перед отъездом я зашла на кухню и перекусила. Вообще-то я не обязана отчитываться перед вами, как провожу время, когда вы принимаете ваших поклонников. А что касается Дэниела, то он правильно сделал, что уехал. Скорее всего, ему не интересно общество осаждающих вас молодых людей. Зачем ему обмениваться любезностями, вести бессмысленные разговоры и участвовать в скучном чаепитии, когда в этом нет необходимости? Мы уже помолвлены и прекрасно общаемся на балах и званых вечерах, если вы могли заметить? Дэниел не будет вести себя как ваши кавалеры. Он уже нашел себе невесту. – Ванессе вдруг стало жаль сестер, они были явно расстроены. – Головная боль делает меня раздражительной. Прошу прощения!

– Дэниел не подходит тебе, Несса, – заявила Эмили, в ее голосе сквозило беспокойство.

– Мы думаем, тебе будет лучше с мужчиной твоего возраста, – добавила Лейла и, взяв Эмили за руку, увлекла ее к выходу.

– Он вовсе не старый! – крикнула им вслед Ванесса и легла навзничь на кровать.

У нее действительно болела голова. Тем не менее ее одолевало любопытство. Она не могла не задуматься о причинах, побудивших Дэниела посетить женскую обитель. Возможно, он поддался уговорам матери? Вряд ли. Леди Ратбен не имела на него влияния. Или его зацепили слова Ванессы о том, что отец хочет отречься от него, и он решил выведать, откуда ветер дует? А может, чары Ванессы возымели свое действие и Дэниел сдался? Неужели он действительно начинает ухаживать за ней? Ванесса непременно выяснит это сегодня вечером!

* * *

Гости уже начали съезжаться на званый вечер к Блэкбернам, когда близнецы зашли за Ванессой. На Лейле, как всегда, красовался белый наряд, на Эмили – розовый. Ванессу изумляло, что модисткам удавалось шить платья различных фасонов в этой цветовой гамме. Ни один наряд не повторял предыдущий. Лейла находилась в приподнятом настроении и сияла от радости. «Наверное, влюбилась в молодого Харриса», – решила Ванесса.

Девушки спустились в вестибюль, где уже толпились гости. Кэтлин встречала их у дверей.

– Стол накрыт на двадцать человек, – сообщила Лейла. – На вечер приедут два кавалера из моего списка.

– И двое из моего, – добавила Эмили. – Но кроме нас, будут еще две дебютантки со своими сопровождающими, поэтому не только мы окажемся в центре внимания, а жаль. К тому же мама пригласила нескольких своих подруг, и еще явятся трое Ратбенов.

«Вот с этого и надобно было начинать», – хмуро подумала Ванесса.

– Трое? – переспросила она. – Но Дэниел не любит отца. Если лорд Альберт появится здесь, его сын вряд ли приедет.

Лейла кивнула.

– Мама об этом знает, но этикет есть этикет. Она не могла не пригласить лорда Альберта.

– Пожалуй, для тех, кто гостит у нас в доме, места за столом не найдется, – посетовала Эмили.

Монти заранее предупредил Ванессу, что не явится на званый ужин. Останется ли он вообще в особняке Блэкбернов после того, как отец силой увез его к себе? Ванесса не стала делиться своими сомнениями с сестрами.

– Еще до отправки приглашений, – сказала Лейла, – стало ясно, что Чарли будет присутствовать на ужине, а Монти нет.

В этот момент на пороге гостиной появился Чарли и со скучающим видом прислонился к дверному косяку. Однако увидев направлявшуюся к нему Ванессу, явно оживился.

– Как мне известно, Монти бросил вас одного сегодня. Скажите, он вообще-то в доме? – спросила она.

– Похоже, что нет, но он оставил мне свои распоряжения. Я должен играть роль соперника вашего странного жениха. В случае необходимости, конечно. Впрочем, вы наверняка знаете: и без всяких распоряжений я вас обожаю.

Ванесса усмехнулась.