Проклятие Мейер Марисса

Глава 39

Из горла зверя вырвался чудовищный вопль. Этот звук потряс Серильду до глубины души. От него содрогнулась сама земля. Пол под ними треснул, и от врат Ферлорена зазмеилась одна-единственная трещина с неровными краями, похожая на молнию, ударившую в ступени лестницы, ведущей наверх, в замок. Камень загрохотал и застонал, земля разверзлась у них под ногами.

– Время настало! – воскликнул Эрлкинг. – Быстрее!

Темные ринулись вперед, на бегу срывая с себя золотые цепи. Все это наверняка было спланировано заранее. Они хорошо подготовились. Провели бога, заставив его поверить, что цепи их удержат. Эрлкинг и не собирался выполнять свою часть сделки.

Слаженно, словно они репетировали этот момент много раз, охотники окружили исполинского волка со всех сторон и набросили на него золотые цепи. Зверь оборонялся, щелкал зубами, но темных было слишком много, и как только цепи стянули его тело, волк прекратил борьбу. Велос задыхался, цепи сковывали его от горла до задних лап, обездвиживая и отнимая силы.

– Наконец-то. – Эрлкинг шагнул вперед, чтобы посмотреть огромному зверю в глаза. – Я был счастлив, когда победил Эострига, но изловить самого повелителя смерти? Я долго ждал, пока ты окажешься у моих ног. Властелин. – И он зарычал с отвращением. – Ты и впрямь поверил, что я отдам тебе своих придворных? Что принесу их в жертву тебе? – Он прищелкнул языком. – Может, ты и бог, но я – Ольховый Король. Темные мои.

Эрлкинг протянул руку Перхте. Она оперлась на нее, словно невеста, которой жених помогает выбраться из свадебной кареты, и соскользнула со спины волка прямо к королю в объятия.

Стены вокруг них била дрожь. Зубчатая щель в полу становилась все шире. Врата содрогнулись. С трясущегося потолка посыпались пыль и куски камня.

Край трещины, ближайший к вратам, обвалился с оглушительным грохотом. Серильда заткнула уши. Даже темные сжались от невыносимого шума и попятились. Сама земля у них под ногами разваливалась на куски.

Врата начали рушиться. В трещину, превратившуюся в самую настоящую пропасть, сыпались обломки дерева и хлопья пепла.

Ступени, ведущие к мосту в Ферлорен, тоже начали разваливаться на части.

– Бежим, скорее! – закричал Злат, хотя Серильда едва слышала его в этом хаосе. Он потащил ее прочь от разлома. Они побежали вверх, хотя стены ходили ходуном, ступени скрежетали, а под ногами расползались трещины.

– Что происходит? – выдохнула Серильда.

– Они захватили Велоса, – крикнул в ответ Злат. – Может быть, врата держались за счет его волшебства?

Когда они почти добрались до верха лестницы, Серильда почувствовала, что стены перестали дрожать. Все стихло. Но она боялась, что это еще не конец. Что брешь под замком разверзнется так широко, что в нее рухнет весь Грейвенстоун, унося их с собой.

Нужно было уходить.

Серильда больше не была привязана ни к замку, ни к королю. Но сможет ли уйти Злат? Его тело осталось в Адальхейде, но сам он был заточен здесь и они не проверяли, что случится, если он покинет эти стены. Сама Серильда с момента их приезда тоже не осмеливалась выходить из Грейвенстоуна, ведь она не могла взять с собой детей. Кроме того, замок со всех сторон окружал Ясеневый лес. Куда бы она пошла?

Они добрались до лунной ротонды. Лучи Скорбной Луны лились сквозь стеклянный потолок, окрашивая стены серебром.

Но не успели Злат и Серильда выйти из прохода в стене, как кто-то накрыл их сверху плотной материей, не пропускающей свет. Серильда с криком забилась, пытаясь выбраться, но только запуталась еще сильнее.

– Злат!

– Не двигайся! – крикнул он, а потом полоснул ткань мечом, проделав в ней дыру.

– Погодите! – раздался детский голос. – Это не Эрлкинг!

Просунув руку в разрез, Злат расширил его настолько, что они с Серильдой смогли высвободиться. Ткань – огромный гобелен – упала к их ногам.

Их окружала целая орда чудовищ. Нахткраппы, друды, хобгоблины. Крошечные сильфиды и лохматые лешие. Шестиногие букавацы, длинноносые халгайсты и целый отряд катценвайтов в крошечных ярко-красных колпачках. Было там и много монстров, имена которых Серильда не знала. Созданий с бивнями и рогами, чешуей и крыльями, пышным мехом и огромными выпученными глазами.

Во главе этой маленькой армии стоял человеческий ребенок. Девочка с яркими голубыми глазами и золотыми кудрями. Серильда узнала бы ее где угодно, пусть это дитя сильно отличалось от портретов, которые она видела раньше. Куда подевалась изнеженная принцесса? Девочка, стоящая перед ними, была воительницей. Одетая в какое-то странное одеяние из клочков меха и чешуи, с зачесанными назад волосами и выражением свирепой решимости на лице, она напомнила Серильде дев-моховиц. К тому же девочка, как и они, была вооружена до зубов.

Три ножа висели у нее на поясе, еще один был закреплен повыше колена. Маленькая рука держала боевой топор.

– Вы не темные, – разочарованно сказала принцесса. – Где Эрлки… – не договорив, она удивленно вытаращила на них глаза. – Ты призрак, что прядет золото. А ты… – Она направила лезвие топора на Серильду. – Его жена! Что у тебя с рукой?

Глядя на девочку, Серильда и думать забыла о ране и о крови, стекающей по запястью. Она все еще сжимала сломанное древко стрелы, так крепко, что онемели пальцы.

Не дожидаясь ответа, девочка ахнула.

– Отдай! – крикнула она, хватая Серильду за руку.

– Нет! – закричал Злат. – Если она выпустит стрелу, то…

Он не успел договорить.

Принцесса не тронула стрелу. Вместо этого она ловко сорвала с мизинца Серильды маленькое золотое кольцо.

– Это мое! – рявкнула она, глядя на Серильду, как на обычную воровку. – Где ты его взяла?

– Я… в зале. С гобеленами. Я не знала… – У Серильды голова шла кругом. – О, это ты. Правда ты. Ты жила здесь все это время?

С лестницы раздался крик, за которым последовал отчаянный вой. Велос.

– Что там происходит? – спросила принцесса. – Мы устроили засаду на темных и ждем уже целую вечность! Но, похоже, война уже вовсю идет, а мы в ней не участвуем! Вы хоть понимаете, как долго мы к этому готовились? Все сюда! Перестраиваемся!

Монстры снова подхватили гобелен, в спешке чуть не сбив с ног Серильду и Злата. С лестницы послышались крики. Потом хрипы и чьи-то громыхающие шаги.

– По местам! – отрывисто скомандовала принцесса.

Чудовища отступили к стенам, чтобы темные, поднимаясь, не сразу их заметили.

Злат и Серильда остались стоять в одиночестве под стеклянным куполом ротонды.

– Отойдите! – распорядилась принцесса. – Они сейчас будут здесь! И, ради Хульды, перевяжи эту рану. Ты вся в крови!

Злат во все глаза смотрел на сестру, которая, очевидно, его не помнила. Видя, что он никак не может опомниться, Серильда схватила его за локоть и оттащила к стене, с ужасом отметив, что за ней действительно тянется кровавый след.

Не прошло и нескольких секунд, как снизу появились первые темные. Они торопились выбраться, пока зал внизу не обвалился окончательно.

– Вперед! – крикнула принцесса.

Чудовища ринулись за своей предводительницей, она с топором, они с когтями и клыками наготове.

Им удалось застигнуть демонов врасплох. Шестеро темных упали сразу, из их ран повалили черные облака гнилостного пара. Но… они ведь были бессмертны. И они были охотниками. Придя в себя после первого шока, темные начали отбиваться. А снизу поднимались все новые и новые демоны, так что число врагов неуклонно росло.

– Им не справиться, – заметил Злат, дрожащими руками обматывая запястье Серильды куском ткани, который он оторвал от своей рубахи. – Темные их всех перебьют.

Скорее всего, он был прав, но пока что храбрая принцесса и ее отряд чудовищ и не думали сдаваться.

В разгар боя подоспела группа темных с золотыми цепями в руках. Мышцы их были напряжены, лица сосредоточены. Они втащили в ротонду связанного черного волка. Другие охотники тут же обступили их, защищая товарищей от ударов.

– Великие боги, что это? – воскликнула принцесса. – И кто… – Она растерянно заморгала.

Один из темных занес над ней меч, но девочка отразила удар и отсекла темному руку повыше локтя – та вместе с мечом упала на землю. Темный вскрикнул и зашатался, но принцесса уже отвернулась от него. Она уставилась на женщину в алом плаще, которая оценивающим взглядом смотрела на поле битвы.

Принцесса вскинула голову. Перевела взгляд с Перхты на Серильду. С Серильды на Перхту.

– Вот я и дома, – проворковала Перхта. С этими словами она выбросила вверх руку, схватила друду прямо в воздухе и вмиг сломала ей шею.

– Гюнтер! – горестно вскрикнула принцесса.

Ее крик привлек внимание Перхты.

– Кого я вижу! Это же прелестная малютка из Адальхейда. Кто бы мог подумать, что ты доставишь столько хлопот?

Принцесса попятилась. Перхта подобрала брошенную кем-то булаву и радостно присоединилась к сражению. Она осыпала ударами любого, кто подходил слишком близко, и уничтожала атакующих монстров так стремительно, что Серильда только успевала ахать. Она не сразу заметила, что из дыры в стене вышел и Эрлкинг. Он стоял над распростертым телом Велоса, любуясь тем, как его возлюбленная парирует и наносит удары, грациозная, словно танцовщица на сцене.

– Прячься. – Злат подтолкнул Серильду к выходу в коридор. – Уходи отсюда!

– Что? Что ты…

Но Злат уже поднял меч и бросился в бой, пронзая одного темного за другим.

Поначалу Серильда решила, что он хочет атаковать Перхту, и ее снова сковал ужас при мысли о том, как ее хрупкий нерожденный ребенок уязвим в теле этой кровожадной, порочной женщины. Но нет, Злат побежал следом за принцессой, которая снова была в самой гуще сражения. Вонзив меч в спину ближайшему противнику, Злат оттолкнул демона в сторону, так что принцесса, готовая отражать атаки коротким мечом и боевым топором, отпрянула от неожиданности.

– Снова ты!

– Идем со мной! Скорее!

Злат схватил ее за локоть и потащил к нише, где пряталась Серильда. Ей показалось, что, не будь принцесса так сбита с толку всем происходящим, она запросто отрубила бы руку и Злату.

– Что вы делаете? – возмутилась принцесса. – Прячетесь, как трусы?

– Вам не выиграть эту битву! Они же бессмертны! – Злат указал на темного, который уже поднимался на ноги, несмотря на дымящуюся дыру в груди. – Как ты думаешь, что сделает Эрлкинг, если схватит тебя? Скорее, нам нужно выбираться отсюда!

Он схватил принцессу за руку и жестом приказал Серильде бежать первой. Но, хотя Злат и был намного выше девочки, та не позволила ему попросту утащить ее за собой. Откинувшись назад, она метко пнула его в колено.

Вскрикнув, Злат упал.

– Я не брошу своих солдат на поле боя! – завопила принцесса.

Злат непонимающе уставился на нее и обвел взглядом ротонду.

– Твои солдаты – кучка чудовищ, которых вот-вот перебьют!

Принцесса зарычала.

– Мы прогоним незваных гостей, – провозгласила она. – Это мой замок! И мой план!

– А это их жизни! – выкрикнул Злат в ответ. – Разуй глаза и посмотри вокруг! Ты уже потеряла половину своего войска. А сколько вы убили темных?

Принцесса выпрямилась во весь рост, упрямо стиснув зубы, но все же осмотрелась. Пол ротонды был усеян трупами монстров, больших и малых. Конечно, лежали там и раненые темные. У одних не хватало рук или ног, другие шипели от боли и едва могли ходить. Но было ясно, что скоро они восстановятся и продолжат сражаться.

Принцесса тяжело дышала, и по ее глазам было видно, что она признает поражение. Раздувая ноздри, она мрачно посмотрела на Перхту, которая в исполненном восторга безумии с боевым кличем убивала одно существо за другим.

– Кто это? – почти беззвучно спросила принцесса, глядя на Серильду. – Ты сказочница, невеста короля. А она тогда кто?

Серильда сглотнула.

– Перхта, охотница. Эрлкинг обменял всех своих призраков на ее душу и использовал… использует мое тело как сосуд, чтобы она могла жить.

Принцесса побледнела. Но ее ужас длился недолго. Расправив плечи, она подняла топор и махнула им в сторону главного коридора.

– Бегите! – крикнула она, выходя из ниши. – Мои монстры, мы должны отступить! Спасайтесь бегством! Уносите ноги. Это приказ вашей королевы!

На миг показалось, что чудовища были озадачены, но они подчинились. Вскоре крики битвы сменились шумом отступления. Десятки монстров ринулись в залы; некоторые, осыпая пол осколками разбитого стекла, вылетали прямо сквозь закрытые окна и неслись в сторону леса.

– Хорошо. Идем с нами, – позвал Злат.

Он хотел взять ее за руку, но принцесса не далась. Глядя через его плечо на Перхту, она ощерилась и подняла топор.

– Что ты делаешь?

– Защищаю свой замок. Покинуть его я не могу, так что буду сражаться за него до последнего. – И она хмуро взглянула на Злата. – В конце концов, не они одни здесь бессмертны.

Глава 40

Полная решимости, принцесса приготовилась броситься на Перхту. – Мы можем снять с тебя проклятие! – крикнул ей Злат.

Она вздрогнула и замерла. Тем временем Перхта заметила их в нише и, поскольку других противников у нее не осталось, неторопливо направилась в их сторону.

– Что ты сказал? – спросила принцесса, не отрывая глаз от охотницы.

– Твое тело лежит в Адальхейде, – объяснил Злат. – Если я смогу туда попасть, то разрушу чары. Ты сможешь покинуть Грейвенстоун. Но мне нужно время. Пожалуйста, не вступай с ней в бой. Не надо. Тебе необходимо спрятаться!

Девочка медленно покачала головой, продолжая смотреть на Перхту, которая подходила все ближе.

– А какое тебе до меня дело? – спросила принцесса, крепче сжимая древко топора. – Эти демоны… Они явились сюда и хотят лишить меня всего. Но я им этого не позволю. На этот раз – нет! – она выкрикнула эти последние слова, глядя прямо на Перхту и Эрлкинга, который наблюдал за боем с таким видом, словно это было захватывающее представление, устроенное, чтобы его развлечь. – Хоть ты и охотница, но, как я погляжу, тело у тебя не больно-то крепкое!

Перхта с усмешкой погладила себя по животу.

– Мне в нем удобнее, чем я ожидала. Интереснее драться, когда по-настоящему ощущаешь опасность. – Она подняла кинжал. Выпавший из ослабевшей руки одного из поверженных темных, и занесла его для удара. – Полагаю, умереть ты не можешь, но есть и другие способы наказывать за дерзость.

Она рассмеялась и метнула кинжал. Злат ринулся к принцессе и повалил ее на пол, закрыв девочку своим телом.

В то же мгновение с неба с пронзительным карканьем спикировала птица. Нахткрапп разрезал воздух между Златом и охотницей, и кинжал угодил ему в крыло. Вскрикнув от боли, ворон рухнул на пол.

– Ловис! – крикнула принцесса, пытаясь вырваться из объятий Злата. – Нет! Отпусти меня!

Перхта прижала ладони к щекам, изображая горе.

– Ах, бедная птичка! Какая трагедия!

– Я убью ее! Я ее убью! – рычала принцесса, борясь со Златом.

– О, попробуй, конечно, – промурлыкала Перхта.

Злат, пошатываясь, вскочил на ноги и толкнул принцессу себе за спину. Он поднял свой меч.

– Вот оно что. – На губах Перхты заиграла кривая усмешка. – Я давно ждала возможности поквитаться с тобой, прекрасный принц.

– Только сперва, – произнес чей-то голос, – тебе придется сразиться со мной.

Это была Агата. С короткими мечами в обеих руках, она шла через зал, без труда сметая с дороги любого темного, рискнувшего встать у нее на пути. Подойдя к Злату и принцессе, она закрыла их собой.

Перхта равнодушно подняла бровь.

– А ты еще кто такая?

– Охотница и воин, как и ты. И я в большом долгу перед принцем Адальхейда.

Перхта внимательно изучала ее.

– По-моему, ты больше похожа на жалкое привидение. Почему тебя не отправили с остальными?

– Я попросила разрешения остаться. У меня еще оставались здесь дела. – Агата стрельнула глазами в сторону Эрлкинга, который вольготно расположился рядом с черным волком, опираясь на его спину как на подлокотник любимого кресла. – Конечно, Его Мрачность может заставить меня пасть ниц. Он может приказать мне сложить оружие и не сопротивляться, когда вы, демоны, во второй раз снесете мне голову с плеч. Но я не думаю, что он это сделает.

Агата с волчьей улыбкой взглянула на охотницу.

– Мы же не хотим испортить все веселье, верно?

И Агата бросилась вперед. Перхта, посмеиваясь, легко уклонялась от ее атак, пока не сумела подхватить с пола короткое копье. С оружием в руке она отражала один удар Агаты за другим. Они сражались так, словно танцевали.

Агата отбила острие копья, нацеленное ей в грудь, и оттолкнула Перхту назад.

– Ваше высочество, бегите! Убирайтесь отсюда, глупые!

– Да, беги, – поддержала Перхта. – Но не уходи далеко. Я с тобой еще не закончила!

На миг оторвавшись от битвы, Серильда увидела, что принцесса склонилась над нахткраппом, который спас ее от кинжала. По ее покрытым пылью щекам текли слезы. Безглазый нахткрапп был всего лишь чудовищем без души, но непостижимым образом он полюбил эту девчушку. Или, по крайней мере, был предан ей настолько, что пожертвовал собой, чтобы ее защитить. Серильда с трудом могла поверить, что такое возможно.

– Принцесса, – заговорила Серильда. – Возможно, это наш единственный шанс. Все это время вы прятались. Если сможете спрятаться еще ненадолго, мы отправимся в Адальхейд и снимем с вас проклятие.

– Я не принцесса, – бросила та, но пыла в ее голосе заметно поубавилось. – Я королева Грейвенстоуна. Я была его единственной королевой очень-очень долго.

Она бережно вытащила клинок из крыла птицы. Нахткрапп еще дышал, но с трудом. От боли он вздрогнул всем телом.

– Милая Ловис, мне так жаль, – прошептала принцесса и тут же вонзила кинжал ему в сердце.

Серильда невольно поежилась, хоть и знала, что милосерднее всего было избавить птицу от страданий.

– Твоя жертва не будет забыта, – сказала принцесса дрожащим голосом. – И она не будет напрасной.

Горестно вздохнув, она встала и оглядела десятки других погибших созданий. Весь пол был густо залит кровью – обычная, красная перемешивалась с другой, липко-черной или даже золотистой. С кровью монстров.

– Мы должны убедиться, что ни один из них не погиб зазря, – с жаром обратилась девочка к Злату и Серильде. – Вы уверены, что сможете освободить меня из этого замка?

– Я не то что бы уверен, – сказал Злат. – Но думаю, что смогу.

– Тогда ты должен попытаться. Я знаю, как отсюда выйти. Идемте.

Не дожидаясь ответа, девочка выбежала мимо них в коридор.

Серильда в последний раз оглянулась на поле боя.

Перхта, облаченная в ее тело как в свое собственное, двигалась с изяществом и силой, которых у самой Серильды никогда не было. Хотя Агата была достойным противником, Серильда знала, что оружейнице не выиграть этот бой.

Что с ней станет?

Агата предпочла остаться, чтобы помочь им, хотя могла отправиться в Ферлорен с другими призраками. Как Эрлкинг накажет ее за это предательство?

Тут Серильда заметила самого короля. Тот глядел не на Перхту и не на Агату, а на нее. Заинтересованно. С любопытством.

Он потянулся к колчану на спине, вытащил из него стрелу с черным наконечником. Дважды она видела богов, лишенных своей волшебной силы этими черными стрелами, – василиска и единорога. Но она видела, как Эрлкинг использовал такие совершенно иначе. Она видела, как он убил призрака. Освободил его дух.

Вставив стрелу в арбалет, Эрлкинг направил его на Серильду.

Она взвизгнула, подхватила Злата и втащила его в укрытие за стеной коридора.

Запела спущенная тетива, и Серильда инстинктивно пригнулась.

Но король стрелял не в нее и не в Злата. Выглянув, они увидели, как стрела вонзилась Агате в бок. Оружейница задохнулась от боли. Кровь, хлынувшая из раны, оказалась не красной, как та, что пятнала шарф на ее перерубленной шее, а маслянистой и черной.

Перхта, готовая вонзить свое копье Агате в ногу, недовольно вскинула голову.

– Прости, что вмешался, – раздался медовый голос Эрлкинга, – но боюсь, что твой принц нас покидает.

– Чего вы ждете? – прошипела принцесса. Она уже успела отбежать, и ей пришлось вернуться за Златом и Серильдой.

Глаза Агаты в последний раз встретились с глазами Злата.

– Ваше высочество, простите меня. Я хотела спасти призраков замка. Я не знала… Я верна вашей семье… теперь мой долг оплачен…

Злат, потерявший дар речи, только потряс головой.

– Уходите, – выдохнула Агата. – Бегите!..

Это было ее последнее слово. Оружейница содрогнулась и замерла. Черная кровь расползалась по ее телу, покрывая его целиком.

Серильда схватила Злата за руку, и они бросились бежать.

Хотя ноги у принцессы были намного короче, чем у взрослых, бегала она проворно – да что там, почти летела по залам и коридорам. Злат и Серильда, тяжело дыша, едва поспевали за ней; красный плащ Серильды развевался, как парус. Позади все еще слышался смех Перхты. Жестокий и холодный, он лился из горла, которое девушка привыкла считать своим собственным.

Принцесса уверенно вела их по лабиринту узких проходов для слуг, вниз по лестнице, мимо кухонь и, наконец, наружу.

Они бросились под колоннаду, окружающую замок, и замерли, прислушиваясь, нет ли погони. Все, что Серильда смогла расслышать, – это звуки леса вокруг. Скрип деревьев под ветром, писк насекомых и кваканье лягушек.

А потом ее уши уловили более низкий звук. Он казался очень далеким и как будто исходил снизу. Стон из недр земли.

– Посмотрите! – воскликнул Злат, указывая вверх.

Ветви ольхи, шатром раскинувшиеся над замком, менялись на глазах. Листья падали с них, кружась, как снежинки в метель. Стояла осень, это было ясно видно по лесу, одетому в нарядные золотые и багряные тона, но Серильда понимала: ольха не просто готовится к зиме, как это делают все деревья. Они с детьми видели, как единорог вернул ее к жизни, и вот теперь ольха умирала снова.

– Она росла из Ферлорена, – произнесла Серильда вслух. – И, если Ферлорен гибнет…

Принцесса стремительно повернулась к ней.

– В каком смысле Ферлорен гибнет?

Злат покачал головой.

– Нет времени объяснять.

– Стойте, – возразила Серильда, наблюдая, как корни ольхи сморщиваются и чернеют. – Эостриг и Фрейдон!