Земля. Реалити-шоу, в котором за тебя уже все решили Морено Элой

За столом неожиданно появилась подсказка.

– А о доме в Исландии, где жил твой муж, что-нибудь известно? Он достался тебе? – спросил мой брат, когда нам подали десерт.

В этот момент женщина подняла голову и посмотрела куда-то вдаль. Прошло несколько секунд, прежде чем она заговорила снова.

– Да… есть несколько ключей. Я совсем об этом забыла.

Женщина медленно встала и исчезла в коридоре. Мы остались ждать ее в гостиной. Через несколько минут она вернулась с небольшой коробкой в руке.

– Это единственное, что мне передали после смерти моего мужа, – сказала она, передавая коробку моему брату.

На крышке ящика был нарисован странный рисунок – прямоугольник, внутри которого находилось еще три символа в виде полос с кружком посередине. Алан медленно открыл его, стараясь не сломать, и мы обнаружили там ключ с брелком, на котором было точно такое же изображение

– Это ключ от дома в Исландии? – спросила я.

– Да, от дома, где жил мой муж. Он оставил его мне по завещанию.

– И вам никогда не хотелось туда поехать? – снова задала вопрос я.

– Туда? Туда, где, по слухам, он делил свою жизнь с девушками моложе, красивее и, несомненно, раскованнее меня? Нет, я никогда туда не поеду. И я вообще не понимаю, зачем он отдал этот ключ мне. Мой муж никогда не был таким уж плохим человеком, поэтому я не понимаю…

Она на минуту задумалась.

– Хотя, возможно, ключ был не для меня. Может, кто-то прислал эту коробку намеренно, чтобы я когда-нибудь подарила ее вам.

– А вы знаете адрес дома?

– Нет, я и знать не хотела. Я убрала этот ящик и вовсе позабыла о нем. Он ваш, – сказала женщина нам, делая рукой жест, означающий, что она не хочет иметь с этим ничего общего.

– Спасибо большое, – сказал мой брат. – Если следовать всем подсказкам, то, вероятно, нашей следующей остановкой будет Исландия.

– Я хотела бы помочь вам чем-то еще.

– Думаю, что ты нам очень помогла, – сказал мой брат, улыбаясь ей глазами.

После окончания ужина мы проговорили с ней еще час, а потом наконец распрощались. Женщина обняла моего брата, затем протянула мне руку. И в ту секунду моя журналистская сущность одержала верх, и я спросила:

– Простите, а могу я спросить вас о серебряном кольце, которое вы носите на этом пальце?

– Ах да, список еХо… Но это отличается от того, что носишь ты, дорогая, – меня удивила перемена в ее голосе. – Это одно из трех, которые были изготовлены самыми первыми. Уже после были сделаны все остальные. Оно принадлежало моему мужу. Он подарил мне его перед отъездом в Исландию до того как все случилось с Верой.

– Так вы знаете, что это такое? – взволнованно спросила я. – Вы знаете, для чего нужны эти кольца?

– Конечно, знаю.

Мы обе молчали, глядя друг на друга. Я ждала, не скажет ли она мне что-нибудь еще, я чуть было не начала расспрашивать ее дальше, но по лицу женщины я догадалась, что она не собирается говорить на эту тему.

Передо мной стоял человек, который знал ответы на все мои вопросы, а я ничего не могла у нее выведать.

Она попрощалась со мной взглядом.

___

Пользователи, общаясь в интернете, забывают о горе, уважении или сочувствии. Об этом могут помнить только в реальном мире, да и то – далеко не все.

Возможно, поэтому всего через неделю после смерти Веруки те же пользователи, что нападали на нее, теперь направили свою ярость на ее отца. Он преступник, позволивший невинной девочке, которая ничего не знает о жизни, умереть на Марсе.

Пользователи изрыгали на мужчину всю свою ненависть. Некоторые из изображений, сопровождавших сообщения, были действительно жестокими: отец надевает петлю на шею дочери, Верука без шлема астронавта лежит с разбитой головой, ее отец распят с надписью «Виновен» на лбу… И ничего противозаконного в этом нет. Так выглядит свобода слова.

И все это начало разрушать человека, который встречался с волной гнева каждый раз, когда включал свое мобильное устройство. Нельзя было все списать на одного сумасшедшего, который отправлял сообщения днями и ночами. Мужчина столкнулся с мнением толпы, которая стала преследовать его повсюду.

Ненависть и презрение, изначально зародившиеся в виртуальной реальности, заразили собой и телевидение. Ведущие, журналисты и знаменитости, которые сначала поздравляли мужчину с тем, что он позволил своей дочери принять участие в конкурсе, теперь обвиняли его в отсутствии человечности.

В конце концов человек больше не мог это выносить и исчез. Он покинул компанию, передав свои полномочия двум другим партнерам. Это была цена, которую ему пришлось заплатить за то, что он поставил под угрозу весь проект. Не было пресс-конференции, не было официального прощания.

Мужчина решил отказаться от интернета, убежать от цифрового мира. Теперь у него не было ни мобильного, ни компьютера. Он стал невидимым жителем затерянного уголка в Исландии, богатым пенсионером, который решил провести свои последние дни на лоне природы, вдали от цивилизации. Прекрасно одетый старик, который время от времени выпивал в местном пабе или купался в одном из термальных бассейнов острова.

___

После смерти Веруки колония на несколько дней погрузилась в звенящую тишину. Никто ни с кем не разговаривал. «Привет», «пока», «доброе утро» или «спокойной ночи» стали единственными фразами, которые были слышны в месте, где чувство вины ощущалось в каждом уголке и взгляде, в каждой мысли.

Все могло быть иначе, если бы время от времени к девушке обращались с ласковым словом, смотрели на нее добрыми глазами, в которых можно было бы прочитать: «Я рядом, если понадоблюсь», предлагали совместную прогулку, даже если она не хотела двигаться… Почти никто ничего из этого не сделал. Для многих из них Верука была как та китайская ваза, которая путается под ногами, но ты не решаешься ее убрать на случай, если вдруг в гости зайдет тот, кто ее тебе подарил.

Только Мисс и Доктор вспоминали порой о существовании этой вазы, проявляя о ней заботу. Возможно, поэтому лишь в эти две комнаты Верука заглянула, прежде чем уйти навсегда.

Очевидно, что отсутствие каких-либо позитивных событий в колонии привело к тому, что зрители потеряли всякий интерес к шоу, которое не оправдывало ни одно из зрительских ожиданий и уничтожило последнюю иллюзию о создании нового, более справедливого и лучшего общества.

Хотя компании-организатору было ясно, что первоначальная аудитория со временем будет сокращаться, никто не думал, что это произойдет настолько быстро.

К счастью, вскоре пришло решение, которого так долго ждали. Они были уверены, что по воле случая рано или поздно это должно случиться. Так и произошло. Конечно, организаторы конкурса стали первыми, кто получил эту приятную новость, потому что именно к ним попадали все важные изображения. Очевидно, что кадры решили не показывать зрителям.

Это событие позволяло компании заключить миллионные контракты с различными брендами, которые изначально никогда бы не вложили ни доллара в продвижение себя на шоу. Но теперь все должно было измениться.

И, конечно же, с аудиторией вернутся деньги, в которых организаторы так нуждались, чтобы продолжить проект всей своей жизни – проект еХо.

Колесо было запущено снова. Им оставалось решить только один деликатный вопрос: что делать с бывшим партнером, живущим в Исландии? Сейчас он представлял собой бомбу замедленного действия, способную взорваться в любой момент.

___

– Итак, значит, в Исландию, – сказала я брату, пока мы ехали по направлению к аэропорту.

– Да, в Исландию.

– Искать эту чертову хижину. Ты ведь там был, не так ли?

– Да, я приезжал несколько раз с отцом, когда они строили резервный центр. Помню, что они даже устроили торжественное открытие. Хотя это было много лет назад, я продолжал поддерживать контакт с одним человеком, который, возможно, мог бы нам помочь.

– Кто он?

– Один из руководителей отдела технического обслуживания, умный и очень приятный парень, мы несколько раз пересекались и в конце концов подружились. Думаю, что в общей сложности я провел там более двух месяцев, и он показал мне многие уголки острова. Время от времени мы поддерживаем контакт, списываемся по электронной почте или созваниваемся. Он был там, когда произошел этот несчастный случай с отцом Веруки, думаю, он может что-то знать.

– Как вариант…

Мы оба молчали. Он смотрел вперед на дорогу, на которой почти не было движения, я разглядывала кольцо, которое уже стало частью меня. Теперь я была окончательно уверена в том, что за всей этой историей что-то стоит: лицо матери Веруки подтвердило мои догадки. Я сняла кольцо, поднесла ближе к лицу, перевернула, заглянула внутрь…

Еще несколько километров в тишине.

– Какая она, Исландия? – спросила я.

– Это самый похожий на Землю остров, который только можно найти на Земле, – ответил он мне, улыбаясь.

Был самый обычный вечер самого обычного дня в самом обычном месте, что и всегда. Каждый из жителей колонии выполнял свои привычные обязанности, когда одна из камер вдруг засекла, как Мисс подошла к Доктору, чтобы что-то тихо шепнуть ей на ухо.

– Мне нужно поговорить с тобой, – говорит она, беря ее за руку.

– Что случилось? – испуганно переспрашивает Доктор.

– Не здесь, пойдем в мою комнату.

В тот же миг один за другим срабатывают датчики движения на камерах в коридоре, и, пройдя через центр контроля, изображения начинают передаваться на первый канал телевизионной сети.

Социальные сети тоже приходят в движение. Аудитория растет.

Две женщины заходят в комнату Мисс и закрывают дверь скорее по привычке, чем для удобства, поскольку внутренние камеры и микрофоны продолжают записывать. Они садятся рядом друг с другом на кровати.

Мисс пытается что-то сказать, но, не успев еще произнести ни слова, она падает в объятия Доктора, надеясь отыскать хоть какое-то тепло в этом месте, полном холода, металла и тишины. В этой среде человек настолько привыкает к одиночеству, что чье-то присутствие кажется ему чем-то аномальным.

– Успокойся, – пытается утешить ее Доктор, гладя по волосам, пока голова Мисс лежит у нее на коленях. – Что происходит?

– В ту ночь, когда астронавт… – и Мисс умолкает на полуслове, закрыв глаза.

Доктор снова обнимает ее, она понимает, через что проходит Мисс. С ней случилось то же самое, и она как никто знает, что время не лечит и ты все равно продолжаешь чувствовать боль. Потому что память о прошлом всегда причиняет страдания в настоящем.

– Это пройдет. Иногда ты будешь вспоминать об этом, но с каждым разом тебе будет уже не так больно. Я не буду врать, забыть навсегда подобное невозможно, но наступит день, когда вокруг тебя начнут происходить другие замечательные вещи. Когда я участвовала в гуманитарных миссиях, мне приходилось видеть, как прямо на моих глазах огромное количество мужчин… огромное количество дикарей… насиловали женщин, девочек… Это были совсем еще дети, а их хватали, срывали с них одежду, бросали на землю… – И впервые за все это время самый стойкий участник миссии, на которого все равнялись, маяк, который дарил людям надежду, вдруг на глазах у миллионов зрителей сломался.

И Доктор плачет.

Не только из-за того, что случилось с Мисс. Она плачет потому, что порой перестает верить в то, что человек заслуживает того, чтобы выжить. И это заставляет ее переосмыслить всю свою жизнь, которую она посвятила служению другим.

– Мне очень жаль… – теперь уже Мисс пытается утешить Доктора.

Они крепко обнимают друг друга. Аудитория продолжает расти. После нескольких минут молчания модель продолжает говорить.

– Но дело не в этом… Я неважно себя чувствую…

И взгляд Доктора становится беспокойней. Она знает, что любая болезнь на Марсе может оказаться крайне опасной: лекарств здесь почти нет, медицинских принадлежностей тоже, а машина «Скорой помощи» не подъедет к двери, чтобы отвезти в больницу. Простой аппендицит может оказаться смертельным.

В социальных сетях люди свободно делятся своим мнением, подпитывая любые слухи, порожденные сомнениями. Пользователи размышляют, что могло случиться с Мисс, и предположение, которое мелькает чаще других, несомненно, связано с раком. «Разве может быть что-то еще, когда ты подвергаешься такому количеству радиации?» – обсуждают каналы и форумы.

Букмекерские конторы усматривают в этом прекрасную возможность и буквально за пять минут распространяют рассылки с различными вариантами:

А) Рак кожи.

Б) Рак молочной железы.

В) Рак легких.

Г) Рак желудка.

Миллионы людей делают денежные ставки.

– Что с тобой? Какие-то физиологические или психические симптомы? – спрашивает Доктор, думая о том, что произошло. – Не загоняй себя в угол, как Верука, слышишь? Ты не можешь оставить меня здесь одну, так что держись. Проси что хочешь, мы сделаем все, что ты попросишь, только, пожалуйста, не падай духом, только не ты…

После того, что произошло с Верукой, социальные сети разразились сообщениями поддержки. Самые активные пользователи начали снимать подбадривающие видеоролики, самые известные инфлюенсеры поспешили отправить сообщения с тегом #ДержисьМисс…

Они обе обнимаются крепко, и модель приближается как можно ближе к уху Доктора, чтобы микрофоны не смогли уловить ее слова.

Доктор отстраняется от нее и смотрит ей в глаза.

Обе несколько секунд молчат.

– Мне очень страшно, – признается девушка, каждое слово которой дрожит, срываясь с губ.

___

Самолет медленно вырулил на взлетно-посадочную полосу, взревел двигателями и устремился навстречу будущему. Огромная масса металла вдруг поднялась в воздух, взяв курс на остров льда и огня.

Разве я могла предположить в тот момент, что исполнение моего желания означало остаться жить там?

На протяжении полета мы обсуждали подсказки и закономерности, связывающие их, пытаясь собрать воедино все, что у нас было. Рассмотрев несколько вариантов, мой брат задал мне вопрос, который застал меня врасплох.

– Нел, думаешь, мы готовы к этому?

– Готовы? Я тебя не понимаю, – солгала я ему.

Я знала, что он имел в виду. Я думала об этом с того самого момента, как узнала, что мы собираемся посетить резервный центр.

– Там хранятся записи всего, что произошло. Безусловно, там есть кадры, которые никогда не транслировались в эфире и сохранились с тех самых пор. Я вдруг подумал, что наш отец хотел, чтобы мы нашли именно это.

– Возможно, – ответила я. – Как журналистка могу сказать, что такой видеоматериал мог бы стать отличным эксклюзивом для того, чтобы показать его всему миру.

– Нел, это было бы взлетом твоей карьеры.

– Да, я думала о том, как нахожу уникальные факты, и все вокруг говорят о Нел Миллер – о великой журналистке, которая раскрыла миру, что там произошло на самом деле. Та, кто рассказал обо всем, что не попало в эфир, включая все вырезанные кадры. Женщина, которая показала боль в чистом виде, так ведь? Мы бы увидели, как человеческое существо пытается выжить.

– Да, – ответил он. – Думаешь, это стоило бы показать?

– Не знаю. В конечном итоге это ведь правда.

Мой брат начал говорить, не глядя при этом на меня.

– Знаешь, Нел, иногда я думаю обо всем, что тебя так раздражало в отце. Действительно, он не уважал людей и их право на частную жизнь, играл чувствами других ради денег. И я понимаю тебя, я прекрасно понимаю, почему ты его ненавидишь.

Он подождал несколько секунд и продолжил:

– Отец и правда устраивал эти конкурсы, играл с человеческими жизнями, показывая то, что никогда не должно было стать достоянием общественности… Все делалось для того, чтобы получить деньги. И журналисты… В некотором смысле вы делаете то же самое. Вы способны показать любую картину, какой бы нелицеприятной и жестокой она ни была, чтобы заработать.

Он снова умолк.

– Да, только есть небольшая разница, – ответила я. – Мы зарабатываем на жизнь не с помощью лжи, как это делал отец, а являя миру правду.

Молчание.

– Ладно, не обращай на меня внимания. Просто я подумал, что, если твоим желанием было стать лучшей журналисткой в мире, то теперь это может сбыться.

___

Аудитория начинает расти.

Две женщины снова обнимаются. Они медленно отстраняются друг от друга, вытирают слезы и разговаривают шепотом.

Они вместе выходят в Общий зал и там при помощи микрофона для громкой связи просят всех прийти, как делали это в первые дни, когда появлялся какой-то повод собраться вместе.

Голос Доктора, раздающийся по громкоговорителям и приглашающий всех в комнату, застает обитателей колонии врасплох. Они приходят один за другим, рассаживаясь на диванах.

Садовник, работающий во внешней оранжерее, приходит последним. Он садится рядом с Джоном.

Мисс и Доктор стоят, взявшись за руки. Они смотрят друг на друга. В комнате воцарилась тишина. Амели вздыхает, вытирая со щек еще не высохшие слезы.

– Мне кажется, что я беременна.

___

В воздухе повисла тишина. Все смотрят на Мисс, затаив дыхание. На ее щеках можно заметить слезы, которые еще не успели высохнуть. Чувствуется страх, удивление и радость участников.

Тишина в операторской на Земле, тишина в каждом доме, тишина на улицах, в больницах, в тюрьмах, на предприятиях, в самолетах, в телевизионном эфире и даже – что вообще неслыханно – в социальных сетях.

Объектив камеры так близко приближается к Мисс, что можно увидеть, как дрожат ее зрачки, которые, кажется, вот-вот выйдут за свои пределы. И тогда та же самая камера медленно опускается к ее животу.

Молчание.

И вдруг все вокруг взрывается.

Модель начинает плакать, как никогда в своей жизни.

И Доктор плачет вместе с ней, и они обнимаются, и другие участники, и забывают о своих ссорах, об астронавте, о пистолете, о зубе Фрэнка и о Веруке. Все обнимаются и плачут тоже все.

И Земля улыбается. Впервые за много лет улыбается вся Земля сразу.

А затем, кажется, совершенно неожиданно, хотя все уже давно было подготовлено, на всех экранах появляется одно и то же слово на множестве разных языков: «ПОЗДРАВЛЯЕМ!»

В следующий же миг логотипы нескольких компаний, выпускающих товары для детей, появляются в нижней части экранов. Но никто не задается вопросом, как реклама могла появиться так быстро, никто не задумывается о том, как могла не сработать процедура стерилизации, никто не вспоминает о рисках, связанных с рождением ребенка на Марсе. И никто не думает об отце.

Никого не волнуют эти проблемы, потому что прямо сейчас колонии нужны радость, маленькое чудо, которое оправдало бы существование всего проекта, объединяющая идея, за которую стоило бы бороться, надежда на невозможное.

Этот ребенок должен был стать не просто ребенком Мисс, а всех присутствующих и, в первую очередь, всего человечества.

___

Двое мужчин, возглавляющих проект, поднимают тост, стоя на великолепной террасе одного из самых роскошных зданий в городе. Они только что получили данные о зрительских рейтингах и оценивают доход от новой рекламы, ориентированной на матерей, отцов и младенцев.

Они связываются с центром контроля, чтобы узнать, не возникли ли какие-то проблемы в социальных сетях. На данный момент все тихо, иногда проскакивают неуместные вопросы, которые тут же удаляются, комментарии, которые через несколько минут таинственным образом исчезают. Иногда пользователи, особенно те, кто подвергает программу критике, по каким-то причинам не могут попасть в свои учетные записи… Да ладно, это просто какой-то сбой.

Один из мужчин несколько минут назад отправил сообщение на «Разведчик».

Здравствуйте, вас приветствует Уильям Миллер с Земли.

Это сообщение адресовано лично капитану Маркусу З. Н.

Нам нужен список со всем необходимым, чтобы мы смогли разместить сто человек на Марсе. Вскоре у нас будут необходимые деньги, но время работает против нас: процесс разрушения, как мы и опасались, ускоряется. Это эффект домино: как только одна из фишек рухнет, остальные неизбежно потянутся за ней.

Сообщите о состоянии объектов на данный момент.

Благодарю.

У. Миллер.

Полчаса спустя пришел ответ с Марса.

Приветствую, Уильям! Это капитан Маркус.

В ближайшее время мы направим вам список со всеми необходимыми материалами. Объекты почти завершены. На электростанции есть небольшие неполадки. Нам нужно гораздо больше солнечных батарей, чем предполагалось. Я думаю, что в расчетах была допущена ошибка.

Что касается растений, пока это остается нашей самой главной проблемой: они по-прежнему почти не растут. Мы считаем, что уже нашли решение, но результаты будут получены не скоро. Вот почему мы просим, чтобы размер следующей поставки продовольствия был увеличен втрое на случай, если мы не сможем обеспечить себя автономно.

Мне жаль слышать, что там, на Земле, процессы разрушения ускоряются. Наши расчеты также подтверждают это.

Без лишних слов мы шлем вам привет с Марса.

«Разведчик».

Маркус З. Н.

Оба мужчины прочитали сообщение. Кроме проблемы с растениями все остальное им уже известно. Но теперь, по крайней мере, у них есть гораздо больше денег. Этот ребенок принесет им доход.

Оба мужчины поднимают тост.

– Хорошо, что мы этого не сделали. Теперь ребенок станет нашим спасением, – говорит Дмитрий, поднося бокал ко рту.

– Только бы он родился здоровым и роды прошли без осложнений.

– Будем надеяться, что все пройдет спокойно. Ну, не зря же мы выбрали одну из лучших акушерок в мире. Хотя, конечно, риск остается…

– Это да, но давай думать, что все будет хорошо, – подбадривает он сам себя, – что ребенок родится здоровым и с матерью ничего не случится. Знаешь что? Я уже придумал даже имя.

– Какое? – спрашивает Дмитрий.

И мужчина называет два имени в зависимости от того, родится мальчик или девочка.

– Серьезно? Ты не посмеешь.

– Еще как посмею.

– Сукин ты сын.

И оба улыбаются, снова выпивая за то, что не стерилизовали ни одного из участников.

___

Неизбежно вслед за первоначальной радостью пришли вопросы, которые всегда возвращают к реальности. Вопросы, которые с того самого дня будут заполнять собой телешоу, форумы и социальные сети. Два из них были наиболее важные: как это могло случиться и кто был отцом?

Что касается первого, то существовало несколько возможных вариантов ответа. Некоторым журналистам уже было дано задание убедить аудиторию в том, что процедура стерилизации могла просто не сработать, так как теоретически в любом деле возможна оплошность.

Что касается второго вопроса, то отцом мог быть Мастер, Садовник или Маркус. В связи с последним возник еще один важный вопрос, который также спровоцировал бурные обсуждения: имеет ли капитан право видеться со своим ребенком?

В любом случае на Марсе было невозможно сделать тест на отцовство, поэтому оставалось просто подождать и посмотреть, на кого ребенок будет больше всего похож, когда вырастет.

Но что действительно волновало все человечество, так это родится ли младенец здоровым.

На «Разведчике» находилось кое-какое оборудование, но его было не слишком много. В эпоху, когда только десять процентов родов проходили без какого-либо вмешательства, большинство из них было четко запланировано, а время рождения ребенка могли перенести, чтобы оно не помешало посмотреть футбольный матч, естественные роды казались пережитком древнего прошлого.

Фрэнк и Доктор поспешили всех успокоить, что проблем никаких нет, так как на протяжении веков женщины рожали самостоятельно. Справедливости ради надо было сказать, что все это происходило на Земле, а не за ее пределами.

Но до родов оставалось еще несколько месяцев, и на данный момент самая главная новость заключалась в том, что впервые в истории человек должен был родиться за пределами Земли.

Если этот ребенок выживет, то его появление на свет станет величайшей вехой для человечества. Если нет, то его гибель, несомненно, приведет к гибели колонии.

___

Самолет приземлился на острове, где, несмотря на ночь, было светло как днем.

Шел дождь.

Мы прошли через небольшое здание аэропорта Кеблавика к выходу. Там нас уже ожидал человек, который передал нам ключи от арендованного внедорожника. Мой брат объяснил, что по большинству дорог страны будет просто невозможно проехать без полноприводной машины.

Мы сели в машину и под дождем, который, казалось, хотел поглотить все вокруг, рванули в поисках правды и ответов.

Лишь в конце этого путешествия я поняла, что отыскать истину иногда бывает не так уж и сложно, но вот вопрос о том, что с ней делать потом, становится настоящей проблемой.

___

Следующие несколько месяцев определенно стали самыми счастливыми в колонии. Этот ребенок стал похож на долгожданную награду, которую в тайне жаждал каждый. Он появился в нужный момент, чтобы спасти этот маленький коллектив, который потерял уже всякие иллюзии относительно своего дальнейшего существования.

Все обитатели колонии делали все возможное, чтобы беременность Мисс протекала хорошо. Они знали о высокой вероятности того, что ребенок может родиться с пороками развития, проблемами со здоровьем или в худшем случае мертвым.

К счастью, на корабле были кое-какие лекарства, которые могли бы помочь: витамины, железо и некоторые питательные вещества, необходимые для беременных.

Влияние, которое мог оказать тот или иной тип питания на развивающийся плод, не было до сих пор проанализировано ни в одном из исследований. Вот почему группа врачей и диетологов с Земли со скрупулезностью изучила каждый продукт, чтобы указать Мисс, что она может смело употреблять, а от чего следует вообще отказаться.

Эта беременность вернула участникам конкурса первоначальную радость. Они проводили много времени вместе, между ними уже почти не было споров и разногласий. Иногда Доктор и Военный занимались сексом, правда, на всякий случай пользовались презервативами. На самом деле средства контрацепции были с самого начала, но поскольку все предполагали, что были стерилизованы и здоровы, никто и не думал их использовать. Пока Мисс не забеременела, безусловно. Казалось, она вернула надежду в этот маленький коллектив.

Конечно, новость о беременности не означала абсолютно безусловного счастья. По крайней мере не для Мисс, которая, казалось, тонула в собственных переживаниях, беспокоясь о том, что все может пойти не так, что ребенок может родиться мертвым или больным, что на Марсе даже нет больниц, куда можно было бы обратиться, что она сама тоже может умереть во время родов…

Но социальные сети знали, как реагировать в такие моменты слабости, взяв на себя ответственность за создание благоприятной межпланетной атмосферы. В ответ на малейшее переживание миллионы людей отправляли Мисс сообщения со словами поддержки. Конечно же, были и хейтеры, которые в своих посланиях желали, чтобы ребенок родился мертвым, а шоу вообще провалилось. Наверняка эти люди в реальной жизни не осмелились бы сказать ничего подобного вслух, но благодаря анонимности в интернете превратились в монстров.

___

В компании вздохнули с облегчением, увидев, что все возвращается на круги своя: деньги снова начали поступать. Для списка еХо нужны огромные суммы. Иногда они думают, что даже слишком.

К счастью, этот ребенок помог привлечь бренды, которые захотели оплатить рекламу своих детских товаров. А потом на смену им придут компании по изготовлению одежды, игрушек, колясок… Ведь ребенок будет взрослеть.

Маркетинговая команда уже подготовила проект нового конкурса, который принесет им еще больше дохода. В нем примут участие миллионы людей, а, значит, организаторы получат еще больше долларов.

Была только одна маленькая проблема, которая омрачала спокойную радость последних нескольких дней. Человек, живущий в доме на севере Исландии, собирался сотворить нечто безумное. К счастью, его вовремя остановили. Им удалось перехватить посылку как раз в тот момент, когда самолет компании-перевозчика должен был вылететь из страны. Внутри было письмо с фотографией, которая могла разрушить абсолютно все, что они построили. Если бы это изображение дошло до адресата, дело многих лет жизни могло бы закончиться за несколько секунд.

– Мы должны что-то сделать, – говорит Дмитрий своему партнеру, – сейчас мы были просто на волоске, но в следующий раз…

– Следующего раза не будет, уверяю тебя, – отвечает самый богатый человек в мире. – Пусть свяжутся с ним и скажут, что завтра он должен приехать.

– Сюда?

– Да, сюда. Пусть оденется так, чтобы его никто не мог узнать. Пусть хоть в пижаме явится или как ему заблагорассудится, но он должен приехать.

___

Под дождем и сильным ветром мы продолжали ехать в сторону Рейкьявика. Было еще очень рано, но, несмотря на утренние часы, там было светло как днем, казалось, ночь так и не начиналась.

Звучала песня Nica Libres At Dusk Бена Ховарда.

– Знаешь, есть интересная поговорка об исландской погоде, – сказал мой брат, улыбаясь. – Если тебе не нравится погода, подожди несколько минут.

Я улыбнулась ему в ответ, глядя на светлое ночное небо.

Мы приближались к Рейкьявику.

– Где ты договорился встретиться со своим другом? – спросила я его.

– Нет, он не в Рейкьявике, мы встретимся с ним чуть позже. Я просто хотел воспользоваться тем, что еще рано, и показать тебе одно особенное место.

Мы проехали столицу и продолжили движение по дороге, на которой становилось все меньше и меньше машин. Плотность населения вокруг тоже начала уменьшаться – едва можно было разглядеть несколько домов, виднеющихся вдалеке.

– Некоторые из тех домов, которые ты сейчас видишь, являются не просто фермами, а конными фермами.

– Конными?

– Да, на них содержат особую породу лошадей – исландскую. Она обладает каким-то уникальным набором качеств. Для того чтобы сохранить чистоту своей породы, лошадь никогда не должна покидать пределы острова, иначе она уже никогда не сможет на него вернуться.

Мы съехали с главной дороги и повернули в сторону места, которое, согласно указателям, называлось Тингведлир. По пути нам не встретилось практически ни одного автомобиля.

Несколько минут спустя нашему взору открылось большое озеро.

– Как же тут красиво… – прошептала я.

– Это самое большое озеро в Исландии.

Обогнув это небесное зеркало за несколько минут, мы подъехали к автостоянке, где нас поджидало гротескное зрелище: за стеной из выстроившихся в ряд автобусов было невозможно даже рассмотреть пейзаж. Отстояв несколько минут в очереди, мы смогли выбраться из этого хаоса и припарковаться на обочине.

– Сколько же здесь людей! Это всегда так? – удивленно спросила я.

– Раньше такого не было, – ответил брат мне с грустью на лице. – Много лет назад, когда я впервые попал сюда, здесь, конечно же, были туристы, но другого типа. Они приезжали, чтобы сделать фотографии, погулять по этим местам, слиться с природой. Эти люди знали, что попали в особое место, к которому нужно относиться с трепетом и уважением. Сейчас уже все не так.

– Где мы вообще? – спросила я, пробираясь сквозь муравейник людей.