Соблазн для возлюбленной Линдсей Джоанна
Юноша обернулся и с усмешкой взглянул на своего опекуна.
– Я многое преувеличивал, мой друг, для пущей убедительности. Впрочем, мой король милостив и предпочитает не рубить головы даже бунтовщикам.
– Твой король? – изумился Монтгомери, бросив недоверчивый взгляд на Арло, который смотрел на него с непроницаемым выражением лица. – Тогда кто же ты, черт возьми?
Чарли поклонился.
– Меня зовут Себастьян Бахман, я происхожу из старинного рода, единственной обязанностью которого всегда была защита королевского дома Фельдланда. Я овладел многими боевыми искусствами, чтобы с честью нести службу и защищать моего господина.
Монтгомери фыркнул:
– В семнадцать лет ты вряд ли многого добился. Или ты тренировался с раннего детства?
Чарли усмехнулся.
– Если возраст имеет значение, то мне на самом деле двадцать семь, я старше тебя, не так ли? Но мы решили сбросить десяток лет… Этому возрасту не противоречил мой внешний вид, таким уж я уродился. И ты действительно ничего не заподозрил.
Монтгомери повернулся к Арло.
– Полагаю, вам тоже не семнадцать? – раздраженно спросил он.
– Девятнадцать, и не сердитесь на Себастьяна. Эта хитрость позволила нам благополучно добраться до Англии.
– Мне поручили заботиться о вас, а не о вашем телохранителе, который, по-видимому, может защитить себя сам. А вы способны это сделать?
– Ему не нужно защищать себя, эта задача возложена на меня, – заявил Себастьян. – А тебе поручили всего лишь спрятать нас где-нибудь в глуши, в укромном месте. Кстати, это была моя идея.
– Я все понял! – воскликнул Монтгомери. – Ты разозлил Георга намеренно, чтобы он поручил кому-нибудь увезти вас подальше от столицы.
Себастьян кивнул.
– Вынужденная необходимость! Дворец Карлтон-Хаус – настоящий проходной двор. Туда вхожи не только представители знати, но и торговцы! И там мы ужасно скучали. Кроме того, один из мятежников, под личиной сторонника короля, выведал наше местонахождение у слуги в Карлтон-Хаусе. Принцу-регенту не мешало бы приказать своим слугам держать язык за зубами. Они слишком болтливы.
– А золотистые локоны были натуральными или нет?
– Вообще-то я блондин – это естественный цвет моих волос, – ответил король. – И мне хочется поскорее вернуть его.
– Я тоже блондин, – признался Себастьян, – но обычно я не ношу таких вычурных нарядов и драгоценностей, в которых ты меня видел. Мы начали маскироваться, как только благополучно покинули Фельдланд.
– Полагаю, сейчас вы собираетесь вернуться домой?
Себастьян кивнул.
– Наполеон не получил ожидаемой поддержки, так что, думаю, он скоро вновь потерпит поражение.
Монтгомери бросил взгляд на Риклза, который все еще блокировал дверь, а потом обратился к Себастьяну:
– Скажи, за пределами вашей страны много мятежников?
– Немало, но я предупредил вот этого. – Он ткнул пальцем в поверженного противника: – Никто из них не получит прощения. На родине их всех ждет смерть.
– Мы жестче поступаем с убийцами, – заявил Монтгомери. – Разве изгнание – это суровое наказание?
– Да, для наших соотечественников – это жестокая кара, – ответствовал король. – Потерять свой дом – что может быть ужаснее?
– Ну что ж! Поскольку моя миссия, по-видимому, выполнена, скажу, что я этому рад. Вы решили все свои проблемы и можете возвращаться домой.
Себастьян ткнул его в бок.
– Ты будешь скучать по нам, вот увидишь.
– Вряд ли, – возразил Монтгомери.
– И мы будем скучать по тебе, Монти. Приезжай как-нибудь к нам в Фельдланд вместе с очаровательной женой.
– У меня нет жены.
– Скоро будет!
Монтгомери не мог полностью согласиться с Себастьяном. Он снова взглянул на монарха, игравшего все это время роль слуги. Досадно, что его так легко одурачили!
– Я рад, что на троне Фельдланда сидит настоящий король, а не шут.
Себастьян фыркнул:
– Я всего лишь играл роль шута!
– Это у тебя неплохо выходило, – заметил Монтгомери, и тут его глаза вдруг расширились от изумления: – Боже милостивый, ты позволял своему королю править лошадьми! Не кажется ли тебе, что вы в своей маскировке слишком далеко зашли?
Себастьян рассмеялся.
– Это было условие его величества: он должен выполнять обязанности кучера. Завтра мы вернемся в Карлтон-Хаус и будем готовиться к отъезду домой. Я должен извиниться перед принцем Георгом и представить ему настоящего монарха. Как ты думаешь, он не рассердится на меня, когда узнает, что на самом деле его мучил вовсе не король Фельдланда?
– Все зависит от настроения принца. Я помогу тебе. А сейчас я советую ничего не рассказывать Блэкбернам, это позволит избежать долгих объяснений. В любом случае Ванесса узнает правду уже после вашего отъезда.
– Тебе нужно поговорить с Ванессой не только об этом.
– Да, я знаю. Кстати, ты не умеешь ухаживать за девушками. Роль телохранителя тебе больше подходит.
Глава 54
Ванесса обрадовалась, увидев Монти. Он стоял у подножия лестницы и, судя по всему, ждал ее. Она с улыбкой подошла к возлюбленному.
– Спасибо, что отнес меня вчера вечером в спальню. Должно быть, я очень устала, раз не проснулась, когда ты взял меня на руки.
– День был насыщенным, напряженным, все понятно… Мне нравится держать тебя в объятиях, поэтому я получил истинное удовольствие, когда нес тебя на руках.
Монти повел ее в сад, где вчера их разговор прервал Уильям.
– Ты не знаешь, мой отец уже вернулся?
– Надеешься, что он снова прервет нас? – пошутил Монти. – Кстати, что вчера хотела от тебя мать? Почему она послала за тобой Уильяма?
Ванесса фыркнула:
– Ей просто нужно было кому-нибудь пожаловаться на мужа.
– Она не рада его возвращению?
– Рада, но она надеялась на примирение.
– Понятно.
Ванесса улыбнулась. Вряд ли Монти было понятно, что происходило в ее семье. Когда-нибудь она расскажет ему обо всем по порядку. А пока Ванесса держала в секрете от него драму, разыгравшуюся в доме Блэкбернов шесть лет назад.
– Мне больше не нужно опекать Чарли, – неожиданно заявил Монти.
Ванесса нахмурилась.
– Это звучит так, будто ты собрался покинуть нас.
– Предлоги оставаться здесь исчерпаны.
Монти коротко рассказал Ванессе о том, кем были на самом деле их спутники – Чарли и Арло.
– Значит, Арло – король? Невероятно! Он выглядит так непритязательно!
– В этом-то и дело.
– И ты все это время хранил эту тайну?
– Нет, черт возьми, я тоже не знал до вчерашнего вечера, что они, оказывается, поменялись ролями, – проворчал Монти.
Ванесса рассмеялась.
– У меня такое чувство, будто мы все это время были в театре и смотрели увлекательную пьесу. Значит, Чарли – это телохранитель короля и зовут его Себастьян? Знаешь, он однажды попросил у меня совета, как вести себя, чтобы все приняли его за простолюдина! Это для того, мол, чтобы доставить тебе удовольствие!
– В душе он постоянно потешался над нами!
– Я в этом не сомневаюсь. Ему было весело играть роль того, кем он на самом деле не является. Не обижайся на него. Себастьян – забавный малый. Но почему ты решил уехать от нас? Разве тебе не удавалось до сих пор избегать дуэлей и драк здесь, в городе?
– Главное, мне удалось успокоить обманутых мужей. Они уже не видят во мне соперника. Поэтому у меня больше нет причин скрываться у вас в доме. Я буду скучать не по Чарли, а по тебе. Знаешь, лучшей спутницы жизни, чем ты, не найти.
Монти сорвал цветок и протянул Ванессе. От его пылкого взгляда у нее сильнее забилось сердце. В ее душе вспыхнула надежда.
– Так ты продолжишь выезжать в свет и будешь искать себе жениха? – неуверенно спросил Монти.
– Нет, мне уже сделали предложение, – сказала она.
Монти резко остановился.
– Кто?
– Ты, – беспечно ответила Ванесса, решив идти ва-банк. «Или пан, или пропал», – повторяла она про себя. – Так ты женишься на мне?
– Я? – изумился Монти и широко улыбнулся.
– Да, ты дважды предлагал мне стать твоей женой и не вздумай увиливать и выкручиваться.
– Я не умею выкручиваться. Ты могла бы поучить меня этому мастерству. Впрочем, нет, не надо…
Монти хотел поцеловать Ванессу, но она оттолкнула его.
– Ты не ответил!
– Разве? А мне показалось, что и так все ясно… Ну, ладно. Я люблю тебя, милая, так сильно, что едва не потерял тебя. Поэтому я принимаю твое предложение.
– Но я тебе ничего не предлагала, – возразила Ванесса. – Это ты сделал мне предложение. И я согласилась.
– Как скажешь, дорогая.
Она притянула его к себе и обняла.
– В один прекрасный день я приму твои шутки за сказанное всерьез, и тогда ты окажешься в затруднительном положении.
– Этого никогда не случится, ведь ты слишком хорошо меня знаешь, как и я тебя. Я знаю, например, что ты тоже любишь меня, Несси. Говори мне об этом почаще.
– Значит, ты не сомневался в моих чувствах?
– Слава богу, нет. Но вчера выдался ужасный день. Я сидел в Карлтон-Хаусе как на иголках и ждал возвращения принца-регента. Он не взял меня с собой, видя мое состояние. Георг боялся, что я все испорчу, и обещал разобраться с Альбертом и положить конец шантажу. А сейчас тебе будет приятно узнать: твой отец дал мне разрешение ухаживать за тобой.
Ее глаза расширились.
– Значит, он раньше меня узнал о твоих намерениях?
– Уильям заговорил о них вчера, когда мы встретились в саду.
– Просто так заговорил, на ровном месте?
– Нет, я признался ему, что люблю тебя.
– Ты поступил мудро, заручившись поддержкой одного из родителей.
– Думаешь, твоя мать будет против нашего брака?
– Моя мать? Ни в малейшей степени. Но, кажется, период ухаживаний мы уже прошли. Пора думать о свадьбе.
– Не могу не согласиться с тобой. Я распоряжусь, чтобы сегодня в церкви сделали первое объявление о нашем бракосочетании, и тогда нам останется ждать всего лишь две недели.
– До Гретна-Грин отсюда пара дней езды, там нас быстро поженят, – заметила Ванесса.
– Нет, давай дадим возможность леди Блэкберн подготовить свадьбу, заняться приятными хлопотами. Моя матушка ей поможет. И у тебя будет время заказать свадебное платье. А потом мы сбежим в поместье, которое мои родители отпишут мне в качестве свадебного подарка, и в течение нескольких лет не будем приглашать к себе никого – ни друзей, ни родственников, наслаждаясь друг другом.
Ванесса рассмеялась.
– Ты женишься на мне только ради поместья?
– Ну, не только, – пошутил Монти. – По крайней мере, я откажусь от приданого!
* * *
Все произошло так, как они и планировали. Монти и Ванесса поженились через две недели, сразу после третьего объявления об их бракосочетании на воскресной службе. Ожидание свадьбы далось им нелегко. Монти вернулся в дом родителей и каждый день навещал невесту, хотя Блэкберны не оставляли их наедине. Во время визитов жениха Кэтлин и Уильям всегда присутствовали в комнате.
Свадьба старшей дочери смягчила их сердца. В церкви после торжественной церемонии родители Ванессы поцеловались, и это было хорошим знаком. Судя по всему, Уильям простил жену, поняв, что все еще любит ее. Ванесса радовалась такому повороту событий. В глубине души она надеялась на воссоединение родителей…
Во время свадебного обеда Ванесса отвела отца в сторонку и посоветовала ему:
– Отвези маму домой в Чешир и не пускай ее больше в Лондон.
Он рассмеялся.
– Хороший совет, дочка. Я вижу, ты счастлива, и прошу, не позволяй мужу менять твои привычки. Ты прекрасна, и тебе не нужно ломать себя!
– Монти согласен с тобой, отец, он любит меня такой, какая я есть.
Чуть позже Эмили с улыбкой сказала старшей сестре:
– Ты говорила, что Монти никогда не женится.
– Я действительно так думала, но, оказывается, ошибалась.
– Теперь я это поняла! Монти был равнодушен ко мне, и я счастлива, что тебе удалось покорить его сердце. Поверь, я действительно искренне радуюсь за тебя!
Ванесса обняла сестру.
– Я это вижу, дорогая моя! Я тоже буду счастлива, когда ты выберешь себе жениха. Но только не торопись, Эми. Сначала убедись в своих чувствах!
– Да у вас обеих глаза на мокром месте! – воскликнула Лейла. – Мы что, будем плакать?
– Возможно, – пробормотала Эмили. – Ты совсем недавно вернулась к нам, Несса, и вот снова уезжаешь…
– Но мне сказали, что я вернусь через день-два.
– В таком случае мы навестим тебя, когда ты приедешь!
– Нет, сначала дождитесь приглашения, – пошутила Ванесса.
– Конечно, мы не должны докучать тебе в медовый месяц, – согласилась Лейла.
– Ну, медовый месяц может продлиться год или даже больше.
– Ерунда, мы скоро увидимся!
Ванесса надеялась, что они с Монти смогут сбежать от его родных, с которыми она уже познакомилась во время праздничного обеда.
Анджела Таунсенд тепло обняла ее сегодня и прошептала:
– Мы с отцом с нетерпением ждали этого дня. Рады приветствовать вас!
Уэстон снизошел до младшего брата и даже обнял его.
– Теперь мне придется терпеть тебя, – заявил он. – Я вижу, ты слишком счастлив и мои колкости не способны вывести тебя из этого состояния.
Эндрю ткнул Уэстона пальцем в бок:
– Не забывай, что у тебя есть еще один брат. Обещаю служить покладистым объектом для насмешек!
Уэстон фыркнул. Их старшая сестра Эвелин взяла его под руку и предупредила:
– Оставь братьев в покое. Сегодня – день радости и веселья. Монти наконец-то вступает в ряды женатых мужчин.
– Будем надеяться, малыш избежит наших ошибок, – вздохнув, вставила Клэр.
Ванесса знала, что Эвелин не разговаривает со своим мужем, а Клэр хочет развестись, подозревая супруга в измене, хотя вся семья убеждала ее в обратном. Их семейная жизнь не клеилась.
– Говори за себя, дорогая, – неожиданно заявила Эвелин. – Я уже помирилась с мужем.
– Мне показалось, или сестра действительно назвала тебя малышом? – шепотом спросила Ванесса у Монти.
– Меня в семье одно время все так называли. Быть младшим – это сущее несчастье, – ответил Монти и обратился к Эвелин: – Мне кажется, «малыш» успел состариться, Эви.
– Радуйся, что Монти не использует твое старое прозвище, Злыдня, – сказала раздосадованная на старшую сестру Клэр.
– Вы успокоитесь, наконец? – прервал их Брайан Таунсенд. – Или вы забыли, что у нас сегодня праздник?
– Конечно, не забыли! – в один голос воскликнули его дети.
Но тут глава семьи не выдержал и тоже решил немного подшутить над младшеньким:
– Из тебя так и не получился повеса, Монтгомери. Я всегда знал: настоящая женщина поможет тебе встать на путь истинный. Вести праведный образ жизни не так уж и сложно, верно, сынок?
Монти рассмеялся. Ванесса была рада, что родители мужа полюбили ее и теперь наверняка мечтают о внуках. Когда они затронули эту тему, молодая жена приосанилась и улыбнулась, нисколько не смутившись.
* * *
– Мы доберемся до места завтра к вечеру. Поместье находится недалеко от Харвича, на побережье Эссекса. Твой отец сказал, что ты любишь море, поэтому, думаю, тебе понравится окружающий ландшафт. Мама заверила меня, что нанятый ею персонал срочно приводит усадьбу в порядок.
– Слуг наняли совсем недавно?
– Да, дом пустовал много лет. Ты можешь нанять в штат других слуг по своему усмотрению, если захочешь. Мама старалась подготовить усадьбу к нашему приезду.
– Будем заниматься хозяйственными вопросами по мере необходимости. А сейчас я хочу, чтобы ты занялся своей женой.
Монти перекатился вместе с Ванессой на другой бок на большой кровати.
– Вот так?
И он вошел в нее второй раз за эту ночь.
– Да, так, – промолвила Ванесса и, задохнувшись, крепко прижалась к нему.
Это была их первая ночь на брачном ложе. Ванесса не собиралась спать сегодня, надеясь завтра отоспаться в карете.
– Ты… просто… великолепен, – тяжело дыша, шептала она.
Монти запрокинул голову и рассмеялся.
– Ты мне льстишь.
– Тебе это не нравится?
– Еще как нравится!
Ее руки скользнули по его спине и остановились на крепких ягодицах. Монти удивил ее, когда достиг наслаждения с громким стоном после мощного толчка, и она присоединилась к нему, испытав ни с чем не сравнимый восторг.
Монти перекатился на бок и притянул ее к себе.
– Как же мне повезло!
– Все началось с того, что на тебя напали два мятежника из Фельдланда.
– Ну, если быть точным, все началось с Георга, который дал мне поручение охранять короля Фельдланда.
– Я бы предпочла не благодарить за это Георга.
– А я бы предпочел не благодарить мятежников.
– Тогда скажи «спасибо» Снежку, который сбросил меня со спины.
– Нет, это твой Снежок должен благодарить меня! – возразил Монти.
Ванесса слишком устала и не стала спрашивать, что муж имеет в виду. Но когда на следующий день они добрались до поместья, Монти не сразу повел ее в дом. Сначала они отправились к конюшне, и Ванесса обомлела: в загоне стояло множество лошадей шайрской породы, самых разных мастей.
– Это кобылы, – уточнил Монти. – Можешь считать их моим свадебным подарком.
Ванесса повернулась и, крепко обняв мужа, вдруг расплакалась от счастья.
– Теперь я уверен: тебе здесь будет хорошо, – дрогнувшим голосом промолвил он.
– Неужели ты в этом сомневался?
