Чёрная жемчужина Аира Зелинская Ляна
Она осторожно поднялась к себе в комнату, надеясь, что сюда Фрессонов привели дела, и они надолго не задержатся. Может быть, они вообще не узнают о том, что она здесь? Это было бы прекрасно.
И небо как будто услышало её молитвы, потому что гости спустя час уехали, а Летиция решила, что сюда их и правда привели какие-то дела. Но чуть позже за ней пришла служанка — дед желал видеть внучку немедленно.
Анри Бернар сидел на веранде в тени тамариндовых деревьев, пил ром, курил сигару, и перед ним на столе лежала неизменная засаленная треуголка и подзорная труба.
— Садись, — указал он на место напротив себя.
У Летиции замерло сердце. Что-то было такое в голосе деда неприятное, и она поняла, что приезд Фрессонов был всё-таки по её душу.
— Готье сказал, что я завещал тебе только ферму? — с прищуром спросил Анри Бернар, цепким взглядом следя за её лицом.
— Да, — ответила Летиция, сложив руки на коленях, — и в письме от нотариуса так было написано.
— Всё-таки мой сын не дурак, — усмехнулся Анри Бернар, — хитрый зараза! Ну так вот он тебе соврал. Я завещал тебе всю плантацию, а не только чёртову ферму и кусок земли.
— Почему? — спросила Летиция прямо. В словах деда ей почудился какой-то скрытый смысл. — Вернее, почему именно мне и спустя столько лет? Вы не хотели меня знать. Не писали писем. И вдруг… с чего такая щедрость? Я не понимаю.
Наконец-то настало время поговорить обо всём откровенно.
Анри Бернар закинул ногу на скамеечку и криво усмехнулся.
— А чего тут понимать? Мои дети пытались меня убить, и не раз. А потом — сплавить в психушку, а потом — снова убить. Теперь вот признать невменяемым… Как думаешь, стал бы я с ними делиться тем, что создал вот этими руками? — он сжал их в кулаки и покрутил ими в воздухе. — Но даже не столько поэтому. Я скоро умру, — продолжил он задумчиво, взяв бутылку с ромом и щедро плеснув в стакан, — мне осталось очень мало времени.
Летиция посмотрела на него недоверчиво, не понимая, с чего этот крепкий старик так уверен в том, что его час близок.
— Почему вы так решили? Вы выглядите вполне здоровым и крепким, и — даст Бог — проживёте лет до ста.8b1163
— До ста я и не хочу. Устал уже, — задумчиво ответил Анри Бернар, покачав в стакане ром. — А почему так решил? Она приснилась мне. Моя Руби. Сказала, что скоро придёт и заберёт меня отсюда с собой. Насовсем. И велела найти тебя. Вот поэтому я и написал то письмо, хоть и не собирался. После того, как проклятая судьба забрала у меня Руби, следом Марию, потом Эмили, а потом и Жюльена, я решил, что и тебе не стоит быть здесь. Я вырвал Руби из своего сердца. А ты бы напоминала о ней… И потому я не писал. Не хотел о тебе знать. Но ты так на неё похожа…
Он выпил ром залпом и стукнул по столу стаканом.
— Я перед ней виноват… И не сделай я то, что сделал, всё повернулось бы иначе. Она ведь меня любила. Поначалу… Я встретил её впервые, когда мы остановились на Аире набрать пресной воды. Прекрасная островитянка, ослепительно красивая, каких не бывает в этой поганой жизни! Я был молод и горяч… Не такой развалиной, как сейчас, а красивым, статным… Капитаном корабля. Боцман говорил мне не связываться с ней, говорил про аирскую магию, про жертвоприношения и прочее, про то, что она мою душу выпьет, а я не верил. Помешался на ней. И на обратном пути решил во чтобы то ни стало снова её увидеть. Старпом предупреждал, что мы пойдём по линии штормов, но она завладела моим разумом, и я нарушил все правила. Нас потрепало штормом, будто чёртов морской дьявол вцепился в корабль. Весь наш груз пропал, и часть команды погибла. Но мы снова зашли на Аир. И поверишь ли, я думал только о ней, хотел там остаться. Я её нашёл, и Руби показала мне их святилище — храм Эк Балам, огромную пирамиду в джунглях. Там я увидел их сокровища, и по глупости рассказал Гаспару. Я был влюблён и повёл себя, как глупец — не заметил, как недовольна команда тем, что я делаю. Команда подняла бунт, ведь по моей вине мы потеряли добычу, и они требовали с меня возврата их долей. Они были в своём праве. Хотели вздёрнуть меня на нок-рее …
— О, Боже!
— …Законы чёрного флага суровые. За глупость ты всегда платишь собственной кровью. И вот тогда Гаспар решил меня спасти. Он рассказал про храм и его сокровища команде, чтобы их задобрить. Обещание новой добычи заставило забыть старые обиды. А я его поддержал, чтобы спасти свою шкуру и остаться капитаном, сказал, что это и был мой план. Что так было задумано...
Дальнейший рассказ ужаснул Летицию. Про разграбление храма, про то, что всех, кого не убили, забрали в плен и продали в рабство, про то, как Руби стала частью добычи. Но по законам чёрного флага капитан имел право выбирать себе добычу первым, и он отказался от всего, взял себе лишь девушку, а Гаспару, как организатору набега на храм, кроме всего, досталась жемчужина необыкновенной красоты.
Они вернулись в Альбервилль и через Рауля Фрессона продали всё, что удалось добыть в этом походе. Храмовых богатств и новых рабов хватило с лихвой на то, чтобы сменить опасную профессию и начать новую жизнь. Они продали корабли и купили землю. Анри Бернар поселился здесь и забрал с собой Руби. Но строптивая островитянка не желала с ним жить. Поначалу просила её отпустить и умоляла вернуть жемчужину. А он не мог её отпустить. И тогда она попыталась бежать, но он её поймал. Она попыталась бежать снова, и тогда он заклеймил её, как рабыню.
— …Я потом женился. Мне нужны были связи для торговли сахаром, пришлось взять в жёны дочь нужного человека. А она невзлюбила Руби с первой встречи. Ненавидела её. И наших детей. И меня ненавидела за мою любовь к рабыне. Так я жил, а они обе меня ненавидели, — Анри Бернара снова усмехнулся и налил ещё рома, — но хуже всего было то, что Гаспар на ней помешался. С того самого дня, как впервые увидел её, всё ходил кругами. Даже денег мне предлагал, хотел её купить. Я знал, что всё кончится плохо, но она связала нас в такой тугой узел, что не под силу распутать, а только разрубить...
Летиция знала конец истории, но не стала разубеждать деда в том, что Руби сгинула на болотах. Пусть не знает, что его лучший друг убил её своими руками, а после она забрала его с собой. Не надо давать ему лишних поводов ненавидеть Дюранов ещё сильнее.
— …Так вот, к чему я это всё тебе рассказываю, — он раскурил сигару и выпустил облако терпкого дыма, — всё это достанется тебе, — он взмахнул сигарой, описывая круг, и затянулся снова. — Да только не хочу я, чтобы через тебя это попало в руки к проклятым Дюранам. Как бы там ни было, я всё равно никогда их не прощу. Даже в аду, где надо думать, мы скоро встретимся с Гаспаром, я буду его ненавидеть. И глотку ему перегрызу, — дед повернулся к Летиции и указал сигарой на подзорную трубу, — я видел тебя там, у них во дворе. Я хоть и старый, да не слепой. И ты мне соврала. Объясни, зачем ты это сделала? Они тебя подкупили? Чтобы завладеть землёй?
У Летиции сердце ушло в пятки. Взгляд у Анри Бернара был такой, что насквозь прожигал. А его ненависть к соседям могла толкнуть на что угодно, и если он ей не поверит, то что с ней тогда будет?
Ей пришлось рассказать всю правду. Всё, что она смогла утаить под тяжёлым взглядом деда, только историю про жемчужину и то, что она знала об убийстве Руби.
— Стало быть, щенок Дюранов — не то что его дед и дядьки, — усмехнулся Анри Бернар, раздавив недокуренную сигару в глиняной плошке, — хочет помириться? Но мне без разницы. Я не собираюсь дружить с этим сучьим выводком. Ноги их не будет на моей земле. Пристрелю, как бешеных собак, если кто сунется! Я много чего повидал и подмечать умею разное. И ты не думай, что я ничего не понимаю. Понимаю. Потому что никто не станет под пулю за просто так. И я наблюдал за тобой — бродишь тут как неприкаянная, торчишь на этой чёртовой косе часами. Не рада ничему. Я вот сказал про то, что тебе всё завещаю, а тебе будто всё равно. Но я догадываюсь, что тебя гложет, и знаешь — этому не бывать…
Летиция подняла на него взгляд и промолчала. Что ей сказать? Да и не о чем тут говорить. Анри Бернар некоторое время всматривался в её лицо, а потом как-то вымученно усмехнулся и произнёс:
— …И глаза у тебя такие же, как у Руби, и смотришь ты так же, как и она. И думаешь, поди, так же. Строптивая кровь… Но Руби погибла от их руки, и Эмили моя погибла от того, что спуталась с Дюранами. А тебя они не получат. Сегодня приезжали Фрессоны, — Анри Бернар откинулся на спинку кресла, — старый скряга Рауль просил твоей руки для своего внука, и я ответил согласием. Говорят, он ухаживал за тобой в Альбервилле. Пресноват, конечно, его внучок, ни рыба, ни мясо. Но всё-таки чёртов баронет, хоть и бледный как моль, да и сын банкира к тому же. А из лап старого скряги Рауля Дюранам ни одного луи не вырвать. Так что я буду спокоен. Никто тебя не обманет и не отберёт землю. Ты выйдешь замуж за Жильбера Фрессона и получишь всё это в виде приданого, — он махнул рукой в сторону полей тростника. — И пусть Готье с Алленом подавятся своей жёлчью, — добавил дед, вставая и нахлобучивая треуголку.
Летиция подняла на него усталый взгляд. У неё больше нет сил бороться.
Может, и в самом деле это лучшее из возможного? Может, это шанс, начать всё сначала, который даёт судьба? Она станет мадам Фрессон. Может быть, уедет с Жильбером в Старый Свет — он ведь хотел. Сплетники утихнут — они всегда утихают перед богатством и статусом. А деньги и положение защитят её от посягательств Одноглазого Пьера. Она станет обеспеченной женщиной…
Но почему тогда ей так тошно?
— Ну так что, ты согласна? — Анри Бернар хлопком сложил подзорную трубу, и Летиция даже вздрогнула от щелчка.
Она хотела спросить, а что, если она откажется? Но вспомнила, как Анри Бернар поступил с женщиной, которую любил, и ответила:
— Хорошо, я выйду за него замуж.
Эпилог
Эдгару казалось, что ещё немного — и он сам выхватит поводья из рук возницы. Ему хотелось придушить Бенье за слишком длинный рассказ, хотя он и понимал, что их разговор занял каких-то десять минут. Но если он опоздает… Если ему не хватит именно этих десяти минут…
Ну же, Летти, ты не можешь этого сделать!
— Почему она выходит за Фрессона? — спросил он сидящего рядом Бенье, пока возница выезжал из двора.
Он прихватил сыщика с собой, решив, что остаток истории узнает по дороге.
— Ну… видимо потому, что все в Альбервилле уверены, что это вы женились на мадмуазель Лаваль. Признаться, и я тоже был в этом уверен…
— Эй, возница! — кликнул Эдгар. — Десять экю, если ты поедешь очень-очень быстро!
Возница издал истошный вопль, стегнул лошадей и погнал по улице как сумасшедший, так быстро, что казалось, пассажиров просто вытряхнет из коляски.
— …в газете напечатали объявление о вашем бракосочетании. Мсье Эдгар Дюран женится на мадмуазель Флёр Лаваль. Видимо, в газете не знали о том, что одного жениха внезапно подменят на другого.
— Вы думаете, дело в этом? — спросил Эдгар, бросая в ноги шляпу, которую чуть не сорвало ветром.
— Думаю, не только в этом. Как я понимаю, мсье Рауль Фрессон пристально следил за событиями, и я даже подозреваю, что в деле похищения мадмуазель Бернар… простите, мадам Морье, он был заодно с Готье Бернаром. Аккуратнее, милейший! Вы же угробите нас! — воскликнул Бенье на крутом повороте, сильнее прижимая к животу портфель. — Так вот, как человек осторожный — а мсье Фрессон очень расчётливый и осторожный человек — он, скорее всего, играл на обе стороны: старался сохранить отношения и с Готье Бернаром и в то же время держать Летицию на коротком поводке с помощью своего внука. Может, даже по его указке Жильбер Фрессон начал ухаживать за мадам Морье. И более того, мне кажется, что всю историю с похищением придумал именно Рауль Фрессон. Судя по тому, что он сделал с вашим отцом — это вполне в его духе. Не думаю, что Готье Бернар сам додумался до такого. Будь у меня больше времени, я бы докопался до истины, но… это может быть очень и очень опасно...
Сыщик красноречиво посмотрел на Эдгара и продолжил:
— …А как только стало ясно, что Летиция жива и всё-таки попала к деду, банкир сразу же вынул из рукава второй козырь — чувства его внука. Думаю, что у мадам Морье в сложившейся ситуации, особенно учитывая все эти слухи, выбора особого не было. Как ни крути, а брак с Жильбером Фрессоном для неё лучший способ погасить всю волну разговоров о ней и заодно обеспечить себе прочное положение в обществе. И хотя, как я слышал, баронесса всё ещё против этого брака, но в их семье у мсье Фрессона-старшего непоколебимый авторитет. А приданое, которое мадам Морье принесёт в их семью, уж точно перевесит ту каплю «нечистой» крови, что смущает мадам Фрессон. Деньги позволяют отбелить любого до жемчужного блеска.
Карета заложила крутой вираж, и Бенье, нервно достав платок, вытер вспотевший лоб.
— Но Готье Бернар и семья Фрессон были дружны. Теперь, выходит, дружбе конец? — усмехнулся Эдгар, глядя через плечо возницы на Собор Святого Луи, показавшийся в конце улицы.
— А вы, видимо, не знаете, почему Филипп Бернар в вас стрелял? — Бенье вцепился одной рукой в сиденье.
— По-моему, он меня ненавидит просто в силу сложившейся традиции, — ответил Эдгар.
— Вовсе даже не поэтому. Вы знаете о том, что Филипп Бернар заядлый игрок? На ипподроме он бывает, пожалуй, чаще, чем ночует дома. Он делал ставки на большие суммы на скачках и сильно поиздержался. Женитьба на мадмуазель Шарби и грядущее наследство деда позволяли ему отсрочивать выплаты под расписки. Но после бала и его заявлений о том, что он женится на Летиции, их помолвку Шарби расторгли. А когда выяснилось, что Летиция жива и плантация деда уплывёт прямо в руки мадам Морье, Филипп решился идти ва-банк. Думал, видимо, что, скомпрометировав Летицию, он сможет жениться на ней и получить какие-то деньги. Уж не знаю, на что он рассчитывал, но это был глупый шаг, полный отчаяния. И, к сожалению, без вашего управляющего доказать вину Фрессонов не представляется возможным. Ну вот мы и приехали, слава Богу, живые! Так что вы собрались делать, мсье Дюран?
— Хотите посмотреть?
— Мсье Дюран, вы же не хотите прямо здесь… Вы же… вы же скомпрометируете мадам Морье! — Бенье снова вытер лоб.
— Скомпрометирую? — усмехнулся Эдгар, хватаясь за дверцу кареты в ожидании, когда же она, наконец, остановится. — Я торговался за неё на аукционе масок перед всем Альбервиллем, хотя был помолвлен с Флёр. Из-за неё я прилюдно подрался с Филиппом Бернаром. Да меня подстрелили тоже из-за неё! И это не считая… всего остального, что с нами произошло. Вы полагаете, я смогу скомпрометировать её ещё сильнее?
Экипаж остановился, и Эдгар выскочил, даже не дослушав, что ответит Бенье. На площади перед храмом было множество колясок, украшенных гирляндами из цветов франжипани, и перед центральной лестницей стояла белая карета с золочёной отделкой — свадебный кортеж Фрессонов. Повсюду валялись розовые лепестки и зёрна риса, а значит, церемония уже началась. Эдгар, несмотря на боль в боку, взлетел по лестнице в одно мгновенье.
Только бы успеть! Он не простит себе этого!
Собор был почти полон. Все скамьи оказались заняты нарядными людьми, и лишь центральный проход, также усыпанный лепестками, оказался пуст. В конце него перед святым отцом в золочёном одеянии Эдгар и увидел пару — Летицию и Жильбера.
Он разом увидел всё: белое платье с длинным шлейфом, на страже которого стояли две девочки с ангельскими крыльями за спиной, фату, скрывающую лицо невесты, и корзины цветов вдоль прохода. Кругом горели свечи, и фиалковый запах смешался с ароматом благовоний. Элегантные дамы перешёптывались, неторопливо обмахиваясь веерами. Посмотреть на свадьбу сына банкира, казалось, пришёл весь город.
Эдгар, притворив за собой дверь, остановился в начале прохода перевести дух, и до него донеслись слова святого отца:
— …и если кто знает причины, по которым этот брак не должен состояться, пусть скажет их сейчас или молчит о них всю оставшуюся жизнь.
Обычно на свадьбах после этих слов пауза занимает время, равное двум ударам сердца…
Он успел как раз вовремя!
— Я знаю! — произнёс громко, и ему даже показалось, что эхо его голоса зазвенело где-то под сводами.
И, кажется, если бы раздался выстрел или внезапно упал потолок, это бы удивило всех вокруг меньше, чем эти слова. Звуки стихли мгновенно, и все гости обернулись разом.
Жених и невеста тоже обернулись, и святой отец замер в недоумении. Со скамьи на первом ряду вскочила семья Фрессонов. Лицо Жильбера пошло красными пятнами ярости, и он посмотрел на деда, будто ища поддержки.
А Эдгар медленно пошёл по проходу, чувствуя, как темнеет перед глазами и колет в боку от слишком быстрой пробежки. Но упорно шёл вперёд между рядами, не сводя глаз с невесты и слыша, как по залу рассыпается шёпот, будто гонимая ветром бобовая шелуха.
— …какой конфуз!
— …и что это может быть?
— …вы думаете, что она и…?
— …да это же яснее ясного!
— …ещё на балу все заметили!
— Вы уверены, что хотите что-то сказать? — осторожно спросил святой отец. — Есть ли причина… на самом деле?
— Есть! — Эдгар остановился в нескольких шагах.
— Да что ты себя позволяешь? — прошипел Жильбер Фрессон, и ноздри его раздувались от ярости.
Но Эдгар не ответил ему, он смотрел на невесту, на вуаль на её лице, на то, как она нервно стиснула пальцы…
— И что же это за причина? — святой отец понизил голос, всё ещё надеясь, что бракосочетание удастся спасти.
— Причина очень проста, святой отец, — ответил Эдгар, не сводя с Летиции глаз, — я люблю эту женщину, и знаю, что она любит меня. И она стоит здесь не по зову сердца, а из-за одного досадного недоразумения.
Он видел, как Летиция подняла руку и медленно стянула вуаль. Она смотрела растерянно, но в тоже время рада была его видеть, и на её лице отражалась настоящая буря чувств. И Эдгар внезапно испугался. Не знал, что она скажет, а вдруг засомневается…
А вдруг скажет «нет»? Что, если она его не любит?
Но он отбросил сомнения, потому что её глаза не лгали. И именно сейчас у него есть только один шанс не дать им совершить роковую ошибку: ему не успеть сказать главного, а ей не услышать.
И он не оставил ей шансов для сомнений.
— Я люблю тебя, Летиция Бернар! — воскликнул он, глядя ей в глаза, и, сделав ещё один шаг навстречу, добавил тише: — Я думал, что это пройдёт, я думал то, что сделал Джоэль, поможет. Но всё дело в том, что я ошибался, мы ошибались! Это не магия или проклятье, это просто любовь! И я люблю тебя с самого первого взгляда, с той самой первой встречи на рынке. Ты меня спасла, ты заставила меня снова жить, и я не умер только потому, что знал — всё это взаимно. Ты не можешь меня бросить. Не можешь… И я тебя не отпущу. Больше не отпущу, слышишь? Летиция, выходи за меня. Сделай нас счастливыми. Разве мы этого не заслужили?
По храму разнёсся гул. То ли вздох, то ли осуждение, и все возгласы слились в одно. Кто-то вскочил со своих мест, чтобы лучше разглядеть происходящее, кто-то упал в обморок, а кто-то даже присвистнул, хоть в храме это и было неприлично. И почти все хотели знать, чем же это закончится.
— Но… а как же… Флёр? — произнесла Летиция растерянно, комкая в руках вуаль.
— Нет никакой Флёр. На ней женился мой кузен Грегуар, — Эдгар развёл руками и сделал ещё шаг навстречу.
— Святая Сесиль! — пробормотала Летиция, прикладывая к губам ладонь, и на глазах у неё блеснули слёзы.
— Нет, Летиция, ты не посмеешь! — воскликнул Жильбер Фрессон, пытаясь встать между ними. — Ты не можешь выйти за него… Он… он же опозорил тебя! На балу, и вообще! И даже сейчас! Это же просто омерзительно! У него нет за душой ничего. Что он тебе даст? Он же нищ! — зло восклицал оскорблённый жених, сжимая руки в кулаки. — Я посажу его в тюрьму! Я отберу у него всё! Подумай как следует, Летиция! Кем ты будешь рядом с ним? О тебе и так болтают дурное! После такого тебя не примут ни в одном приличном доме!
— И этим вы думаете меня удержать, мсье Фрессон? — с усмешкой презрения спросила Летиция.
— Это же неправда! Ты не любишь его! Ты не можешь его любить! — резко сменил тон Жильбер.
— Нет, мсье Фрессон, правда как раз в том, что я люблю его, а не вас. И всегда любила. А эта свадьба — глупая ошибка, — ответила Летиция, глядя ему прямо в глаза, отбросила в сторону фату и шагнула навстречу Эдгару.
— Я вас уничтожу! — с яростью в голосе произнёс Жильбер, наклонился и зачем-то поднял с пола фату. — Тебя не пустят на порог ни в одном доме! Уж я об этом позабочусь! — он потряс фатой и зачем-то топнул. — Ты думаешь получить наследство от деда? Если ты выйдешь замуж за него, — он ткнул пальцем в сторону Эдгара, — то ты не получишь ни единого луи от Анри Бернара!
— Я знаю. Но мне от него ничего и не нужно.
Эти слова совсем обескуражили мсье Фрессона, и он, сунув кому-то в руки фату, бросился прочь, сдирая на ходу с шеи шёлковый галстук.
Эдгар посмотрел на Летицию, чуть улыбнулся, коснулся её ладони и переплёл пальцы. Она сжала его руку, и это простой жест стал ответом на все вопросы: о том, как она скучала, и как любит его, и её короткое «да»...
И в этот момент Эдгару показалось, что гора свалилась с плеч, что он закончил трудный путь, по которому шёл много лет.
— Ну вот, святой отец, — произнёс он, повернувшись к священнику, — вот теперь нет никаких причин, мешающих браку. И вы можете закончить церемонию. Правда… у меня нет с собой колец. Но не думаю, что это важно…
— Вы уверены? — спросил растерянно святой отец, посмотрев вслед удаляющемуся Жильберу. — А свидетели? Они у вас есть?
— Я, я могу засвидетельствовать! — сквозь толпу протиснулся Бенье. — Меня зовут Бенисьо Дешанель. И я могу быть свидетелем.
— Нужны двое, — пробормотал священник, не зная, как ещё отделаться от этого скандального бракосочетания.
— Я могу быть вторым, — раздался за спиной женский голос.
Эдгар обернулся и увидел даму в тёмно-рыжем платье в тонкую полоску и в элегантной шляпке. И каково же было его удивление, когда в женщине он узнал Марию Лафайетт. Сейчас она, правда, мало походила на владелицу нехорошей лавки. Исчез тийон, бусы и кричащего цвета наряд…
— А вы кто… мадам? — спросил святой отец.
— Мария Лафайетт, вдова мсье Лафайетта из Реюньона, — ответила дама с королевским достоинством. — И кстати, у меня найдутся кольца.
Она стянула со своей руки два кольца.
— Так значит… значит вы, — Эдгар прищурился, вглядываясь в её лицо, и усмехнулся, — вы всё-таки не шарлатанка…
Мария Лафайетт улыбнулась, и в её тёмных глазах, показалось, блеснули переливы чёрного перламутра. Она чуть подалась вперед, к самому уху Эдгара, и произнесла тихо, так, чтобы слышал только он:
— А разве духи ответили не на все твои вопросы? — она вложила кольца ему в ладонь и сжала её в кулак. — Будь счастлив, наконец, и береги мою племянницу. У Великого Эве всё теперь в равновесии.
________________________________
Конец, Сентябрь, 2018 г.
Читать бесплатно другие книги:
