Соблазн для возлюбленной Линдсей Джоанна

Глава 40

Взяв Ванессу за руку, Монти заставил ее подняться и, положив ладонь на правую грудь девушки, слегка сжал ее, давая понять, что его прикосновение не было случайностью. Она отчаянно пыталась игнорировать трепет бабочек в животе, не обращать внимания на учащенный пульс, на восхитительный запах его тела, который она улавливала теперь, когда Монти был так близко. Каким-то образом ей удавалось держать себя в руках. Приподняв бровь, она молча смотрела на Монти.

Он расхохотался.

– Я не ожидал, что ты будешь столь невосприимчива к дерзким ласкам. Это демонстрация приема, которым Дэниел попытается отпугнуть тебя. Причем он может сжать твою грудь внезапно, а не в процессе объятий, когда ласка такого рода была бы естественной.

– У меня нет ни малейшего иммунитета… к твоим прикосновениям.

Он втянул в себя воздух.

– Пожалуйста, представь, что я – Дэниел, это нужно для чистоты эксперимента.

Однако Ванесса не смогла бы этого сделать. Между Монти и Дэниелом не было ничего общего. Увидев, что смутила своего наставника, она сказала:

– Извини, на мой взгляд, немного легкомыслия нам бы не помешало.

– Так ты пошутила?

Ванесса проигнорировала вопрос.

– Продолжай урок.

Монти кивнул.

– Если он прикоснется к тебе вот так или еще более интимно…

– Что может быть более интимным, чем прикосновение к груди? – перебила его Ванесса.

Монти фыркнул и убрал руку.

– А то ты не знаешь! Одним словом, если это произойдет, не показывай, что ты шокирована, сердита или оскорблена его действиями. Напротив, постарайся заинтриговать его, реагируя так, как он не ожидает.

– Я так сегодня и сделала, когда ты положил мне руку на грудь.

Монти покачал головой.

– Ты подняла бровь, это оттолкнет Дэниела. Почувствовав себя униженным твоим пренебрежительным отношением, он может повернуться и уйти. В результате ты потеряешь шанс унизить его.

– Вот это плохо! – с усмешкой воскликнула Ванесса. – Не помешало бы лишний раз щелкнуть его по носу!

– Нет, этого не следует делать, если ты действительно хочешь пойти с ним к алтарю, – сказал Монти.

Ванесса вздохнула.

– Тогда как его заинтриговать?

– Прильни и шепни ему что-нибудь на ухо, пусть даже это будет легкий выговор за наглость.

Она прильнула к Монти и прошептала на ухо:

– Я хочу тебя.

Он отступил от нее на шаг.

– Нет, нет и нет.

Ванесса рассмеялась.

– Одного «нет» было бы достаточно.

– Несси, ты будешь серьезно относиться к нашим урокам или нет?

– Конечно, буду.

– Тогда запомни, ты должна обольщать Дэниела, заманивать в свои сети, но ни в коем случае не переступай красную черту, то есть не вздумай ему отдаться! Это очень важно! Если ты ему отдашься, для него игра будет закончена и потеряет всякий смысл. Дэниел получит удовлетворение и перестанет интересоваться тобой, ты начнешь внушать ему только скуку!

Ванесса была разочарована.

– Значит ли это, что все мужчины так реагируют на близость с женщиной?

– Господи, нет, конечно, только такой пресыщенный тип, как Ратбен. Я, например, вряд ли когда-нибудь смогу насытиться тобой.

Монти снова намекал на их особые отношения. Он даже не заметил, что эти слова взволновали Ванессу, и продолжал свои наставления:

– Имей в виду, Дэниел прибегает к грубости, возможно, из-за желания шокировать тебя или пытается найти защиту от твоих преследований. Тебе нужно выяснить, что им движет. Является ли бесцеремонность защитной реакцией или попыткой избавиться от твоего присутствия?

– Ты думаешь, я смогу уловить разницу?

– Ты могла бы попробовать поцеловать его в этот момент.

– Мне бы не хотелось этого делать.

– Если Дэниел станет твоим мужем, тебе придется привыкнуть к его ласкам.

– Может, тогда порепетируем поцелуи?

Это не было шуткой, и Монти не стал упрекать свою ученицу в том, что она пытается уклониться от занятий. Он заключил Ванессу в объятия и приник к ее губам. И ей показалось, что она снова находится на лугу, где между ними однажды вспыхнула страсть.

– Я думал, что смогу справиться с собой, но влечение сильнее меня, – прошептал Монти. – Скажи мне, чтобы я ушел.

– Это твоя комната.

– Тогда убирайся отсюда, – сказал он и снова припал к ее губам.

Ванесса крепко обняла его за шею. Монти подхватил ее на руки и понес к кровати, стоявшей неподалеку. Ванесса затрепетала, когда он положил ее на постель и навалился сверху. Это был уже не урок, а воплощение собственных желаний, проявление собственных чувств восторга и страсти.

Ванесса застонала, когда его губы скользнули по ее щеке и шее. Его теплое дыхание коснулось ее уха. Целуя Ванессу, Монти медленно задирал ее юбку, и его рука коснулась ее плоти.

– Боже милостивый, ты всегда ходишь без панталон?

Ванесса усмехнулась, услышав в его голосе удивление.

– Нет, конечно, но я сначала разделась и надела ночную рубашку, чтобы все выглядело так, как будто я готова ко сну, на случай если сестры нанесут мне поздний визит. Однако убедившись, что все в доме спят, я быстро надела платье и прокралась в твою комнату.

– Поздно оправдываться! Отныне я всегда буду представлять себе, что ты ходишь без панталон, вне зависимости от того, есть ли они на тебе на самом деле или нет.

– Нет, не будешь, это просто глупо!

– Мужчины порой бывают глупыми, особенно когда думают о женщинах.

– Если ты будешь представлять себе, что я хожу без нижнего белья, то я тоже буду считать, что на тебе под верхней одеждой ничего нет.

Монти застонал и снова крепко поцеловал ее. Ванесса в порыве страсти стала выдергивать полы его рубашки из брюк, однако Монти, увлеченный ласками, и не думал помогать ей. Это было досадно, Ванессе хотелось скорее прикоснуться к его обнаженному телу, к его теплой коже. Но прекращать целоваться она не желала. Время летело незаметно, но Ванесса мечтала, чтобы эта ночь длилась вечно.

Монти перевернулся на спину, увлекая Ванессу за собой, и она оказалась на нем. Приподнявшись, она стала снимать с него рубашку. Расстегнув ее, Ванесса погладила Монти по груди.

Он жадно наблюдал за ней, и, заметив это, Ванесса усмехнулась.

– Твоя рубашка мешает мне, – заявила она.

– О боже, – простонал Монти, стягивая с нее платье через голову. – На тебе нет сорочки!

– Ведь я быстро одевалась, собираясь к тебе, – напомнила Ванесса и наклонилась, чтобы обнять Монти и прижаться к его обнаженному телу. – О, – блаженно вздохнула она, – так намного лучше целоваться, тебе не кажется?

– Ты меня убиваешь, урок завел нас слишком далеко…

– Урок давно закончился, – сказала Ванесса, осыпая поцелуями его шею и покусывая его ухо. – Я не шутила, когда говорила, что хочу тебя.

Монти быстро высвободился из-под нее и скатился с постели, чтобы снять брюки. Ванесса не смогла удержаться от смеха. Через пару секунд Монти вернулся и лег на Ванессу.

– Мне кажется, я в раю, – простонала она.

Монти снова стал целовать ее, не спеша, нежно и трепетно. Это длилось долго, но Ванессе было мало одних поцелуев.

– Я жду продолжения… – прошептала она.

– Это прелюдия.

– И что же будет дальше?

– Вот это…

Кончик его восставшей плоти вошел в нее.

– О! Нет!

– Не сейчас? – насторожился он.

– Сейчас…

Монти вошел еще глубже. Проникновение было безболезненным, и это удивило Ванессу.

– Почему мне не больно? – спросила она.

Он ухмыльнулся.

– Я думаю, все дело в твоем запале. Ты слишком сильно возбуждена и жаждешь этого проникновения.

Ванесса приподняла бедра, чтобы проверить, прав ли он. Эмоции, которые она испытывала, были острыми, щекочущими нервы. Глубоко внутри нее начала нарастать дрожь, грозя потрясти все ее существо.

– Не двигайся, – выдохнула Ванесса.

– Я сделал тебе больно?

– Нет! Просто я хочу насладиться дивными ощущениями…

Она вцепилась в Монти так крепко, что, казалось, могла задушить его. Но отпустить Монти было выше ее сил.

Ванесса достигла пика наслаждения так неожиданно, что едва не лишилась чувств. Она не догадывалась раньше, что может испытывать столь сильные, ни с чем не сравнимые ощущения. Монти, должно быть, знал, что Ванесса не будет возражать, если он снова начнет двигаться, поэтому, глубоко войдя в нее, стал делать мощные толчки, продлевая ее экстаз.

Достигнув апогея страсти, Монти упал на нее, и Ванесса стала нежно гладить его по спине. В эту ночь Монтгомери Таунсенд полностью принадлежал ей, и она чувствовала себя настоящей собственницей. Ванесса не хотела, чтобы он двигался, говорил, что-то делал, ей нравилось, что он лежит и тяжело дышит ей в ухо. Наверное, она измотала его… Так ей казалось до тех пор, пока он не поднял голову и она не увидела, что он улыбается.

– Кто тебе сказал, что лишаться девственности – это больно? – спросил он. – Ты же провела долгие годы вдали от матери.

– Мне и сестрам сказала об этом мать. Думаю, мне тогда было всего одиннадцать лет, а близнецам по десять. Однажды она усадила нас рядом с собой и стала рассказывать про ужасы первой брачной ночи.

– Ужасы?

Ванесса рассмеялась.

– В то время все, что было связано с кровотечением, казалось нам ужасным и отвратительным. Помнится, Лейла даже заплакала при мысли о том, что ей когда-нибудь придется пережить первую брачную ночь. Как ты думаешь, почему Кэтлин сгущала краски?

– Она рассказала вам правду, дорогая. Первый секс обычно причиняет женщине боль, по крайней мере, мне так говорили.

– Значит, ты особенный?

– Нет, это ты особенная. Но поверь, я понятия не имел, что сила твоей страсти избавит тебя от болезненных ощущений. В конце концов, ты моя первая девственница. До этого у меня не было опыта общения с ними.

Ее глаза расширились от изумления.

– Неужели?

– Да, и теперь ты должна выйти за меня замуж.

– Нет, я этого не сделаю.

– Ну, тогда не говори, что я тебе не делал предложения.

– Это было не предложение, а какое-то абсурдное утверждение. Но я вынуждена признать, что ты превосходный учитель.

Он погладил ее по щеке.

– Как ты уже сказала, все это не было уроком.

Глава 41

Ванесса не могла заставить себя забыть Монти. О, какой пылкой была их ночь любви! Похоже, Монти тоже не желал расставаться с нею.

Но все хорошее рано или поздно подходит к концу. И хотя Ванессе не хотелось, чтобы чудесная ночь заканчивалась, время бежало быстро. Почувствовав, что ее глаза слипаются, Ванесса поспешила обратно в свою комнату. Не дай бог, завтра утром ее застанут в спальне Монти. Этого Ванесса не могла допустить.

Их прощальный поцелуй был горько-сладким. По крайней мере, для нее. Ведь она собиралась выйти замуж за другого…

На следующий день Ванесса встала только к обеду. Кэтлин приподняла бровь, когда старшая дочь вошла в столовую. Однако Ванесса не стала оправдываться и объяснять, почему встала так поздно. И все же Эмили потребовала от нее объяснений.

Ванесса пожала плечами.

– Я почти всю ночь не спала, думала о женихе, – промолвила она.

– Ты ревнуешь его потому, что он проявил ко мне интерес? – спросила Эмили, ехидно улыбаясь.

«Ах ты, хитрая лиса!» – подумала Ванесса. Она не могла понять, говорила Эмили серьезно или просто пыталась поквитаться с ней за вчерашнюю ссору. Дэниел покинул бал вчера вечером, сразу после того, как Эмили вернулась к Кэтлин. Возможно, он решил, что выполнил долг перед матерью. Но Ванесса была разочарована: он больше не пригласил ее.

– Мы немного повздорили, – сказала она Эмили. – Я думаю, что Дэниел танцевал с тобой только для того, чтобы заставить меня ревновать. Но если он нравится тебе, можешь добавить его в свой список.

Щеки Эмили вспыхнули.

– Боже мой, я в ужасе от ваших пререканий! – воскликнула Кэтлин. – Вы трое не покинете эту комнату, пока не выясните отношения и не помиритесь. Я терпеть не могу сварливых девиц! Надеюсь, вы будете вести себя наилучшим образом на званом ужине, который я даю завтра вечером. К нам приедут Ратбены, семейство Харрисов и другие гости. Я знаю, Лейла, ты питаешь симпатию к младшему Харрису. Но я не потерплю перебранок за столом!

С этими словами Кэтлин вышла из комнаты, демонстрируя свое недовольство дочерьми. После ее ухода за столом воцарилось молчание. Эмили надула губы. Лейла с тревогой посматривала на сестру. Ванесса не была уверена, что сумеет помириться с Эмили.

– Эмили познакомилась прошлым вечером с мужчиной, который понравился ей больше, чем Монти, – нарушая молчание, сообщила Лейла.

– Монти нельзя вносить в списки потенциальных женихов, – напомнила Ванесса. – Брак не входит в его планы.

– Тем не менее я оставлю его имя в своем списке, – заявила Эмили. – Он у меня длинный.

Ванесса нахмурилась.

– В этом-то и проблема, Эми! Сколько из этих мужчин нравились Лейле больше, чем тебе? Но ты не уступила ей! Или Лейла должна довольствоваться твоими объедками? Посмотри на себя, ты законченная эгоистка! Неужели ты хочешь испортить жизнь своей сестре?

Эмили бросила сердитый взгляд на Ванессу. Она хотела что-то ответить, но ее опередила Лейла.

– Думаю, Эми заслужила все эти упреки, – промолвила она.

Ванесса не верила своим ушам. Неужели скромная молчунья Лейла восстала против сестры?

– Вот именно, – сказала Ванесса и, как будто Эмили уже не было рядом, добавила, обращаясь к Лейле: – Передай ей, что я приглашаю вас обеих на конную прогулку после обеда.

– Значит, ты прощаешь ее?

– Ты можешь намекнуть ей об этом, но из моих уст она не услышит ни слова.

Лейла усмехнулась, а Эмили вдруг хихикнула. Это была старая тактика, которую девочки использовали в детстве, когда одна из них раздражала другую. Уловка Ванессы была приятным напоминанием о том, что они всегда мирно улаживали разногласия.

Почувствовав себя намного лучше, Ванесса встала.

– Вообще-то я не голодна. Пойдемте собираться на прогулку?

Они вышли из столовой как раз в тот момент, когда мистер Риклз впускал кого-то в дом. Близнецы завизжали от восторга, увидев гостя, и бросились обнимать его. Приблизившись, Ванесса увидела, что это был старый друг семьи, Питер Райт. Она тепло поздоровалась с ним. Реакция близнецов была понятна: этот человек продолжал наносить визиты в дом Блэкбернов на протяжении многих лет. Ее отец в Шотландии часто получал письма от Питера, которые пересылал поверенный в делах.

Питер удивился, увидев Ванессу.

– Ты стала настоящей красавицей, Несса. Я, пожалуй, не узнал бы тебя, если бы встретил на улице. Как проходит светский сезон?

– До сих пор все было замечательно, – ответила Лейла.

– Здесь много молодых людей, – добавила Эмили.

– Более чем достаточно, чтобы не мешали конкурентки, я надеюсь? – пошутил гость.

Какая щекотливая тема! Ванесса усмехнулась.

– Вы угадали.

– Поскольку наша Несса уже обручена с Дэниелом Ратбеном, мы не боимся конкуренции, – заметила Эмили.

У Ванессы упало сердце. Как воспримет эту новость гость? Питер был секундантом Уильяма в роковой дуэли с младшим братом Альберта Ратбена.

Он действительно с недовольным видом поморщился и спросил:

– С какой стати вы решили выйти замуж за этого человека?

Ванесса сделала вид, что удивлена его реакцией.

– Вы, наверное, шутите. Дэниел очень красивый мужчина.

Питер еще больше помрачнел.

– Я могу поговорить с вами с глазу на глаз? – спросил он Ванессу.

– Мы пойдем пока переоденемся, Несса, – сказала Лейла и потянула Эмили за собой.

Оставшись в холле наедине с лучшим другом отца, Ванесса собралась с духом.

– Разве вы не знаете, что по воле отца Дэниела Уильям отправился в ссылку? – шепотом спросил Питер.

Ванессе не хотелось говорить ему о заключенной сделке. Пусть уж Питер считает этот брак ее идеей!

– Лучшее средство смягчить чувства человека – это стать членом его семьи.

– Но неужели ваша мать одобряет этот выбор?

Ванесса усмехнулась.

– Мама не справляется со мной. К своей досаде, она обнаружила, что приказывать мне бесполезно.

Питер был сбит с толку.

– Я знаю, что Уилл предоставил вам свободу действий.

– Так уж получилось, – продолжала Ванесса. – Кроме того, мама высоко ценит семью Ратбенов, она, в общем-то, не возражает против брака с Дэниелом.

– Вы обе забыли о вендетте!

Питер оказался крепким орешком, он не хотел уступать.

Ванесса беспечно пожала плечами.

– Зачем ориентироваться на убитого горем брата? Он не делает погоды в семье. Для меня главным является то, что я влюблена в Дэниела и с нетерпением жду свадьбы.

Ванесса уже хотела подняться наверх, чтобы надеть костюм для верховой езды, но вдруг снова повернулась к Питеру и, покраснев до корней волос, попросила:

– Если вы будете писать моему отцу, пожалуйста, не сообщайте о свадьбе. Я хочу, чтобы это стало сюрпризом для него.

– Конечно. Я не испорчу вам торжество.

Глава 42

– Как ты узнал об этом? – спросила Ванесса Доннана.

Придя на хозяйственный двор, она разговорилась с шотландцем и узнала от него, что неподалеку от Лондона продается конюшня.

Он рассмеялся, заметив ее удивление.

– Чего только не услышишь в таверне! Владелец уже отчаялся продать конюшню и, по-видимому, готов сделать скидку. Именно поэтому я решил сообщить вам о ее продаже. – Доннан выглядел несколько смущенным. – Мы с Калемом полюбили этот город и были бы не против ухаживать за лошадьми, которых вы собираетесь разводить.

Ванесса пришла в восторг от того, что братья Маккейб соглашались работать в ее конюшне. Это решило бы многие проблемы. Ванесса не знала, где найти людей, которым она могла бы доверить управление конезаводом.

– Сегодня у меня нет времени, чтобы встретиться с владельцем конюшни, – сказала она, – но завтра я обязательно это сделаю!

– Значит, вы очень заняты?

Ванесса кивнула.

– Я ожидала, что в Лондоне попаду в водоворот событий. Так оно и вышло. Сегодня вечером мы едем в театр, а завтра мама устраивает званый ужин. Признаюсь, я смотрю в будущее с радостью.

Вскоре пришли близнецы и конюхи, которые должны были их сопровождать. Монти среди них не оказалось. Ванесса улыбнулась, подумав, что он, должно быть, еще спит. Она немного побаивалась встречи с ним после бурной ночи. Если он снова начнет поддразнивать ее, намекая на близкие отношения, Ванесса не знала, как отреагирует на это. Она надеялась, что он все же будет вести себя сдержанно.

Прогулка верхом по парку развеяла тяжелые мысли. Настроение не испортили даже молодые джентльмены, которые время от времени останавливали ее и сестер. Эмили была в восторге от такого внимания со стороны мужчин.

В тот вечер Дэниел приехал в театр вместе с матерью. Их места находились на противоположной стороне зала, и это не понравилось Ванессе. Если леди Ратбен действительно искренне стремилась женить сына, то у нее это плохо получалось. Пробиться к сестрам Блэкберн было непросто. Места рядом с ними довольно быстро заняли молодые джентльмены, которые неофициально ухаживали за близнецами.

Ванесса ясно дала понять, что не проявляет никакого интереса к мужчинам, точно так же как она делала это на балах. Она не хотела поощрять молодых людей, поставив перед собой цель – покорить сердце Дэниела.

Близнецы не следили за действием пьесы и постоянно перешептывались с джентльменами. Ванесса тоже была далека от страстей, кипевших на подмостках. Она постоянно поглядывала с улыбкой на Дэниела, надеясь добиться его внимания.

Кэтлин обещала во время антракта отвести ее к леди Ратбен, чтобы у Ванессы было несколько минут пофлиртовать с Дэниелом. Слово «флирт» вызвало у нее нервный смешок. Дэниел, судя по всему, не признавал любовной игры. Оставаясь наедине с ним, Ванесса не кокетничала, а вступала в жестокое сражение.

Но она действительно получила возможность пообщаться с ним несколько минут во время антракта в вестибюле, где их никто не мог подслушать. Кэтлин отвела леди Ратбен в сторону и начала шепотом разговаривать с ней, а близнецы занялись своими делами, оставив старшую сестру в обществе Дэниела.

В этот вечер он выглядел очень эффектно, несмотря на скучающее выражение лица. Вспомнив уроки Монти, Ванесса похвалила его сюртук и прикоснулась к лацкану, сделав вид, что рассеянно ощупывает ткань.

Дэниел отреагировал на ее прикосновение неожиданным образом: он отошел от нее!

– Вам не надоело раздражать меня? – едко спросил он.

– Вы никогда не надоедите мне, Дэниел. Вы заставляете мое сердце трепетать.

Он фыркнул: